Umbrella project

— Ну дуб дубом, сил моих больше нет. На нем скоро яблоки расти начнут! — Но на дубе не растут яблоки. — Я не понял, ты на чьей стороне? Так эмоционально начался видеозвонок Чонхо и Енджуна, который уже месяц назад вернулся в Тэгу. А Чонхо остался с планом по укрощению строптивой (читать как «Ёсана»). И судя по началу диалога, все шло через.. лес. — Все-все, капитулирую, Есан — сказочный.. яблочный дуб… Неужели все настолько плохо? — Сказать насколько? Даже у Хонджун-хёна сегодня первое свидание с Сонхва-хеном! — Стоп, мы об одном и том же моем брате, мистере явсёсам Хонджун —хене, говорим? Чонхо через экран ноута видит, как глаза друга становятся по пять копеек, и он от удивления и любопытства сильнее приближается к камере, от чего его лицо смешно искажается. Драма драмой, а не заскринить такой редкий кадр (читать как компромат) Хо себе не может позволить. Вдоволь насладившись своей осведомленностью и реакцией на нее, Чон продолжает: — Именно. А мы вообще не рассчитывали, что он в кого-то влюбится в ближайшие пару вечностей… — Вау. И что, совсем никуда не продвинулось по ходу исполнения нашего плана? — Продвинулась, хах… Скатилось! Мы сегодня мультики обсуждали. Мне же не пять, в конце концов! — Но ты разбираешься в них. — Я ещё раз спрашиваю, ты в чьей команде? — ХоХо, ты когда-нибудь замечал, как сильно твои хены-художники на тебя влияют? Вы с Есаном будете отличной парой из четы королей драмы. Никогда тебя таким эмоциональным не видел, кроме моментов, связанных с Есан- хеном. На экране монитора до того грустная мордашка друга, что хочется сорваться и первым поездом до него. Конечно, Ён этого не сделает, но может написать Хо старшему, чтобы тот сегодня особенно присмотрел за братом. Он подавлен от каждодневных встреч с человеком, к которому питает чувства, от их ладного и милого общения, от того, что все между ними хорошо, кроме одного. Они просто друзья, и то для Кана младший, может быть, навсегда остался в ранге «ребенок». — Прозвучит наивно с моей стороны, и я не настаиваю на том, что это хорошая идея, но ты не думал, первым признаться? — Думал, но не сейчас. Я не стерплю ещё полгода рядом с ним, если он не примет мои чувства. Не добьюсь от него признания — дождусь конца учебного года и сделаю это сам. В случае отказа — уеду к тебе, поступлю в ваш универ в Тэгу. И он меня больше не увидит… — Чонхо… — Ёнджун так хочет обнять друга и утешить, но может лишь отправить его к его брату.- Родной, иди к Юнхо- хёну и попроси его тебя обнять. Понял? Не смей грустить в одиночестве! — Хорошо… И. — Мм? — Береги Бомгю… — Обязательно. Он завидовал слегка другу и его таким гармоничным отношениям с Бомом. И больше всего в этом его удивляло то, что Джун прилагал тогда все усилия, чтобы сблизиться, но не со своим нынешним парнем, а Субином. И это заставляет иногда Чона задуматься: а правильный ли он выбрал предмет обожания? *** План по сближению Чонхо и Есана появился так же неожиданно, как и театральный кружок в школе младшего. Для которого необходимы были декорации. Что странно — обо всем этом Хо узнал от Ёнджуна. В мгновение ока Ёсан был ко всему этому привлечен, и теперь он минимум раза три в неделю появляется в стенах школы. Казалось бы, какая замечательная возможность, ведь столько дополнительного