Be careful what you wish for

      Играть с мальчишкой в Монополию, параллельно обучая его всем премудростям игры, оказалось до того забавно, что Артём забыл о времени. Жалкие часы с момента его возвращения с работы и приготовления ужина пролетели преступно быстро. Артём похвалил себя за расторопность в найме домработницы, потому что времени, проводимого с ребенком, уже стало не хватать. Тёма заметно расстроился, когда была озвучена команда готовиться ко сну. Но школу никто не отменял, а в особенности долгую дорогу до нее, так что пришлось с неохотой отправиться спать пораньше.       После душа Артём заметил на поставленном на вибро-режим телефоне несколько пропущенных звонков от Зинаиды. Ему пришлось вбить ее номер в список контактов, поскольку общаться с ней по любым вопросам, связанным с Тёмой, было неизбежно. Испытывая сильное раздражение, но понимая, что лишний раз волновать женщину, игнорируя ее звонки, не лучшая идея, молодой человек набрал номер Тёминой матери. — Добрый вечер, Зинаида. Что вы хотели? — полюбопытствовал Артём, услышав в трубке тихое «Алло». — Мне сегодня звонили из школы, — проговорила женщина почти шепотом, едва различимо за звуком льющейся воды, из чего Артем сделал вывод, что Зинаида заперлась в ванной, чтобы поговорить с ним и скрыть этот факт от мужа. — Тёма подрался. Как это понимать? Стоило ему остаться у вас, как начались проблемы! Артём устало вздохнул. — Мальчик расстроился из-за того, что его обвинили в воровстве, и наказал обидчика путем применения грубой силы. Думается мне, он научился этому у вашего мужа, как считаете? Он постоянно распускал руки с Тёмой, разве это могло послужить хорошим примером для ребенка? — Кто обвинил его в воровстве? Тёма действительно что-то украл? Он не такой, он хороший мальчик, никогда не взял бы чужого… — Конечно, нет. Одноклассник не понял, откуда у Тёма новая хорошая одежда, и принялся инсинуировать. — Что? — Распространять ложные слухи. — Вы действительно купили моему сыну одежду? — Да, вчера отвез его за покупками. Теперь он хотя бы выглядит прилично. — Зачем вы это делаете, Артем? — в который раз спросила мать Тёмы. — Помогаете моему сыну бескорыстно. И бескорыстно ли? Как я могу быть уверена в том, что вы потом не попросите от него чего-то ужасного? — Зинаида, перестаньте. Это очень наивные вопросы, и я даже не собираюсь утруждать себя ответами на них. Если вы не понимаете, почему я делаю это для Тёмы, это ваша проблема. Я не могу помочь всем детям с искалеченной судьбой, но могу помочь вашему. Скажите спасибо и прекратите донимать меня вопросами о моей благопристойности. Считайте, что у нас с вами общая цель — действовать исключительно в Тёминых лучших интересах. Пообещайте лучше, что уладите недоразумение с вызовом к директору. Я мог бы подъехать, но мой статус в жизни Тёмы нецелесообразен решению подобных проблем. — Я разберусь, — ответила Зинаида, впечатленная его речью. — Он в порядке? — спросила она вдруг. — Он счастлив, — ответил Артём, с запоздалым уколом совести понимая, что это причинит женщине боль, и хуже того — именно с таким намерением он это и сказал.       Однако он не мог ровным счетом ничего с собой поделать. Наверное, всё это время, пока Тёма будет оставаться у него, Артём станет вербально наказывать его мать за всё, что она делала со своим ребенком. И чего не делала. Это было гнусно, молодой человек осознавал свою неправоту, но его снедало такое возмущение, которое находило выход только в жестокости по отношению к нерадивой мамаше.       Артём не мог смириться с мыслью о том, что при прочих равных, да и в ситуациях похуже, чем у Зинаиды, несчастные матери как-то умудрялись снабжать своих детей хотя бы эмоциональным комфортом, демонстрируя безусловную любовь и готовность защищать до последней капли крови. Тёмина родительница ни под один из этих критериев не попадала, и Артём не мог простить её за это. — Спасибо, — со слезами в голосе поблагодарила женщина. — До свидания, Артём. — Спокойной ночи, Зинаида, — немного смягчился Ковалёв.

