Борьба за солнышко

[02:57 27.12] Бакагеяма: Эй. [02:57 27.12] Бакагеяма: Ты спишь? [02:57 27.12] Придурок: Что тебе надо? [02:58 27.12] Придурок: Ты на время смотрел?! [02:58 27.12] Бакагеяма: А ты спал? [02:58 27.12] Придурок: Справедливо. [02:58 27.12] Придурок: Что случилось? [02:58 27.12] Бакагеяма: Мы все равно не заснем. [02:59 27.12] Бакагеяма: Выходи из своей конуры. [02:59 27.12] Придурок: Не конура, а дом. [02:59 27.12] Придурок: Где ты сейчас? [02:59 27.12] Бакагеяма: Рядом с твоим домом. [03:00 27.12] Придурок: Что? [03:00 27.12] Бакагеяма: Просто выйди. Хината зевнул во весь рот, накинув на плечи своё пальто, потому что на улице было реально холодно. Два часа назад дождь перестал идти и Шоё был уверен, что везде было мокро и холодно. Через семь часов будет матч с АобаДжосай, но спать всё-таки не удалось — волнение сказывалось. — Шо-чан, — аккуратно позвала его в гостиной мама. Парень посмотрел на женщину, заприметив на журнальном столике двухлитровую колу и несколько упаковок чипсов. Эта женщина скоро убьёт свой организм. — Ты куда это среди ночи? — Там мой друг ждёт, — Шоё зевнул, наблюдая за тем, как мать встаёт со своего места. — Не знаю что с ним случилось, но ему нужна моя помощь. — Он альфа? — Мгм. — Не больше часа, Шоё, — строго сказала она. Хината-младший знал этот тон и никогда не посмел бы перечить этому. — Если за час не вернёшься, я оторву этому альфе яй- — Мам, я понял! Заглянув в окно, Хината убедился в правдивости слов Кагеямы, потому что тот стоял прямо перед его домом, что-то проверяя в своём телефоне. Вздохнув, Хината обулся и вышел на крыльцо, наблюдая за тем, как Тобио заметно оживился при виде омеги. — Ты нормальный? — возмущённо засопел Шоё, укутавшись в пальто и смотря прямо в глаза своего собеседника. Кагеяма на вид выглядел спокойно и его взгляд стал на тон темнее. — Три часа ночи, Кагеяма. — Прости, — вздохнул он. Взгляд он не отводил, наоборот стал усерднее разглядеть в Хинате что-то. Дискомфорт по этому случаю Шоё не чувствовал. — Я… Я не мог заснуть, потому что не мог выкинуть из головы Ойкаву-сана и чтобы перестать думать о нём, я старался думать о чём-то другом и… И подумал о тебе и… И всё стало ещё хуже. Омега тяжело вздохнул. — Родители хоть знают о твоём уходе? — Папа знает, — кивнул Тобио. — Сказал, что я взрослый альфа и волен делать всё, что угодно. — В дом я тебя пустить не могу, — покачал головой Хината, поняв, к чему ведёт Тобио. — Мама будет зла, если узнает, что я впустил альфу в дом. — Я просто хотел прогуляться с тобой, придурок. — Только час. Нам нужно выспаться к матчу. Наплевав на то, что Хината находится в одних пижамах, с накинутым на плечи чёрным пальто, Кагеяма поплотнее закутался в свою куртку, сняв с себя лёгкий шарф. Он обмотал тканью открытую шею омеги, чтобы Шоё хоть немного, но было теплее. В благодарность Хината кивнул головой, что-то пробурчав. — Малина? — усмехнулся Кагеяма, когда в его нос ударил сладкий запах ягоды. Хината смутился, кивнув головой. О том, что действие таблеток спадает ночью постепенно, узнали все, благодаря Тсукишиме. Блондин просто предупредил остальных, чтобы во время гона никто из альф не думал приближаться к Шоё ночью. Они шли в молчании ещё долго, никто из них не знал с чего начать разговор. Они говорили только о волейболе до этого времени и вряд ли будет уместно говорить о нём прямо сейчас. Когда эта тишина начала давить на них, к удивлению Хинаты, разговор начал сам Тобио. Он начал говорить о своём прошлом, где не смог нормально говорить с командой в средней школе, постоянно требуя от них что-то, но не делая ничего в ответ, потому что считал себя лучше. И рассказал как понял свою ошибку, когда его мяч никто не принял в последнем матче. — Хей… — улыбнулся Шоё, поняв, что мысли Кагеямы занимал не только Ойкава, но и чувство вины перед теми ребятами из средней школы Тобио. — Это уже в прошлом. Забудь о них, ведь рядом с тобой же есть идеальная приманка. Кагеяма усмехнулся, мягко ударив по плечу Хинаты. — Много чести на себя берёшь, коротышка. — Боже, не называй меня так. Где твоё «Придурок-Хината»? — Я… Я не делаю такое лицо, придурок. — О, ещё как делаешь. Они прожигали взглядом друг друга ещё несколько секунд, прежде чем захихикать. Они просто шли вокруг дома Хинаты, чтобы мать Шоё не волновалась, да и Кагеяме придётся идти пешком ещё полтора часа, потому что его дом находился на достаточном расстоянии. — А ты не волнуешься? — Волнуюсь, — усмехнулся Хината. — Только после разговора с тобой мне полегчало и сейчас я бы был не против поспать пару-тройку часов. — Да, — кивнул Кагеяма, проверив часы на своём телефоне. — Уже четыре часа. Я тебя провожу. На часах ещё не было трёх с половиной.