времени плюсом. Но... В первый день была экскурсия по витиеватым коридорам, попытка запомнить путь к нужному крылу, где находился актовый зал и кабинет, отданный под студию для репетиций кружка. Они несколько раз обедали вместе на перерыве. Но кажется, старший действительно был увлечен своей работой, а не дополнительными встречами с Чоном. Это заставляло младшего увядать день за днём. И разница между ним в первый день прибывания Кана в школе и текущим состоянием пугающая. Ёсан, вроде бы, и замечает, что что-то не так с ребенком. Но он так наивно полагает, что никакие любовные истязания не должны мучить юное сердце. Забывая при этом, что в его возрасте уже сам был в него же по уши влюблен. Волноваться за младшего уже пришло в привычку для Есана за эти годы, и игнорировать эти тревожные колокольчики он тоже научился неплохо. Поэтому сейчас он без зазрений совести ходит на работу, добивая Хо. Иногда, когда уроки заканчивались, а художник ещё работал над декорациями, мелкий приходил и дожидался окончания кановых дел, чтобы потом вместе пойти в мастерскую к друзьям. И сегодня один из таких случаев, который, как и всегда, ничем новым не закончится… Или нет? Чонхо сидит на невысокой сцене, свесив ноги и болтая ими время от времени. Старший трудится над распиской стен. Выглядит классно уже на начальном этапе. И как-то случайно их ленивая беседа переросла в обсуждение мультиков. — Ты не смотрел «Город героев»?! — на вопрос Есана, кто такой Бэймакс, Чонхо довольно эмоционально возмутился. — Нет, а что, хороший мультик? — Да! Не удивительно, что ты всегда все так драматизируешь и ищешь подвох. Ты, хен, не познал счастья, если не смотрел «Город…»! — Кто из нас драматизирует сейчас, так это Вы, молодой человек, — по-доброму смеётся Есан. — Ладно, как будет время, обязательно гляну. Он из-за плеча улыбается школьнику, отрываясь от расписывания стены. И у Чонхо нет никаких прав проигнорировать эту улыбку, поэтому он растягивает губы в ответ. — Воот, наконец-то ты улыбнулся, а то ходишь мрачнее тучи последнее время. Или ты всегда такой в школе? Это заставляет Чона подавиться своей иллюзией о том, что его эмоции известны только ему и он прекрасно справляется с игрой в пьесе «Да мне вообще плевать, что ты меня не замечаешь. Все норм». — Н-нет, просто… Не было настроения, — бросает первое пришедшее на ум, отличное от «в этом виноват ты, мудак» и «не будь таким участливым, я сейчас разревусь». *** «Да он издевается», — шипит про себя Чонхо, когда, собравшись уже идти искать брата для утешительных объятий после завершения видеозвонка с Ёном, ему приходит сообщение от причины его подавленного состояния. Ё-ё-хён 17:12 Привет, мелкий! Занят? Все куда-то разбежались сегодня… Я хотел тот мульт глянуть, если у тебя нет планов. "Куда-то разбежались…? Да у всех свиданки, что б тебя, Кан Ёсан!" — мысленно проклинает того, в кого влюблен, Чонхо. Он переводит дух и негодование, перечитывает сообщение. «Он хочет вместе посмотреть «Город…»? Это же неплохая идея, правда? Стоит согласиться, чтобы не проводить вечер одному. Скоро Юнхо убежит гулять с Минки, Усаны туда-сюда перетаскивают вещи, пока решают в чьей квартире им жить, у Сонджунов свидание первое…»

Вы 17:18 У тебя?

Ё-ё-хён 17:18 Я иду с мастерской. Если ты дома, то лучше я к вам с Юнхо.

