Навязанное чувство любви.

Чувства трудно описать словами. Если вы никогда не испытывали чего-то - другие не смогут передать это вам через разговор. Таковы люди, ведь никто из вас не поверит в нечто необычное, пока не увидит это собственными глазами. Так и с нашими эмоциями, чувствами, ощущениями - вы должны сами испытать это. Абсурдно, подумают люди, что не верят в неожиданно нахлынувшую любовь, которую именую странными словами "с первого взгляда", абсурдно, что кто-то может осознать свои чувства в одну секунду. Разве бывает, что ты никогда не чувствовал к этому человеку ничего, а лишь увидев его в какой-то ситуации, тут же ощутил внутри уже давно распустившиеся цветы любви, что неприятно сдавили все органы? Чушь, не правда, все это не настоящее, а лишь придуманное. Да? Правда? Ни Марк ни Донхёк никогда бы не смогли ответить на это. Они сами слабо понимают, как пришли к таким отношениям. Разве это нормально? Даже если нет, им как-то все равно сейчас. Сейчас, когда воздуха в лёгких не хватает даже на то, чтобы дышать. Когда кожа плавится под чужими прикосновениями сильнее, чем от горячей воды. Когда кажется, что разум давно утерян, а из всех чувств осталось только осязание, ведь невозможно настолько сильно реагировать на чужие пальцы на коже. Где Хэчан сейчас вообще, что происходит - на это у него нет ответа. Есть только дыхание старшего где-то у уха, его горячие губы на шее, руки, что пытаются отмыть тело от крови. Младшему не нравится, что Марк до сих пор в одежде, потому что его голова покоится на хёновской холодной мокрой майке. Но он не может сказать ему об этом, вообще не может говорить. Лишь иногда стонет от боли и удовольствия, когда руки Минхёна невесомо касаются еще не закрытых ран или слишком откровенных мест на его голом теле. Наверное, Марк сам жалеет сейчас, что решился искупать младшего в такой момент. Когда наконец осознал свои и его чувства. Потому что возбуждение не даёт здраво мыслить, глаза цепляются за кожу Донхёку, за все его тело, а его стоны выбивают из колеи. В его маленькой ванной и так жарко из-за горячего пара, но Ли сейчас сгорает по другой причине. Почему он, черт возьми, одел эти неудобные джинсы!? Их плотная ткань до боли сжимает его слишком возбужденную плоть, до черных кругов перед глазами. Надо держаться. Эта мысль застряла в голове Марка и он не устает повторять и повторять ее, пока пытается смыть с Донхёка всю кровь, усталость и боль от ран. -Погоди, я так больше не могу....- Здравый смысл покидает голову Минхёна тогда, когда Хэчан случайно упирается коленом между его ног, и он буквально сам выстанывает эти слова, упираясь лбом в его плечё. Нет, не возможно, желание обладать этим суккубом затмевает все мысли. Ли кажется, что он погружается в болото по имени Донхёк все глубже и глубже, в точку невозврата. -Марк....Марк я люблю тебя. Люблю, правда люблю...- Донхёк говорит это не осознавая, сквозь слёзы, потому что рассудок давно потерян. Он медленно трется своей щекой об голову старшего, после чего тот втягивает демона в долгий поцелуй. Господи, трясущийся голос Хэчана одновременно пытка и наслаждение для Минхёна. Он понимает, что парень сейчас плачет больше от боли во всем его покалеченном теле, поэтому не делает ничего, кроме поцелуев. Не сейчас. И хоть крышу сносит, но Марк все равно держится, ведь не хочет делать ему еще больнее. *** Полуночник - бар-кафе, что известен любому в небольшом спальном районе. Приятное место с довольно своеобразной атмосферой, в которой нет места разврату и пошлости. Это место отдаёт теплом, горячим алкоголем в горле и шумными разговорами, с болтливыми официантами и улыбчивыми барменами. Это место - особенное. Но не каждый способен понять это, не зная