Цирк/Поразим воображение зрителя

- Что происходит у нас?! – Том злился, хотя внешне был спокоен, лишь желваки иногда ходили, и вена на лбу немного вздулась. Тяжелым взглядом он наблюдал за своей женщиной, и ему совсем не нравилась та реакция, которую он видел. - Что тебя на этот раз не устраивает, объясни? – тихим голосом спросила девушка, складывая руки замком на груди, выдерживая стальной взгляд парня. - Ну, ты пропадаешь постоянно где-то, мне интересно, как ты проводишь время, - наигранно безразлично ответил Том, задумчиво вертя в руке собачий ошейник, подпирая плечом дверной косяк. - Я пару раз не ночевала дома. Но это ведь не повод для скандала, правда? Том перевел дух, самое страшное, что Рия, кажется, совсем не видела проблемы. А проблема была. - Правда. Только я думал, что мы могли бы уделять время и друг другу тоже, разве нет? - Ты приехал сюда работать, я приехала – не мешать тебе, - пожимая плечами, ответила Рия, проходя вглубь комнаты, начиная буднично заниматься своими делами, демонстративно показывая Тому, что не заинтересована в их перепалке. - Все так, как мы планировали, помнишь? Так в чем опять проблема? В конце концов, за последний год мы только и делали, что уделяли время друг другу. Он наблюдал, как она спокойно достает из сумки телефон, проверяя в нем последние вызовы, цокает языком недовольно, поправляет сбившийся бюстгальтер под кофтой, и… совершенно не смотрит на него. - Да. Вероятно, ты права. – Беря себя в руки, ответил он спокойно. То, что творилось сейчас внутри, вдруг расхотелось показывать даже ей. Развернувшись, он направился в кухню. - Том, - окликнула его девушка. – Том, ну не злись. Ну почему ты спокойно не можешь воспринимать, что у каждого из нас должно быть личное пространство? Я же не дергаю тебя, когда ты с Биллом, или когда с друзьями выбираешься куда-нибудь? А когда работаешь, ну? – Она подошла ближе, обхватив осторожно за широкие плечи. – И разве мы мало проводим времени вместе? На мюзикл собираемся, ты не забыл? - Ну, я же и предложил провести время вдвоем, - спокойно ответил Том, но обида все равно не прошла. - Вот и славно, что предложил. Завтра же вечером пойдем. Я просто хочу немного свободы, к тому же давно с друзьями не виделась. Давай не будем из-за этого раздувать на пустом месте. У нас все хорошо. В этот момент в комнате заиграл телефон. Звонила Инес, неизменно лезущая своим длинным носом туда, куда не стоит, навязчивая Инес. Девушка встрепенулась, словно и не было только что между парой недопонимания, и, поцеловав Тома в плечо, побежала на звук. -Давай не будем раздувать на пустом месте, - эхом повторил Том, присев за стол и переглянулся с собакой, которая оторвавшись от миски с кормом, с интересом изучала хозяина. – Как думаешь, может, и правда драматизирую? Пес прижал уши, и, подойдя к Тому, уткнулся влажным носом в колено, выражая поддержку. Он тяжело вздохнул, потрепав питомца за шею, и бездумно уставился в одну точку напротив себя, подперев кулаком голову. В конце концов, никто не виноват, что в то время, когда он работает, она чаще спит. Подумаешь, не всегда рядом с ним – спит же. А если не спит, то встречается с друзьями. Все как-то не правильно изначально. Они живут вместе, изредка спят друг с другом. Ну, хорошо, не изредка. Но это все. Видимо, он просто привык больше времени проводить с ней. А теперь его не хватает даже на то, чтобы поговорить. Кстати, Том вовремя вспомнил, что хотел обсудить с ней поведение ее веселой подружки. Войдя в комнату, он заметил, как Рия быстро переодевается. - Опять куда-то уходишь? - Да сколько можно, Том?! – нервно выдохнула она, оглядываясь. В глазах ее читался явный упрек. - Забей, я просто спросил, - пожал плечами Том, - о другом хотел поговорить. Твоя подруга утверждает, что ты собираешься меня кидать, - буднично продолжал он, подходя к окну. В доме напротив мелькала его соседка. - Что? Откуда этот бред? - От Инес, я же говорю. Слухи слухами, но если она не хочет лишних проблем, пусть перестанет хотя бы в мою жизнь лезть. Рия появилась за его спиной внезапно. Подлезла под руку, начала как кошка ластится, обнимая, целуя в шею, жарко нашептывая: - Прекращай думать о всяких мелочах, это все так незначительно. А еще выматывает. – Кусая за мочку уха, говорила она, когда короткие ногти с силой водили по его спине, распаляя совершенно неожиданно. – Есть ты и я, и у нас все прекрасно. О большем не стоит беспокоиться, - ее рука настойчиво наглаживала спину, перебираясь на бок, спускаясь к ширинке штанов. – Ведь правда? – прижимая сильно его пах ладонью, выдохнула она в ухо. Том молчал, но казалось, Рия и не ждала от него ответа. - Звереныш, ты такой горячий, - невпопад продолжала она, стягивая с него рубашку. А ведь он не был даже возбужден – мысли мешали. Он, наверное, никогда так много не думал, как за сегодняшний