Шоколадное мороженное

Эви делала всё, что было в её силах, и это никак не помогало. В этот момент она подумала, что это из-за Пеннивайза. Она ведь выкинула записку, которую он оставил на кухне, что если это такое наказание? "- Пеннивайз, прости.. Я не думала, что ты именно так решишь наказать меня." - Эви проговорила это у себя в голове. Её мысли прервал Бауэрс, который снова ударил её. В этот время она лишь заплакала сильнее от боли, и упала на асфальт. - убрали от неё свои руки немедленно, иначе будет только хуже. - сказал кто-то, вышедший из-за поворота к ним. - ты кто такой? Чего нарисовался? Заняться нечем, так сейчас найдём тебе занятие. - сказал Бауэрс, и потянулся к ножу, который был у него в кармане. Парень ударил его в живот, тем самым заставив его согнуться, и после этого ударил его локтем по затылку. Бауэрс упал, у него не было сил делать что-то ещё. Тут подошли его парни, и набросились на "спасителя". Странно, но за минуту они уже лежали со сломаными носами и руками. Эви лежала на асфальте, моля о помощи. В глазах двоилось, и она мало что видела. Ужасно болела голова, и живот. Парень подошёл к ней. - как ты себя чувствуешь, куколка? - до боли знакомым голосом произнёс он. - т-ты что, П-пеннивайз? - очень тихо произнесла Эви. - поговорим дома. - он взял её на руки, и понёс домой. Конечно же он мог телепортироваться, но это было опасно для здоровья Эви. Буквально через 5 минут они были дома. Он положил её на диван в гостиной комнате, и сел рядом. - П-Пеннивайз, объясни мне всё, п-прошу. Ты ведь не обычный клоун, верно? Что ты скрываешь? - очень тихо и заплаканным голосом сказала девушка. - я Пеннивайз, танцующий клоун - это моя оболочка. Я ужасное зло, и питаюсь страхами людей. Так же я питаюсь и плотью людей. У меня очень много разных сил, ведь я могущественное зло. Я могу управлять чем угодно, и принимать абсолютно любую форму, так же я могу делать что угодно. - он посмотрел на девушку, ожидая от неё какого-то страха, и защитной реакции. - теперь понятно, почему ты в человеческом облике. Твой голос можно узнать среди всех, он один такой. Стоп, тогда почему ты не съел тех парней? - куколка, я могу сдерживать себя, но на это уходит много сил. Больше на вопросы подобного типа отвечать я не собираюсь. Да и ты там собиралась больше никогда не общаться со мною, и не давать мне прикасаться к тебе. - оу, я это...прости.. - Эви повернулась в другую сторону, и тяжело закашляла, - как мне называть тебя? Пеннивайз, или кто ты сейчас? - сейчас я Роберт Грей, это моё второе имя. Как тебе удобнее, так и называй. Роберт повернул Эви к себе, и дал ей таблетку с бутылкой воды, которые неизвестным образом оказались у него в руках. Эви выпила таблетку, и запила её водой. - спасибо Роберт.. Ты спас мне жизнь. - Эви подтянулась к нему, и легонько обняла. Он лишь посмотрел на неё, и приобнял второй рукой. Такое чувство, словно он живёт без эмоций. Она отстранилась от объятий, и пошла к себе в спальню. Там она посмотрелась на себя в зеркало. Лифчик снова снят, она лишь в кофте. Вся одежда ужасно грязная. Эви сняла с себя все вещи, и надела атласную пижаму. Роберт наблюдал стоял в дверном проёме, и наблюдал, и вдруг Эви заметила это. - и как долго ты тут стоишь?! - с испугом спросила девушка. - только что подошёл, не волнуйся. К счастью у неё есть привычка переодеваться перед шкафом, и единственное что он видел, это её заднюю часть. Девушка поставила будильник на утро, решив позвонить Джиму и Стиву, и попросить выходной из-за плохого самочувствия. Эви легла в свою кровать, и укуталась в одеяло. Роберт сел на кресло, которое внезапно появилось в комнате у кровати. - почему ты наплевала на мою записку? - с грубостью спросил Роберт. - я была зла на тебя. И вообще, ты чего такой грубый? Почему ты не убил меня, м? Грубиян! - со злостью сказала Эви. - куколка, скажи спасибо, что ты спишь в своей кроватке, в целости и сохранности. Я запросто мог смотреть на то, как над тобою издеваются. - после этих слов он хмыкнул. - и чего же ты тогда так не сделал? - с грустью спросила девушка. - просто захотелось помочь тебе. - снова без эмоций сказал он. А ведь действительно, почему? Возможно он что-то чувствует к ней, странное вовсе. Но он ведь всё отрицает, и при чём сам себе.