владельца этого заведения или тех, кто работает в нем, не зная какой смех между этими людьми может стоять в баре в не рабочее место. Но для них самих - это место, как второй дом. И если бы не оно - две одинокие, блуждающие в этом мире души, что так не похожи друг на друга, никогда бы не встретились. Все началось здесь. И все закончится здесь. Так решил Донхёк, а Марк лишь поддержал его. Обычно, в рабочие вечера в комнате отдыха для персонала бывает пусто, лишь Сынги иногда лежит на просторном диване, думая о том, что скоро неизбежно придет день зарплат и он увидит десяток глаз с ожиданием смотрящих на него. Но не сегодня. Этот день был таким же особенным, как и вся жизнь обитателей Полуночника в последнее время. В комнате не было владельца бара, да и вообще со вчерашнего дня здесь не было никого. Просто вечером в заведении неожиданно появились Марк и Донхёк, а потом попросили у господина Чхвэ очень странную вещь, перед этим извинившись, что пропали на целых три дня. Мужчина, что все это время места себе не находил и даже звонил в полицию, быстро согласился, перед этим поругав двух молодых людей за то, что заставляют так волноваться его больное сердце. С того момента прошли сутки. Этот вечер тоже обещал быть необычным. В баре как всегда было шумно, горел приглушенный свет, играла приятная музыка, в воздухе висел запах алкоголя и сигарет, а по большому залу носились резвые официанты. Все как всегда. Все как обычно. Даже тот привлекательный бармен, что отличался своей нестандартной внешностью, так же мило улыбался новым поситителям и иногда поглядывал на время с обеспокоенным взглядом. Сейчас все странно. Но Минхён, кажется, начал привыкать к тому, что его "обычной" жизни пришёл конец, что теперь он не сможет вести себя так, как все люди вокруг. И его это устраивает. В комнате было тихо. Даже часы на стене не могли справиться с тишиной, что заволокла сам воздух в помещении. На диване сидел Хэчан. Вид у него был намного лучше, чем в тот самый день, когда он спас Марка - все наружные раны зажили, лишь некоторые органы внутри все еще были повреждены. Впрочем, казалось, что парня сейчас что-то беспокоило. Он молча наблюдал за циферблатом и следил за каждым движением трех стрелок, что медленно шевелились, оповещая переход одной минуты к другой, одного часа к следующему. Казалось, что еще немного - и суккуб просто уснет в полной тишине и недвижимости. Вот только ему не дали этого сделать. В коридоре, что вел из этой комнаты к заднему, запасному выходу послышались чьи-то шаги. Они медленно, но уверенно приближались, после чего ручка на двери шевельнулась. Не прошло и пары секунд, как дверь открылась, а в проходе появился тот, кого Донхёк ждал все это время. Парень столкнулся с гостем своими ярко-голубыми глазами и он ответил тем же. Дверь за его спиной закрылась, а сам Джехён прошёл чуть вперед, останавливаясь перед низким столом. У другого края стола стоял тот самый диван, на котором сидел суккуб. Они молчали. Между ними даже не чувствовалось обычного напряжения, хотя этого вполне можно было ожидать. -Думаю, ты уже понял, что проиграл...- Донхёк начал говорить первым, разрушая промежуток тишины между ними, который длился несколько минут. Хэчан устало выдохнул. -Да...