день. - Давай по быстренькому уделим друг другу минут пятнадцать, чтобы стресс снять, а? – продолжала распалять его Рия. Тело стало отзываться на привычную ласку, а мысли блуждали совсем не здесь, не рядом с его женщиной. В его глазах, устремленных в соседское окно, кто угодно мог бы прочитать сейчас недоумение и интерес, к которому примешивалась здоровая доля страха перед чем-то неясным. Там, в доме напротив он видел обнаженную Виту, которая наблюдала за ними, лаская себя. И шальной, горящий взгляд ее был направлен на него, точно так же, как прошлым вечером. - Давай же, звереныш, - шептала Рия, покрывая влажными поцелуями его шею, настойчиво и сильно лаская сквозь штаны. Том продолжал следить за безумными стеклянными глазами напротив, не отвлекаясь даже когда поцелуй с любимой женщиной захватил его с головой, полностью отталкивая на задний план мысли, что минуту назад его тревожили. - Хочу тебя, - еле слышно шептала Рия, захлебываясь собственными беспорядочными вздохами, и в этот момент одновременно губы соседки совершенно четко произнесли то же самое. Том потерялся в себе, чувствуя, как мурашки прошлись по спине, когда Рия спускалась поцелуями по груди ниже, отрывисто дыша, обдавая горячую кожу влажным дыханием, а девушка напротив все больше распалялась, сильнее лаская себя. Двое в этом странном треугольнике явно не осознавали, что делают. У Тома сорвало тормоза, он раздевал ее, целовал ее, гладил ее – соседку, что сейчас наблюдала за ними. Он вспоминал ее шепот пару дней назад, как судорожно она вдыхала его запах, и сходил с ума. Это было похоже на помешательство, но такое сладкое, ни с чем несравнимое по силе помешательство, на грани понимания. Том не хотел думать, что происходит ни потом, ни сейчас, и даже когда удовольствие мощной волной прошибло его тело, с его губ еле слышно соскользнуло именно ее имя. Все так же опираясь руками о подоконник, он опустил голову, уставившись невидящим взглядом в деревянную поверхность. Воздух толчками рвался из груди, сердце заходилось, со лба стекала струйка пота то ли от жары, то ли от перенапряжения. - Все в порядке милый? – сквозь зыбучий гул в ушах Том расслышал голос Рии. Девушка обеспокоено заглядывала ему в глаза. Том хотел что-то сказать, но изо рта даже сипения не вырвалось. Он лишь устало кивнул. Том не заметил, как Рия участливо смахнула пот с его лба, как поцеловала его в уголок губ, в очередной раз запачкав помадой и растерев. Вместе с осознанием того, что сейчас произошло, Тома посетило не менее странное неприятное чувство, но его природу он пока не брался определять. Подняв глаза, чтобы посмотреть в окно напротив, он уже не увидел в нем никого. Определенно требовался разговор, и разговор не короткий. Но теперь он никак не мог выйти с ней на контакт. Вечерами, гуляя с собакой, он гулял в гордом одиночестве, каждый раз ожидая, что еще немного, и она появится. Сто раз в голове прокручивал те вопросы, которые хотел задать, чтобы не забыть. Но ее не было. Ему казалось, что Вита намеренно его избегает. Быть может, ей неловко от случившегося. Хотя вряд ли – слишком прямая. А еще теперь он гораздо чаще наблюдал представления в ее квартире. Все повторялось, но с одной лишь разницей - она знала, что Том наблюдает. Часто Вита не смотрела на него, когда участливо обнимала кого-то, успокаивала. Не смотрела и тогда, когда каждый раз принимала деньги от абсолютно разных людей. Мужчины, те, что платили, были обычно холодны и отстранены. Женщины наоборот много плакали, и, вытирая слезы, так же платили. Все неизменно получали в награду успокаивающие объятия. А в моменты, когда к ней приходил очередной любовник, Том наблюдал стеклянные глаза, которые во время секса искали его, устремляясь в окно напротив. Она шептала что-то, шевеля губами, а Том заворожено наблюдал, как ее маленькая грудь резко подпрыгивала в такт толчкам, и совершенно не понимал, что с ним происходит и почему он как перевозбужденный девственник торчит вечерами и ночами у окна, подглядывая. Он успокаивал себя тем, что за последнее время это было единственное развлечение, потому что Рия все так же пропадала с подругами, и видел ее он лишь спящей ночами, когда собирался поработать, или под самое утро, перед тем, как лечь. Она не была отстраненной, ластилась все так же, снова улыбалась, обнимала, когда чувствовала его у себя под боком. А Том ощущал ее присутствие в сладком запахе духов, наполнявшем квартиру, в вечно разбросанной у порога обуви, которую она так любила, в сонных улыбках по утрам. Он привык к большему. Еще никогда раньше ему не хотелось так все бросить, и уехать обратно, домой, вместе с ней, чтобы снова побыть вдвоем. Но работа не давала, а скинуть важный контракт на брата не позволяла совесть. И он знал, что это просто момент его жизни, который нужно переждать, который совсем немного – и закончится.