***

      В ускоренном темпе прошли оставшиеся рабочие дни недели. В пятницу вечером оба убирались, готовясь к приему родителей Артема. Точнее, убирался хозяин квартиры, а мальчишка сидел на диване, подобрав под себя ноги, и задавал кучу вопросов о семье Ковалёвых. Спустя полчаса этого «допроса с пристрастием» Артем устал от лавины «А какой…?», «А почему…?» и посоветовал пацану помыть ванную вместо того, чтобы приставать дальше. Тёма надулся как мышь на крупу, но поручение ушел исполнять и застрял на час, наверняка протирая каждый сантиметр.       Пока найденыш убирался в ванной, Артему позвонил Коля и предложил встретиться на выходных. — Отличная идея, но завтра ко мне родители и брат с сестрой приезжают. — С малым знакомиться? — сразу понял Николай. — Точно. Там с братом ситуация неприятная получилась, и вот завтра будет шоу, если он все же решит приехать. Надо пацана как-то оградить от этого придурка, но мне кажется, конфликт будет лоб в лоб, придется пережить. — Ну, смотри сам, конечно. Я бы на твоем месте не стал торопиться, брат у тебя тяжелый человек. — А то я сам не знаю… — фыркнул Артем. — Но чем раньше Тёма этот стресс пройдет, тем легче потом будет. — Ковалёв, с каких пор ты записался в знатоки подростковой психологии? — съязвил Коля, но в голосе его звучала улыбка. — Делаю как чувствую, — беззлобно огрызнулся Артём. — Тогда я спокоен, — хохотнул Коля. — Интуиция тебя никогда не подводила. — Спасибо на добром слове, друг. Всегда поддержишь, по высшему разряду просто, — ехидно ответил Артём. — Ты, это, Ковалев, тогда в воскресенье бери пацана и приезжай к нам. Ленка свое фирменное рагу приготовит, пивка попьем, отдохнем. Как тебе вариант? — Ништяк, Коль, — улыбнулся Артём. — Договорились. В воскресенье жди нас. В обед, я думаю? — Да, давай в обед. Созвонимся ещё. Пойду, Ленку обрадую. Удачи завтра с братом. — Спасибо, Колян. Счастливо.       Артём отложил телефон, и из коридора, как по мановению волшебной палочки, появился Тёма. — Подслушивал? — спросил Артём, хотя и так уже знал, что подслушивал. — Я не специально, — опустил голову подросток. — А как можно подслушивать нечаянно? — Артему стало интересно. — Ну вот ты бы разве ушел, если бы слышал что-то интересное, да еще если о тебе говорят? — проговорил Тёма, садясь рядом с Артёмом на диван. — Логично, — признал Артём. — Ну вот, и я не смог. А что там за неприятная ситуация с братом?       Артем решил, что лучше подготовить парня заранее и отругал себя, что не сделал этого сразу. Но в тот вечер, когда Артем вернулся от родителей, мальчишка был так расстроен и напуган перспективой знакомства, что тревожить его лишний раз просто не хотелось. — Понимаешь, Тема, мой брат тяжелый человек, — повторил Артем слова друга. — Он во всем привык видеть только негативную сторону. Поэтому новость о твоем появлении в моей жизни он воспринял, как бы это сказать, в штыки… Он считает, что ты… — говорить дальше Артем не мог, будто ком в горле возник. Произнести такие слова язык не поворачивался. — Что? — нетерпеливо повторил Тёма. — Что ты малолетний наркоман, хулиган и воришка, от которого у меня будут одни неприятности. Тёма досадливо пнул ковер. — Почему все вокруг думают, что я могу украсть, хотя я в своей жизни ни разу ничего чужого без спроса не взял?! — воскликнул он возмущенно. Подбородок его дернулся, и Артём поспешил успокоить ребенка. Не придумав ничего лучше, он обхватил мальчика за плечи и притянул к себе. — Никто и не говорит, что я ему верю и думаю так же. Я знаю, что ты не такой. Тёма сбросил его руку со своего плеча. — Но он точно прав в том, что у тебя из-за меня неприятности. — Какие, например? — Артему стало смешно. — Тра… — мальчик чуть было не сказал слово «траты», но вспомнив о запрете Артема на разговоры о деньгах, вывернулся. — Транспортом для меня работаешь. Артём расхохотался, оценив исправление. — Это не неприятность. И вообще, Тём, мне надоело доказывать тебе, что ты не причиняешь мне неудобств. Просто прими это как данность. Мы с тобой теперь, в некотором роде, семья.       