Внутривенно

«Грейнджер, я не хотел всего этого тебе наговорить. Не думай обо мне еще хуже, чем раньше. Д.М.» Гермиона смотрела на эти строчки, стоя на кухне с кружкой кофе в руках. Рон уже ушел на работу, а она позволила себе задержаться дома, потому что приезжал министр и она пока была не нужна. Справятся без нее, ей нужно было выспаться. Перестать думать о… Она осеклась. Обо всем этом. – Это просто какой-то абсурд. – Громко произнесла она и сама вздрогнула от своего голоса. Она скомкала письмо и взяла волшебную палочку. Комок поднялся вверх, вспыхнул, и кучка пепла опустилась на кафель. Заколдованная метла тут же принялась все убирать. Гермиона взглянула на стол, где Рон оставил за собой грязную посуду. Раньше она готовила обед на двоих, и они во время перерыва всегда где-то перекусывали. Сейчас ей не хотелось, но, может… Волшебница появилась в Министерстве как раз во время обеденного перерыва. Она поднялась на лифте в отдел своего мужа и постучалась в кабинет авроров, где было рабочее место Рона. Из-за двери послышался голос, приглашающий войти. – О, Гермиона, так рад видеть тебя! – из-за одного из столов ее поприветствовал весьма заросший Гарри. Он поднялся, чтобы ее обнять. – Боже мой, мистер Главный Аврор Британии, вы что, собрались отрастить бороду, как у Дамблдора? Он засмеялся. - А Джинни говорит, что я выгляжу мужественнее. Из-за его спины раздался смешок. Это был Рон. – Привет, Герм. – Он подошел и быстро поцеловал жену в щеку, – не думал, что ты зайдешь. – Ох, Рональд, - она вздохнула, – ты тоже отращиваешь? Я думаю, что тебе пора побриться. Гермиона погладила его по плечу; ей показалось, что Рон напрягся. – Вообще, я принесла обед, подумала, что мы можем… ну, знаешь, где-то перекусить вдвоем, как раньше. Она почувствовала, как Гарри смотрит на нее с сожалением, а затем услышала его вздох. – Черт, ты знаешь, мы с Гарри уже… ну, только вернулись с обеда… и... – Рон смотрел на нее виновато, как тогда, когда перепутал адреса ее родителей и письма, адресованные им, целую неделю приходили какому-то неизвестному волшебнику в Уэльсе. – Гермиона, если бы я знал, я бы не потащил Рона… – вставил свою лепту Гарри. Она махнула головой, чувствуя, что сейчас расплачется. – Ладно, тогда я поем у себя. Была рада видеть тебя, Гарри. – Нарочито твердым голосом произнесла она и буквально выбежала в коридор. Слезы не катились всю дорогу до ее кабинета. Уже на подходе к нему Гермиона увидела маячащую возле двери белобрысую голову. – Тебе-то еще что нужно? – раздраженно и тихо сказала она сквозь зубы, но Малфой ее услышал. – Вообще-то, мне нужно забрать отчеты о транспортировке золотых слитков в Японию. Я тут уже два часа торчу. Гермиона посмотрела в его лицо. Он явно скучал, но глаза то и дело вспыхивали недобро. Какой-то незнакомый блеск. Так никто не смотрел на нее, даже ее слизеринский неприятель. Она отперла кабинет и вошла, не пригласив Малфоя. Он зашел сам. – У тебя все в порядке? – тем же скучающим тоном спросил Драко. – Тебя это не касается. – Она кинула сумку на кресло и принялась искать отчеты в кипе бумаг на столе. – Из-за тебя я пропустил обед, – как-то обиженно заявил Малфой. Гермиона махнула палочкой, из ее сумки вылетел пакет с сэндвичами и приземлился на кофейном столике. – Кофе ты можешь заварить на подоконнике. – Безучастно сказала она. Если честно, Гермиона не ждала, что он согласится, но Драко вальяжно направился к кофейному аппарату. – Тебе сделать? – спросил он тоном, будто задавал этот вопрос каждый день. Заместитель министра согласно кивнула. – Пол-ложки кофе, одна ложка сахара. – Ответила она. Гермиона оторвала голову от бумаг и посмотрела на него. Движения Малфоя были четкие, выверенные. Он делал все быстро, орудуя тонкими длинными пальцами. Этими пальцами он недавно сжал ее плечи, не давая потерять равновесие, когда она врезалась в него, выходя из лифта. Чушь. Он просто не ожидал, это был рефлекс. Вспомни, как он тебя оттолкнул спустя пару секунд. Да, он тебя ненавидит. Это он так сам сказал. Спустя несколько минут на кофейном столике дымились две чашки ароматного кофе. – Мерлинова борода, - прошептала Гермиона, – Акцио, отчет о транспортировке золотых слитков в Японию! Два листа выскочили совсем из другой стопки бумаг и приземлились прямо в руки Гермионе. – А я уж думал, что ты не вспомнишь, что у тебя есть палочка. – Он сидел напротив нее на диване, заложив ногу на ногу, держа в одной руке блюдечко, а в другой чашку с напитком. – Присоединишься? Думаю, что ты тоже не обедала. Она посмотрела, как странно выглядит Малфой на этом диване. Он был высоким. Очень высоким, выше Рона и Гарри, и всех ее знакомых, наверное. Диван был слишком низок для него, из-за чего колени Малфоя были согнуты неестественно и торчали немного выше пояса. Он выглядел… комично. На лице ее возникла тень улыбки, но она тут же согнала ее. Гермиона рассеяно присела рядом с ними, взяла с тарелки сэндвич с семгой и начала усиленно жевать его. Кто бы мог подумать. Гермиона Грейнджер (в прошлом) и Драко Малфой вполне мирно сидят рядом друг с другом и обедают. От него приятно пахло. Каким-то свежим одеколоном. Зубной пастой. Еще чем-то неуловимым. Бумагами. Пергаментом. Когда берешь его в руки, новый нетронутый. И все это под тонким запахом свежесваренного кофе. Ох, черт. Свежесть. Свежесть, как после дождя, зубная паста, новый пергамент. Это… это было ее зельем на шестом курсе. Ее любовное зелье тогда пахло, как Драко Малфой сейчас. Гермиона нервно хихикнулась, а потом икнула. Малфой повернул к ней лицо. Брови его уже ползли вверх, на губах застыла ядовитая ухмылка. Та самая, его фирменная. Ртуть в глазах переливалась. – Что-то не так, Грейнджер? Она не знала, что именно он разглядел в ее глазах. Гермиона судорожно проглотила пережеванный бутерброд. Они смотрели друг на друга. Ей показалось, наверное, но Малфой, кажется, слегка склонил голову к ней, сокращая дистанцию межу их лицами. Ей казалось, что он раздевает ее глазами, так он бесстыдно на нее смотрел. Как будто она прямо сейчас уже была обнажена. Можно поклясться, но от этого взгляда она чувствовала, как горячий тугой комок перетекает из груди в самый низ живота, заставляя почему-то сдвинуть ноги вместе. Еще теснее. Ей просто нужно сказать ему что-то. Очередную колкость, тогда это напряжение уйдет. Рассеется. Но Гермиона молчала, как будто боялась, что слова, которые она собирается сказать будут совсем другими. Спустя вечность раздался стук в дверь.