The secret of the stone world

Команда Бета оказалась в маленькой квартирке, расположенной на восьмом этаже. Её ждали две молодые девушки, на которых было совершено нападение. Они представились как Мария и Алиса и рассказали, что четверо незнакомых мужчин вломились к ним домой и попытались взять в заложники.  — Давайте с самого начала и поподробнее, — попросила Ира, усаживаясь на небольшой диванчик в гостиной.  — Мы девушки простые, приехали из провинции и поступили в институт, — пожала плечами Маша, пока её подруга пила третью кружку зелёного чая, любезно приготовленную Сергеем, и пыталась успокоиться. — Врагов не имеем, никому ничего плохого в жизни не делали. Мы бедные студентки, у нас и воровать-то нечего!  — Но они всё же что-то попытались забрать? — спросил Арсений. — Может, что-то искали?  — Это самое интересное, — Мария встала и подошла к небольшому комоду. — Сначала я подумала, что они хотят наколоть нас воздухом и убить, но им нужно было не это.  — А что? — удивилась Ира. В руках Марии оказался распакованный шприц, на одну четвертую наполненный какой-то красной жидкостью.  — Наша кровь.  — Они… Взяли у вас кровь? — удивился Антон.  — Только у меня. Добраться до Алисы они уже не успели.  — Я ничего не понимаю, — честно признался Матвиенко. — Зачем им это?  — Они коллекционируют кровь обычных? — нахмурился Шастун, переводя взгляд с одного коллеги на другого.  — Мы не обычные, — выдавила из себя Алиса, грея руки о кружку. — Мы примеси. Я наполовину Гранат, а Маша наполовину Аметист.  — Вот оно что… — Попов задумчиво почесал бровь. После этого они взяли данные девушек, задали им ещё несколько важных вопросов, после чего отправились домой. В одиннадцать ночи Антон стоял в душе, а по его щекам, смешиваясь с горячими струями воды, текли солёные слезы. Шастун наконец понял, о чём так усердно твердила ему мама. Этот мир опасен. Этот мир страшен. Этот мир жуток. Парень понял это, когда оказался на самом волоске от гибели. Когда Угольный держал его за горло высоко над землёй. Когда он думал, что смерть уже дышит ему в затылок. Мама говорила об этом. В двенадцать он стоял у двери Арсения, прекрасно зная, что тот не спит. Попов открыл почти сразу, словно ждал парня. Он молча кивнул ему и отошёл вглубь коридора, давая парню пространство.  — У тебя глаза красные, — заметил Сапфир, всматриваясь в лицо друга. — Всё в порядке?  — О, полный порядок, — ядовито ответил парень. — Правда, сегодня я чуть не сдох, но всё просто замечательно! Попов молчал, скрестив руки на груди и осматривая стены своей прихожей. Антон стоял, опустив голову и руки вниз, сжимая и разжимая кулаки.  — Что происходит, Арс? — в конце концов спросил он, поднимая глаза. — Я сделал тебе что-то плохое? Мужчина перевёл взгляд на друга и тяжело вздохнул. Парень заметил, что глаза его заметно потускнели и из насыщенно-синих стали водянисто-голубыми, почти прозрачными.  — Между нами произошла не самая правильная вещь, — ответил учитель. — Вернее, не самая уместная.  — Что ты имеешь в виду? Воцарилось долгое молчание. Где-то в квартире было открыто окно, и сквозь него доносились весёлые выкрики подвыпившей компании. Антон вспомнил свою последнюю пьянку — от этого стало тепло и очень грустно одновременно.  — Да, — выдавил из себя парень. — Точно. Я совсем забыл. Владлена ведь вернулась.  — Да, — в тон ему повторил Арсений, подходя чуть ближе. — Но всё не так, как ты думаешь. Шастун вопросительно посмотрел на него. В неярком свете Попов выглядел старше своих лет, чему способствовали тёмные круги под глазами и болезненная бледность.  — Я вынужден жениться на ней. Антон вспомнил, как однажды в детстве они с родителями ездили на море. Мама стояла на берегу, а маленький Шастун купался в прохладной голубой воде, пытаясь открыть глаза и рассмотреть подводный мир. Когда он в очередной раз нырнул под воду, мама попыталась что-то сказать ему, но мальчик ни слова не разобрал, потому что мамин голос доносится сквозь толщу воды. Вот и сейчас — слова Арсения звучали словно сквозь толстый слой ваты, только на этот раз моря не было. Были только голубые глаза — такие же глубокие и такие же холодные.  — Знаешь, — на удивление спокойно ответил ему Антон. — У меня никогда раньше не было таких сильных чувств к мужчине. И уж тем более, у меня никогда не было отношений с мужчиной. У меня тоже всё это впервые. И мне тоже страшно. Но я больше не хочу бояться. Я устал бояться.  — Ты не понимаешь, — мотнул головой Попов, — Дело не в тебе или во мне, и не в наших чувствах. Я просто… Должен. У меня нет выбора.  — Выбор есть всегда, — парень как-то грустно улыбнулся. — И ты думаешь, что твой выбор — правильный. Потому что так правильно. Жениться на девушке — это правильно.  — Ты нравишься мне, — серьёзно сказал ему Арсений, и в этот момент весь мир Антона Шастуна перевернулся. Он стоял, как вкопанный, а к глазам, почему-то, подступали не до конца выплаканные в душе слёзы. — Но я не могу поступить иначе. Речь идёт не только обо мне. Мы все в опасности. Я делаю это ради тебя.  — Что ты несёшь? — истерично хихикнул Изумруд, хватаясь за голову. — Ты вообще себя слышишь?  — Антон, — Арсений сделал шаг вперёд и протянул руки к его лицу. — Антон, послушай…  — Руки, — предупредил парень, и мужчина застыл на месте, не решаясь ослушаться. Он смотрел на лицо друга и не узнавал его — тот словно горел заживо, и лицо его кривилось от невысказанной боли.  — Антон…  — Пошёл ты нахер, Арс, — снова нервно улыбнулся парень и быстро прошёл к двери, задевая мужчину плечом. — Пошёл ты нахер. Когда хлопнула входная дверь, Арсений подпрыгнул на месте, смотря прямо перед собой и тяжело вздыхая. ***  — И что теперь? — тихо спросил Дима, когда друзья вышли из школы. Антон молча пожал плечами. Он вспомнил момент, когда стоял перед дверью кабинета математики и с ума сходил от волнения, не находя в себе сил встретиться со своим учителем. Как оказалось, он волновался зря — Арсений больше не преподавал в их школе, потому что вернулся Андрей Александрович.  — Куда тогда ты свинтил с утра пораньше? — сам себя спросил парень, заваливаясь в кабинет.  — Знаешь, — Позов смотрел на свои ботинки, которые хлюпали в весенней грязи. — Мне кажется, тебе стоило его выслушать.  — Зачем? — тут же отозвался Антон. — Выслушать, что он самый натуральный гетеро и я ему даром не сдался? Или выслушать, какая Владлена у него замечательная?  — Мне не нравится это всё, — поделился друг. — Честно тебе скажу, у меня есть ощущение, что здесь что-то не так. Шастун фыркнул.  — Ира тоже так сказала. Но всё оказалось так, как оказалось.  — А может тебе стоит… Ну, не знаю… Переключиться? — аккуратно поинтересовался Дима. — Всё-таки, вокруг много классных девчонок… Ну, и парней, если уж ты настаиваешь…  — Ты издеваешься надо мной, — обречённо выдохнул Шастун, качая головой.  — Дима! — раздалось где-то рядом, и Позов даже не успел полостью повернуться, как на него напрыгнуло радостное женское тело. Позов крепко обнял Катю, покрутил её в воздухе и поставил на землю.  — Вы виделись десять минут назад, — скептически заметил Изумруд.  — Зависть мешает жить, — с умным видом заявила одноклассница, ближе прижимаясь к своему парню. — Хочешь, найдём тебе девочку?  — Да вы сговорились! — возмутился Антон. — Не хочу.  — Как хочешь, — пожала плечами Катя, после чего обратилась к Диме. — Идём? Позов кивнул.  — Созвонимся вечером, Тох?  — Ага. Парочка ушла в сторону Катиного дома, а Шастун в задумчивости простоял ещё несколько минут, после чего побрёл на автобусную остановку. *** В коридорах Короны было на удивление тихо. Антон встретил лишь Стаса, который тренировался в спортивном зале. Шастун ступил в библиотеку, прошёлся между книжных стеллажей и быстро пробежался глазами по корешкам книг. Выбрав наугад какой-то сборник стихов, он не глядя прошёл к дальнему креслу и устало завалился в него, потирая сонные глаза. Достался ему Маяковский, и Антон уткнулся в чтение, пытаясь хоть как-то отвлечься от назойливых мыслей, что роем кружили в его голове. Дверь открылась, и на пороге появился Арсений. На нём красовался чёрный спортивный костюм, и судя по всему, он собирался идти на тренировку. Когда их взгляды пересеклись, Попов чуть приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого лишь молча кивнул в знак приветствия. Переборов в себе ехидство, Шастун так же молча кивнул ему в ответ. Сапфир чуть замялся на пороге, неотрывно глядя в зелёные глаза, после чего всё же двинулся в сторону компьютерного стола, взял оттуда стопку каких-то бумаг и так же, не сказав ни слова, покинул библиотеку. Антон глубоко вздохнул, прикладывая свою ладонь к груди. Сердце колотилось, как сумасшедшее, и его удары гулким эхом отдавались в ушах. Казалось, что в грудной клетке его сердцу стало слишком тесно. *** Вечером он напился. Разумеется, изначально он был категорически против этой абсурдной идеи и всеми силами отговаривал свою лучшую подругу, которая, словно ураган, ворвалась в его квартиру с бутылкой коньяка.  — Я завершила коллекцию, которая завтра утром отправляется в Лондон, а потому никаких возражений не принимаю! — спикировала девушка, разливая напиток по стаканам. Размышляя о своём нынешнем положении, Шастун и не заметил, как в его руке возник сосуд с ярко пахнущей жидкостью. Небольшое количество алкоголя ещё никому не вредило. Почему бы просто не расслабиться, не отдохнуть, не отвлечься от дел насущных, от проблем с голубыми глазами и крышесносным одеколоном? Так и рассуждал парень, делая глоток за глотком, пока не заметил, что уже изрядно опьянел и находится на самой грани, чтобы не завалиться в квартиру своего скрепленного и не устроить ему головомойку.  — Эй, — Ира шикнула на него, размашистыми движениями подсаживаясь ближе. — Я знаю, о чем ты думаешь, но, поверь мне, это лишнее. В конце концов, мы не всегда получаем то, что хотим. Её слова почему-то обидели парня. Кузнецова сидела совсем близко, в полутемной комнате, скрытой шторами, её лицо блестело от смазанных блесток и теней. Она пахла алкоголем и клубничными духами, а её карие глаза переливались розовым цветом. Антон подался вперёд и нежно поцеловал её прямо в губы. Он почувствовал, как девушка сначала улыбнулась, а затем ещё больше приоткрыла рот, углубляя поцелуй. Шастун положил руки на её талию и сжал их, отрываясь от губ подруги и принимаясь целовать её шею. Ира громко дышала ему в ухо, а её руки скользнули под футболку парня, поглаживая голую кожу. Изумруд провёл ладонью по изящным бёдрам, тонкой талии и пышной груди, возвращаясь к губам. Места на узком диване было не так много, а перемещаться в спальню Антон бы себя не заставил, потому они приняли максимально удобную позу: Ира оседлала его бёдра, слегка потираясь о пах друга. Антон чувствовал собственное желание, но не совсем понимал, хорошо это или плохо. С одной стороны, его радовал факт того, что в нем ещё сохранились какие-то остатки от прежнего Антона, способного заняться сексом с девушкой, но в то же время он то и дело заставлял себя забыть о том, что чувства уж точно его не подводят. Ира тем временем стянула с него футболку и припала губами к голой коже. Её горячее дыхание опаляло, а руки парня непроизвольно потянулись к низам женской кофточки и потянули их вверх. Где-то за окном играла музыка. Она плавно проникала в уши Шастуна, смешиваясь в голове с выпитым алкоголем. Когда Ира хитро улыбнулась и положила руку на ширинку мужских джинс, Антон окончательно потерял контроль над собой. *** Вставать в семь утра к первому уроку было крайне тяжело. Пытаться заварить себе кофе и не пролить его на голое тело было крайне тяжело. Но самое тяжёлое ждало впереди. Когда Шастун собирался в школу, Ира спала в его кровати, куда они ночью переместились, поэтому он оставил ключи от своей квартиры на прикроватной тумбочке, легко, почти невесомо, поцеловал девушку в висок и покинул квартиру. Как ни странно, похмелья у Антона не было, но болезненный спазм всё же схватил низ его живота, когда он вышел в общий коридор Короны.  — Доброе утро, — негромко поприветствовал его Арсений, который стоял и разговаривал с Серёжей возле своей квартиры.  — Здарова, — махнул ему Матвиенко.  — Привет, — кивнул головой парень и хотел было уже убежать в школу, как его окликнули.  — Сегодня в семь вечера командная тренировка, просьба не опаздывать, — осведомил Арсений.  — Я понял, — сухо бросил Шастун и двинулся на выход. *** Для Арсения этот день был бешеным. Он предоставил все отчёты Владлене, почти весь день провёл в кабинете Павла, но больше всего мысли его занимала предстоящая свадьба.  — Кстати, расскажите мне, пожалуйста, подробнее о вашей системе входа в Корону, — попросила Изумруд, отпивая из кружки горячий кофе.  — Всё просто, — пожал плечами Стас. — Ценные проникают в здание Короны через портал, который они способны открыть без помощи своего скрепленного, а обычные люди через обычную дверь. При этом ни первая, ни вторая система не пропустит человека, если он не подходит по параметрам.  — То есть, лично я не смогу пройти через обычную дверь? — удивилась девушка. — Вот почему мне был доступен только портал…  — Да, верно, — кивнул головой Лунный камень. — Эту систему безопасности разработал Арс около трёх месяцев назад.  — Любопытно, — улыбнулась Влада и перевела взгляд на своего молчавшего всё это время жениха. — У нас в Москве всё гораздо проще. Там просто инициация через охранное лицо.  — Но мы не в Москве, — тихо сказал Арсений, смотря прямо перед собой.  — И то верно, — ответила Изумруд. — Что ж, теперь позвольте мне изучить полный перечень оружия, что у вас имеется. *** Вечером на отрядную тренировку Шастун пришёл первым, успел слегка размяться и даже позалипать в телефоне перед тем, как в зале возникла Ира. Сегодня на ней были чёрные латексные лосины и короткий зелёный топ.  — Вау, — присвистнул Антон, вставая с валяющегося на полу мата и подходя к девушке. — Выглядишь… Сногсшибательно.  — Спасибо, — улыбнулась она и тут же задумалась. — Это приятно слышать, учитывая то, что чувствую я себя совершенно наоборот.  — Всё ещё похмелье? — ухмыльнулся Антон.  — Ну да, — Ира выглядела слегка расстроенной. — Всё-таки, хорошенько так я вчера приложилась. Почти даже ничего не помню…  — В смысле? — тут же нахмурился парень. — Ты… Ничего не помнишь? Совсем?  — Помню первые два часа, — отозвалась Кузнецова. Антон совершенно точно не знал, как ему относиться к этой информации. С одной стороны, появилась прекрасная возможность обо всём забыть, сделать вид, что ничего не было, а произошедшее списать на алкоголь и сердечное одиночество. Но в то же время Ира — его лучшая подруга, и уж точно должна знать, что произошло этой ночью. Тем более, данное событие дало толчок к началу каких-то новых отношений между ними. А хочет ли кто-то из них этих изменений?.. Ира долго и серьёзно смотрела на него, после чего не выдержала и громко рассмеялась.  — Боже мой, да я шучу! Ты бы видел своё лицо! Шастун недобро посмотрел на неё и покачал головой.  — Я всё помню, — уже тише сказала девушка, и взгляд её поменялся. Она подошла к Антону вплотную и провела ладонью по его груди. — И мне понравилось. А тебе? Вместо ответа Антон прижал Кузнецову к себе и поцеловал. Трезвый поцелуй значительно отличался от пьяного. Почему-то именно сейчас парень вспомнил, как целовал Арсения. Вспомнил вкус и температуру его губ, запах одеколона, прикосновения крепких мужских рук. Шастун снова задумался о том, что целует девушку после того, как уже почти окончательно убедил себя, что является геем. Конечно, целовать людей разных полов — совершенно не похожие друг на друга ощущения, но, тем не менее, они оба приносят удовольствие.  — Прошу прощения, — раздался чей-то голос, и Антон мягко отстранился от девушки, поворачиваясь на звук. На пороге стоял Арсений всё в том же чёрном спортивном костюме. Руки его были скрещены на груди, словно он ожидал каких-то объяснений, но сам ничего не говорил.  — А где… Серёжа? — помявшись, спросила Ира, кидая быстрые взгляды с одного мужчины на другого.  — Хороший вопрос, — ответил Попов и прошёл к стеллажу, проверяя, всё ли оружие вернулось на свое место после инвентаризации. — Полагаю, он задерживается. Антон понял, что Кузнецова чувствует себя крайне неловко. Они с Арсением были старыми и близкими друзьями, но подчеркнутая холодность в его тоне задевала девушку, и она поджала губы, решив больше ничего не говорить.  — Я не знал, что ты больше не преподаёшь в моей школе, — промямлил Шастун, когда натянутое молчание в зале стало просто невыносимым. Сапфир, осматривающий какие-то парные клинки, поднял голову и взглянул на парня.  — Ваш учитель вернулся. Через несколько дней я, скорее всего, переведусь в другую школу, уже на постоянной основе.  — Понятно, — кивнул головой Антон, смотря на свои кроссовки. — Это здорово.  — Тысяча извинений за опоздание! — в спортивный зал ворвался запыхавшийся Серёжа. — Когда-нибудь я научусь правильно планировать своё время и свои дела, но явно не сегодня.  — Пришёл и уже хорошо, — впервые за долгое время улыбнулся Арсений. — А теперь, — он потёр ладони. — Будем тренировать друг друга