Борьба за солнышко

Ямагучи в панике закрыл за собой дверь, сев на корточки и закрыв своё лицо ладонями. Что. Он. Наделал? Стоило ему просто захотеть, чтобы Хината был именно с ним, а не с кем-то другим (даже с Тсукишимой), как он тут же ляпнул такое. Боже, ещё после наговорил всякого, сказал, что хотел бы остаться друзьями, а Шоё ведь слышал его и, наверное, сейчас тоже находится в таком же смятении, как и он. В комнату совершенно не хотелось возвращаться — может туда Шоё направляется — поэтому он забежал в первую попавшуюся комнату. — Я-Ямагучи, — послышался тонкий голосок младшего менеджера и Тадаши приподнял свои глаза, увидев, что Ячи сидела прямо на полу, держа в руках телефон — наверное, звонила своей матери — и записную книжку, куда она внесла все свои знания о волейболе в Карасуно. Отлично, его позор увидела ещё Хитока. — С тобой всё в порядке? — а потом она икнула, привычно запаниковав: — В смысле, я не хотела совать нос в чужие дела, и, наверное, ты сейчас хочешь остаться один, и, прости, я не хотела- — Ячи, — сглотнул Ямагучи. Ему казалось, что Хитока поможет, что она знает что делать в таких ситуациях, а если не знает, то придумает что-то. Когда девушка вернула к нему всё своё внимания, сразу сев на колени и посмотрев в глаза, Тадаши рассказал всё: о том, как сначала всё казалось простым и дружелюбным, но потом всё становилось яснее, и о том, как в один день он понял, что влюбился в Хинату, а потом о своем решении, где он будет рядом с ним как друг, и закончив рассказ на том, что он сделал сегодня после тренировок. Ячи слушала всё, не задавая вопросов и сосредоточившись только на словах Ямагучи. Тадаши доверился ей и она просто обязана помочь ему. Она понимала, что Хината — идеальная приманка и притягивает к себе всё внимание даже вне игры, это восхищало её с одной стороны, но с другой было жалко самого Шоё. Он будто бы шёл один по тропе в кромешной тьме, не зная, как поступить с таким большим количеством ухажёров, и старался бежать от всего, углубляясь в волейбол и делая вид, что не замечает ничего. Ячи видела, что Хината многое понимал, но притворялся дурачком, чтобы просто сбежать от такого. По мере рассказа Тадаши Хитока хотела встряхнуть этого парня, сказать, что всё нормально и Шоё, прежде чем отказать, всегда думает головой, хотя в последнее время у него даже выбора не было. Ямагучи дал ему выбор, не поставил условие, не заключил пари, не контролировал каждый его шаг, а дал выбор, что сейчас Хината ценил больше всего. Приманка не говорил такого Ячи, но бета видела, что он не хотел идти туда, куда его вынуждали. Сама Ячи, Такеда-сэнсэй, Укай-сан, да все на свете не любили, когда их принуждали, поэтому когда Ямагучи закончил свой рассказ, сжав руками свои брюки и низко отпустив голову, Хитока знала что говорить: — Ты правильно сделал, что дал ему выбор, — мягко начала Ячи. — Мне Киёко-сан рассказывала, что первое свидание Хинаты было с Куроо-саном и то, что у него особо выбора-то не было. Ты представь себе его реакцию, когда его действительно спросили, хочет ли он идти на свидание. Я бы обрадовалась. Не думаю, что он откажет тебе, — а потом, вздохнув полной грудью, чтобы не давать пустые надежды бете, она закрыла глаза, готовясь продолжить: - А если откажет, я не думаю, что Хината из-за этого перестанет с тобой дружить. Вы оба очень близки и не позволяй мыслям запугать тебя, Хината тебя не бросит. Ямагучи прикусил губу. — Я видела как ты защищал его, — говорит дальше Ячи, улыбаясь уже своим мыслям: — Как ты встал перед Львом, когда он случайно напугал его, как ты соврал, что ты омега. Ты действительно был рядом с ним всё это время, Ямагучи. Уверена, что Хината подумает об этом, хотя я не уверена, но предполагаю, Боже, прости, наверное, ты думаешь, что я дура и- — Спасибо, Ячи-сан, — улыбнулся Тадаши, чувствуя, как на сердце чуть-чуть отлегло. Слова менеджера немного его успокоили и он мог мыслить немного яснее. Может было неправильно, что он поступил так без плана, но в какой-то степени он чувствовал, как груз спал с его плеч — он ведь пригласил Шоё на свидание. Хитока улыбнулась и Ямагучи был уверен, что всё будет хорошо и даже если Шоё откажет ему, Тадаши будет рядом, чтобы быть опорой для омеги.