Вы 17:19 Жду

*** Чонхо поднимается с кровати, принимаясь прибирать в комнате. Сначала он упрямо не желал напрягаться из-за этого дубового хена, но что-то внутри перемкнуло, и вот он уже стирает толстый слой пыли с прикроватной тумбы. Проходя на кухню, он встречает чью-то широкую спину, но она, точно, принадлежит не брату. Долгих вычислений не требуется, чтобы разобраться, кто ее обладатель. — Минки-хен, когда ты успел здесь оказаться? Я не слышал, как ты входил. — Буквально минуту назад, я думаю. Как поживаешь, мелкий? — Ты у себя копошился так громко и на что-то ругался… — замечает брат.- Все нормально? — Дааа, — он взъерошивает свою макушку. — Есан-хен придет сейчас. У Юнхо, как раньше упоминалось, очень плохо получается сдерживать истинные эмоции, но он всегда очень старается: сейчас его лицо вытянулось в удивлении и некой щенячьей радости, чтобы как-то попытаться скрыть хотя бы рвущиеся наружу звуки, губы складываются в одну полосочку. Младший с ним на тему тяжб любовных никогда толком не откровенничал. Однако заметить наличие этих самых тяжб было не так уж трудно. Уже даже Минки и Сонхва за недолгий срок пребывания в этом круге общения поняли, что между Есаном и Чонхо что-то клеится. И все засели и ждут, что же будет дальше. Старшие переглядываются многозначительными взглядами, как будто бы незаметно, и решают прощупать почву: — Чем заниматься будете?.. Раздается звонок в дверь, прерывая ответ Хо младшего, который тот не очень хотел произносить, если быть честными. Маленькая кухня пополняется новым гостем с пакетом яблок и снэков в руках. — Мне кажется, вам пора, — намекает Чонхо, видя кухню из-за вставшего в проходе Кана, привставая на носочки. — Спаивай моего брата не сильно очевидно, окей? - ухмыляется уходящему Сону, получая в ответ подмигивание. *** - Бэймакс на Хонджуна похож, не находишь? Всем помочь пытается, лезет тебя лечить при любой царапине, пашет как робот и, когда совсем устает, раскисает и лезет обниматься. Они смеются с этого сравнения, валяясь в спальне, досматривая мультфильм, который, по заявлению младшего, должен был показать старшему, что такое счастье. И он видит, вот оно - под боком лежит и сонно моргает. "Совсем ребенок умаялся." Ёсан мысленно одергивает себя за то, что снова назвал его ребенком. Эта привычка, определенно, вредная и мешает развитию их отношений. На экране титры, а в окно больше не бьются лучи садящегося солнца. Чонхо спит, перебросив одну руку через торс старшего и пуская слюни. Заснуть в этом же положении, кажется лучшим вариантом из имеющихся. - Я всё исправлю, - шепчет он в спутанные волосы на макушке младшего и блаженно закрывает глаза. *** Пересилив все возможные развития событий после сцены в спальне Сонхва, парни все таки пошли, куда планировали, одетые и смущённые. А под конец вечера заглянули в мастерскую. - И все-таки это лучшее место в мире, - шепчет Хон. Они сидят на полу около огромного окна, а между ними бутылка вина. Сонхва согласно кивает, но едва ли он думает сейчас о чем-то кроме Джуна. - Спасибо, что не выгнал меня тогда отсюда, господин явсесам~ - Спасибо, что не сбежал из нашего дурдома. Ужас, я же тогда, вероятно, выглядел как помешаный... - Вообще я помню, что сравнил тебя у себя в голове с воробушком. Ты так смешно сидел на табуретке посреди комнаты, как на жердочке. Это было даже мило. - Мне повезло, что у тебя такие заниженные стандарты... - смеётся Хон. - Что? Это что ещё за настрой? Откуда такие темные мысли в такой яркой голове? Только что этот разговор пересёк черту милостей и флирта, встав на прямую откровений. Джун опустил голову, вглядываясь в узоры на дощатом полу. - Хэй... - Знаешь, это все так странно для меня. Я ведь даже никогда ни с кем не