На слове «семья» голос Артёма слегка дрогнул, а мальчишка повернулся к нему, пытливо глядя в лицо. В конце концов он поднырнул под локоть Артема, устраивая его руку у себя на плечах и довольно сказал: — Ладно, пофиг, если ты говоришь, что все в порядке, значит, все в порядке.       Обнимать кого-то, кроме женщин и членов семьи Артем отвык уже давно и подобным выражением чувств пользовался достаточно редко, поэтому Тёмино поведение сбило с толку. Мальчик сделал так, как мог со своим отцом: ничем не стесненное, спокойное прикосновение. Только вот Артема оно почти обожгло. Хотя он сам пару минут назад попытался обнять парнишку, а тот в расстройстве его оттолкнул.       Пока Артем размышлял о том, насколько в новинку ему роль папаши, Тёма устроился поудобнее: вытянул на диване ноги и поправил руку Артёма у себя на плечах, откинув на нее голову. Артем ухмыльнулся этому мимолетному проявлению наглости и потянул руку обратно, но ее захватническим образом не отдали, так что пришлось прибегнуть к подлому методу — пощекотать мальчишку по ребрам другой рукой. Щекотка вызвала бурю эмоций, преимущественно возмущение, зато неловкое объятие превратилось в веселую возню.

***

      В субботу утром Тёма вскочил рано, растормошил Артёма, тщетно лелеявшего надежду выспаться в выходной, и убежал готовить завтрак. Подумав, что нервозность мальчишки перед встречей с семьей Ковалёвых вполне нормальна, в общем-то, и ругаться не стоит, Артём с неохотой встал. Пришлось ещё раз напомнить мальчику, что никто его не съест. По лицу было видно, что Тёма ему не до конца верит, но больше он о своих переживаниях не заикался.       Первой, как и обещала, приехала сестра. Она обняла и расцеловала Артёма, потом уставилась на Тёму, жавшегося у двери в кухню. — Ну, давай знакомиться, Тёма, — улыбнулась женщина, протягивая мальчику руку. Тот не сомневался ни секунды, подошел и пожал протянутую ладонь. Но Артёму на мгновение показалось, что он это сделал из страха ослушаться взрослого человека. — Меня зовут Жанна, я старшая сестра Артёма. — Можно было и не добавлять, что старшая. Ты просто вредина, — улыбнулся Артём, ущипнув сестру за бок. — Не шали, мальчик, — засмеялась Жанна. — Не даешь нормально пообщаться с твоим подопечным. Тёма, смотря на их шутливую перепалку, сам начал улыбаться. — Хочешь посмотреть, как я готовлю? — спросила сестра Артёма, глядя на подростка. — Заодно и поболтаем. Тёма вопросительно посмотрел на Артема, и тот кивнул. Жанна усмехнулась. — Тебе не обязательно спрашивать разрешение каждый раз. Если не хочешь, просто откажись, — улыбнулась она. — Нет, я хочу, — возразил Тёма смущенно. — Может, научите и меня чему-нибудь? — Ну пойдем, посмотрим, — женщина скинула кожаную куртку на руки брату. — А твои будут? — спросил он, вешая её куртку на крючок. — Антон с детьми чуть позже приедет, у него Скайп-конференция с каким-то европейским партнером, которому в субботу делать больше нечего, как бизнес обсуждать. Я решила, что пусть уж тогда дети выспятся, Дэнни вечно заигрывается по вечерам, допоздна не ложится. Устала с ним скандалить. — Я уже говорил, что ты его разбаловала, — ухмыльнулся Артём. Жанна бросила на него многозначительный взгляд. — Ох, посмотрю я на тебя эдак через полгодика. Иди пока принеси пакеты из багажника, там на маленькую армию хватит, я совершила набег на Азбуку Вкуса и немножко разорила их ассортимент. — Расточительная ты, барышня. Мама с папой тебя так не воспитывали, — хмыкнул Артём, забирая у сестры ключи от машины. — Кто бы говорил… — буркнул вдруг Тёма себе под нос. Брат и сестра одновременно повернулись к нему. Мальчик покраснел. — Э-э-э… Я это к тому, что Артём слишком много на меня тратит. Кто ещё расточительный? Жанна расхохоталась, пока Артём шутливо показывал воспитаннику кулак. — А мне уже нравится этот пацан, — не переставая смеяться, Жанна приобняла Тёму за плечи и повела к кухне. — Давай, дружок, показывай, где у вас тут что.       