Ведьмак XXI века

За шаурмой я все же дошёл, найдя в себе силы, и даже взял энергетик на утро, потому что абсолютно точно знал: кофе мне не поможет. По дороге до дома выкурил ещё пару сигарет подряд, закусывая остывающей шаурмой, и, когда ввалился в квартиру, меня хватило только на короткий душ. Даже не стал запихивать в стирку шмотки — их сначала стоило бы замочить, чтобы грязь и песок отлипли, чинить стиральную машину не хотелось, а случаи были. Положив телефон на прикроватную тумбочку и воткнув в него провод зарядки, я наконец-то смог упасть на кровать. Та встретила меня как родная и я, закутавшись в одеяло, закрыл глаза, моментально засыпая.

***

Утро начиналось не с кофе. И даже не с энергетика. А с холодящего душу волчьего воя. Звонили с работы, конечно же. В заброшенной больнице появились призраки. Рабочие, которые подготавливают здание, жалуются на чертовщину. Класс! То, что нужно, в восемь утра-то! Кряхтя как старый дед, я сполз с кровати и, шлёпая по холодному ламинату босыми ногами, пошёл на кухню курить и пить так кстати запасенный энергетик. Надо будет взять пару дней отгулов, а то в квартире срач, в холодильнике еды нет (и с таким графиком не предвидится), а на одной шаурме или доставке не проживёшь. Пока сонно моргал, написал Нику пару строк, пожелал ему доброго утра и полез на его страницу. Судя по его аватарке, у него жил вполне себе симпатичный кот сиамской породы с огромными голубыми глазами. Собственно, сам Ник был вполне похож на своего питомца, как минимум цветом глаз. Ну и созвучной фамилией — Котов, с чего я даже немного умилился. Говорящая, так сказать, фамилия. Едва я полез в список его групп, как мне снова позвонил Василич и бодро меня обматерил за промедление. Оказывается, лениво лазая по соцсетям, я продолбал целый час. А мне ещё к батюшке в храм ехать за пятилитровкой святой воды. Хорошо хоть несколько пучков сушёной полыни валялось где-то в кухонном шкафчике — точно помню, что не все их извёл за зиму. Собрался я быстро — молитвенник, полынь в газетном кульке, чтобы не рассыпалась, свечи и распятие. Всё это я покидал в обычный рюкзак и споро оделся в неброские шмотки, впрыгнув в высокие берцы. Мало ли какая гадость будет в заброшке, тут о кроссовках можно вообще не вспоминать. Снова метро, снова толкучка, пока добрался до нужной церквушки, то почти осатанел. Батюшка на меня посмотрел с уважением, выдал святой водицы в пятилитровой баклахе и наставительно что-то рассказал, мол, иди, отрок, сражайся со злом во имя Бога нашего. Я покивал, для серьёзности чуть нахмурив брови и втянув щёки, забрал баклашку и довольно оперативно смотался с территории храма. Это сейчас они мне говорят, какой я хороший, что со злом сражаюсь. А, например, узнай кто-то из них, что я только вчера целовался с мужиком, да меня ж сожгут с воплями «Мужеложец!!!» и не посмотрят на то, кем я там работаю. Я немного расстроился из-за своих мыслей и, отойдя к тротуару, остановился и закурил. Еще и пятилитровку с собой тащить. А ещё эта заброшка в усть-пиздюйском районе. Люблю свою работу! Чего они вообще ожидали от старой больницы? Мне кажется, что в такие здания лучше вызывать спецов нашего профиля как минимум раз в год, чисто для профилактики! Плюнул на все и, посмотрев на баклашку ещё раз, решил вызвать такси. Опять же, будет время написать пару строк Нику. Он говорит, что скучает и хочет встречать меня в аэропорту, когда я прилечу из командировки. И надо срочно придумать, почему ему встречать меня нельзя.

