Тёмная сторона солнца

      Теплый, только-только появляющийся солнечный свет сегодня снова радовал кожу Танджиро Камадо своими ласковыми лучами.       Молодой человек просыпается каждый день в три часа утра — его семья владеет пекарней и это довольно популярное место, где делают вкусные хлебобулочные изделия, так что он печёт около тысячи булочек, после чего собирается в школу. Его сестра — Незуко, ученица средней школы, в отличии от него — ученика старшей школы Клинка, совсем не может нормально просыпаться по утрам, поэтому Танджиро часто несёт её до самых ворот учебного заведения. Юноша добирается до школы на поезде и сегодня он вновь поймал извращенца:       — Прекратите! Не показывайте свою задницу окружающим!       — Я сделаю это! — Этот мужчина с черезчур бледной кожей и отметинами на лице, невероятно опасен и творит страшные непотребства, когда оказывается в поездах. Так как Танджиро не может опоздать в школу, он связывает извращенца и передаёт его проводнику Сабуро, который всегда теряет этого ненормального человека. У школы юношу ждёт серьёзное препятствие — школьный учитель-методист, человек, который никогда не улыбается — Томиока Гию, и который всегда носит с собой бамбуковый меч, чтобы им атаковать Камадо за нарушение:       — Пусть это и семейная реликвия, ношение серёжек в школе запрещено. Танджиро уворачивается от атак учителя, попутно извиняясь. Если ему всё-таки прилетает мечом, он идёт к медсестре. Но даже если и прилетает, его серьги могут конфисковать, если поймают, поэтому Камадо не останавливается. Погоня прекращается со звонком на урок. Сегодня первым уроком была история, затем химия и музыка — все три урока проходили весело и интересно благодаря необычным учителям.       Большая перемена — время есть. Вспоминая, какую сегодня дают еду в столовой, жизнерадостный паренёк выходит из класса и через несколько мгновений невольно вздрагивает, чувствуя сзади себя холодного учителя с бамбуковым мечом. Камадо оборачивается. Обычно, Томиока сразу нападает, что значит, сейчас он прибыл для чего-то другого.       — У меня к тебе есть разговор. — ответ на вопросительный взгляд не заставил себя долго ждать.

