Наложница

Гермиона бежала по коридорам Менора, натыкаясь на недоумевающие взгляды эльфов и девушек, которых она нечаянно толкнула, а то и вовсе сбила с ног, но все что она видела перед собой - дверь в ее комнату, единственное место в этом аду, где ей было более-менее комфортно. Влетев к себе и захлопнув хлипкую дверку, она увидела Лили, беспокойно ёрзающую на краю ее кровати. - Наконец то ты пришла, Гермиона, ты не представляешь как сильно я волновалась пока тебя не было! - облегченно воскликнула девушка, бросившись к ней в объятия. "Да, не представляю как тебе было тяжело" - язвительно произнес внутренний голос, вызывая мурашки по всему телу, и Гермиона сама удивилась своему хладнокровию. "Да я, кажется, схватываю все на лету от Малфоя" Брюнетка молча обняла подругу, тем самым успокаивая и себя, и ее. - Не беспокойся, Лили, как видишь, со мной все хорошо, правда. Но я бы, если быть честной, хотела бы сейчас побыть одна. - наконец устало произнесла Гермиона, вынырнувшая из объятий. Лили обеспокоенно посмотрела в карие, не показывающие не единой эмоции, глаза Гермионы, как будто ища там ответ на свой немой вопрос или намек на ложь. - Все точно хорошо? Он с тобой ничего не сделал, правда ведь? - недоверчивым голосом произнесла она. Гермиона, сдержав нервный смешок, выдавила из себя некое подобие улыбки и, немного сжав в ладонях руку подруги, произнесла: -Все правда в порядке, Малфой вел себя наилучшим образом и не причинил мне никакого вреда. Он лишь попросил меня сыграть ему пару аккордов на фортепиано, а затем лег спать. Просто, я наверное немного устала и хотела бы поспать, понимаешь? - наглая ложь далась ей несказанно легко, хотя раньше она бы не смогла сделать этого, не испытывая никакого стыда и чувства вины. Но сейчас ни того, ни другого не присутствовало в ней. Все таки она была права - война меняет всех. - Хорошо, как скажешь, надеюсь мы сегодня еще увидимся. - слова Гермионы звучали уверенно и правдоподобно, не заставив Лили сомневаться в их истине. Улыбнувшись подруге в последний раз, она вышла из комнаты и направилась к себе, прокручивая в голове разговор с ней. Когда дверь закрылась, Гермиона, устало выдохнув, осела на кровать, сжав простынь в кулаки, и при этом врезаясь ногтями в ладони. Просидев так несколько минут и смотря в голую стену, она резко вскочила и направилась в ванную комнату. Вся ее сущность жаждала отмыться от прикосновений Малфоя, содрать кожу живьем, если это было бы возможно. Она до сих пор чувствовала его холодные руки на ее коже. Прополоскав рот около четырех раз и тщательно почистив зубы, она поняла, что это не приносит никакого эффекта - Гермиона не переставала чувствовать себя "грязной". Оставшись наедине сама с собой, ее настигли воспоминания вчерашнего вечера и, не имея возможности больше сдерживаться, она склонилась над унитазом, чувствуя резкий приступ тошноты. Избавившись от всего, находившегося в ее желудке, она, как ни странно, почувствовала себя гораздо лучше. "Ощущение Малфоя" на себе вгрызалось в кожу и рот, пробираясь в организм, и единственный способ избавиться от него - полностью опустошить тело от всего. Сняв с себя платье, потрепанное и помятое после сна, Гермиона осела в ванной, направив на себя струю горячей воды. "Спасибо Малфой, ты хотя бы не заставил меня мыться в холодной воде, какое благородство с твоей стороны" - подумала она, чувствуя как ее тело расслабляется. Гермиона откинулась на бортик ванны и задумалась, вспоминая то время, когда она была по-настоящему была счастлива и спокойна. Погрузившись в воспоминания, она окончательно забылась. Гермиона бежала по коридору замка, ища глазами любое