Крупная рыбка

      Утро выдалось непростым. Сначала пришлось соображать, кто я, почему меня лижет мокрый язык. Потом пришли философские вопросы, и стало необходимо разобраться, зачем в моей жизни виски, кто, вообще, придумал алкоголь, почему с собакой обязательно нужно гулять. А после, когда сознание перекрыл гул в голове, пришлось и вовсе отложить мыслительную деятельность. Собрав волю в кулак, отправилась в душ. И вот там-то под аккомпанемент шума воды меня настигли мысли об Алекс. Точнее, я в принципе вспомнила о её существовании, а ещё о существовании себя вчера в клубе. Когда воспоминания сложились в единую цепь нелепых событий, ладони сами устремились к лицу, а следом послышался бессильный стон. Мой собственный.       Попробуйте, просто попытайтесь придумать ситуацию нелепее. Не получается? Вот и я не смогла. Отчаянно шарила по черепной коробке в поисках оправдания для себя, но шум в голове подсказывал, что вчера я-таки была в клубе, и во мне-таки были текила, виски и ещё какой-то намешанный лонг.       Из душа меня вытащил телефон, который разрывался на кухонном столе. Умоляя его замолчать, я нелепо проскользила мокрыми пятками по кафелю, чудом удержав равновесие, и схватила источник непрошеного шума. Светка. — Жива, дорогуша? — зазвенела подруга в трубке. — Свет, молю, не ори. — взвыла я в ответ, а Светка раскатисто заржала. Смех зашёл значительно менее болезненно, чем высокий женский голос. — Да-да, сюда. — послышалось от подруги явно не мне. — Эй, ты тут? — Ты мне? — Я просто забираю пиццу… — буквально поставила меня в ступор Светка. — Ты смогла подняться с кровати? — Я не только поднялась, детка! — снова смех, лучше бы она всегда смеялась вместо того, чтобы трещать. — Мы с пиццей будем у тебя через двадцать минут. — Нееееет… — Да, Ленок. Жди. — на этом она отключилась.       Я зашвырнула телефон подальше на диван и всерьёз задумалась, знаю ли я, как отключить дверной звонок. Не знала. Но зато отлично знала Светку и прекрасно понимала, что даже вырванный проводами наружу звонок не поможет. Не было и нет таких дверей, куда бы бестия не смогла попасть в случае, если ей «очень надо». А ко мне ей, очевидно, надо было очень. Тем более у неё на руках была пара круглых итальянских козырей. Знала, чем подкупить меня, жучка.       К тому моменту, когда пицца в сопровождении Светки оказалась в моей кухне, я уже тяпнула аспирина, выпила почти два литра воды и смогла даже сварить вполне недурной кофе. — Она не звонила? — внезапно поинтересовалась Светка после того, как мы принялись за еду. — А должна была? — удивилась я и, не дав подруге вставить свою реплику, продолжила. — Нет, вот скажи, ты бы позвонила на её месте? Очевидно же, что… -… ты ей нравишься! — перебила меня бестия, нагло улыбаясь. Мне оставалось только закатить глаза. — А она тебе! — продолжала она. — Что вам мешает, никак не пойму?       Я показательно фыркнула и принялась забивать рот пиццей в расчёте на то, что отвечать не придётся, наивная. Я жевала, Светка ждала. Пицца подходила к концу, и отвод от разговора таял последним сыром во рту. Подруга была права, это подтверждали мои холодеющие руки. Но знать об этом ей ни в коем случае было нельзя, иначе мне пришлось бы выслушать тысячу и один план по захвату интересующего объекта, а к такому моя голова была ещё не готова. — Слушай, — начала я, дожевав, — фигня это всё. В понедельник выйду на работу и назначу с ней встречу. Надавлю на неё, наверняка, она не хочет, чтобы её грязное бельё оказалось на столе её начальника. — самодовольно улыбнулась в ответ на Светкино удивление. — Подпишу договор и свалю на какие-нибудь острова на пару недель. — Эээ… — подруга подвисла на некоторое время. — Ты серьёзно? — Серьёзнее некуда. Се-ля-ви, детка. — Но ведь ты… а она… и потом… — залепетала Светка, теряя слова по ходу. — Я планировала договор любой ценой, она просто дурочка, которая повелась. А потоооом… — пропела я, страшно собою довольная. — Потом я даже не вспомню о ней, когда буду потягивать коктейль из кокоса. — Вот идиотка… — прошипела подруга, закрывая лицо ладонями, но тему продолжать не стала, решив, видимо, что я безнадёжна.       