Артём ласково улыбнулся, глядя им вслед. Она ведь прекрасно знала, где у него что лежало на кухне, но попросила мальчишку помочь, чтобы он чувствовал себя важным, чувствовал себя таким же хозяином, как и Ковалёв. Сестра мастерски подошла к знакомству с его приемышем. Умнейшая женщина. Артём ещё раз поблагодарил бога за свою семью и спустился к машине Жанны.       Когда он вернулся, на кухне уже вовсю шли приготовления: найденыш что-то мыл, а Жанна стояла на табуретке и гремела кухонной утварью в верхних секциях буфета. — Чёрт, всё время забываю, что у тебя нет миксера, — с досадой сказала она, стоило брату войти. — Что ты за человек такой: ни стыда, ни совести, ни миксера… Тёма громко прыснул. — Дай мне телефон, — попросила Жанна. Артём протянул сестре мобильный, лежащий с краю стола. Не слезая с табуретки, она нажала пару кнопок и, дождавшись ответа, проговорила: — Антош, заскочи по дороге в Эльдорадо, купи миксер, пожалуйста. Простой такой, погружной. Ага, спасибо, дорогой. — Ты с ума сошла? — рассмеялся Артём. — Антон там, наверное, уже проклинает момент, когда согласился приехать. — Да ладно, он привык. Он от меня и не такие странные просьбы слышал, — Жанна усмехнулась. — Особенно когда меня в три часа ночи вдохновение накроет, а ингредиентов нет. Быть мужем повара — тяжелая доля. Сестра слезла с табуретки и хлопнула в ладоши. — Ну что, моем овощи, чистим картоху, в темпе вальса, товарищи Артёмы! — скомандовала она, убирая волосы в пучок.       Выполняя инструкции сестры, Артём задумался о её браке. Антон был школьной любовью Жанны, а после стал мужем, лучшим другом и самой надежной опорой. Хотя, глядя на них, Артём никогда не мог понять, как эти двое вообще сошлись и как сохраняли такие прочные отношения спустя столько лет брака. Более разных людей едва ли можно было представить. Миниатюрная Жанна, любительница кожаных курток и смелого макияжа, дама с характером, непосредственная, с легкой сумасшедшинкой, острая на язык и скорая на расправу. И тихий, интеллигентный Антон, высокий, как пожарная каланча, рыжий программист в очках, за последние годы отрастивший бороду и усы и выглядящий как заправский хипстер.       И всё же Артём зятя уважал. За то, с каким почтением и как бережно он относился к его сестре, сдувал с неё пылинки, потакал любым желаниям и делал ее счастливой из года в год. Хотя идиллия в отношениях вовсе не означала, что их семью не коснулись невзгоды: были моменты, в которые и Антон, и Жанна готовы были опустить руки и перестать бороться за счастье. Однако каким-то непостижимым образом они всё же смогли найти силы в друг друге, своем браке, своих детях.       Наличие детей не помешало Жанне построить карьеру, её крутой нрав и целеустремленный характер не позволили бы ей осесть дома и превратиться в домохозяйку. Из молоденькой мамочки, изобретающей выпечку и десерты по ночам на своей кухне, пока годовалый Денис спал, она превратилась во владелицу небольшой сети кондитерских и кафе со здоровыми перекусами, пройдя обучение у европейских шефов и рестораторов. Однако какой бы целеустремленной ни была Жанна, она бы вряд ли смогла добиться такого успеха одна, без помощи мужа, который всецело поддерживал жену, горел её идеями и достижениями, обеспечивал семью и воспитывал детей, пока она училась и строила свой бизнес.       Антон и Жанна были самой диаметрально противоположной друг другу и одновременно самой гармоничной парой, которую знал Артём. И то, что они построили сообща, казалось ему идеалом семьи. На втором месте после родителей, конечно. Артём иногда по-доброму завидовал сестре, нашедшей своего человека и крепко держащейся за него.

