Progressive Education

Дахе оказалась красивой, круглолицей девушкой на несколько лет старше самого Кёнсу. Но что больше всего удивило его - насколько умной и прямолинейной она была. Сколько он помнил, идеальным типажом Санхо были красивые, но глупые девушки. Поэтому факт того, что теперь у него появилась подружка с мозгами, сильно удивил Кёнсу. Дахе была не только умной, но ещё веселой и дружелюбной. Она поприветствовала Чонсу с распростёртыми объятиями, ведь дружила с ним с детства, с такой же теплотой она поздоровалась и с Кёнсу и Чунмёном. Она без остановки спрашивала, хороши ли они доехали, и всё благодарила и благодарила их за то, что они смогли приехать. Она также убедилась, не хотят ли они воды или закусок, что доказывало: Дахэ — очень хорошая хозяйка. — Я немного устал, — сказал Чонсу, когда Дахэ немного успокоилась и перестала так трястись над ними. — Не могла бы ты показать нам, где мы спим, Дахэ-я? Она тут же подскочила: — Кончено-кончено! Оппа, ты и Санхо будете в комнате моих родителей, она в конце коридора. Кёнсу-ши и Чунмён-ши останутся в комнате моего брата. Эта комната справа от ванной на втором этаже. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Они поблагодарили её и отправить в нужном направлении. Временная комната Кёнсу и Чунмён, судя по дизайну, принадлежала маленькому мальчику, вся усеянная космическими кораблями и пришельцами. Но в ней стояли две односпальные кровати, похожие на их общажные, поэтому Кёнсу не имел ничего против немного детского декора. — Она кажется милой, — сказал Чунмён, после того как они переоделись в пижамы и почистили зубы. Кёнсу коварно улыбнулся ему и ответил: — Чонсу-хён тоже кажется милым. Чунмён сразу же покраснел до самых кончиков ушей: — Ну, да, ведь так? Я хочу сказать, он должен быть, раз дружит с твоим братом? — И выглядит он отлично, — продолжил гнуть своё Кёнсу уже в открытую подшучивая над своим другом. Чунмён покраснел ещё сильнее, если такое только возможно. — Н-ну да, наверное? Если тебе нравятся парни в хорошей физической форме с милыми ямочками на щеках и улыбкой, которая способна остановить всё движение в мире, то да, он отлично выглядит. Кёнсу только рассмеялся на это. Он улегся на свою кровать, простыни пахли свежестью, которая остаётся после стирального порошка, и отправил сообщение Чонину, что они они уже доехали, всё хорошо и он собирается спать. Засыпал он с счастливой улыбкой на губах. Когда он проснулся на следующее утро, Чунмён уже не спал и читал какую-то книгу, сидя в своей кровати. Запах завтрака пробивался даже через закрытую дверь спальни. Кёнсу сонно протёр глаза: — Ты давно проснулся? — спросил он хриплым голосом. Чунмён немного непонимающе посмотрел на него: — А? Не знаю, примерно час назад, — предложил он. — Мне сложно спать на новом месте, к тому же, я привык рано просыпаться в школу, поэтому не могу долго спать. — А мне кажется, что ты просто не мог перестать думать об одном определённом хёне, вот и не спал, — подразнил его Кёнсу, затем потянулся и встал. Чунмён откинул книги и обиженно выпалил: — Э-это не так! Я-я и вправду просто не мог уснуть! Кёнсу захихикал: — Я всего лишь подшучиваю над тобой, расслабься. Чунмён уже собрался защищаться дальше, как в их дверь скромно постучали. — Мальчики? — послышался голос Дахэ. — Завтрак готов и стоит на кухне, если вы проголодались. Не волнуйтесь, можете не спешить! Кёнсу с Чунмёном привели себя в порядок и спустились на кухню. Санхо и Чонсу уже были там, сидя за столом заставленным самой разнообразной едой. Они оба сонно попивали кофе, пока Дахэ смеялась над чем-то, что прошептал ей брат Кёнсу, предположительно, чем-то пошлым. — Мы уже подумали, что