спринт

— Они лижутся. — Это нормально. Тэхёна оккупировали трое премилых карапузов, которые то ему в рот хвостом так и норовят влезть, то тычутся носиками-кнопочками в шею. Но всё больше норовят Тэхёна облизать. А тот, что с мягким тёмным пушком на голове, точная копия Чонгука, ещё и кусаться начинает. Не больно, но до краснеющих пятен на коже. — Они чувствуют твой запах, вот и ведут себя так. Хотят быть как можно ближе. — Да куда уж ближе-то? Чонгук и сам ведёт себя, как новорождённый щенок. Ластится под боком, прижимается изо всех сил, и то и дело поскуливает, отбивая хвостом чечётку. — Что с тобой происходит? — Я счастлив. Тэхёну в этом месте нужно бы уронить слезу, но вместо этого он бурчит: — Тогда ладно. Чонгук фырчит, окольцовывая его талию руками. — Волчата… — выдыхает он. И лицо такое… Словно светится изнутри. У Тэхёна живот немного тянет, глаза слипаются, а он всё насмотреться не может. Прижимает к себе одной рукой румянощёких детей, второй же зарываясь в непослушные кучери Чонгука. — Волчата, — подтверждает Тэхён, улыбаясь. — Ещё хочу. Улыбка превращается в оскал. Тэхён тычет Чонгуку под нос фигу, не собираясь проходить такое испытание ещё раз. У волчонка на это азартно загораются глаза. — Вот давай только без всего этого, ага? — цыкает Тэхён. — Твой альфа-самец занят минимум года на три воспитанием детей. Чонгук выпячивает губы и делает умилительные глаза, заставляя Тэхёна фыркнуть. — Даже не думай. Хотя… Кто знает, кто знает…