Я сделала вид, что не услышала. Мы выкинули коробки от пиццы, налили еще кофе и завалились на диван перед телевизором — наитупейший досуг, но для похмельного мозга зашёл на ура. Так и провалялись весь день.       Воскресенье прошло в веселье с Чаком и приятной болтовне с мамой. Неоднократно возвращалась мыслями к Алекс, потирая ладошки. Представляла, какой будет её реакция на мою маленькую гадость, будет ли её взгляд таким же мягко-податливым, как той ночью? Или удивлённым? До чёртиков хотелось увидеть её эмоции: рассердится или сыграет снежную королеву? Хлопнет дверью или в лицо, наконец, скажет, что я сука? К вечеру поймала себя на своего рода возбуждении. Мысли о грядущей победе будоражили мозг похлеще её морских духов, которые мне почему-то запомнились. В деталях я видела, как заплыву в кабинет к Светке с победной улыбкой, скажу «Ну и кто тут идиотка, Свет? Давай, рисуй банеры!». Перед сном нагладила идеальные стрелки на серых укороченных брюках, тёмно-синюю рубашку, уголком уместила платок в тон рубашке в верхний карман пиджака. Уснула с осознанием собственной сучности и предвкушением решающего раунда.

***

      Договориться о встрече в их офисе не составило труда, намеренно не стала замешивать в это секретаря, позвонила лично, поворковала с её личным помощником. Ишь, важная шишка, помощника даже завела. Стакан капучино по дороге, и, не заезжая в офис, я напрямую проехала по уже знакомому адресу. Придирчиво оглядела себя в зеркальном лифте, выбрала наиболее ослепительную из своего арсенала улыбок и, выдохнув последнее волнение, шагнула на необходимый мне этаж. Стучать не стала намеренно, просто дернула дверь и оказалась в большом светлом кабинете с панорамными окнами от пола до потолка. Недурно. — Елена Владимировна! — разулыбалась Алекс, — Рада видеть. — кивнула на кресла у маленького стеклянного столика вплотную к окну. — Взаимно. — деловая этика, чтоб её. Прошла к предложенному месту, несколько секунд замерла перед видом на город.       Алекс подошла со спины и, видимо, заметив мой интерес, начала отвлечённо: — С той стороны, — она ткнула тонким пальчиком в сторону окна, — можно увидеть даже макушку Казанского, когда ясно. — а потом зачем-то продолжила рубрику бесполезных фактов. — Люблю задерживаться допоздна, чтобы посмотреть на огни.       Да, отличные окна. Непредсказуемый мозг в красках представил, как запотеет толстое стекло, если прижать её к нему грудью. Обнажённой. Тьфу ты. — Красиво. — озвучила я картинку в голове, но ведь ей об этом знать было не обязательно. Поставив на стол небольшой портфель, выудила оттуда кожаную папку с подшитыми документами, протянула Алекс, улыбнулась. — Вот. Утвердила максимально лояльные условия. Я бы даже сказала, уникальные. — Спасибо. — девушка присела на кресло напротив моего. — Дадите мне некоторое время на изучение? — Да, конечно.       Она занялась изучением договоров и спецификаций, каких-то дополнительных рекламных условий, особенностей поставок и прочей печатной ерунды в моей папке. А я — изучением её. По-прежнему идеальна. Юбка-карандаш на пуговках, свободный свитер крупной вязки, капрон, подчеркивающий ямочки на коленях. Её взгляд неустанно бегал по строкам в документах, а значит, у меня был карт-бланш, возможность рассмотреть её до малейших подробностей. Ладно, вру. Малейшей была родинка на внутренней стороне правого бедра, её я воспроизводила по памяти.       