вы собираетесь проспать весь день! — подразнил их Санхо, несмотря на то, что ещё не было половины девятого. Чонсу закатил глаза: — Оставь их в покое, придурок, — сказал он, прежде чем продемонстрировать Кёнсу и Чунмёну обворожительную улыбку с ямочками. — Просто игнорируйте его. Как спалось? Чунмён тут же покраснел и, кажется, потерял способность говорить, поэтому Кёнсу принял ответственность за диалог на себя и сказал, что поспали они отлично. Хоть Кёнсу и никогда не был до этого в Пусане, времени рассматривать достопримечательности у них, очевидно, не было. Нужно было подготовить очень многое для вечеринки Дахэ, которая, если верить словам Санхо и Чонсу, должна была стать самым эпическим событием в их жизни, поэтому все они были вынуждены помогать. Нужно было развесить декорации, купить ликёр и пиво, и, конечно же, составить плейлист. Когда наступила ночь, Кёнсу уже готов был завалиться на кровать и уснуть, а ведь вечеринка ещё даже не началась. Чонин написал ему, когда он и Чунмён переодевались в их комнате. Ты собираешься пить сегодня? Прочитал он на экране. Кёнсу быстро застучал пальцами по клавиатуре, печатая ответ: Ни за что. Чонин отправил сердечко в ответ. Стук в дверь прервал его переписку и он убрал телефон в карман. — Парни, вы готовы? — ослышался голос Чонсу. — Уже собираются гости. Кёнсу посмотрел на Чунмена, который тут же стал невозможно красным и тихим, и ответил за него: — Мы уже выходим, хён! Подожди нас внизу! В гостиной уже находилось несколько десятков незнакомых человек, когда Кёнсу и Чунмён незаметно зашли. Хоть на улице и было холодно, все тут же скидывали с себя зимнюю одежду, он даже увидел одну девушку, которая была одета в бикини. «Действительно самая эпичная вечеринка», — подумал Кёнсу. Музыка громыхала из огромных колонок, которые они позаимствовали у кузена Дахэ, а из кухни непрерывно выходили люди с красными пластиковыми стаканчиками, наполненные смесью какого-то алкоголя. В центре комнаты стояли Санхо и Дахэ. Он обнимал девушку за талию с немного глупой улыбкой на лице и Кёнсу вдруг понял, что ещё никогда не видел своего брата таким счастливым. Эта мысль заставила его улыбнуться. — Они хорошо смотрятся вместе, — сказал Чонсу, появившийся рядом с ними так внезапно, что Чунмён подпрыгнул и взвизгнул, но тут же извинился и ушёл за выпивкой. Чонсу проследил за его уходом с весёлой улыбкой на лице. Кёнсу усмехнулся, засунув руки в карманы: — Да, они выглядят счастливыми. Я рад. Моему брату как раз нужен кто-то серьёзный, как Дахэ-нуна. Чонсу всё ещё смотрел в направлении, куда ушёл Чунмён: — Ну, развлекайся тут. Я пойду возьму выпить, — и он исчез, оставив Кёнсу одного. Он никого здесь не знал, кроме своей компании, поэтому пару раз обошёл весь периметр дома, прежде чем усесться в кресле в углу, откуда он мог наблюдать за всеми, не принимая активного участия в общем веселье. Санхо нашёл его спустя полчаса, держа в руках пластиковый стаканчик: — Вот, выпей, братишка, — предложил он с глупой улыбкой. Кёнсу не мог угадать точно, появилась она на его лице из-за того, что он пьян от алкоголя или пьян от любви. Кёнсу уверенно покачал головой: — Нет, спасибо. — Да давай, — настаивал Санхо, — я ничего не скажу маме с папой. Всё будет в порядке. — Нет, спасибо, — повторил Кёнсу. — Я не планирую напиваться сегодня. Санхо нахмурился: — Разве ты сможешь развеселиться? — Конечно, — просто ответил он. — И мне не нужно для этого пить. К тому же, я пообещал Чонину, что не буду вытворять ничего сумасшедшего, пока его нет рядом. Санхо перестал хмуриться и улыбнулся, а потом нежно потрепал брата по волосам: — Он действительно тебе настолько нравится, ха? Кёнсу просиял: — Просто безумно. — Вот и хорошо, — сказал Санхо и исчез в толпе, чтобы присоединиться к Дахэ. Прошло ещё примерно сорок пять минут, когда перед ним неожиданно появились две хихикающие девушки, с розовыми щеками и почти пустыми стаканчиками. Они держались друг за друга и немного покачивались на своих высоченных каблуках. — Приветики, — проговорила одна девушка и тут же разразилась приступом хихиканья, потеряв при этом способность говорить. Вторая девушка продолжила с того места, на котором запнулась первая: — Моя подруга считает, что ты очень милый. Она сидит вон там, — сказала она, указывая куда-то в противоположную часть комнаты. Кёнсу покраснел. Это был первый раз, когда кто-то назвал его милым. Кто-то, кроме Чонина, конечно же. — Оу, передай ей спасибо от меня, но я не заинтересован в этом. Вторая девушка надула губки, а её подруга опять захихикала, пряча лицо в свободной руке. — Но ты даже не видел её и не говорил с ней! — Я уже состою в отношениях, — ответил Кёнсу. Его телефон завибрировал и, быстро кинув взгляд на отправителя, он улыбнулся и поднял экран, чтобы девушки смогли видеть его. — Это мой парень пишет мне. — Парень? — побледнела девушка, а хихиканья её подруги стали такими громкими, что у Кёнсу разболелась голова. Он кивнул: — Да, — твёрдо повторил он. — Так что, как видишь, я занят. Девушка надулась и утащила свою хихикающую подругу обратно в танцующую толпу. Кёнсу тяжело вздохнул и открыл сообщения. Он как раз рассказывал Чонину об этой странной встречи, когда на экран его телефона упала чья-та тень. Он поднял глаза и увидел перед собой слишком красивую девушку в короткой юбке. — Ты же не взаправду гей, да? — выпалила она. — Ты слишком милый, чтобы быть геем. Это было бы таким расточительством! Кёнсу несколько секунд прибывал в шоке от её напора, но по её красным щекам он догадался, что девушка немножко перебрала с алкоголем. Он прочистил горло и кивнул: — Я боюсь, что я взаправду гей. Прости. — Я тебе не верю, — упрямо проговорила она, скрещивая руки на груди. Кёнсу открыл фотогалерею в своем телефоне. У него не было такого же дорого телефона, как у Чонина или других учеников, но у него хотя бы была камера, поэтому парочка совместных фотографий бережно хранились на смартфоне. Он выбрал одну. На ней он и Чонин улыбались как два идиота, обнявшись. Кёнсу повернул телефон и показал фото девушке. Она очень долго смотрела в экран, а потом спросила: — Это твой парень? Кёнсу кивнул. Девушка вздохнула: — Он тоже очень милый. Какая же жалость, но вы хорошо смотритесь вместе. Он не смог сдержать своего смеха: — Спасибо, — сказал он. — Я тоже думаю, что мы хорошо смотримся вместе. Девушка выпрямилась и немного расстроилась из-за отказа: — Ну ладно, но если ты когда-нибудь решишь начать играть за другую команду, найди меня, — и она исчезла в толпе. Кёнсу посмеялся и закончил печатать сообщение, пообещав Чонину, что расскажет ему всю историю, когда вернётся в школу следующим вечером. А сейчас он отправится на поиски Чунмён, который пропал ещё в начале вечеринки. Тот достаточно быстро нашёлся, но он был не один. Чунмён сидел на заднем крыльце, несмотря на зиму, и грелся в объятиях Чонсу. Они настолько крепко обнимали друг друга, что было тяжело определить, где кончается один и начинается второй. Он закрыл дверь и оставил их одних также быстро, как и нашёл. Всё кончилось тем, что после полуночи он пошёл спать, хоть вечеринка и была в самом разгаре. Он был рад, что Санхо и Чунмён были счастливы, но у него действительно не было настроения для безудержного веселья на вечеринке без Чонина. Поэтому он укрылся одеялом с головой и быстро уснул, полностью растаяв в мыслях о своём парне.