- На лице мужчины лишь расцвела нелепая в данной ситуации усмешка. Он глубоко вдохнул. -Падай. - Только Ли успел произнести это, как Чон Джэхён попятился назад и повалился на стену за своей спиной, при этом съезжая вниз. Ноги отказались держать его. Он судорожно начал вдыхать воздух, попытался закрыть нос руками, но ничего не помогало. С каждой секундой становилось все хуже. Воздух. Запах. Все вокруг было пропитано запахом Донхёка. И он был настолько сильным, что даже он, такой же суккуб, реагировал на него - в голове все смешалось, в глазах плыло, тело отказывалось подчиняться, слушаясь лишь приказов Хэчана. Он проиграл тогда, когда зашёл сюда и уже не смог выйти. -Хитро, малыш Хёк. - Голос Джэхёна немного дрожал. Когда он понял, что от запаха ему не спастись, то решил все же поговорить. На его лице все еще красовалась та неприятная ухмылка, что придавало ему немного зловещий вид. Трудно признавать свое поражение. -Ты сам подсказал этот выход Марку, когда говорил с ним. А я принял решение, что своими особенностями нужно уметь пользоваться. Мой запах ведь может и суккуба совратить, так? - Джэхён засмеялся. Казалось, что его нервы были на пределе, но, на самом деле, он чувствовал себя вполне спокойно. Просто физическое состояние оставляло желать лучшего. -Особенностями? Скорее болезнью. Тебе же самому сейчас плохо. -Я уже привык. Я так почти неделю проводил в газовой камере и ничего, выжил. А вот для тебя такое впервые. -Ладно, ладно, сдаюсь. Как у тебя только получилось меня обмануть, тогда, пару дней назад? -Я знаю этот район наизусть, как свои пять пальцев. И найти здесь какого-то сбежавшего суккуба не составит проблем. Ты сам сказал, что сбежавшие забрали очень важную для тебя вещь. Что может быть важно для демона? Или борец, или информация. У тебя нет борца, иначе бы ты не стал нападать на меня и Марка. А значит, те суккубы из твоей свиты знали что-то, что не должны были. И, хорошо понимая твой характер и привычки, я осознал, что ты сам отправишься разбираться со своими предателями. Из остального - оставалось лишь подкинуть нужную информацию твои людям и выпроводить тебя из дома. Ты оставил Марка одного, потому что взял с собой слишком мало людей, плюс, был на 95% уверен, что я мёртв. -Моя уверенность меня подвела. -Она подвела тебя дважды. Ты ведь совсем не спешил снова встретиться со мной. Практически два дня прошло. Джэхён, ты не ставил меня ни во что, думал, что убить меня второй раз и забрать Марка - очень легко. Поэтому выжидал и пришёл только сейчас. И проиграл. -Я уже понял. Что дальше, малыш Донхёк? - Злобный оскал Чона не предвещал ничего хорошего. Он не привык проигрывать, так как сам был хорошим стратегом. Но этот слабый суккуб среднего уровня обошёл его, не имея ничего, пользуясь лишь своими мозгами. Отвратительно. Он смотрел на него, такого беспомощного....если бы Чон мог, он бы легко убил его еще сотню раз, прямо сейчас бы вцепился в его горло, вырвал позвоночник, задушил, разорвал на части. Малыш Хэчан точно достоин этого, как один из самых отвратительных и человечных представителей их расы. -Дальше? Либо мы придём к компромиссу, либо ты умрешь. -И как же ты собираешься убить меня? Сам же еле шевелишься. -Не забывай, Джэхён, что ты сам можешь себя убить. Сейчас ты еще сопротивляешься моей воле, но поверь, я всех предупредил - сюда никто не зайдет, пока я не разрешу - и у нас впереди долгие часы, а может и дни. Ты сломаешься. А потом я прикажу тебе отключить твою внутреннюю защиту и убить себя. Конец. - Казалось, что Джэхён одним взглядом мог сейчас убивать. В его глазах горел настоящий синий пожар. Но суккуб напротив него не спешил умирать или сгорать в синем пламени, он лишь праздновал свою победу. Да, он победил. Чон снова засмеялся, убрал волосы с лица дрожащей рукой - тело все больше отказывалось подчиняться, а по венам уже текла кровь, смешанная с запахом Донхёка. С отвратительным запахом. -Марк теперь твой? -Он был моим изначально. -Все же, малыш Донхёк, ты еще хуже меня. Надоело играть с ним в друзей? А сам Марк то знает, что ты играл с ним все это время? -Не тебе мне об этом говорить, Джэхён. Лучше убирайся из моего района. -Это твое условие? -Ты оставляешь меня