***

— Кагеяма… — Хината удивлённо выдохнул. — …Сбросил? Первая подача была на Карасуно и АобаДжосай успешно приняли мяч. Кагеяма был первым на подаче и из-за плохого контроля он отправил мяч прямо в руки либеро, а тот, естественно, в руки Ойкавы. Только вот никто не ожидал того, что атакует первым Тоору, из-за чего АобаДжосай взяли первые свои очки. Во второй раз Ойкава отправил мяч прямо в руки Иваизуми и его удар был настолько мощным, что мяч пролетел прямо над ухом ошарашенной приманки. — Ну, как тебе? — усмехнулся Ойкава, обращаясь к Хинате, пока Иваизуми каким-то непонятным взглядом смотрел на омегу. — Круто! — Ты за кого вообще, Хината?! А потом, когда Карасуно успешно приняли мяч, а Ойкава растерялся, когда со всех сторон были возможные атаки, Кагеяма сбросил мяч, отплатив своему сэмпаю тем же. Все замерли истуканом, потому что этого никто не ожидал. — Повторюсь ещё раз: не зевай. В первом тайм-ауте, который попросили АобаДжосай, Карасуно уже догадались, что Ойкава понял секретные позывы Хинаты и Кагеямы, поэтому они поняли, что в следующий раз будет сложнее. Кагеяма начал паниковать, АобаДжосай нацелились на Танаку, чтобы выбить дух из заводилы команды. Хината видел это и пытался придумать хоть что-то, чтобы Карасуно пришли в себя. Они отстали на четыре очка, когда Укай-сан запросил тайм-аут. — Ты не один, Кагеяма, с тобой Карасуно и ты сражаешься не против Ойкавы, а против АобаДжосай, запомни это. Кагеяма воодушевлённым не казался и Хината цыкнул языком, понимая, что сейчас не обойтись без какой-либо помощи. Дух Танаки уже почти сломлен, а Нишиноя уже не знал что сказать. Но что? Танака принял мяч, но не смог обойти блок. Танака не смог принять подачу Ойкавы. Танака пропустил много мячей, и Хината понимал какой груз вины и одиночества давит на сэмпая. Второй тайм-аут от Карасуно был весьма ожидаемым и Хината понимал, что нужно что-то сказать, но что? Что он может говорить тому, кто всегда поддерживал. Нужно что-то сказать. Сказать. Сказать. — Танака-сэмпай… Но неожиданно Танака ударил себя по лицу со всей силой и, схватив за руки ошалелого Хинату, с энтузиазмом сказал: — Прости меня, в следующий раз я приму. — У-угу. — Жалеть я буду потом! — закричал Танака, так и не отпустив руки Шоё, отчего рыжий беспомощно болтался туда-сюда. — Простите меня! — поклонился Рюноске перед всеми. В следующей игре подача была отправлена прямо в сторону Рюноске. Хината смотрел на него, стоя впереди — поставили так, потому что он не умеет принимать мячи — и видел как Танака запаниковал, несмотря на свои слова. Мяч он принял грудью, хотя была опасность, что он мог принять её лицом и тогда, сорвавшись с места, Хината знал, что если не успеет, дух Танаки будет уничтожен. Он вкладывал в каждое своё движение всю свою энергию, и успел ведь, когда заметил как ошарашенно посмотрел на него Танака, а в следующий секунду вернувшийся в воздух мяч отбил Кагеяма. Но их удар был возвращён обратно на их поле и Нишиноя принял его, отправив прямиком к Кагеяме, а тот в свою очередь отправил Рюноске. И сэмпай со всей силой пробил блок АобаДжосай. — Да! Хинате стало спокойнее. Командный дух был восстановлен, а значит не стоит больше беспокоиться, а значит… Что это? Что за устрашающий запах? — Эй, ты в порядке? — вопросил стоящий прямо перед ним Ойкава. Хината испуганно расширил глаза, подняв их на сеттера противника. Тоору нахмурился. — С десятым что-то не так. — Шоё! — в один миг прибежал Нишиноя, схватив приманку за плечи, пока Тоору схватился за правую руку рыжего. Он не наступал на линию, но всё же хоть как-то пытался успокоить его. — Что случилось? — Запах, — сглотнул Шоё, оглядываясь по сторонам. Многие зрители не понимали что происходит, начав возмущаться. — Будто бы тот, кто его испускает, уже… — Хината снова сглотнул, закрыв свой