Террор

ㅤ ㅤㅤЭто паническая атака. Просто паническая атака — ничего общего с настоящим. Цири застряла в своей реальности, и она её, словно коконом паучьим опутывает: ни встать, ни пошевелиться. Надо выбираться, надо вылезать из него, чёрт возьми, скорее, чтобы не попасться. Чтобы элементарно выжить. ㅤ ㅤㅤОдиночные выстрелы «Дезерт Игл» становились всё реже — раненый Гиселер слабел, а держать такую дуру одной рукой, да ещё и из золота отлитую... Цири выглянула из своего укрытия — маленького скворешника из двух обвалившихся балок, нашла взглядом Гиселера. На коленях у него покоилась пробитая голова Искры. Где Мистле, Цири не знала, но главное, Мистле не кричала, а значит, её не насиловали, а если и насиловали, то ей было уже всё равно. Почему-то это было единственно важным, о чём Цири подумала, вспомнив о ней. Кайлей лежал рядом, буквально в двух шагах, и чтобы вылезти из собственного укрытия и протащить свою вмиг отяжелевшую тушу к выходу — туда, откуда тянуло свежим ночным воздухом — ей требовалось поползти через него. Цири до блевоты не хотела запачкаться кровью. ㅤ ㅤㅤ— Вставай, тупая задница, вставай! ㅤ ㅤㅤВнизу её ждала чёрная «Ямаха», заказной YZF-R6 — Кельпи (Цири даже дала ей/ему имя) — чистое бешенство, состоящее из мотора и двух колёс. Цири надеялась, что мотоцикл ещё там и всё ещё на ходу. ㅤ ㅤㅤКрики Реефа она услышала на улице: «Чёрные» наказывали перебежчика и, похоже, довольно жестоко. Выглянув в щель, Цири увидела, как ему ломают руку о бордюр. Ещё она увидела гранатомет, небрежно прислонённый к здоровенному колесу «Эскалейда». Грубые военные ботинки. Взбивающие пыль быстрые шаги. К ней. ㅤ ㅤㅤЧуть подняв голову, она разглядела черную кожанку, тёмные волосы и бледное, скуластое лицо, похожее на морду хищной птицы. Цири готова была поклясться, что сзади на шее у него есть татуировка... ㅤ ㅤㅤНовый приступ паники — Цири снова задыхалась, потому что так уже было. Было несколько лет назад. Уже был этот клятый пожар и высокий молодой мужчина в кожанке тоже был. Он был в её снах, все эти чёртовы три года после того пожара. Он жил в них, и ни один блядский психоанализ не смог его оттуда вытащить. Эти чёрные крылья застряли в мозгу, словно раковые клетки, и ни чем их оттуда было не выжечь: ни химией синтетической наркоты, ни спиртным, ни снотворным. Ни тёплыми, требовательными объятиями Мистле. ㅤ ㅤㅤМистле, где же ты, Мистле... ㅤ ㅤㅤОдиночные выстрелы прекратились. Огонь с хрустом жевал стекло и дерево, и Цири слышала лишь эти мёртвые пожирающие звуки, и крики боли на улице, и своё сердце, грохочущее прямо за ушами и в затылке. Она ползла, упрямо ползла сквозь страх, отвращение и боль, по чужой/почти родной крови, осколкам стекла и обломкам мебели. Острые пики обломанных деревяшек так и норовили впиться в ладони, влезть под ногти, содрать кожу живьём, но эти пытки были ничем по сравнению со страхом: чёрный человек был близко. Он был настолько близко, что их отделяла пара десятков шагов, и Цири казалось, что она узнавала звук его голоса, хотя не слышала от него ничего, кроме надрывного «Заткнись!» тогда в дряхлом домишке на территории «Цинтры». ㅤ ㅤㅤВнутренности разъедало от дыма и химии, глаза текли слезами и какой-то кислятиной и, казалось, вот-вот вытекут досуха, Цири ползла по наитию, будто её сраный, сильный, как у бродячей собаки, инстинкт выживания вёл её к нужной дыре, потому что ни проёмов, ни окон от здания уже не осталось. Звуки доносились откуда-то снизу, значит, она всё ещё на втором этаже. ㅤ ㅤㅤ— Цирилла! ㅤ ㅤㅤНожом по рёбрам, и Цири сделав рывок, повисла на балке. Услышав треск, она, не глядя, прыгнула, сделала кувырок, чтобы смягчить падение. Под ладонями оказался гравий, значит, где-то здесь дорога. Найти бы «Кельпи» и драть прочь, и пусть спину при падении повредило каким-то блядским обломком, и теперь под майкой (а она, дьявольщина, осталась в одной майке и штанах!) чертовски болит и наливается кровью гематома, это всё дерьмо собачье по сравнению с тем, что он близко. ㅤ ㅤㅤ— Цирилла! ㅤ ㅤㅤСовсем близко. Он её видит, точно видит. ㅤ ㅤㅤ— Твою мать. — Язык не ворочался, в горле застрял наждак, во рту горчили пепел и угли. ㅤ ㅤㅤС брюха на колени, с колен на ноги, Цири сделала отчаянный рывок и упала, путаясь в собственных конечностях: оглушило взрывом будь здоров — вот же сучий отросток, надо было ему с этим гранатомётом выёбываться, зашли бы тихо и всех перерезали, их всё равно никто не ожидал... ㅤ ㅤㅤЦири сделала ещё рывок и уткнулась головой в чьи-то длинные ноги в узких джинсах, стукнулась об них, едва не приложившись лбом о подбитые носы грубых армейских ботинок... Блять... Это конец. ㅤ ㅤㅤ— Прости, Цирилла. У меня приказ доставить тебя в «Нильфгаард».