место, где ей можно было побыть наедине с собой. За спиной слышался отчаянный голос Рона, все это время пытавшегося объясниться впопыхах. - Гермиона, постой пожалуйста, ты все не так поняла! Лаванда сама вешалась на меня, я лишь пытался вежливо ей отказать, пойми... Да подожди ты! Он практически оставил свои попытки угнаться за девушкой, когда та уже практически скрылась из виду. Гермиона бегом поднималась по лестнице, стараясь не упасть на ходу. Она не хотела сейчас даже слышать голос Рона, не то что его объяснения произошедшему полчаса назад в гостиной Гриффиндора. Забежав на восьмой этаж и бессильно облокотившись о стену, девушка закрыла лицо руками, стирая подступающие слезы. Сейчас ей очень хотелось оказаться у себя дома, с семьей, плакать папе в плечо, хотя она прекрасно понимала, что это невозможно. Услышав тихий скрип, Гермиона схватила свою палочку, готовясь к нападению, но, обернувшись вправо, обнаружила лишь узкую дверь, на которую еще пять минут назад тут не было и намека. "Неужели это выручай-комната, я думала что так везет только Гарри" - подумала Гермиона, осторожно дергая за ручку, в попытке попасть внутрь. Открыв ее, девушка увидела перед собой симпатичную гостиную, выполненную в зеленых тонах. В ее стенах стоял приятный запах ванили, смешанной с каким-то одеколоном, состав которого Гермиона не смогла определить. Эта атмосфера напоминала ей дом, а диван, стоявший в углу, был практически таким же, как тот, на котором мама с папой смотрели с ней их любимые фильмы. Подойдя к дивану, девушка без сил рухнула на него и наконец дала волю эмоциям. Слезы ручьем лились по ее щекам, стекая вниз, а ее ладони были насквозь пропитаны ими. Заливаясь рыданиями, она, совершенно забыв о безопасности, сунула палочку в далекий карман. - Что ты здесь делаешь, Грейнджер? Ты не могла найти место получше и желательно подальше, чтобы устроить свою истерику? - резкий голос пронзил воздух, режа ее слух. Гермиона резко подняла взгляд и наткнулась на серые, холодные, будто сделанные из стали глаза. Она удивленно покосилась на Малфоя и неосознанно отодвинулась от него, будто в страхе, вжавшись в спинку дивана. - Встречный вопрос: что здесь забыл ты? - подрагивающим от не прекратившегося плача голосом ответила Гермиона. - Я находился здесь еще задолго до того, как ты соизволила сюда забежать. - он недовольно покосился на нее, своим тоном всячески намекая на свое нежелание с ней общаться. Гермиона ничего не ответила на его выпад, а лишь молча посмотрела на парня своими красными от слез глазами. Будь она сейчас сильнее морально, могла бы ответить ему чем то язвительным, или вступить в перепалку. Но ее голос был сорван от плача, а сил не было на очередной скандал. Малфой даже почувствовал небольшой укол совести, сам не понимая за что - он на протяжении многих лет говорил с грязнокровкой в сотни раз грубее. - Я уже ухожу, прости что побеспокоила. - тихо пробормотала девушка, после чего встала и направилась к выходу. - Постой. - резко выпалил Драко, то ли из-за чувства вины, то ли потому что ему хотелось сделать хоть что-то менее дерьмовое за этот год. - Ты можешь остаться, если хочешь конечно. В твоем состоянии я бы не разгуливал по Хогвартсу, да и не думаю, что твоя компания будет мне уж очень противна. - Малфой усмехнулся, к удивлению Гермионы, беззлобно. Поняв, что вариантов куда пойти у нее не было, девушка решила что она лучше побудет тут, с Малфоем, чем будет выслушивать очередные объяснения Рона. "Что бы подумал Рон, узнав, что я предпочла компанию хорька" - улыбнувшись этому, Гермиона развернулась и села обратно на мягкий диван. Малфой, усевшись на другую