Убийство со вкусом клубники

      Солнце настойчиво палило в глаза. Назойливые солнечные зайчики скакали по бумагам, отражались в экране ноутбука, заставляя то и дело отвлекаться от работы. Кармиан печально вздохнул, бросив тоскливый взгляд на ясное голубое небо за окном небоскреба. Время близилось к обеду, желание оставаться офисе все убывало. А, собственно, почему бы и правда не прогуляться?       — Каме-е-ен!       — Нет.       — Каме-е-ен! — Кармиан оттолкнулся и проехался на стуле до соседнего стола. — Ты ведь даже не узнал, что мне нужно.       — Хочешь свалить опять в ту мерзкую кафешку и прихватить меня с собой. — Мужчина даже не обернулся, продолжая сосредоточенно мучить клавиатуру.       — Она не мерзкая.       — А сейчас ты начнешь давить на жалость и всячески убеждать меня пойти с тобой.       — Тебе ведь и самому уже в тягость тут сидеть.       — Кармиан, мы оба знаем, что я тебе на этих обедах нужен исключительно для отвода глаз.       — Ну хорошо. Я тебе клянусь, что сегодня никаких девочек! Мужчина все-таки обернулся, одарив друга прищуром темно-синих глаз.       — Никаких приторных кофеен с золотыми ценниками.       — Хорошо, хорошо! Можешь вообще сам выбрать! — Стул был пинком отправлен обратно на место, а довольный Кармиан чуть ли не вприпрыжку направился к лифтам.       «Фетрания» — одна из крупнейших брокерских компаний Акрасии — имела головной офис в Лютеране. Многие данным обстоятельством были недовольны, считая, что Берн, как центральный материк, подходит куда больше. Впрочем, Казерос, нынешний владелец организации, рассуждал иначе.       Фетрания существовала уже больше десяти лет, ее основатель и первый босс — Игхарам — в свое время привел ее к расцвету и сам же чуть не уничтожил, увлекшись расточительством и пьянками. После небольшого переворота его сменил на посту Казерос, начав свою деятельность с полной смены совета директоров. Поначалу их было семь, а потом добавился еще один…       Спроси кто Кармиана, как за полтора года он умудрился подняться с рядового сотрудника до директора, получил бы в ответ лишь хитрую улыбку. Ходили слухи, что причина такого карьерного роста — роман с начальством, а именно с холодной жестокой блондинкой Аврельсуд. Но… немногие знали, что истинная причина — уникальное умение Кармиана добывать информацию о чем угодно и своевременно ее использовать. Часто он и вовсе максимально точно предугадывал события еще до того, как в обозримом будущем появлялась хотя бы их тень.       И уж совсем уникальные люди были осведомлены о том, что эту способность Кармиан успешно использует и в обычной жизни. Пожалуй, таких знающих было всего двое — Аврельсуд, с которой наглый аналитик порвал спустя полгода после получения директорского кресла, и Камен, глава безопасности и по совместительству лучший друг.       Наверное, более странную дружбу представить тяжело. Камен — немногословный и прямолинейный, постоянно мрачный, непробиваемый мужчина с телосложением типичного шкафообразного телохранителя, с коротким ежиком черных волос на голове и излишне проницательными синими глазами, внимательный взгляд которых часто пробирал окружающих до мурашек. Шуток в свой адрес Камен абсолютно не понимал, но чувство юмора имел, правда, весьма специфическое.       Кармиан был полной его противоположностью: нарцисс и сердцеед с вечно шальными желто-зелеными глазами и обаятельной улыбкой, способной покорить даже самую холодную даму. Высокий, жилистый, со светлой тонкой кожей, выдающей в нем чистокровного силлина, и медно-рыжими яркими волосами. Заметный, красивый до неприличия манипулятор, пользующийся своей красотой и харизмой для достижения собственных целей. Для него жизнь была занятной игрой, а окружающие — игрушками, которые было так весело ломать.       