затылок свободной рукой. — …пометил меня. — Ты ведь альфа, да? — повернулся к Тоору Нишиноя. Тот кивнул, но говорить ничего не спешил, уже знал ведь, что он попросит. — Мне очень не хочется об этом тебя просить, но мой запах не будет дотягиваться до Шоё, как и остальных, между прочим, а рядом с ним стоишь только ты. — Не волнуйся, — улыбается Ойкава, испуская запах альфы, когда тот защищает омегу. Хината перестал дрожать, только сейчас свободно выдохнув, когда почувствовал успокаивающий запах Ойкавы. — Я не стану рисковать Чиби-чаном. Можешь довериться мне. Нишиноя просверлил взглядом сеттера. — Теперь нормально? — Да, — кивает Хината, придя в себя. — Спасибо, Ойкава-сан. — Играть сможешь? — Да. Только стоило Хинате идти на замену, Сугавара-сан испустил свой запах. Хината на миг растерялся, привыкнув к запаху Ойкавы, но всё же пришёл в себя. — Нишиноя уже успел всё рассказать, — кивнул он. — Пора приступить к новому плану, — Хината заметно оживился. Но Сугавара почему-то на миг замер, наклонившись к Хинате и указательным пальцем дотронувшись до своей щеки. — Не поцелуешь на удачу, Хината-чан? Те, кто стояли на поле замены, ошалело посмотрели на сэмпая, пока тот с улыбкой смотрел на омегу. Хината икнул. — Если не хочешь, я не нас- Сугавара не успел закончить своё предложение, когда выпрямлялся. Хината, резко схватив сэмпая за ворот футболки, притянул его к себе, чмокнув прямо в щеку и покраснев. И тут-то все посмотрели на них и Суга-сан тоже покраснел, смотря на то, как Хината смущённо зарделся под его взглядом. Улыбка украсила его губы и Суга-сан наполнился всеми позитивными эмоциями. — Энношита, Хината на тебе. — Понял. Запах Энношиты был более агрессивным, чем у Суги, но всё же наблюдая за тем, как Кагеяму заменяет третьегодка, Хината знал, что это подкосит АобаДжосай. Суга-сан был более опытен, и он убедился в правдивости своих слов, когда Коуши отчитал всех на поле, даже Даичи. Суга был единственным, кто мог отчитать Даичи. — Ты сегодня тише, — заметил Хината, когда Кагеяма встал рядом с ним. — А? — Посмотри на Сугу-сана, — кивнул в сторону сэмпая Хината, наблюдая за тем, как с приходом пепельноволосого Карасуно заметно оживились. О поцелуе он предпочитал не думать. — Он улыбается, общается со всеми, что хочется ему доверять, а ты полная противоположность Суги-сана. — Закройся, придурок! Хоть с помощью Суги-сана они смогли забить несколько очков, но первую партию они проиграли. Во второй Даичи был отправлен на заднюю линию к Нишиное, потому что подачу Ойкавы могли принять только они. Суга-сан и в этот раз поспособствовал победе команды и прежде чем уйти с поля, чтобы его заменил Кагеяма, он улыбался и сказал, что все в команде — сильные нападающие. — А ещё Хината меня поцеловал! — добавил он в конце, показав язык Нишиное и Танаке. Оба тут же наполнились агрессивной энергией, пока сзади них Хината горел от смущения. Но теперь Кагеяма вернулся на поле, а значит, что всё могло измениться во второй раз. Во второй партии они выиграли. Они не давали противнику обогнать себя, но всё же, когда счёт был 16:16, быструю атаку Хинаты приняли, оставив блок в стороне. Они поняли слабую сторону, но всё же Хината чувствовал себя пришибленным. И тот ужасающий запах не выходил из головы, хотя каждый из карасуновцев, рядом с кем находился Хината, испускал свой запах, чтобы омега был спокоен. Поражает то, как все альфы делали две вещи одновременно, хотя тут от Хинаты толку было мало. Чувство вины давило на него, ведь из-за того, что на омегу из Карасуно кто-то неизвестный решил посягнуть, никакой альфа не мог полностью сосредоточиться на игре. Он бесполезен и думал, что хоть забитыми очками может искупить свою вину, но вскоре он оказался полностью обезоружен. Счёт был 19:16 в пользу АобаДжосай и на поле вышел Ямагучи. Хината