Внутривенно

– Послушай, я правда не хочу знать, что у тебя с ним. А еще меня отправляют на Аляску. Я переночую в Норе. – Но, Рональд… Они застыли, напряжённо глядя друг на друга. У него в руках была пара свитеров и джинсы. Он пытался все это засунуть в чемодан. – Позволь, я хотя бы сложу вещи. – Нет. Ее будто окатило холодной водой. Она первый раз в жизни слышала, чтобы Рон говорил с ней так. Чтобы вел себя с ней так. – Ты все не так понял. - Все не так понял? Это теперь так называется? - злобно выплюнул слова Рон, - Мне плевать, Гермиона. Я напишу детям, когда буду на месте. Тебе, может, тоже. Ее тон был каким-то умоляющим. Его – холодным. Он говорил так лишь однажды, когда они втроем охотились за крестражами. Тогда Рон слишком долго носил медальон Салазара Слизерина, а они лишь догадывались, как он влияет на поведение человека. Рон сказал много плохих слов и ушел. Сейчас он делает то же самое. – Я просто хочу объясниться. – Снова начала Гермиона. – Не нужно. Я, видимо, очень кстати оставляю тебя одну. Может быть, Кингсли тоже в курсе? – Рон начал повышать голос. – Ты не знаешь, о чем говоришь! Это же Малфой! – Гермиона всплеснула руками. – Вот именно, Герм! Малфой! МАЛФОЙ! Наш враг, Пожиратель смерти, сторонник Волдеморта, тот, кого ты выгораживала каждый гребаный судебный процесс! Благодаря тебе он сейчас ведет себя так, будто бы ничего не было и он ничем нам не обязан! – Рон пнул чемодан, тот перевернулся, вещи вывалились и разлетелись по всему полу. – Может, у вас уже тогда что-то?.. Гермиона, выслушав эту тираду, совсем иначе посмотрела на своего мужа. – Скажи, ты сам веришь тому, что говоришь? Рон ничего не ответил. Достал палочку, вещи сами сложились в чемодан, он захлопнулся. – Этот мини-отдых определенно пойдет нам на пользу. – Уже спокойным голосом сказал он. – Я вернусь через две недели и хочу знать, что ты собираешься делать дальше с нашим браком. Зеленое пламя в камине, хлопок. Рон исчез. Ты прав, Рон. Это Малфой. Но почему теперь она так желала, чтобы он… Мерлин, чтобы он просто смотрел на нее, как в ее кабинете. Гермиона заплакала. Так глупо и по-женски. Она опустилась на диван и закрыла лицо руками. Никто этого не видел. Ее плечи подрагивали в этом беззвучном плаче. Все пропало. Все пропало. Малфой разрушил ее брак. Ей вдруг захотелось заглянуть ему в лицо. В его чертово слизеринское лицо, посмотреть в эти глаза цвета ртути, накричать на него, обвинить, толкнуть ладонью его в грудь. Она представила эту картину. Представила, как он смотрит на нее. Надменно, уничижающе, презрительно. Потому что для него она по-прежнему грязнокровка, и даже если она станет министром магии, то ничего не изменится в его отношении к ней. Они работали вместе так давно, но до этой поры ни разу не сталкивались вот так. За последние несколько дней она видела его больше, чем за последние десять лет. Гермиона попыталась взять себя в руки. Мельком она увидела свое отражение в зеркале над камином. Ужасное красное распухшее лицо. Холодная вода едва привела ее в порядок. Она смотрела на свое отражение и не могла поверить, что все рушится. Рука дернулась к кольцу на безымянном пальце. Оно легко соскользнуло. Гермиона покрутила его в руках. На внутренней стороне было выгравировано: «Рассечь воздух и взмахнуть». Она улыбнулась. Рон. Рон всегда был рядом, с самого начала и до момента, когда все закончилось. Не Драко Малфой уж точно. Она снова надела кольцо и присела на бортик ванной. Не Драко Малфой. Не его надменное самодовольное лицо. Почему она так часто думает о его лице? Уже в спальне ее рука сама потянулась к перу. Нужно было сказать ему, чтобы он больше не смел вмешиваться в ее жизнь. Чтобы он больше никогда не появлялся. Но, Мерлин, ведь, он ничего и не сделал, она придумала все сама… Пальцы дрогнули, на пергаменте расползлась огромная уродливая клякса. Гермиона скомкала письмо и бросила в корзину. Ей просто нужен отдых. Может, отпуск. Может, стоит отправиться вслед за Роном. Попробовать вымолить прощение если не словами, так поступком. Она, вроде, слышала что-то о женах, которые отправлялись вслед за мужьями в ссылку. Гермиона улыбнулась сама себе. Она ведь была счастлива когда-то, верно? Ведь она была влюблена в Рона едва ли не со второго курса. А Драко Малфой… Чертов Малфой, почему все мысли возвращаются к нему? Это была первая ночь, когда она тревожно и беспокойно спала. Ей снилось, как Малфой и Рон дерутся, как кровь летит в разные стороны, а потом, когда она вытирает ее с лица своего мужа, он превращается в человека с самой язвительной усмешкой в мире. Она проснулась с мыслью о Драко Малфое в голове.