сторону, уткнулся в книгу, все это время находившуюся у него в руках, название которой - "Тысяча и один способ использования черной магии" не предвещало для девушки ничего хорошего. Но страха в ней не было, ведь вряд ли блондин решил попрактиковаться прямо здесь на ней. Они были не на войне, по крайней мере пока что, а значит, они не были врагами. Просто два недолюбливавших друг друга человека сидят вдвоем на одном диване, каждый по своему объясняя себе эту ситуацию. Она и сама не заметила, как слезы перестали капать из ее глаз, да и сама она порядком успокоилась, лишь изредка всхлипывая. Уставившись на языки пламени, которые так красиво подрагивали в камине, Гермиона окончательно забылась и даже почувствовала себя комфортно в компании с слизеринцем. Их молчание длилось около десяти минут, пока воздух резко не прорезал голос Малфоя: - Что у тебя случилось, Грейнджер? Не думаю, что оценки могут тебя довести до такого состояния. Хотя, кто знает. - произнес он, казалось искренне интересуясь причиной ее состояния. - Не думаю что тебе будут интересны проблемы грязнокровки, Малфой. - устало изрекла она в ответ. - А ты не думала, что если я спросил тебя о них, то это значит, что будут? - менее язвительным, чем обычно, тоном спросил Драко. Гермиона почувствовала легкий прилив чувства вины перед Малфоем, но тут же, взяв себя в руки, будничным том произнесла: - Я не подумала. Драко, несколько секунд просидев молча, наконец беззлобно усмехнулся, смотря в глаза гриффиндорки: - Не знал что Гермиона Грейнджер может о чем то не подумать. Гермиона резко уставилась на него, услышав свое имя из его уст. Это было очень непривычно, а в какой то степени даже пугающе, как и все доселе неизведанное. Как ни странно, но ей даже понравилось как он произнес его, как эти звуки вылетали из его губ. Девушка почувствовала прилив крови к щекам, который, как она надеялась, в тусклом освещении не будет заметен для цепкого взгляда Малфоя. - Гермиона Грейнджер много о чем не подумала, Малфой. К примеру о том, что её парень изменит ей в их годовщину.* - она произнесла это с откровенной болью в голосе, которая раздирала слух, заставляя проникнуться ей. Блондин молча посмотрел в ее глаза, в которых снова накапливались горькие слезы обиды. Ему даже на секунду стало казаться, что он действительно испытывает к девушке самое настоящее сочувствие. И он уж точно ощущал отвращение к Уизли, который, как Драко понимал, и был тем самым парнем. Он много раз видел рыжего, зажимающего разных шлюх из его факультета у стен коридоров, но ни он, ни другие не собирались рассказывать об этом Гермионе. "Ну она не глупа, так или иначе сама поняла" - подумал он, испытывая при этом некое облегчение. - Мне жаль. Гермиона устало взглянула в его серые глаза, которые больше не казались ей полными отвращения и злобы. Грустно улыбнувшись, она дружелюбно ответила: - Спасибо, - недолго подумав, она осмелилась и произнесла, - спасибо, Драко. Малфой не привык что к нему обращался по имени кто-то, кроме его друзей или родителей. Для всех он был Малфоем, сыном Люциуса, и никем более. Его фамилия всегда входила в комнату еще до него. Гермиона заметила легкое отчуждение в глазах Малфоя, которое пропало так же быстро, как и появилось на его лице. Эмоции на нем редко задерживались надолго. - Не за что, Грейнджер, я ничего такого и не сказал. - безэмоционально ответил он. - Ну, в таком случае я наверное пойду. - она аккуратно поднялась с дивана и направилась к выходу из комнаты. Ей и правда надо было идти, тем более уже скоро должен был быть отбой. - Подожди, Гермиона. Голос пронзил воздух, проходя в ее голову и заставляя