Непонятно, что общего нашли эти двое, но дружба жила и крепла, и не была ни показной, ни фальшивой.       — Куда пойдем, приятель? — Кармиан удовлетворенно вдохнул полной грудью летний воздух, подставив теплому солнцу лицо, затем скинул свой пафосный нежно-голубой пиджак, оставшись в одной рубашке, и довольно потянулся.       — Поедем. Через два квартала есть одно хорошее место. — Безопасник с официозом расставаться не спешил, даже в жару не снимая свой строгий серый костюм.       — Как скажешь. — Кармиан первым направился к машине.       Черный монстр приветливо моргнул фарами. Камен сел за руль. Аналитик хлопнул пассажирской дверцей и, проигнорировав ремень безопасности, тут же уткнулся в телефон.       — О боги, почему она такая дура?       — Очередная девочка истерит, что ты не уделяешь ей внимания? — Камен остановился на светофоре.       — «Мне кажется, я ничего для тебя не значу! Я так сильно тебя люблю, а ты даже не заметил вчера, что я подстриглась!» Игнорила меня с вечера, — Кармиан хмыкнул. — Скажи мне: как можно было накатать 167 сообщений за утро? Я что, должен все это читать?       — Может, она перепутала беседу с заметками?       — Эта могла. Мозгов — как у веника. Так, что тут? Обвинения, слезы, признания в любви. — Кармиан залистал сообщения. — Полотно текста с расписыванием того, какой я козел. Еще полотно о том, как она меня любит. Конец-то где?! А, вот, нашел. Хэй, Камен, прикинь, она меня все-таки бросила! Спорим, если я заявлюсь к ней вечером с букетом либерхаймских роз, то снова стану «любимым лисенком».       — Я тебе уже две тысячи так проиграл. — Мужчина аккуратно припарковался возле небольшого кафе.       — Проиграешь еще две. — Кармиан соскочил с подножки на мостовую и с интересом вчитался в название. — «Бернская лоза»? Никогда здесь не был. И это, кажется, не центральная часть города. Ты мне соврал: мы проехали больше двух кварталов.       — Я передумал и сменил место. — Камен уверенно зашагал к дверям. — Они открылись всего месяц назад. Неудивительно, что ты не знаешь.       — И почему же именно сюда?       — Силлины ругаются на здешние деликатесы. Интересно послушать твое мнение. Кармиан коротко хохотнул.       — А говорил, не любишь мою болтовню!       Внутри кафе усердно создавалась атмосфера Берна: плетеные кресла и столики, много зелени, портрет королевы Эадалин в деревянной раме. Кармиан ухмыльнулся: как коренной бернец, он мог с уверенностью сказать, что с интерьером дизайнеры сильно налажали. Может, хоть повара порадуют?       Друзья заняли столик у окна. В ожидании заказа Камен выудил откуда-то маленький томик в потрепанной обложке и тут же углубился в чтение, Кармиан от нечего делать принялся рассматривать немногочисленных посетителей: две пожилые дамы в ярких платьях за соседним столиком о чем-то оживленно сплетничали, скучал над салатом студент непонятной наружности, шмыгала носом красивая брюнетка, заедая горе шоколадным пирожным и что-то ожесточенно строча в телефоне. Кармиан невольно ей залюбовался и хотел уже было подсесть познакомиться, но с сожалением вспомнил о данном другу обещании. Что ж, не судьба. Кто там еще остался? Три хихикающие школьницы, джентльмен с планшетом и светловолосый юноша, что-то черкающий на стопке бумажек. Кармиан заинтересованно понаблюдал за необычным занятием. Кажется, работа была непростая. Юноша то хмурился, поднося лист к самому носу, то, наоборот, улыбался, что-то сосредоточенно рисуя. Студент? Школьник? Выглядел он довольно молодо, но отчего был так доволен? Он так и фонтанировал какой-то светлой радостью. Писатель? Но кто же в век технологий пишет текст вручную? Юноша тем временем отложил в сторону последний лист и грустно посмотрел на стоящий перед ним стакан с остатками сока. Кармиан улыбнулся.       