Самая странная школа

— Что блять?! — Инсаров отскочил, как только снял маску, а девушки вжались в ближайших парней. Под маской была Аня.       Лёша подхватил Сашу, закинул его себе на плечи и отошел к Алишеру, который тут же схватился за его руку. Аня накинула маску, свет с телефона выключился, а Глеб попытался нащупать устройство. Ваня притащил его к остальным парням. Раздался громкий шорох и какой-то звук. Лёша, не отпуская Сашу и схватив Алишера подошел к двери, дернув за ручку. Дверь не открывалась, о чем он тут же сообщил, и компании стало реально страшно. — Лёш! — вскрикнула Настя, а потом все затихло, даже шорох. Узенюк осторожно подошел к девушке, с трудом нащупал ее руку и взялся за неё. — Насть? — спросил он, но ответа не последовало. — Бля-я, — раздался негромкий голос Саши, который тут же слез с Лёшиных плеч. — Саш, что это было и что сейчас происходит? — Болит что нибудь? — к Узенюку подошел Алишер, и блондин успокоился. — Ну, это была Аня и два каких-то мужика. Рука болит немного. А что сейчас происходит я не ебу, но лучше сидеть как можно тише. — Согласен, — прошептал Лёша и трое парней замолчали, остальные и так не говорили.       Свет заморгал и ударил парням в глаза. Леша заслонился от него, и тут раздался голос сразу двоих людей. — Глеб, где Алишер? — тихо произнесла девушка и вжалась в блондина. — Недалеко, — кратко ответил парень, и Клава тут же подошла к уже своему парню, залезла на его колени, обняв и прижавшись.       Тима наконец подал голос, слабо произнеся что-то неразборчивое, и уселся к Саше. Глеба послали к двери, и тот открыл её. Лёша схватил Федю, который был без сознания и лежал еще с двумя людьми. Голубин взял Дрёмина, а Леша уже пошел к выходу. Саша взял за руку Алишера, а Клава пристроилась около парня. Саша помог Тиме, который до конца не проснулся, дойти до двери, и компания наконец была на нормальном свету. — Все есть? — спросил Алишер, а его голос непривычно отдался эхом по коридору. — Д-да, — заикаясь, ответил Морозов. — Тогда идем, — скомандовал парень, и они пошли вниз. Уже ближе к выходу Лёша вспомнил о Насте. — Блять, — громко произнес он. — Настю забыли. Я за ней. Алишер, возьми Федю.       Моргенштерн послушно взял парня на руки, а Узенюк убежал наверх, и к всеобщей радости быстро вернулся, уже вместе с девушкой, которую волочил за руку, так как после Инсарова не было сил кого-либо взять на руки. — Теперь все? — раздраженно спросил Алишер, так и не отдав холодное тело Феди Лёше. — Да, уже точно, — компания двинулась в лагерь быстрым шагом, и уже скоро они дошли.       Алишер пошел к вожатому, отдав Инсарова Лёше, который поволок обоих к себе в палату и уложил их, накрыв одеялами. Моргенштерн тут же рассказал вожатому о произошедшем, в том числе об Ане. Вожатый сказал, что Алишер все это придумал, и обвинил в походах в поле одним, без взрослых. Моргенштерн тут же послал его и пошел к остальным. — Ну че? — спросил Узенюк, едва завидев друга. — Не поверил, еще и обвинил. У тебя как? — У Феди порез на плече, у Насти вроде всё хорошо. — А остальные? — Хз, ну пойдем посмотрим, — парни подошли к первой палатке, около которой сидели Глеб и Саша и о чем-то разговаривали. — Ребят, как остальные? — Хуево, причем оба, — ответил Саша, но его перебил Алишер. — Так Клава же в порядке была… — Ну, уже нет, хз почему. — Так че с ними? — спросил Лёша, но его проигнорили, а Алишер забрался в палату. — Окей, пойду к своим.       