***

      — Единственное, из-за чего я хожу в школу — это вкусная еда, которую дают в столовой. — фиолетоволосая девушка, сидящая в самом непримечательном месте, за пустым столиком, с восторженным блеском в глазах смотрела на поднос с едой. Многие скажут — это же просто рис и кари, что тут такого? Но боже, как она вкусно приготовлена!       Не сказать, что Лилиан любила кулинарию и очень сильно увлекалась готовкой, но вот покушать просто обожала. И Ли была бы наверняка ещё той пышечкой, если бы почти каждую перемену не убегала и не уворачивалась от атак учителя Томиоки, который ругал её за татуировку на венах руки. Но ведь она не виновата! Это родимое пятно, честно!       — «Спасибо, что хоть во время еды не достает…» — уплитая еду за обе щеки думает девушка, из-за чего отвлекается, а после от неожиданности вздрагивает, резко фокусируя взгляд на аловолосом пареньке, севшим напротив с той же едой, что и у неё.       — Я спросил, можно ли сесть, но ты не ответила, так что я решил, что ты разрешила. — начинает разговор Камадо с невинными глазками.       — … … Ты кто такой? — недоверчиво зыркает на парня Лилиан, после чего отправляет в рот ложку с рисом, всё так же не сводя взора от пришедшего.       — А, не удивительно, что ты меня не знаешь — ты же сидишь на последней парте, в отличии от меня, что на первой. — вспоминает красноглазый. — Я — Танджиро Камадо, твой одноклассник! Приятно познакомиться!       — «Это не от парты зависит — мне просто как-то всё равно на одноклассников» — проносится холодно в голове той, у которой от невысыпания, мешки под глазами. Что же ему нужно, а? Он же вроде такой активный, послушный и оптимистичный, так зачем лезет к ней — ленивой и пофигистичной, что в основном либо спит на уроках, либо хрумкает печеньки.       — Лилиан Мурасаки. — лениво отзывается голубоглазая, после чего скрещивает руки на груди. — Зачем пришёл?       — Томиока-сан сказал, что ты не поступила ни в один клуб — почему? — искренне не понимая и с неким волнением спрашивает юноша, а Ли точно молнией шандарахнуло.       Этот учитель… достал уже! Она же сказала, что не собирается тратить своё свободное время на такую бесполезной вещь, как кружки!       — После школы я очень устаю и потом, еле успеваю восстановится. — врёт и не краснеет. Как и писалось выше, на уроках Ли либо спит, либо ест. Очень прям тяжёлая работа, чтобы уставать.       Ладно, не важно. Но если Томиока-сан думает, что подошлёт этого примерного ученика и она его послушает, то непременно ошибается. Мурасаки останется непреклонной.       — Если это всё, то больше не подходи ко мне. И Лилиан правда подумала, что на этом всё и закончится… глупышка. Теперь, Танджиро каждый день с ней здоровался по утрам, был весьма дружелюбен и добр, всегда обедал вместе с ней, а с недавних пор и вместе с Ли стал идти домой… Как это произошло? Как Ли смогла такое допустить? А она не допускала, сопротивлялась, но этот всё лез со своей яркой улыбкой и лез, и до сих пор лезет.       — Какого чёрта?! Перестань! Я же сказала, что не буду вступать в ни какой клуб! — бунтовала фиолетоволосая.       — А? Я разве говорил что-то про кружки? — хлопал невинными глазками Камадо. — Мне просто нравится проводить с тобой время, только и всего. — и улыбался, так искренне и честно, что просто ужас. Самое главное — не врал.       Когда Томиока-сан рассказал Камадо о том, что у Мурасаки нет друзей, ему стало её жаль и он решил, что будет её другом. Ему и самому понравилось — если сначала девушка вела себя с ним недоверчиво и местами резко, то через время стала всё больше и больше раскрываться ему. А он внимал каждому слову и запоминал каждую мелочь про неё. Лилиан оказалась такой интересной! А Мурасаки и сама не заметила, как между ними завязалась дружба. Как стало обыденно, но одновременно и тепло от появления Танджиро перед глазами. Она не раздражалась от его появления, скорее для неё это стало обычным делом.       Прошло уже около трёх месяцев с того момента. Школьная жизнь Лилиан стала немного лучше. По крайней мере, она хотя бы уже не сбегает с дежурств, как делала всегда. По ходу этих дежурств она успела сдружиться с Агацумой Зеницу и Хашибарой Иноске. Ну, точнее первый был в страхе от второго и не знал, за кем спрятаться, а второй очень любил, когда его хвалят. С Незукой Камадо, также любительницой побыть в столовой, Ли столкнулась случайно — оставалась одна булочка и они оба к ней потянулись. В итоге булка была поделена надвое, а у Мурасаки недолгий шок от того, что это родная сестра Танджиро. Вот так совпадение. Но Лилиан ни капли не удивилась, когда осознала, что все эти люди связаны с Камадо. Конечно, он же такой солнечный, не удивительно, что у него так много друзей. Эх, и она ведь тоже поддалась его дружелюбным чарам и теперь, входит в круг его друзей. А ведь где-то два месяца назад клялась, что ни за что.       — О, ты сегодня сам? — безэмоционально интересуется Ли, стоящая перед выходом из школы и подняв глаза на пришедшего. Знакомые ребята, это конечно хорошо, но вот жуть как выматывает под конец.       — Да. У Незуко сегодня дополнительный урок. — кивает Танджиро, затем легко улыбается, — Идём? — и собирается пойти вперёд, как…       — Танджиро Камадо! — слышится злобнонастроенный голос одноклассника. Аловолосый оборачивается и пришедший замечает девушку. Длинные волнистые волосы развиваются на лёгком ветру, как и школьная юбка, а небесно-голубые глаза вместе с милым выражением лица устраняются прямо на него. Прекрасна. Да так, что лицо со шрамом моментально покраснело. Генья сжался перед ней и отведя взгляд столкнулся с тем, кто отрезвил его чувство недовольства.       — Да, Генья-кун, тебе что-то нужно?       «Не называй меня по имени, придурок!» — захотелось закричать на паренька, но Шинадзугава лишь сжал кулаки. Ли здесь, так что он не будет этого делать.       — Поговорить. Наедине. — выдавил из себя брюнет, хмуро сверля взглядом землю с лёгким румянцем на щеках.       — «Выглядит хулиганом, но такой сдержанный…» — невольно проносится в голове Ли. Всё же, зря его многие девушки бояться.       — Ладно, тогда я пойду. — расслабляет галстук фиолетоволосая.       — Нет, Ли-чан, подожди тогда меня минуточку. Я быстро.       — А?       — Нет. Пусть идёт. — непреклонным тоном молвит Шинадзугава.

