Кабан и демон

      К счастью для новообразовавшейся команды, сразу после того, как они проводили малявок, ворон направил троицу к какому-то дому посреди леса. К огромному удивлению Дзуко, их приняли. И приняли хорошо: подготовили еду, кровати и врача, который осмотрел их и полечил.       Однако сразу после его ухода начались приключения.       Стоило только странной бабке, которую Манитсу упорно называл «ёкаем», уйти, из коробки выбрался Камабоко и тут же уселся рядом с сестрой за котацу. К огромному сожалению Иноске, клинков у него под рукой не оказалось — те лежали как раз рядом с коробкой демона. Поэтому парню пришлось изголиться.       Усевшись за котацу, Иноске первым делом накинулся на рис. Торопливо закинув половину миски в рот, он глянул в сторону демона и его сестры, всем своим видом намекая на то, что вызывает их на бой. Но те словно и не заметили намека. Под недовольное бурчание Манитсу Дзуко сняла с брата бамбук и принялась осторожно кормить. Самое главное слово здесь — осторожно. Значит, медленно. Конечно, у них получилось есть куда аккуратнее, чем у Иноске, но все соревнование покатилось к черту. И Кабану это не понравилось.       Он накинулся на темпуру. И снова нулевой отклик — Дзуко только глянула на нового друга из-под лобья, но Камабоко даже не обернулся, слишком увлеченный рисинками и чаем.       Тогда Иноске совсем обнаглел и потянулся к миске, которую Дзуко отставила для брата, сложив в нее немного овощей и риса. Хашибира не любил овощи. Но это был последний его способ вызвать Камабоко на бой. Вот только тот все понял совершенно не правильно.       Вместо того, чтобы оскорбиться и начать ругаться, он всплеснул руками, состроил удивленное выражение и… Сам протянул Иноске миску с едой.       — Э? — Хашибира непонимающе скривился. — Дзуко, че он делает?       — Он думает, что ты не наелся, — произнесла девушка, покосившись на брата и растерянного Кабана. Легкая теплая усмешка коснулась ее губ. — Поэтому отдает тебе свою порцию. Если возьмешь ее, я тебя убью, понял?       Иноске понял. Потому и выдернул миску из смуглых пальцев демоненка, тут же накинувшись на еду.       — Ах ты! А ну не обирай моего брата! — Возмутилась Дзуко. — Танджиро, ну нельзя же жертвовать собой ради других даже в таких мелочах! Иноске, отдай Танджиро его еду.       Кабан только лукаво глянул на Дзуко. У него появился возможный враг. Конечно, с большей охотой он поцапался бы с демоном, но Дзуко тоже была достойным противником. Даже несмотря на то, что с ней нельзя было сражаться.       — Или ты отдаешь еду Танджиро обратно, или я тебя ударю, — воскликнула девушка, приподнимаясь из-за котецу.       Однако больше она ничего не успела сделать. Наперерез сестре нырнул Камабоко, разведя руки и отрицательно замотав головой. Дзуко тут же остановилась, непонимающе глянув на брата.       — Танджиро, ну, ты что? Это ведь твоя еда. Он свою порцию съел, без твоей бы пережил.       Камабоко тут же задвигал руками, что-то объясняя сестре. Иноске поставил миску на котецу, с нетерпением ожидая исхода разговора. Только бы Дзуко не передумала…       — Ну… Ладно, Танджиро, это твой выбор, — вздохнула девушка, опустив голову.       Иноске едва удержался от разочарованного вздоха. Да что ж все не так шло?!       — Зачем ты его вообще кормишь? Он же демон. Ему не нужна наша еда, — буркнул Манитсу где-то на фоне, подперев голову рукой и зарывшись пальцами в светлые волосы.       — Да, она ему не нужна. Но это не значит, что он не может получать от нее наслаждение, — улыбнулась Дзуко, ласково коснувшись головы брата. — А еще правильное питание — часть работы его регенеративных способностей. Это позволяет ему не есть человеческое мясо и не спать большую часть времени.       — Правда? — Воскликнул Манитсу, заинтересованно посмотрев на демоненка, прижавшегося к сестре.       Они принялись обсуждать способности Камабоко, а Иноске разочарованно нахмурился. Он рассчитывал на то, что хоть кто-нибудь все же отреагирует на его подначивания, но демоненок все испортил. Зачем? Неужели он не понял истинных мотивов Кабана? Или просто пакостил ему? Странные чувства зашевелились в груди. Не злость, не радость, а что-то странное, состоящее и из первого, и из второго, и из чего-то совершенно нового.       Совсем не понимая себя, Иноске еще раз окинул взглядом демоненка. Он был крепким малым — довольно широкоплечим, острочертным и угловатым, но вместе с тем мягким и легким в чертах лица, немного низковатым, но не критично. Даже жуткий шрам на лбу не портил его вида, а словно делал его еще ярче и заметнее среди других людей. Он был бы лучшим соперником, если бы не был демоном. Но вместо того, чтобы похвалить Камабоко, Иноске выдал первое, что подкинуло ему оскорбленное сознание:       — И все равно он уродец.       В комнате воцарилась тишина. Демоненок распахнул глаза, оторвался от сестры и уставился на Хашибиру. И на лице его появилось такое грустное выражение, что Иноске даже успел пожалеть о своих словах, хотя никогда этого не делал. Он сказал что-то не то — и в тот момент понимал это лучше, чем когда-либо еще.       — Что… Ты только что сказал? — Замогильным голосом произнесла Дзуко. И лицо ее приняло весьма угрожающее выражение.       Вскочив на ноги, девушка заставила встать и брата. Осмотрев его, девушка чему-то удовлетворенно кивнула с серьезнейшим выражением на лице, и указала на Камабоко.       — Мой брат был лучшим парнем на деревне! Да каждая девчонка желала выйти за него, настолько он красив, добр и открыт душой! И после обращения он не утратил и капли своей красоты. Извинись перед ним сейчас же!       — Нет, — выдал Иноске, позабыв о демоненке в предвкушении скорой драки.       — Да я тебя!..       — Недзуко, не обращай на его слова внимания. Пойдем-пойдем, проветримся, отдохнем…       — Я никуда не пойду, пока он не извинится перед моим братом!       Словно не обратив внимания на перепалку Дзуко и Манитсу, демон шагнул к Иноске. Затем шагнул еще раз — на этот раз смелее. И так пока не подобрался совсем близко к Кабану. Посмотрев на него сверху вниз грустным взглядом, он опустился на колени перед Хашибирой. Лицо его оказалось совсем близко. Буквально глаза в глаза.       Иноске замер, не в силах оторваться от бордовой глубины. Нет, со своими словами он погорячился. Демон был чертовски красив — смуглая кожа его, позолоченная светом лампы, источала невероятное тепло, приоткрытые губы обнажали клычки, а длинные волосы, спадающие на лицо и плечи, забавно вились, придавая парню озорной вид. В нем не было совсем ничего уродливого.       Сердце Хашибиры забилось быстрее. Странное чувство, до того бывшее совсем незаметным, словно расширилось, стиснув легкие и заставив напрячься мышцы. Демон был слишком близко. Но Иноске совсем не хотелось его бить.        Красивый. Чертовски красивый.       — Иноске, мой брат красивый! И только попробуй это отрицать! — Рявкнуло Дзуко, которую Манитсу уже вытащил на задний двор дома.       Иноске почти не обратил внимания на ее крик. В этот момент Камабоко поднялся, ласково и грустно улыбнулся и уплелся в свою коробку, заперевшись там. И все, что сделал Хашибира — проводил его взглядом.       Что же с ним творилось? Какую магию использовал этот демон, и почему Иноске никак не удавалось избавиться от этого душного, но такого приятного чувства, покалывающего и обжигающего кожу?