вновь остаться здесь, рядом с ним. Малфой направился к ней, быстрым шагом преодолевая их небольшое расстояние. Остановившись прямо перед ней, так, что она могла чувствовать приятный запах одеколона, исходивший от него, он наконец промолвил: - Ты не одна. Ты никогда не будешь одна, даже на грядущей войне. Уверен что шрамоголовый этого не допустит. - его голос звучал уверенно, он был пропитан искренностью, без желания ее задеть. Она подняла взгляд, все еще вдыхая его запах, на тот момент думая, что делает это в первый и последний раз. Около минуты они просто молча смотрели друг на друга, и лишь им был ясен смысл их молчаливого диалога. - Ты тоже не будешь один, Драко. - развернувшись на каблуках, и, в последний раз взглянув на Малфоя, она улыбнулась ему уголками губ и вышла из выручай-комнаты. Гермиона резко вынырнула из ванной, в которой уже провела порядка часа. Вода с мокрых волос капала на керамический пол, и стекала по телу девушки. Она вся дрожала, причиной чему не являлся холод. Воспоминания, утерянные из-за постоянного "Круциатуса" постепенно возвращались в ее голову. Первое из них произвело на Гермиону самый настоящий ужас. Ее мир окончательно перевернулся и все его устои разрушились. Девушка пыталась понять что могло сделать из того Малфоя нынешнего ублюдка. "Это не могла была быть только война. Она меняет, но она не делает тебя другим человеком." - А от того Драко, как ей казалось, не осталось ни частицы. Сняв с вешалки полотенце из жесткого ворса, Гермиона аккуратно вытерла свое мокрое тело и, намотав его на голову, натянула на себя платье, сегодня появившееся на полке. Оно, к удивлению девушки, было не очередной тряпкой, которая от домовых эльфом перешла ей, а довольно красивым платьем лилового цвета. Вновь почувствовав себя той девочкой, которой она была на шестом курсе, когда радовалась красивой юбке или аккуратной блузке, Гермиона надела его на себя, чувствую, как легкая ткань струится по телу. Только она оделась, как перед глазами с легким хлопком возникла радостная Динни, которая тут же начала подпрыгивать вокруг Гермионы, пребывая в очевидном восторге: - Мисс Гермиона сегодня такая красивая, это платье ей очень идет! - воскликнула она. Гермиона улыбнулась эльфийке, чувствую себя, впервые за долгое время, хорошо и спокойно. - Да, спасибо тебе за заботу, Динни, мне оно было очень нужно. Вся остальная одежда (или "тряпье", как это мысленно назвала девушка) порвалась. - Динни тут не при чем. Динни лишь выполняла поручение своего господина, у которого всегда был изысканный вкус на вещи. Поэтому мисс Гермионе оно так идет. Гермиона резко перестала улыбаться, а на ее лице появилось отвращение и сомнение. "Никак не могла подумать, что я стою одно платье" - ядовито подумала девушка, вспомнив события вчерашнего вечера и ночи после. Ее размышления прервал звонкий голосок Динни, вновь обращающуюся к ней: - Мисс Гермиона должна начать свою работу и убираться в замке. Хозяин Драко приказал начать прямо сейчас. Девушка закатила глаза, поняв что ей опять придется вступать в перепалки с Малфоем, да и это еще в лучшем случае. - Хорошо Динни, сию же минуту выйду и пойду убираться, ведь слово хозяина - закон. - саркастически ответила Гермиона. Но Динни, в силу своей искренной трепетной радости, не заметила в голосе девушки ни намека на сарказм. Эльфийка, одобряющем кивнув, исчезла в воздухе, оставив Гермиону одну. Найдя в шкафу заколку, лежавшую под платьем, она убрала себе волосы в небрежный пучок, выпустив пару прядей. Все же подтирать пыль волосами ей не хотелось и, при всем ее нежелании брать "подачки" Малфоя, это было ей действительно кстати. Собравшись