***

      На следующий день, Танджиро было не видать, как и Незуко. Лилиан спрашивала насчёт Камадо у Зеницу и Иноске, но те тоже ничего не знали.       — Никогда не думала, что скажу это, но без Танджиро скучно и неинтересно. — кладя уже пустую тарелку на поднос, Мурасаки поглядывая на пустое место перед собой — обычно, там всегда сидит аловолосый паренёк, но не сегодня. Грустно как-то. Без него всё такое серое и холодное, он же — словно яркое солнышко. Хотя почему словно? Так и есть. С его приходом Лилиан больше не так яро ненавидит школу. Голубоглазая вздыхает, скрещивая руки на груди. Если так подумать, то вчера, последний кого она видела с Танджиро, был Шинадзугава. Неужели он повинен в сегодняшнем отсутствии юноши?       — «С чего бы Шинадзугаве вредить Танджиро? Не знаю, что между ними, но будет лучше, если спрошу его самого» Закончив с размышлениями, девушка решает начать действовать: первым делом стоит пойти в класс, найти Генью и расспросить о вчерашнем. Мурасаки так и сделала, только вот зайдя в класс, паренька со шрамом на лице — не обнаружила.       — Шинадзугава только что ушел по кое-какмим обстоятельствам. — отвечал учитель Таомиока на вопрос.       — «Ох, не везёт же мне!» — хмурится про себя девушка.       — Хорошо. Спасибо большое.       — Постой. — останавливает Ли Гию, после чего из достает из тумбочки несколько бумаг и протягивает ученице. — Это домашние задания. Будь добра, передай их Камадо.       — А что с ним? — принимая бумаги интересуется фиолетоволосая.       — Он болен.       Вспоминая это момент, Ли, стоящая перед домом Камадо, вновь поблагодарила небеса за то, что Геньи не было в тот момент. Это было бы так неловко…       — Ли, ты пришла! — открывшая двери Незуко выглядела счастливой и тут же обняла подругу. Не виделись всего день, а она уже соскучилась. Впрочем, как и Лилиан.       Оказалось, что розовоглазка осталась дома, чтобы ухаживать за больным братом, пока родители на работе. Остальные, меньшие Камадо, с любопытством или воодушевлением наблюдали за вежливой гостьей, принёсшей им вкусных гостинцев и поднимающейся вместе с Незуко к комнате Танджиро. Последний был удивлён и одновременно рад к приходу подруги. По его словам, ему теперь стало намного лучше, чем утром.       — Спасибо за домашнее задание, а то не хотелось бы от учителя Тенгена получить «яркую двойку в дневник!» — Камадо так смешно и правдоподобно спорадировал Узуя, что Ли не выдержала и тихо прыснула в кулак. И правда, их учитель химии — просто нечто!       — Хах, но знаешь, ты так неожиданно исчез, что я подумала, что Шинадзугава в этом виноват… — честно признается фиолетоволосая, а у Танджиро автоматом в голове вспоминается тот момент: как после ухода Ли, Генья потащил его за школу и схватив за воротник, прижал спиной к стене.       — Почему ты постоянно рядом с Лилиан?! Какие у тебя планы на неё?! — рычал гневный парень, в то время как аловолосый не мог понять такого враждебного настроя к себе.       — Ли-чан очень хорошая! Я хочу с ней дружить! — отвечал Танджиро уверено и с блеском в глазах. Шинадзугава хотел было ещё раз накричать, сказать, что не верит ему, как потом замечает, что карминовые глаза полны честности вместе с искренностью и отпускает его. Выплюнув что-то несвязное, Генья хочет уйти, как его теперь останавливает Танджиро:       — А… А в каких вы с Ли-чан отношениях? Не похоже, что она тебя хорошо знает.       — Заткнись! Тебя это не касается! — вспыхивает словно свеча темноволосый, надеясь напугать собеседника. Но Камадо ожидает ответа. — Она… — смущаясь, юноша отводит взгляд в сторону. — мне нравится… — секунды две тишины, после чего абсидиановые глаза угрожающе поднимаются. — так что если обидешь её — убью! И если расскажешь ей об этом — тоже убью! Вспомнив вчерашнее, Камадо не долго думал, как кратко назвать их «диалог».       — У нас был разговор по душам. — выдаёт Танджиро. — Кстати, Генья-кун кажется уже давно хочет подружиться с тобой. Нужно будет принять его в нашу небольшую компанию! Мурасаки вздыхает.       — Тебя послушать — так весь мир хочет дружить со мной… — буркает голубоглазая.