Через какое-то время Александра Игоревна подняла взгляд, оторвавшись от документов. — В целом, это уже интереснее, но мне бы хотелось, чтобы вы учли одно очень важное условие… — она подошла к окну, подняла указательный палец вверх и, наверняка бы, продолжила, если бы я её не перебила.       В два шага я оказалась у неё за спиной, не по-деловому близко и, уверенно положив руку на уже знакомую мне талию, опалила дыханием ушко. — Позволь мне вставить несколько слов об условиях. — она вздрогнула и замолчала, не отстраняясь. — Мне нужен договор, а тебе, я думаю, не нужны сплетни о том, как топ-менеджер проводит свободное время, а главное — с кем. Так давай поможем друг другу…       Девушка дёрнулась из моей хватки, упирая ладони в стекло, но ни на секунду не дрогнув ни одной мышцей лица. — Ты… — она обернулась на меня, всматриваясь в глаза насквозь. — Не посмеешь. — Конечно, не посмею. Так же, как ты не посмеешь требовать с меня невозможного.       Несколько минут мы молча сверлили друг друга взглядами, соревнуясь в равнодушии. В нём она выигрывала, но гран-при по усмешкам был за мной. Тишину нарушил стук её каблуков. Она прошла к своему столу, не выпуская из рук папку с документами, вынула бумаги, оставила их на столе и вернулась ко мне с пустой папкой. — С вами свяжется юрист, если у него будут какие-то вопросы по договорам. — начала она, холодно втыкая в меня слова. — Далее бухгалтерия уточнит нюансы по расчётам, а после мы подготовим пакет документов для подписания. Я передам ваши контакты… — Не нужно. — я протянула ей визитку. — Вот, контакты менеджера, который будет сопровождать сделку. Я проконтролирую, чтобы он был максимально отзывчивым.       Она ещё раз оглядела моё лицо, убеждаясь, наверное, что я не разыгрываю её, взяла визитку и отошла обратно к столу. — Спасибо. — властно кивнула мне на дверь. — До свидания. Надеюсь, не скорого… — услышала я уже в спину, направляясь к двери. — До свидания, Александра Игоревна. А я надеюсь на взаимовыгодное сотрудничество. — отрапортовала я и скрылась за дверью.       Я ехала домой, под кричащих Papa Roach из колонок, но перед последним поворотом развернулась, взяв курс на набережную. Nothing`s allright Nothing is fine       Сквозь забитую трафиком правую сторону Невы, я просочилась к шоссе до залива. Вдавила тапку в пол, набирая обороты. Cut my life into pieces This is my last resort       Голова была совсем пустой, а одни и те же басы крутились репитом. Сквозь мысленный вакуум прорывались обрывки нечитаемых эмоций. Я должна была радоваться. Должна была ликовать. Ну, давай же! Losing my sight Losing my mind — Да замолкни! — вслух рявкнула я, паркуясь на небольшом выступе недалеко от воды, и с остервенением ткнула кнопку зажигания, панель погасла.       Над водой висел плотный белый туман, а по кромке берега валялись осколки льдин. Откуда, казалось бы, ведь всю зиму стояли плюсовые температуры. Вдохнула, до упора наполняя лёгкие воздухом, в котором воды, по ощущениям, было в разы больше, чем О2. Выдохнула и снова вдохнула. Поёжилась. Таким же «замолкни» хотелось заткнуть мельтешащие мысли, но едва ли это было возможно. Шерстяное пальто на пуговицах совсем не подходило для зимних прогулок, но холода я не чувствовала. С теплом вспомнила двойной пятничный виски. По пути к машине загребла полные ботинки песка. Выругавшись, кое-как вытряхнула их, прыгая с ноги на ногу около мятой двери.       Уже по дороге к дому скинула с себя странное наваждение. — Довольно этого дерьма. — успокоила себя. — За шампанским и к Светке!