Лёша нашел где-то хоть и маленькую, но хоть какую-то аптечку, и даже две. Одну он отдал Алишеру, другую отнес в свою палату. Тима заснул, а Узенюк быстро обработал плечо Инсарова, который вскоре очнулся. Когда блондин собирался идти, Настя чихнула. Лёша оставил ей какое-то лекарство против насморка и ушел к Алишеру, так как одному сидеть не хотелось. Все парни уже были внутри палатки. Лёша с трудом забрался внутрь. — Живы? — Хуй знает, — негромко ответил Алишер, в то время как Саша просто спал, укрывшись двумя одеялами сразу. — Я Феде обработал плечо, а Настя простудилась походу. — Лёш, — раздался голос с улицы, и парень выглянул из палатки. Там стоял Федя, но без бинта на плече. — Зай, ты забыл перевязать. — Блять, — Узенюк тут же вернулся в палатку и застегнул ткань входа на молнию. — Это. Не. Федя. — А кто? — насторожился Алишер. — Возможно, эта шлюха. — Аня? — спросил Моргенштерн, а Лёша утвердительно кивнул. — Так, а че с ними то? — через некоторое время спросил Узенюк, когда всё стихло. — Хуево всё, говорю же. У Дрёмина на животе порез, а у Клавы на шее. — Пиздец, живи. Я пойду проверю Настю и Федю, — Лёша молча ушел.       Лёши не было недолго. Настю он притащил в общую палату, как и Тиму, а Феди в палате не было, что сильно насторожило парня. Он притащил обоих в палату, Морозов за это время проснулся, и теперь в сознании уже было пять человек. — Алишер, а ты обработал тех двоих? — спросил Лёша, на что Алишер ответил нет, и ненадолго повисла тишина. — Ты даун?       Узенюк спихнул Настю к Моргенштерну, а Морозов подсел к Саше, и обняв его, заснул. Глеб же молча сидел около Алишера. Лёша быстро обработал двоих и принялся за Настю, которая уже раскашлялась. Она проснулась, и Узенюк с облегчением выдохнул, притянув ее к себе и нежно поцеловав. — Ты как? — спросил блондин. — Не очень, голова болит, — девушка легла Лёше на колени и ненадолго перестала кашлять. — Ну хотя бы не поранилась, — сказал Голубин и лёг на плечо Алишера от скуки. — Так. Нам надо разобраться с Федей. Мне нужен с собой человек, кто поможет. Глеб, пошли. — А че я? — резко вскрикнул парень, отдернувшись от Алишера. — Я тут буду! — Ла-адно. Алишер, ты точно тут будешь, как и Настя. Саш, — Узенюк потряс красноволосого, который тут же проснулся. — Пошли со мной, по пути все объясню. — Окей, — парень пожал плечами и вслед за Лёшей вышел из палаты. — Смотри, к нам недавно приходил Федя, но не Федя, — Смирнов уставился на Лёшу как на шизика. — Короче, человек с его внешностью, точно такой же. Но это был не Федя. А в палате его нету, так что мы идем его искать. — Давай сходим к вожатым, может он там? — предложил Саша, а Узенюк как раз туда и пошел. — Здравствуйте, — сказал Лёша как только они зашли в комнату вожатого. — Вы не видели Инсарова Федора? — Нет, а что? Он пропал? — взволнованно спросила женщина. — Ну да. А Аню не видели? — Слушайте, парни, вам нужно кое-что узнать. — женщина подошла к парням и дальше говорила шепотом. — Аня — та самая девушка, которая тебя, Саш, чуть не убила. — Я знаю, — перебил её красноволосый. — А еще, вы не замечали, что она выглядит не как человек? — На что вы намекаете? — приподняв брови спросил Лёша. — Она может быть убийцей и вашего директора. Но ни в коем случае не говорите это кому-либо. — Ладно, — зрачки Лёши расширились, когда он понял, что та женщина не врала. — Всё, до свидания, мы пошли.       