***

      Лилиан лениво глядела в окно, когда на перемене к ней подошел Шинадзугава и попросил её на минутку.       — Я слышал, ты искала меня вчера. — начинает парень, когда они выходят недалеко от класса. — Прости, что не было… — смущаясь, юноша кладёт руку на свою шею и отводя взгляд, замечает Танджиро, появившегося сзади Ли и остановившимся, как только увидел этих двоих. Темноволосый хмурится, на что Камадо поднимает ладони вверх, показывая, что не собирается мешать им.       — Ничего страшного. Ты не виноват. — отвечает Ли, неловко улыбаясь.       — «Чё-ё-ёрт, и как теперь выкрутиться?..» — бьётся головой о стену в мыслях фиолетоволосая. Придумай! Давай!       — Я просто… — расстеряно начинает, но потом до неё доходит, — может, поедим сегодня на перемене вместе? — первое, что попалось в голову. Н-да, могло бы быть и лучше. Мурасаки показалось, что лицо Геньи посветлело. А ей не показалось — он почувствовал большую радость и счастье.       — Я не против. — тихо улыбаясь, черноглазый замечает движение со стороны Танджиро — тот бодро улыбается, показывая большой палец вверх и точно говоря «Так держать!»       Отлично! Теперь Ли не одинока! Пусть его начальная цель и отличалась от итога, но и это хорошо! Правда, теперь наверно она не будет так полностью своё время уделять ему и они не смогут быть так долго вместе. Это немного грустно. Генье нравится Лилиан, и она его, как Танджиро думает, тоже вскоре полюбит. Он будет лишним в их отношениях и должен будет просто наблюдать со стороны. Ух, как же не хочется. Сердце больно сжимается и Танджиро кажется, словно он её теряет… Он не хочет, чтобы Генья забрал её у него. Это странно. Очень. Ведь пока он их так не увидел вместе, то даже мысленно болел за Генью, чтобы тот скорее признался Ли, а сейчас… он почему-то не хочет. Хах, «почему-то?»       «Когда ты кого-то любишь, ты не хочешь ни с кем делить этого человека — чтобы он улыбался по особенному только тебе, смотрел только на тебя с такими необычными искрами в глазах» — таковы были слова его матери, когда он когда-то спросил её, каково это — любить. Так что сейчас он прекрасно знает, почему ему не нравится: влюбился. Причём влюбился, сам того не осознавая, и наверняка не осознавал бы этого и дальше, если бы не Генья. Прости, Шинадзугава, и… спасибо.