***

Больница представляла собой пятиэтажное здание с выбитыми окнами, обвалившейся штукатуркой. Нормальному человеку в такое соваться не захочется. Явное аварийное состояние в восторг меня, по крайней мере, не привело. Но всегда найдётся долбоеб, который решит сам туда залезть и друзей ещё на этот блудняк подпишет. Но работа есть работа. Дав поддатому охраннику, который подозрительно покосился на пятилитровку, но ничего на это не сказал, пару сотен, чтобы тот без лишних вопросов меня пропустил, я уверенным шагом пошёл к этому говнодомику. Под ногами хрустел строительный мусор, куски стекла, кафельной плитки и штукатурки, и я лишний раз сказал себе же спасибо, что обул берцы. Двери в больницу не было, а дверной проем зиял чернотой. То ещё местечко. И мне именно туда. Я вздохнул и, перехватив баклашку поудобнее, пошёл внутрь. Захотелось закурить, но я мужественно сдержал этот порыв. Запах застарелого бомжатника ударил мне в нос и почти отправил в нокдаун, но делать было нечего: надо проверить что тут за НЁХ поселилась и избавиться от неё. Впрочем, осмотр первого этажа и приёмного отделения ничего не дал. Надо лезть на второй, где раньше, если верить клоку схемы здания, располагалась кардиология. Что-то мне в последнее время везёт на больницы, однако. Лестница доверия не внушала, хотя бы потому, что бетонные ступени были стёрты и идти нужно было крайне аккуратно. Едва я начал нелёгкое восхождение, подсвечивая себе фонариком на телефоне, как тот начал звонить. Ник. Ну, конечно. Убежал, наверное, на обед и решил мне позвонить, ага. Я не стал сбрасывать трубку и ответил. Ну, а что? Тут пока все тихо, к темноте я приморгался, а через пролёт вообще солнце светит из разбитого огромного окна. — Привет! — сбавляю темп шагов, чтобы хруст всякого дерьма не было слышно Нику и улыбаюсь во все тридцать два. Ну, а что? Я действительно рад его слышать! — Привет дизайнерам! — о, точно, я же гнал ему, что работаю в этой области. Ну… Креативности мне не занимать, это точно! — Как твои дела? Проект утвердили? — ага. Десять раз. — Ну да, вроде всё утряслось, осталось решить ещё пару вопросов — и я свободен. Может быть вернусь раньше, но ещё не знаю. Если честно, то я хотел бы с ним встретиться. И ждать неделю заявленной командировки мне ну вот совсем в падлу. А если я «вернусь» пораньше, то и свидание можно будет назначить, соответственно, раньше. — Ого! Ты молодец! Замотался, наверное? Перелет, сразу встречи… А я вот соскучился! Так что если ты прилетаешь раньше, дай знать! Хочу тебя… увидеть! Вот же зараза! Специально паузу сделал перед последним словом. Провокатор. Он вообще помнит, что у меня был член сломан, если верить легенде? Или решил таким образом меня «в тонусе» держать? А сам-то продержится? Я гуглил — ничего такого нельзя ещё месяца полтора точно, с этим сраным диагнозом! — Конечно скажу! И я тоже соскучился. Но мне кажется, что ты надо мной издеваешься в некоторых моментах, особенно вчера под вечер! — его фото, присланное вчера вечером действительно было довольно… Горячим. Я, осторожно оглядываясь вокруг, уже поднялся на второй этаж и осторожно осматривал второй уровень бомжатника. Вот уж у них тут раздолье было, судя по количеству бутылок из-под водяры и всякого подобного дерьма. Бррр! — Я не хотел, прости! А вот ты мне вообще ничего не присылаешь, может, мне тоже приятно было бы от тебя получить фотку на сон грядущий! И да. Я понимаю, что это довольно навязчивое поведение… Но ты действительно мне чертовски нравишься. И я правда хочу построить с тобой отношения. Так что, если я слишком гоню коней, то ты говори сразу, пожалуйста. Не хочу, чтобы между нами было недопонима… — МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК! КУДЫ ПРЕШЬССИ БЕЗ ОЧЕРЕДИ?! ЭТО Я ТУТ ПРИЁМА ЖДУ!!! — заорало нечто у меня прямо над ухом и я чуть не получил инфаркт. И чуть не выронил телефон. И святую воду. И говно из жопы тоже чуть не выронил, блять, сука, нахуй, срань ты эдакая, нахуй так пугать?! — Солнышко, ятебеперезвоню! — злобно скалясь протараторил я в трубку и нажал на «отбой», разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, прямо к почти материальной бабульке. Ну ебены пассатижи! — Драссте, — вежливо поздоровался я с призраком и медленно выдохнул. Бабулька была совершенно прекрасна в своей инфернальности: начиная от классического платка на голове в цветочек, недосдачей зубов в оскаленном злобном рте и заканчивая светящимися красным глазами. — Я ТЕБЕ ЩА ПОКАЖУ КУЗЬКИНУ МАТЬ! ОХАЛЬНИК!!! — не менее вежливо ответили мне на приветствие и подобрались ближе. На призрака этот божий одуванчик не тянул, а вот на банши в самый раз. А это в корне менял дело. — Бабушка, а вы, собственно, кто? — решил я попытать счастья и узнать у зловредной сучности хотя бы имя и фамилию, что значительно бы сократило время поиска нужной мадам. Но эта благопристойная пожилая леди с разгона пролетела прямо сквозь меня, что само по себе мерзко, а потом хулиганским жестом показала мне фак и скрылась в дверном проёме одной из палат. Я вздохнул и, приметив над той дверью затёртый номер — двадцать три, бодро пошёл на выход из этого вертепа. Святую воду решил забрать с собой, чтобы была прозапас. Тут она не пригодится явно. Полынь тоже, ага. Уже выходя с территории и кивая подозрительному охранцу, набрал Василичу. Тут явно без поднятия архивов не справиться. Поэтому описал как мог нашу «клиентку», сказал номер палаты, в которой она заныкалась, хотя последнее вообще могло быть совпадением, и попросил найти информацию по всем случаям смертей в этой палате подходящих под описание бабушек. Василич сказал, что до вечера я свободен, чем обрадовал меня неимоверно: появилось время на стирку, уборку и на поход в магазин за жратвой. Осталось только снова вызвать такси и доехать до дома: всё ещё не хотелось тащиться через весь город с баклашкой. Вот приеду и перелью ее в бутылки поменьше! А ещё надо было объясниться перед Ником. Потому что мне уже пришла смс с вопросом, а что это у меня там случилось? И я не знаю что ответить. Он же не идиот, сложит два и два. Поэтому надо придумать диагноз, с каким я снова мог попасть в медучереждение, при этом не особо мешающий жить и явно бытового характера. Может, я поскользнулся в офисе на разлитом секретаршей кофе и получил растяжение…эээ…руки? Да! Схватился за стол, когда падал и растянул запястье! Левое! И поехал в ближайший травмпункт, чтобы врач посмотрел на предмет разрыва связок. Идеально! Осталось только запихнуть совесть куда подальше и объяснить Нику, что я довольно бедовый парень, но очень хочу с ним встречаться. …Даже если он чертов вампир, ага.