встречался, - совсем тихо произносит младший, будто ему стыдно за это. - Ты шутишь? Не может быть... - Эй ты бы мог удивляться как-нибудь не так сильно, а то я обижусь! - Я больше в восторге, чем удивлен. Нет, удивлен тоже... но во мне от чего-то столько радости из-за этого. Вау! - умиление Хонджуном для Сонхва только что вышло на новый уровень. - Ну что со мной не так?! - стонет Джун, заваливаясь на пол спиной. А через секунду рядом лежит Хва. Они оба смотрят в огромные окна на ещё более огромное небо. - Не понимаю, в чем проблема? - Меня все это смущает! Я должен быть хорошим парнем для тебя, но не знаю, как себя вести... - Ты ничего мне не должен, солнце. - Но ты этого заслуживаешь! Сонхва опять садится на полу. - А чего тогда заслуживаешь ты? - спрашивает он. - Или ты думаешь, что мне приятно будет смотреть, как ты переступаешь через себя? Ты можешь делать, что хочешь, или просить меня, если хочешь, чтобы я сделал что-то. - Правда? Тебя это не отталкивает? - А должно? - Ну разве приятно возиться со мной? - Ты меня обижаешь, Джуни~ Хочешь, я открою секрет? - Давай... - Никто не знает, как себя правильно вести. - Мы убили романтику, Хва. И как, черт возьми, мне тогда вообще понять, что надо делать, если никто не знает?! - Опытным путем? Я тебя не загрызу, если ты просто спросишь, - он приближается ко все ещё лежащему Киму и нависает над этим смущённым существом. Хон бегает взглядом по его лицу: глаза- губы-нос-губы-скулы-губы, облизывает свои. И казалось бы, его мысли можно прочесть, следуя за глазами, но Хва ждёт. - Я не сделаю этого, пока ты не попросишь сам. Ты же любишь делать все сам. И Хонджун пытается, но не может, поэтому его губы то размыкаются, то складываются в полосочку. Ему не легко, но кому просто-то? Сонхва? Не смешите. Но если так надо, то они оба будут учиться быть вместе. Он отстраняется, чтобы не создавать ощущение давления на Кима. А тот разочарованно, но вместе с тем облегчённо выдыхает. - Хочу, - хрипло начинает Хоня, на что бровь Хва выгибается. - Сказать, - поспешно добавляет он. - Спасибо. И хочу... тебя обнять. У Сона сейчас сердце лопнет от передоза милоты, по венам будто пустили тройную дозу умиления Хонджуном. Он распахивает руки для обнимашек и ждет, когда младший к нему подойдёт. Хонджун жмется ближе сильно и отчаянно. Хва словно предугадывает, как тот собирается что-то сказать, и успевает его прервать: - Если ты ещё раз скажешь "спасибо", я тебя поцелую - это угроза. Не смей! - Ладно... не буду, - бубнит Хон в воротник выбранной им красной рубашки. *** Собираясь домой, Хон прихватывает с собой красный зонтик, потому что тучки опасно сгущаются и предвещают скорое начало дождя. - Я думал, это священный артефакт, и никто не смеет им пользоваться по назначению, - Пак удивлен. Хонджун показывает ему язык в ответ на этот язвительных комментарий, осмеивающий их "культ" зонтика. - Ты достоин знать, - наигранно пафосно отвечает Ким, выделяя второе слово. - Достоин, значит? - ухмыляется. - Иди уже, достойный, - Сон получает зонтиком по попе. На середине пути и впрямь начинает накрапывать дождик, и тогда над их головами раскрывается зонт. Сонхва не перебарывает в себе искушение посмотреть наверх и поразглядывать вещицу. Подняв взгляд, он застывает на секунду. На красной клеенчатой поверхности зонтика красуются шесть росписей, сделанных белым маркером. - Что это? - Это наш договор. Пять лет назад мы пообещали друг другу, что будем работать вместе и откроем свою мастерскую. И нам нужно было что-то, что всегда будет напоминать нам об этом, даже когда покажется, что все впустую, и будут опускаться руки. - Вау..Ваш договор... намок... - Ничего страшного, это его прямая обязанность. Но ребятам лучше не рассказывать...