Принесли обед. Камен тут же убрал книгу, принимаясь за еду.       — Уважаемая Ирэн. — Кармиан бросил беглый взгляд на бейджик официантки. — Не могли бы вы передать вон тому светловолосому юноше за столиком у дверей от меня клубничное мороженое в качестве комплимента. Официантка если и удивилась, то виду не подала, лишь коротко кивнула в ответ.       — Кармиан… — Безопасник наградил друга тяжелым взглядом.       — Я обещал, что никаких девочек; мальчики упомянуты не были.       — Повеса.       — Тс! — Кармиан азартно заблестел глазами — юноше принесли мороженное.       Блондинчик удивился, что-то уточнил у официантки, а затем резко обернулся, глядя аналитику прямо в глаза. На мгновение Кармиан растерялся под этим пронзительным взглядом ярких голубых глаз, затем взял себя в руки и широко улыбнулся в ответ. Мальчишка нахмурился и качнул головой. Кармиан ждал, что он сейчас подойдет и выскажет ему все, что думает об этой маленькой шалости, или попросит вернуть «комплимент» дарителю, но тот молча достал из сумки вторую пачку исписанных листов и снова принялся за работу, игнорируя стоящую перед ним вазочку.       — Надеялся, он пошлет тебя в Бездну, — хмыкнул Камен, также краем глаза наблюдавший за представлением.       — Такого красивого и обаятельного меня? — Кармиан рассмеялся. — Брось, он не выглядит как человек, способный сам создать конфликт.       — В тихом омуте… — Мужчина глотнул из маленькой чашечки крепкий черный кофе.       — Это не омут, это так, городской фонтанчи. — Кармиан ковырнул вилкой десерт. — Мм, смотри-ка!       Юноша мялся. На первый взгляд, он все так же усердно шуршал своими листиками, но глазами то и дело возвращался к вазочке с аппетитными розовыми шариками.       — Сладкоежка? — Кармиан прищурился. Блондинчик потянулся к ложечке, но тут же отдернул руку, будто обжегшись.       — И с принципами. Другой на его месте давно бы все съел. Опасается? Гордость взыграла? Или воспитание не позволяет?       — Кармиан... — Камен слишком хорошо знал этот охотничий взгляд. Эти яркие искры азарта зажигались в глазах рыжего лиса каждый раз, когда он натыкался на неразгаданную загадку или какую-то тайну.       — Я должен его подтолкнуть!       — Кармиан, бездна тебя забери! У нас перерыв заканчивается через полчаса. Но силлин уже ловко выскользнул из-за стола и направился к облюбованному мальчишке.       — Не помешал? — Кармиан сел напротив, нацепив невинную улыбку. Юноша вскинул голову, напряженно глядя на нежданного гостя.       — Прости, если обидел тебя с этим мороженым. Ты напомнил одного моего хорошего друга, и я не удержался и угостил тебя. Попал. Юноша заметно расслабился, взгляд его потеплел.       — Ешь, не бойся. Десерты здесь очень вкусные, а мне было бы приятно.       — Спасибо. — Какой мягкий и благозвучный голос. Блондинчик аккуратно отправил в рот первую ложечку, неумело скрывая радость от этого действия. Похоже, и правда сладкоежка.       — Меня зовут Кармиан.       — Аман.       — Прости за навязчивое любопытство, но я немного наблюдал за тобой и никак не мог понять, чем же таким интересным ты занимаешься?       — Чем?.. — Аман задумался, облизнув губы от мороженого. — Я помогаю найти свой путь тем, кто еще только учится его видеть. — Во взгляде юноши промелькнула хитринка. — Понятное объяснение?       — Кажется, ты запутал меня еще больше. — Кармиан наигранно огорчился. — А давай так: если я угадаю, кто ты, то сегодня вечером поужинаешь со мной. Юноша задумался.       — Это не совсем честный спор. Вы ведь ничего не теряете.       — Если не отгадаю, с меня еще одна порция мороженого.       — Хорошо, — Аман доел первый шарик.       — Дай подумать. — Кармиан прищурился. — Исписанные тетрадные листы и красная ручка. Ты писатель?       — Если бы. — Юноша улыбнулся.       — Редактор? Корректор? Журналист? — Аналитик азартно улыбнулся — невозможность разгадать загадку с наскока лишь раззадорила его. — Студент? Реконструктор? — Иронично. Аман снова покачал головой.       — Архивариус? Ревизор? Врач? Критик? Мм…       Кармиан задумался. На ум приходили какие-то самые безумные варианты, но не то, что нужно. Мужчина чувствовал, что ответ лежит на поверхности, что-то очень простое и повседневное, но почему-то ему неизвестное.       — Официант этого кафе?       — Нет.       — Может, оратор? Политик? Директор? Адвокат? Бумагомаратель?       — Нет такой профессии. — Юноша рассмеялся.       Кармиан замер. Этот чарующий смех хрустальными колокольчиками прозвенел у него в ушах, отражаясь где-то внутри.       — Может, поэт? Ложечка звякнула о стеклянный край опустевшей вазочки.       — Я школьный учитель. — Аман улыбался. — А это сочинения моих учеников. — Он протянул верхний листок.       Кармиан ошарашенно принял бумагу, с трудом прочитал верхнюю строчку, написанную корявым детским почерком. «Кем я хочу стать, когда выросту». В последнем слове буква «о» была аккуратно зачеркнута красной ручкой и заменена на «а».       — Почему рыцарем на черном коне?       — Юджин любит черный цвет. — Аман мягко вытащил листок у Кармиана из рук и вернул к собратьям.       — Он ведь в курсе, что рыцари вымерли?       — Это всего лишь мечта. — Взгляд юноши стал прохладным. — Рыцарь — лишь образ, набросок того будущего, которое видит для себя этот ребенок. Конечно, оно не сбудется слово в слово, но его отпечаток останется на взрослом Юджине. И неважно, станет он рыцарем на черном коне или бизнес-акулой вроде вас.       Голубые глаза заледенели. Кармиан перестал улыбаться.       «А ты не так прост и наивен, как кажешься.»       Аналитик впился в лицо оппонента внимательным взглядом.       «Учитель. Ты видишь людей не хуже меня, а может, и лучше. С тобой будет интересно поиграть».       — Что ж, я должен тебе еще мороженое.       — Благодарю, но отдайте мой приз вон той бедняжке. — Аман кивнул на заплаканную брюнетку. — Пусть хотя бы сладкое ее утешит. А мне уже пора. Спасибо за угощение и интересный разговор.       Детские работы исчезли со стола. Юноша поднялся, закидывая сумку на плечо и подхватывая свою синюю накидку.       — Подожди. — Кармиан вскочил следом. — Разреши тебя проводить.       — Вы даже не спросили, далеко ли мне.       — Сколько смогу. — Быстрый взгляд на часы и недовольного Камена.       — Зачем вам это?       — Потому что ты меня заинтересовал, — неожиданно правдиво ответил Кармиан.       Аман несколько удивленно приподнял брови. Пару мгновений он колебался, напрочь игнорируя сверкающую улыбку аналитика, затем, точно нехотя, медленно кивнул и, не говоря более ни слова, направился к выходу.       Кармиан метнулся к своим вещам.       — И куда ты намылился? — Камен мрачно наблюдал за поспешными сборами.       — Не волнуйся, я все успею! Еще целых двадцать минут! Безопасник фыркнул и вернулся к книге и кофе.       — Если Казерос спросит, какого черта ты опаздываешь, я не стану тебя прикрывать.       — Камен, ты лучший. — Кармиан унесся к дверям, за которыми уже скрылся новый знакомый.

