Two three. No, four, and what is this, a new world?

Лас-Вегас, штат Невада. Пентхаус отеля «Космополитен». Город Грехов пульсировал внизу, как раздутая, светящаяся опухоль на теле мертвой пустыни. Неоновые артерии Стрипа перекачивали сотни тысяч людей — пьяную, смеющуюся биомассу, ослепленную фальшивым золотом и звоном игровых автоматов. Они приехали сюда забыться. Они приехали за иллюзией. Дэймон стоял у панорамного окна, прижавшись лбом к холодному, пуленепробиваемому стеклу. На нем был идеально скроенный темный костюм — униформа хищника, сливающегося с местной элитой. За его спиной пентхаус напоминал высокотехнологичный командный пункт. Ковры ручной работы были завалены черными кабелями, стойками с серверами и тактическими мониторами. «Дети Пепла» работали в абсолютной, хирургической тишине. Только сухой треск клавиатур и шипение систем охлаждения. Синтез был завершен. Миллер и его химики отработали безупречно, создав партию аэрозольного BZ, достаточную для того, чтобы погрузить в кромешный ад целую армию. Смертоносный психотроп уже находился там, где нужно — в замаскированных технических баллонах, подключенных к главным вентиляционным магистралям «Белладжио», «Сизарс-Пэлас» и «Венецианца». — Логистика на позициях, Пророк, — голос Кайла по внутренней связи был сухим и собранным. Он находился в одном из неприметных фургонов обслуживания на подземной парковке «Белладжио». — Давление в магистралях в норме. Распылители интегрированы в системы HVAC. Ждем зеленый свет от кибер-отдела. Дэймон не обернулся. Он смотрел вниз, на знаменитые танцующие фонтаны. — Смотри, как они суетятся, — прошептал Арвид. Призрак стоял рядом, отражаясь в стекле. Его изуродованная голова дергалась в такт неслышной музыке. — Муравьи. Думают, что контролируют свою жизнь, потому что могут выбрать, на красное поставить или на черное. — Они даже не подозревают, что рулетка уже сломана, — Долли скользнула холодными пальцами по шее Дэймона. — Сделай это, Дэйм. Разорви их реальность. Дэймон плавно повернулся к центральному монитору, за которым сидел хакер группы. Экран пестрел строками кода — они вскрывали SCADA-контроллеры, управляющие автоматикой казино. — Статус "Мертвой зоны"? — бросил Дэймон. Хакер, не отрывая глаз от мониторов, быстро заговорил, используя терминологию, которая теперь была для Дэймона родным языком: — SCADA-системы целевых объектов скомпрометированы. Мы использовали эксплойт нулевого дня через подряды их клининговых компаний. Я полностью контролирую BMS (Building Management System) всех трех казино. По твоей команде я перекрываю клапаны забора свежего воздуха с крыш и блокирую вытяжные вентиляторы. Система перейдет в режим 100% рециркуляции внутреннего воздуха. Газ не уйдет на улицу. Он будет циркулировать по игровым залам, как в блендере. Дэймон кивнул. Холодная, механическая логика массового уничтожения. — Энергосеть? — Доступ к городским подстанциям получен. Синхронизация таймеров установлена. Ровно в полночь мы обрушим энергосистему Стрипа. Резервные генераторы казино перехвачены на уровне софта — они не запустятся. У них будет абсолютная, первобытная темнота. — Отлично, — губы Дэймона дрогнули в той самой жуткой ухмылке Архитектора. Он подошел к тактическому микрофону, связывающему его со всеми диверсионными группами на объектах. Внутри него не было ни капли сомнения. Времена, когда он блевал на обочине от чувства вины, остались в прошлой жизни. Он — Пророк. Он — тот, кто покажет этому фальшивому миру его истинное, уродливое лицо. — Говорит Пророк, — его голос, усиленный цифровой связью, звучал в наушниках десятков фанатиков, разбросанных по самым охраняемым точкам Вегаса. — Десятилетиями эта система кормила людей неоновым светом, чтобы они не видели тьмы. Сегодня мы выключим свет. Сегодня мы заставим их заглянуть внутрь себя. И то, что они там увидят, сведет их с ума. Дэймон посмотрел на цифровые часы на стене. 23:59:15 — По моей команде, открывайте вентили. Запускайте BZ в систему, — Дэймон смотрел, как секунды тают, приближая неизбежное. — Никто из вас не должен вдохнуть ни миллиграмма. Эвакуация по протоколу "Призрак". 