с силами, она вышла из комнаты, по дороге заглянув в прачечную и взяв тряпку. Гермиона за год уже привыкла к тому, что общество лишило ее возможности пользоваться магией, но при уборке страдала из-за отсутствия палочки. Родители всегда ругали ее за то, что после поступления в Хогвартс она никогда не занималась домашними делами без помощи магии. Вспомнив о родителях, в уголках ее глаз начали скапливаться слезы, которые она быстро смахнула ладошкой. Поднявшись по лестнице, она убралась в паре комнат, вход в которые был открыт, полила цветы, стоящие на подоконнике в одной из спален и на секунду остановилась. Эта комната, в отличии от других, была оснащена светом гораздо лучше, а стены ее были выполнены в нетипичном для Малфоя нежном стиле. Кровать была аккуратно застелена, а на тумбочке около нее стояла запыленная фотография в рамке. Судя по количеству пыли, в этой комнате давно никто не жил, да и вряд ли она служила в качестве гостевой. К ней как будто уже много лет не прикасались. Гермиона почувствовала себя неуютно, словно она оказалась там, где не должна была или увидела что-то, непредназначенное для ее глаз. Проиграв любопытству, девушка аккуратно взяла фотографию и рукой сняла с нее слой пыли. Как только изображение прояснилось, она резко одернула руку, чуть не выронив фотографию. С нее на Гермиону смотрели и улыбались блондинка приятной наружности и Драко Малфой. Пара на фото выглядела безумно счастливо, блондин обнимал девушку за талию, а она, в свою очередь, тянулась к его щеке за поцелуем. "Никогда не видела с ним девушек в таких теплых отношениях, помимо Паркинсон и его матери. Эта точно не является ни одной из них" Ей снова стало не по себе и она уже собралась поставить рамку с фотографией на место, как комнату резко прорезал голос: - Что ты тут забыла? - Гермиона вздрогнула и повернулась к двери, чуть не выронив изображение. - Я-я тут убиралась и уже собиралась уходить, Малфой. - она собиралась было проскользнуть мимо него, как он внезапно остановил ее рукой, преградив путь. - Что у тебя в руках, Грейнджер? - Извини, я забыла поставить на место. - Гермиона быстро повернулась чтобы поставить колдофотографию назад на тумбочку, но Драко вновь перехватил ее руку и выхватил ее содержимое. Спину Гермионы пробирала дрожь, пока она молча наблюдала за Малфоем, ожидая очередной порции криков и агрессии в ее сторону. Драко молча смотрел на фотографию, разглядывая что-то в ней, в его глазах было что-то такое, что она не видела в них никогда: - Пошли Грейнджер, тебе еще надо сыграть мне сегодня. - немного отрешенно произнес он, поставив фото на тумбочку. Гермиона удивленно посмотрела на него. Она думала что услышит очередной выпад в свою сторону, тем более за то, что притронулась своими "грязными" руками к его вещам. Но за первым высказыванием ничего не последовало и Гермиона двинулась за ним в сторону его покоев. Уже стоя перед самими дверьми она резко остановилась, пытаясь перебороть себя и переступить порог. Воспоминания вчерашней ночи резко всплыли в ее сознании: то, как он заставил ее сделать ему минет, а потом спать с ним в одной кровати - всё это яркими картинками предстало перед глазами. Лоб прошиб холодный пот, руки затряслись, а зрачки расширились, она попятилась назад, чувствуя как ее окутывает паника. Малфой молча повернулся к ней и вопросительно взглянул в ее полные страха глаза. -Грейнджер? - он обратился к ней, пытаясь привести девушку в чувство, но она никак не реагировала, лишь отходя от него, в порыве панической атаки. -Грейнджер, твою мать, что с тобой? - Драко подошел к ней, пытаясь уловить причину столь странного