Леша утянул застывшего на месте Сашу и повел его в лес. Тут же они заметили отпечатки на земле, по следу из которых они и пошли. Саша куда-то дернул Узенюка, и оба наконец нашли Федю. Парень, как обычно, был без сознания. Рукава его рубашки были разодраны, но крови и порезов не было. Смирнов помог Лёше взять парня на руки, и они быстро дошли до палаты, куда тут же уложили Федю. Узенюк снял с него рубашку и одел чью-то запасную. — О, вы его нашли. Всё хорошо? — спросил Алишер. — Да. Алишер, нам надо уговорить водителя уехать. И нельзя это говорить директрисе. — Согласен. — А, значит вы уехать собрались, да, долбаебы? — раздался писклявый голос и палатка приоткрылась, открыв взор на какого-то парня из «Б» класса. — Ты тупой? Какого хуя ты подслушиваешь? — Глеб резко подскочил к парню и взял его за рубашку, притянув внутрь палаты. — Эй, отпусти, я не расскажу… — Голубин отпустил Мишу - того парня, который, чуть не поскользнувшись, тут же выбежал из палаты. — Наверное! — Блять, — прошипел Лёша. — Ну, теперь шансы выжить отпадают, из-за таких даунов как он. — Лёш, иди сюда, — попросила Настя, и когда парень пришел, обняла его, зарывшись носом в светлые волосы. — Всё будет хорошо. — Вообще-то нет, — встрял Голубин. — Вообще-то да, — Настя кинула на Глеба грозный взгляд и поцеловала Лёшу в лоб. — Не забудьте, нам нужно идти есть через пару минут. — Что мы скажем о тех, кто не придет? — встревоженно спросил недавно проснувшийся Тима, который до этого молчал. — Скажем что… Э-э-э… Не хотят, — предложил Саша. — Алишер, давай ты тут останешься, я тебе еды принесу, — сказал Лёша. — Хорошо, — согласился парень.       Лёша, Настя, Тима, Глеб и Саша ушли есть. Сначала был какой-то суп, который, на всеобщее удивление был вкусным. А потом подали мясо. Тима, единственный решившийся попробовать его, так как другие не хотели, только откусил небольшой кусок и тут же выплюнул его, и закашлявшись, привлек внимание многих. Несколько человек из Б-класса посмотрели на него одинаковыми пустыми взглядами, и Морозова передернуло. Он взял сидевшего рядом Лёшу за руку, и хоть немного успокоился. — Почему не доели? — к столу подошла директриса, непонятно как тут очутившаяся. — Вам… Не понравилось?       Морозов хотел что-то ответить, но Узенюк с силой сжал его руку, и парень замолчал. — Мы уже объелись. Тиме понравилось, он просто подавился, но он съел, — Лёша бросил на парня предупреждающий взгляд, и когда директриса молча ушла своей странной походкой, Узенюк поднялся. Он взял тарелку супа, которую у кого-то отобрал, и пошел в палату, следом за ним все остальные. — Алишер! — негромко произнес Лёша, когда они зашли внутрь. — Это какой-то пиздец. Там было странное мясо, Морозов единственный попробовал его, но тут же выплюнул. А еще директриса приперлась. — Мясо было очень странного вкуса, меня сейчас тошнит, кажется, от него. А еще, у Б-шек были пустые взгляды. А они обычно бы поугарали над этим. — У тебя как тут всё? А, и да, держи суп, — Узенюк протянул тарелку парню, который тут же жадно начал есть, пытаясь что-то рассказывать. — Уже полуфше. Клава профнулась, но тут же зафнула обватно, — неразборчиво произнес Алишер, но его всеравно поняли. — А парни? — Федя в отклюфке, у Дрёмина заново пофла крофь, — Моргенштерн доел только после того как договорил. — Ладно, понятно. Интересно, Миша рассказал директрисе? Надеюсь, что… — Рассказал, — раздался голос где-то за спиной, и Узенюк, как и многие, с визгом обернулся, тем самым разбудив Клаву. — В-вы тут откуда? — заикнувшись от страха спросил блондин. — Не твое дело. Вы… Едете в школу. Сегодня ночью, — женщина ушла так же незаметно, как и появилась. — Блять, надо вещи собрать, я сейчас, — Лёша убежал в другую палату, откуда принес несколько рюкзаков и кинул их в только что подготовленную кучу. — Всё вроде? — Ага, — сказал Глеб. — Алишер, — тихо произнесла Высокова. — Принеси пожалуйста мою цепь. Она в другой палате, я её оставила там когда с Настей говорила. — Хорошо, сейчас, — Моргенштерн поцеловал девушку в щеку, которая тут же покраснела, и вышел из тесной палатки.       