был полностью бесполезен — блокировали во второй раз. Но подача Ямагучи, который заменял Хинату, всё равно не помогла им — он попал в сетку — и Хината был уверен, что бета чувствует то же самое, что и он. Ямагучи был впервые на поле и то, что он волновался — было обычным делом, но Хината-то играл с самого начала. Он бесполезен. Когда Танака был на подаче, они смогли выиграть ещё несколько очков, но в конце концов АобаДжосай отразили их атаку. Он видел, как Танака отчаянно принял мяч и видел, как Кагеяма вернул мяч обратно в игру, не имея возможности подать кому-то другому и Хината знал, что кроме него никто не успеет. Ни он, ни Кагеяма, ни Ойкава не ожидали, что он прыгнет в этот самый момент и никто не успел его заблокировать, прежде чем он забил очко. Он оставался таким же бесполезным, но благодаря его неожиданной атаке они смогли сравняться с АобаДжосай. Хината тогда обещал, хоть и мысленно, что будет стараться до конца, ведь альфы защищали его от нападок других и они поднимали его дух всё время, пора бы ему тоже отплатить им тем же. Счёт был 24:24. Они смогли продержаться до 31:32 в пользу АобаДжосай и Хината честно выкладывался на полную, пытаясь заблокировать или атаковать, но когда последний пас был передан ему, его заблокировали. Из-за него проиграла вся команда… Если бы он был сильнее, был выше, да чёрт возьми, если бы он умел контролировать мяч или если бы Кагеяма пасовал другому, они выиграли бы это очко. Хината виноват во всем. Из-за Хинаты проиграла команда. — Хината, Кагеяма, нужно построиться. Он подвёл всех. Он подвёл капитана. Он подвёл Сугу. Он подвёл Кагеяму. Он бесполезен. — У вас будет матч-реванш следующей весной, — сказал Киндаичи, сжав его руку во время рукопожатия. Все, и Карасуно, и АобаДжосай, посмотрели на них. Хината широко раскрыл глаза, чувствуя как сжимает его руку Киндаичи. — Так что не смей опускать руки. И попытайся сместить нас с национальных, Шоё. Он впервые назвал его по имени. До такой степени бесполезен, что противник начинает жалеть его. Киндаичи удивлённо выдохнул, когда Хината, мягко вырвав руку, тихо поблагодарил его и ушёл вместе с командой. Если победивший противник жалеет его, насколько же он бесполезен. В ближайшем кафе Хината уселся так, чтобы его никто не видел. Прямо перед ним стояли тарелки с разными блюдами, а Укай-сан улыбался, говорил, что они молодцы, хвалил, но от этого не становилось лучше. Когда он сказал, нет, скорее всего, приказал им съесть еду, говоря, что они так станут сильнее, Хината ел. Ел и плакал, даже не замечая, как остальные тоже плачут, даже не догадываясь, что Кагеяма следил за ним. — Хината, в этом нет твоей вины, — вздыхает Укай, смотря на приманку с другого конца стола. Никто не посмотрел на него, потому что каждый стыдился своих слёз. — Ты идеально провёл последнюю атаку. И Хината всхлипнул, заплакав ещё сильнее. Он сжал палочки в руках и не смог нормально есть, пытаясь набрать в рот достаточно воздуха, но не получалось и он плакал. Рыдал, как девчонка и не смог сдерживать себя, в конце концов, развернувшись от стола и закрыв лицо руками. — В следующий раз вы выиграете. [14:09 27.12] Кенма: Вы хорошо играли. [14:09 27.12] Кенма: В следующий раз вы станете сильнее. Возвращаясь домой вместе с Даичи-саном, Хината впервые в своей жизни молчал так долго. Ноги дрожали и велосипед в руках оказывал хоть какую-то поддержку, чтобы хоть так он держался на ногах. Всхлип. Хината всё же не выдержал. — Простите, Даичи-сан. — Не извиняйся, Хината, — Даичи положил руку на голову рыжего, не остановившись и даже не посмотрев в сторону лица Хинаты. Сейчас он не хочет, чтобы его жалели. Сейчас ему нужна просто поддержка. — В этом нет твоей вины. [15:08 27.12] Куроо: Не проиграй в следующем матче. [15:08 27.12] Шоё: Спасибо. [15:08 27.12] Шоё: Куроо-сан.