и Марка в покое, а сам уходишь. Навсегда. И можешь больше не появляться тут. -Ясно. Хорошо, я принимаю все твои условия. Отпустишь меня? -Клянись. Огнём. Я не верю ни единому твоему слову, Чон Джэхён. - Мужчина лишь разочарованно вздохнул, после чего глазами в воздухе нарисовал какой-то знак - на секунду перед его лицом он появился в виде синего огня. Только Джэхён сказал слова клянусь, как огонь пропал, а на его спине остался ожог в виде того же знака. Впрочем, с правым предплечьем Донхёка произошло тоже самое. Он лишь поморщился от боли, после чего рассмотрел появившуюся на его коже клятву. - Специально выбрал руку? -Чтобы ты всегда вспоминал обо мне, Донхек~ки. -Надеюсь, никогда больше не увижу тебя, Джэхён. - Парень лишь одарил того недовольным взглядом, после чего набрал чей-то номер на телефоне. Марк в комнате появился быстро. Он не задавал лишних вопросов, помог Джэхёну подняться с пола и вывел его на улицу. Хэчан не знал, о чем они говорили, но его это не пугало. Когда придет свое время он расскажет Марку все, что тот захочешь. Потому что перед ними теперь вечность. Потому что он никогда не отпустит его. Это не любовь - для суккубов не свойственна любовь - это желание, желание обладать всем Минхёном, быть его жизнью, жить и дышать только им. Это одержимость. И Донхёк с самого рождения искал того, кто станет его личным наркотиком. Марк вернулся минут через десять. Он притащил с собой куртку младшего, после чего также помог ему подняться. На его лице не было никаких противоречивых эмоций, но Хэчан все равно не верил, что Джэхён мог так просто уйти, ничего не рассказав Минхёну или хотя бы не намекнув ему на истинную сущность демона, что оказался рядом с ним. Еще минута - они уже оказались на улице, у заднего входа в бар. Свежий воздух выбивал из легких Донхёка его собственный запах, прояснял мысли. -Все прошло хорошо? - Марк выглядел вполне спокойным, но где-то на дне его глаз младший видел искры волнения. Сидя перед самым выходом, Хэчан уткнулся лицом в плече парня, что сидел рядом. Он не достоин его. Точно не достоин. -Да. Он оставил мне клятву. - Хэчан закатил правый рукав, чтобы знак было видно. Потом он почувствовал аккуратные прикосновения теплых пальцев к коже, вокруг ожога. Это было до дрожи приятно. Но не настолько, как ощущение чужих губ прямо на свежей ране. Суккуб даже вздрогнул и сильнее зарылся носом в одежду Марка. -Больно? -Все нормально. Я не настолько восприимчив к боли, как люди. -Я рад, что все закончилось. И рад, что у нас только все начинается. - Донхёку нравилось чувствовать Минхёна. Как он, еле касаясь его кожи, опустил поднятый рукав куртки, а потом сжал пальцы младшего в своих. Эти маленькие, незначительные детали создавали этот прекрасный момент. Момент, когда время застыло и этот мир остался только для них двоих. -Он...что-нибудь говорил? -Возможно. Но для меня это не важно. -А если я скажу, что его слова - правда? Ты оставишь меня? -Нет. Я в любом случае уже никогда не смогу оставить тебя. Донхёк, я только нашёл своего личного демона и теперь ты не скоро отвяжешься от меня. -Держи свое обещание, Марк Ли, иначе пожалеешь. Донхёку очень сильно хочется спать. Хочется остаться в руках этого человека, отдать ему всего себя. И все равно, что будет дальше. Разве вообще есть какой-то смысл думать о будущем, когда он рядом? И плевать, что Сынги будет снова злиться на них - ведь Марк бессовестно сбежал со своего рабочего места, а Хэчан еще не скоро выйдет на работу, пытаясь восстановить свое физическое состояние. Он им как отец, а родители на детей долго злиться не могут. И с легкой улыбкой на лице Ли Донхёк уходит в царство сна, надеясь на то, что когда он проснётся, Марк будет рядом. Всегда рядом.