***

      Когда в дверь позвонили, Артём вытер руки и пошел открывать. Он услышал, как Жанна велела Тёме идти с ним. Первой в квартиру влетела Настя. — Привет, дядя Артём, можно в туалет? — выпалила она, не заметив Тёму, стоящего чуть поодаль. Артём похлопал глазами и посторонился. — Это Настя, — представил он девочку воспитаннику. — А это Тёма. — Привет, — проговорил тот с улыбкой. Та густо покраснела, но вздернула подбородок и вежливо поздоровалась: — Здравствуйте! — потом снова повернулась к Артему и прошептала: — А теперь можно в туалет? — Беги, — улыбнулся Артём, — ты знаешь, где тут что. — Кто-то перед выходом нахлестался сока, — прокомментировал Антон, заходя в квартиру вслед за дочерью и раздеваясь. — Привет, Артём, — он пожал руку шурину и посмотрел на мальчика. — А ты, должно быть, Тёма. Приятно познакомиться, я Антон, муж Жанны. — Здравствуйте, — кивнул приёмыш, который, судя по его виду, был уже достаточно ошеломлен количеством незнакомых людей. — Твой миксер, — насмешливо улыбаясь, Антон протянул Артёму коробку. — Э-э, нет, это к твоей женушке. А то я его, знаешь, еще неправильным концом в розетку могу вставить, — расхохотался Артём и подтолкнул Антона к кухне. — Миледи, подвески доставлены! — громко проговорил Антон по дороге к жене. — Какие ещё подвески? — удивилась Жанна. — О, миксер! Ты ж мой Д’Артаньян любимый, — из кухни донесся её смех.       Последним вошел Денис, он быстро печатал что-то в телефоне и поднял глаза только тогда, когда Артём потрепал его за плечо. — А это мой племянник Денька. Подросток откинул с глаз модную челку и раздраженно проговорил: — Дядь, я же просил меня так не называть. Я Дэнни. — Ничего не знаю, для меня ты всегда будешь Денькой, который рассказывал мне, что манная каша в детском саду — полная кака, у мамы вкуснее, — хохотнул Артём. Денис закатил глаза. — Без историй о подгузниках тоже не обойдемся, да? — сардонически фыркнул он. Тёма хихикнул. Сын Жанны обратил на него внимание и кивнул ему: — Привет. Фил сори фо ю, бро*, ты попал в семью диктаторов, это сразу рип**. Артём рассмеялся и дал племяннику легкий подзатыльник. — Иди к матери, язва мелкая. А то портит он мне репутацию тут. — Я лучше пойду твоих рыбок спасу, а то сейчас Настька вылезет из туалета, и им будет… — Рип? — подсказал Тёма, усмехаясь. Денис оценивающе посмотрел на него и вытащил из кармана портативную приставку. — В PSP играешь? Тёма наверняка не впервые в жизни видел плейстейшн, но играть ему в неё, конечно, не доводилось. Он просто пожал плечами, не зная, что сказать. — Пойдем, покажу крутые новинки. Вчера фифу консольную скачал, просто пушка! Потом Денис будто что-то вспомнил и повернулся к Артёму: — Мы же не нужны на кухне? — умоляюще спросил он. Артём махнул рукой. — Там и без вас будет тесно. Идите, играйте.       Он был так доволен, что мальчишки с первых минут нашли общий язык, что его распирала улыбка. Однако он позволил себе радостно улыбнуться только тогда, когда Тёма скрылся в комнате вслед за Дэнни, не прекращающим громко расписывать преимущества консоли Сони по сравнению с аналогами.       