23:59:45 Дэймон вернулся к окну. Город сверкал, не подозревая, что это его последние секунды в здравом уме. — Десять, — прошептала Долли ему на ухо. — Девять, — подхватил Арвид, и его голос сорвался на безумный смешок. Они считали вместе. Мертвецы и их создатель. — Три. Два. Один, — произнес Дэймон в микрофон. — Исполнить "Белый Шум". Хакер ударил по клавише Enter. В ту же долю секунды огромный, переливающийся миллионами огней бульвар Лас-Вегас-Стрип... погас. Это произошло мгновенно. Как будто кто-то выдернул вилку из розетки самого большого телевизора в мире. Погасли огромные экраны, потухла подсветка «Эйфелевой башни», исчезли буквы на фасаде «Сизарс-Пэлас». Город провалился в чернильную, неестественную тьму, освещаемую лишь фарами автомобилей на дорогах. А глубоко в недрах зданий, скрытые от глаз, сработали сервоприводы распылителей. Бесцветный, не имеющий запаха аэрозоль боевого психотропа под огромным давлением рванул в системы кондиционирования. Заблокированные вентиляционные шахты направили весь объем BZ прямо на игровые этажи, в рестораны и холлы. Дэймон стоял у окна, глядя в эту внезапную черноту. Он не слышал криков. Звукоизоляция пентхауса была идеальной. Но он знал, что там сейчас происходит. — Они вдыхают его, командир, — прошипел Арвид, встав рядом и прижав окровавленные ладони к стеклу. — Первые симптомы через тридцать секунд. Сухость во рту. Учащенное сердцебиение. Дэймон закрыл глаза, визуализируя процесс с хирургической точностью. Внизу, в огромных залах казино, остановились рулетки. Внезапная темнота вызвала ропот, люди доставали смартфоны, пытаясь подсветить себе путь. Обычное отключение электричества. Никто не паниковал. Но газ уже был в их легких. Он проникал в кровь, преодолевая гематоэнцефалический барьер, вгрызаясь в нейронные связи, разрушая рецепторы, отвечающие за восприятие реальности. — Первая минута, — шептала Долли. — Нарушение координации. Потеря ориентации в пространстве. Темнота становится плотной. На тактическом мониторе в пентхаусе побежали красные строки — отчеты от групп эвакуации. Блок А покинул объект. Блок В — чисто. Давление в магистралях падает, баллоны пусты. Спустя три минуты после отключения света Дэймон открыл глаза. Где-то там, в кромешной тьме заблокированных казино, начался ад. Десятки тысяч людей одновременно потеряли связь с физическим миром. BZ начал извлекать из их подсознания самые жуткие, самые первобытные страхи. Свет от экранов чужих смартфонов начал казаться им глазами хищников. Тени от колонн превращались в монстров. Случайные прикосновения в толпе воспринимались как удары ножом или хватка демонов. Толпа, ослепшая, запертая в недрах бетонных лабиринтов, сошла с ума. Люди начали кричать. Это были не крики возмущения, это были вопли животного, запредельного ужаса. Началась давка. В приступах острого параноидального психоза они начали нападать друг на друга. Матери бросали детей, мужья впивались зубами в лица жен, принимая их за восставших мертвецов. В дело пошли разбитые бокалы, ножки от стульев, осколки зеркал. Они убивали друг друга в темноте, спасаясь от галлюцинаций. Дэймон стоял неподвижно, как изваяние. Он создал идеальное зеркало. Он взял то, что система сделала с ним в камере сенсорной депривации, и масштабировал это в десятки тысяч раз. Он подарил им свой собственный кошмар. На столе завибрировал зашифрованный спутниковый телефон. Дэймон медленно подошел и снял трубку. На другом конце линии раздавалось тяжелое, прерывистое дыхание. — Алло, — тихо произнес Дэймон. — Смит... — голос принадлежал тому самому седому агенту ФБР. Он звучал надломленно, на фоне выли сирены. Федералы уже поняли, что происходит в Вегасе, но были бессильны остановить химическую мясорубку. — Ты... ты не человек. Ты ебаный дьявол. Зачем? Зачем ты это сделал?! Дэймон усмехнулся. В его глазах не было ни капли раскаяния. Только ледяная, математическая жестокость. — Вы заперли меня в темноте, чтобы я сошел с ума от тишины, агент, — произнес Дэймон, и его голос был спокойным, как гладь мертвого озера. — Но вы забыли одну деталь. В темноте нет правил. В темноте монстры растут быстрее. Я просто открыл дверь и выпустил их погулять. Дэймон сбросил вызов и сломал телефон пополам. Внизу, в Городе Грехов, разгорались первые пожары. Толпы обезумевших, окровавленных людей, потерявших человеческий облик под действием психотропа, начали вырываться на улицы, кидаясь на прибывающие машины полиции и скорой помощи, разрывая парамедиков голыми руками. Вегас пылал в огне массового психоза. — Идеально, — пропела Долли, целуя Дэймона в щеку. Архитектор Ада смотрел на свое творение, и впервые за долгое время он чувствовал себя абсолютно, кристально свободным.