поведения. Малфой, придвинувшись почти вплотную, аккуратно взял ее за плечи и потряс, пытаясь привести в чувство: - Грейнджер.. Гермиона, да очнись ты. - девушка резко дернулась на звук своего имени и сфокусировала взгляд. Совсем близко перед ней стоял Драко, впившись в нее тревожным взглядом. - Отойди от меня. - Драко быстро сделал шаг назад и снова взглянул на нее с вопросом в глазах: - Да что с тобой такое? - Что со мной такое, Малфой?! Ты вчера заставил меня заняться с тобой оральным сексом в этой комнате, а потом облапал как последнюю шлюху. Ты обещал.. обещал что не тронешь меня! А потом дал мне платье, которое сейчас на мне в качестве "платы"! Для меня это был первый раз, когда я делаю что-то подобное и сейчас ты просишь оказать еще одну услугу. Откуда я знаю, не сделаешь ли ты со мной что-то подобное сегодня?! - ее голос сорвался на крик, а из глаз брызнули слезы, которые она так не хотела ему показывать. Гермиона пребывала в настоящей истерике и выплевывала слова на воздух, пытаясь достучаться до парня. Малфой молча уставился на нее, и в его глазах она увидела как вечная маска безразличия спадает, уступая место первичному шоку. - Я понимаю что для тебя я ничего не значу, да о чем я.. Ты даже за человека меня не считаешь, я просто марионетка в твоих руках, которую можно ломать и собирать заново. Я думала что в твоем возрасте люди осознают что они делают с другими и берут отвественность, но видимо в твоем случае это не так. - ее голос охрип от крика, но она пыталась продолжить свою тираду. Малфой, казалось впервые в жизни, был растерян. Он сделал шаг вперед и протянул к ней руку, как показалось Гермионе, пытаясь схватить ее. - Стой, не прикасайся! Встань где стоишь, не подходи ко мне! - истерично выкрикнула девушка, пребывающая в агонии, смешанной в истерике. Бессильно замолчав, она осела на пол и, закрыв лицо ладонями, разрыдалась. Драко не был готов к подобным эмоциям и откровению с ее стороны. Еще никогда ни одна из девушек, оказывающих ему подобную услугу не пребывала в истерике, они наоборот - всегда молча уходили, а если надо - повторяли. Он почувствовал стыд, который съедал его самолюбие изнутри. Его целью не было его сломать, он скорее просто не знала какого это - подругому. Он понимал, что она вряд ли сможет простить его за вчерашнее. Он и правда поддался животным инстинктам, забыл о том, что она не пустая кукла. Все это ему годами прививали пожиратели и отец, он рос с этим, это было частью его самого. И лишь сейчас он понял, насколько сильно это воспитание все испортило. Всхлипывающие тело девушки на полу сейчас волновало его больше обычного и он не знал что делать дальше. "Драко Малфой не знает что делать с грязнокровкой - иронично" - подумал он, а через пару секунд поправил себя в голове: "Не с грязнокровкой, а в целом, с женщиной". "Рози была со мной только потому что видела во мне какую-то человечность, хотя глядя сейчас на Грейнджер я эту человечность не наблюдаю." - эти мысли заполняли всю его голову, не давая ни на секунду забыться. Да и как забудешься, когда рядом рыдающая девушка. Драко, опустившись на колени, посмотрел на вздрагивающие от рыданий плечи девушки. Собравшись с мыслями, он попытался разглядеть ее лицо, чтобы понять как привести в себя. - Грейнджер, посмотри на меня пожалуйста. - она медленно подняла на него свои красные от слез глаза, смотря в беспокойном ожидании и давая продолжить: - Я правда не знаю как оправдать мои вчерашние действия, да я и не пытаюсь. Никто не имел права к тебе так относиться, даже я. Я не платил тебе этим платьем, мне было безумно стыдно, за то что я сделал вчера и хотел так искупить вину, хотя