Парень дошел до второй палатки и принялся её обыскивать, так как сразу заметить цепочку было сложно. Он наконец её нашел и уже собирался уйти, но тут он почувствовал на плече чью-то руку и резко обернулся, чуть не ударив девушку. — Приветики, извини, что напугала. Меня перевели к вам, — скромно улыбнувшись сказала незнакомка. — Я Вика. — В какой класс? — Девятый «А», я не глупая. И я знаю что вы уезжаете, я уже собралась, — девушка потянула Алишера за руку, который тут же выхватил её и пошел следом. — А за что перевели то? — М-м… Это неважно, — загадочно улыбнувшись, Вика ускорилась. Моргенштерн закатил глаза. — А это че за телка? — резко спросила Клавдия. — Новенькая. — Опять? — Высокова разозлилась. — Да, я не знаю откуда их берут. Я даже не знаю почему ее перевели, так что это не ко мне. — Понятно, — блондинка обиженно отвернулась, но Алишер тут же обнял её и она успокоилась. — Ладно, прости, что погорячилась. — Ничего, — Моргенштерн поцеловал её в губы, а Глеб с отвращением отвернулся. — Как шея? — Болит, — девушка сделала милые глаза, Алишер прижался к ней. — Сильно. — А крови нету? — Моргенштерн повернул девушку раной к себе и осмотрел. — А, уже всё получше. — Ребят, — сказал Саша. — Может поспим перед отъездом? Она же сказала, что ночью будет. Это может значить и четыре ночи, а в автобусе хуй поспишь. — Ну давайте, — согласился Алишер, и остальным тоже пришлось согласилось.       Лёша принес из соседней палатки одеяло и кинул его в середину палаты. Алишер тут же забрал одеяло себе, уложив около себя Клаву, Тиму, Вику и Федю. Лёша же взял другое и накрыл им Настю, Ваню и Глеба. А одеяла, к слову, были реально большими. Все довольно быстро уснули. — Встаём, — раздался через часов пять холодный и громкий голос. — Сколько времени? — первым спросил Тима. — Два часа ночи. — Понятно, — бросил парень и разбудил некоторых, тут же взяв пару рюкзаков помимо своего. — Уже выезжаем? — сонно спросил Лёша. — Вещи бери, дебил, мы еще даже в автобус не зашли, — Алишер тоже взял несколько рюкзаков, повесив на плечи, и дал парню несильную пощечину, который взвизгнув, поднялся. — Это я то дебил? — громко спросил Узенюк, на что Моргенштерн промолчал. Остальные забрали свои рюкзаки, и взяв троих на руки, в том числе Клаву, которая снова заснула, на руки, поплелись в автобус вслед за директрисой. — Вы так рано едете? Договаривались же через неделю, — удивленно спросил водитель. — Да, — грубо ответила женщина и села на переднее сиденье.       Лёша сел с Настей. Алишер с Клавой и Ваней, оба которых были без сознания, на тройное место рядом с Лёшей. Федя наконец проснулся и сел рядом с Тимой, так как около Саши молниеносно села Вика, тут же обняв парня, который скинул её руки.       Поездка прошла почти без происшествий. Лёша с Настей тихо разговаривали друг с другом, иногда громко смеялись, а потом замолкли, так как Лёша дал Насте наушники и включил какое-то видео. Алишер до видео перекидывался с Лёхой словами, а потом и вовсе молча поехав, приобнимая обоих. Федя заснул на плече Тимы, который покраснел, но обнял парня. Вика почти всю дорогу пыталась завести разговор с Сашей, который её либо упорно игнорировал, либо вообще слал нахуй. В конце он просто забил и всё же ответил ей, и завязался недолгий разговор. Вика увидела позу Феди и легла также. Смирнов особо не сопротивлялся, хоть ему и было неприятно. Глеб, всю дорогу сидевший один, тихо слушал музыку, даже не говоря ни с кем.       Они приехали уже ближе к утру. Выйдя первым, Голубин заметил Аню и тут же забежал обратно в автобус, закрыв двери. А директриса куда-то пропала.