***

      Далеко Аман не ушел, неспешно прогуливаясь в сторону исторического центра. Запыхавшегося Кармиана встретил спокойно и без негатива.       — Часто ты так сидишь в кафе и проверяешь сочинения?       — Иногда, — отозвался Аман, — когда устаю от шума. Дети, конечно, цветы жизни, но с повадками стихийного бедствия.       — То есть ты просто от них сбегаешь.       — Можно выразиться и так. А что интересного в жизни брокеров?       — Как ты догадался, кто я?       — Ручка.       — Ручка?       Аман протянул руку и молча вытащил из верхнего кармана рубашки Кармиана черную ручку с логотипом Фетрании.       — Так вот куда я ее дел! Да, ты прав, это было очевидно.       — Не очевиднее того, что улыбаетесь вы на редкость фальшиво.       — Ложь — часть нашей жизни. — Лицо Кармиана на миг переменилось, приобретая жесткое хищное выражение. — И твоей тоже, Аман, просто меньше, чем моей. Но это не мешает нам радоваться такой чудесной летней погоде. — На лицо Кармиана вернулась беззаботная улыбка.       — Люди вашего типа почему-то почитают ложь как отдельный вид искусства, стремятся прятаться друг от друга под реалистичными масками. Мне это непонятно.       — Хочешь сказать, что не носишь маску?       — Мне не перед кем ее надевать. — Аман равнодушно пожал плечами.       — А мне вот нравится снимать маски с других. Тоже своего рода любовь к правде.       Аман замолчал. Кармиан скосил глаза на собеседника и решил вернуть разговор к более нейтральным темам.       — Расскажи о себе, Аман. Чем ты увлекаешься? Какие книги читаешь? Какие фильмы смотришь?       — У нас нет телеэкранов, чтобы смотреть фильмы. За всю жизнь я видел лишь один еще в далеком детстве, когда наш класс водили в кинотеатр. Кажется, это была какая-то сказка.       — У «вас»?       — Мы пришли. — Аман виновато улыбнулся. — Спасибо, что проводили, но дальше вас не пустят.       Юноша развернул свою накидку и набросил на плечи, застегивая под горлом. На синей ткани красовался белый крест — за спиной юноши возвышался собор святого Кадана.       — Так ты жрец?!       — Я учитель словесности в школе-пансионе святой Аматрии. Да, конечно, я имею сан, как и все преподающие там. Я и сам окончил эту школу. — Аман посмотрел на аналитика с непониманием. — Что-то не так?       — Нет, ничего… Я просто не ожидал. — Кармиан неуверенно дернул уголками губ, словно собирался улыбнуться, но в последний момент передумал.       — Понятно. — Жрец направился к воротам.       — Аман, подожди. Юноша обернулся.       — Мне бы хотелось еще пообщаться с тобой. Может, оставишь мне свой номер?       — У меня его нет. На мгновение Кармиан завис. Как так в современное время у кого-то нет телефона?       — Тогда как мне тебя найти? Аман задумался.       — Обычно я освобождаюсь после вечерней службы. Если кому-то нужен, меня встречают на выходе из храма.       — И во сколько заканчивается служба?       — В восемь.       — Тогда я сегодня за тобой заеду!       Аман с сомнением кивнул и исчез за кованой решеткой. Кармиан довольно улыбнулся, мечтательно вздохнул и набрал номер такси.

***

      — И как тебе прогулка с учителем? — Камен уже сидел за ноутбуком.       — Откуда ты знаешь, что он учитель?       — Он проверял чьи-то работы. Наш учитель делал это с таким же выражением лица.       — Я не ходил в школу. У меня были личные наставники. Наверное, поэтому я и не догадался, — досадливо вздохнул Кармиан. — А прогулка прекрасная, но слишком короткая. Угадай, где она закончилась.       — Сам расскажешь.       — У храма Кадана. Он еще и жрец! Камен хохотнул.       — Похоже, нашелся орешек, который тебе не по зубам.       — Почему это?       — Потому как со жрецом ты легкую интрижку не заведешь.       — Хочешь поспорить?       — А давай, — Камен оторвался от экрана.       — Ставлю свою раритетную саблю на то, что не пройдет и трех недель, как он окажется у меня в постели.       — Хорошая ставка. — Глаза Камена алчно блеснули. Он коллекционировал оружие, а на эту саблю точил зуб уже очень давно. — Обычно ты споришь на две недели.       — Это жрец, а не дешевка из клуба! Мне нужно больше времени.       — Как скажешь! Думаю, столетний коньяк — справедливая ставка с моей стороны.       — Ну наконец-то будет повод его распить! И мужчины пожали руки.