это была ужасная идея. И ты была не права, когда сказала, что я не вижу в тебе человека: все наши школьные годы я с восхищением наблюдал за тобой и пытался быть равным, но никакая чистота крови не делала меня таковым. Я не знаю как заслужить твое прощение за то, что я совершил, но.. Его речь была резко прервана словами Гермионы, высказанными хриплым голосом: - Пообещай мне, в этот раз по настоящему пообещай. Драко вопросительно посмотрел на нее, с надеждой во взгляде. - Обещай что не тронешь меня без моего согласия и не заставишь меня делать ничего подобного вновь. Если я говорю "нет" - это значит нет, Малфой. Драко, подумав, аккуратно взял ее руку, от чего она снова непроизвольно дернулась, ожидая худшего, но все же не вырвала руку: - Я могу дать тебе непреложный обет. - его слова в какой-то степени поразили ее, заставив поверить в искренность его прошлой речи, но тут же был омрачены ее догадкой: - У меня нет палочки, Малфой, ты же знаешь. - уныло ответила она, при этом все еще не убирая руку. Драко уже и забыл про этот аспект, но сильной проблемой для него это не являлось, ему бы без вопросов продали хоть сотню палочек. - Я могу для этого тебе ее достать. - уверенно произнес он. - Не утруждай себя. К тому же, боюсь что мне будет слишком тяжело тебе ее вернуть. Так что, как истинная гриффиндорка, сейчас я поверю тебе на слово. - она грустно усмехнулась. Малфой улыбнулся "немалфоевской" улыбкой и встал с колен, снова протянув ей руку и помогая встать. Гермиона неуверенно взяла ее и, слегка напрягшись, встала. - Ты не хочешь туда входить? - парень кивком указал на дверь в свои покои. -ты можешь пойти к себе, если хочешь. Девушка задумалась, смотря на вход в спальню. Ее паника спала, а Малфой своим поведением напоминал.. того Драко из воспоминаний: -Игра на фортепиано меня успокаивает, помогает отвлечься. - она медленно шагнула за порог в комнаты, переступая его. Подойдя к инструменту, Гермиона села за него и задумалась что сыграть. Сегодня ей не хотелось играть классику - все это было для нее неродное. Положив руки на клавиатуру, звуки сами начали исходить из ее пальцев, складываясь в мелодию "Богемской рапсодии". Как только Гермиона заиграла, Драко, все это время стоявший рядом с ней, удивленно поднял взгляд. Эта мелодия пару раз играла в слизеринском кругу. Какое бы отвращение они не питали к магглам, отрицать их талант к музыке они не могли. Он заслушался, окунаясь в эмоции и события сегодняшнего дня. Первый раз на его памяти, когда он не оскорблял Грейнджер, или не причинял ей вреда. "А ведь ей очень идет это платье" - пронеслось в его голове, и хоть он и знал, что от таких мыслей стоит избавляться, сегодня он хотел оставить все как есть. "Я смогу вовремя остановиться" Гермиона тем временем доиграла вступление и, окончательно забывшись, начала подпевать.: Mama Just killed a man Put a gun against his head Pulled my trigger, now he's dead Мелодия разносилась по замку, а ее приятный голос дополнял и без того красивую игру. Драко удивился, когда девушка начала петь. Единственная женщина, что пела ему, была его матерью. Рози всегда смущалась петь перед ним, а Гермионе, как видно, было не до стыда. Казалось, что мысленно она уже далеко не в Малфой-Меноре. Сыграв последний аккорд, Гермиона будто опомнилась и встревоженно взглянула на Драко: - Прости, я забылась. - поднявшись из-за инструмента, она уже собиралась уходить, когда ее остановили его неожиданные слова: - Ты красиво поешь, Грейнджер. - С-спасибо, Малфой. - неуверенно ответила она. - Не выпьешь со мной чаю? - его голос звучал искренне, без сарказма или издевки. - Только если у тебя есть зеленый.