Артём вернулся к сестре и зятю. Жанна распаковывала миксер, а Антон расчистил себе место на подоконнике и сел на него, задумчиво протянув: — Ну и дела… — Что за дела? — поинтересовался Артём. — Твои дела. Когда Жанна мне рассказала, я был в шоке. Ты так резко всё это решил. — Да у меня выбора особо не было, — пожал плечами Артём. — Либо возвращать парнишку этим извергам, либо забрать к себе. Ну не смог я мимо пройти. — Понимаю, — кивнул Антон. — Самое интересное, что мы с Жанной тоже недавно обсуждали возможность усыновления ребенка, а ты нас опередил. — Чисто технически, я его не усыновлял, — пояснил Артём. — Да, он его просто взял погонять на три года, — прокомментировала Жанна, фыркая от смеха. — Балда! — Артём дал сестре легкий подзатыльник. — Погонять… Он тебе Жигуль, что ли? — Это когда это ты брал у кого-то Жигуль погонять? Чего мы о тебе не знаем, Артём? У тебя была настолько тяжелая юность? — развеселился Антон вслед за женой. — Арррр, муж и жена — одна сатана, это про вас, черти, — проворчал Артём, хоть и не зло.       Ему нравилось шутить и смеяться с семьёй сестры, между ними всегда было больше взаимопонимания. Возможно, этому способствовал тот факт, что разница в возрасте была не так сильно выражена, как в случае с Сашей и его супругой. — Так что там насчет усыновления, вы серьезно? — Эта сумасшедшая считает… — начал Антон, но Жанна его перебила. — Этот сумасшедший считает, — и она указала на мужа венчиком от миксера. — В общем, мы, двое сумасшедших, считаем, что двух детей при доходах нашей семьи мало, а рожать Жанке врачи больше не рекомендуют, она во вторую беременность Настю чуть не потеряла, да и сама чуть не отошла на тот свет. И мы думаем усыновить или удочерить кроху, — поделился Антон. — А Денис и Настя об этом знают? Они тоже так считают? — поинтересовался Артём. — Неужели же ты думаешь, мы не спросили мнение наших детей? — возмутилась Жанна. — Знают, конечно, вместе обсуждали. И потом, они оба уже достаточно большие, понимания много. Дэнни сказал, что ему всё равно, цитирую «Вы уже взрослые, дети мои, творите, что хотите». Паршивец малолетний, — ласково улыбнулась она, говоря о сыне. — А Настёна уже заказала сестрёнку. Отпрыски дали нам добро, в общем. Я только родителям еще не говорила. Но после твоего фортеля будет намного легче, спасибо, братец. — Да, спасибо, Артём-первопроходец, — с усмешкой кивнул Антон. — Ох, а Санёк-то на какое говно изойдет после таких новостей… — протянул Артём, и все трое рассмеялись. — Ма-а-а-ма! — раздалось из коридора жалобное, и на кухню вбежала Настя, на раскрасневшемся личике праведное возмущение. — Что такое, мышка? — спросил отец. — Там Денис! Он не дает мне посмотреть на рыбок! Он выгнал меня из комнаты, — Настя надула губы, и глаза ее налились слезами. — Настюш, о чем мы говорили? — со вздохом спросила Жанна. — После твоих «посмотреть на рыбок» дяде Артёму приходится покупать новых. Ты их перекармливаешь, и они дохнут. Девочка ещё пуще зарделась. — Прости, дядя Артём, — она опустила голову. — Я больше не буду… — Договорились, мышка, — Артём, как и отец, назвал ее семейным прозвищем. — Иди ко мне, — он позвал ее к себе, и девочка ловко вскарабкалась к нему колени и обняла его за шею. — Ты у нас вся в маму, да? — проговорил Артём, поглаживая её по волосам. — Лишь бы кого-нибудь накормить.       Он, Антон и Жанна захохотали так заразительно, что даже Настя начала хихикать, не понимая, что гадкие взрослые смеются, в общем-то, над ней.       Тогда Артём подумал, что в этот момент, в доме, полном детей и веселья, со своим приёмышем и поддержкой семьи он чувствовал себя абсолютно счастливым.