***

— Я поцеловал Хинату, — признался Кагеяма. С этим признанием к Тсукишиме сначала пришло удивление, а потом раздражение. Когда он успел поцеловать омегу? — Перед летним лагерем, когда мы поссорились, — говорит дальше этот балбес — никакой он не балбес, а самый настоящий придурок, идиот, тупица! — будто бы прочитал его мысли. Книга в руках аккуратно была отложена на тумбочку. И потом Тсукишима почувствовал как внутренний альфа зарычал от гнева. — Ты что сделал? Наверное, ему не стоило так просто говорить об этом. Кагеяма не боялся никого, не страшился больших людей, как те же Ячи с Хинатой, но всё же было не по себе перед Тсукишимой. Он такой же альфа, как и он. Но он умнее Тобио, хотя сеттер пытался отрицать это. Тсукишима мог предсказать действия любого, если бы он хотел. Тсукишима был опасным соперником, но очень хорошим союзником и мысль, что он собирался попросить помощи у этого очкарика, в какой-то степени бесила Тобио. Тсукишима встал с кровати, пронзительно смотря в глаза своего соседа и не остановившись, пока не встал прямо напротив него, почти вплотную, чтобы в любой момент удобно было врезать. Кагеяма не отступал, смело отвечая альфе и только на секунду пожалев о сказанном — просто какого чёрта он должен отступить, пока остальные двигаются вперёд? Хината не вещь, которую можно заполучить простой дракой или руганью, Хината — омега, способный решать за себя и выбрать того, с кем ему хотелось бы жить, с кем действительно было бы хорошо. И Кагеяма непременно готов был показать, что он сделает для Шоё всё, что в его силах. Тсукишима схватил его за воротник футболки, и Кагеяма рефлекторно схватился за его кулак, в любой момент готовый оторвать его от себя и, если надо, ударить по лицу. Кагеяма не думал, что он сильнее, они с Тсукишимой почти равны по силе, хоть Тобио был ниже на несколько сантиметров. В конце концов сеттер сам виноват, что рассказал ему правду, никто же не гарантировал ему полную безопасность, где они бы обсудили всё в тихой обстановке. Омега у них всего лишь один и все готовы были перегрызть друг другу горло, чтобы заполучить его и вряд ли Тсукишима остался бы в стороне, когда слышал про — может быть — первый поцелуй Хинаты. Кагеяма помнил, как он разозлился на Хинату, когда тот снова и снова взлетал над сеткой, не успевая ударить по мячу либо слишком сильно ускорившись, либо двигаясь намного медленнее, чем надобно. Он тогда думал, что контролировать странную быструю невозможно, но Хината удивил его, доказав, что это возможно, но Тобио тогда, действительно отчаявшись на разумность омеги, плакал перед ним и по-глупости поцеловал, хотя должен был сначала пригласить на свидание, должен был сделать всё идеальным, а не испортить всё. — Я тебя ненавижу, — зашипел Тсукишима. Его зрачки сузились и было сразу ясно, что он в гневе. Сейчас Кей был на эмоциях и вряд ли он думал ясно. Тсукишима плевался ядом, и Кагеяма почувствовал как внутренний альфа проснулся, ответно рыча на соперника и готовый в любой момент дать отпор. — Я тебя ненавижу, Король, — повторил блондин. — Какого чёрта ты его поцеловал? — Тебя спросить забыл. Кагеяма действительно не хотел отвечать так. Слова сами вырвались и прежде чем он смог исправить ситуацию, сказать, что это получилось из-за его глупости, Тсукишима уже потерял над собой контроль. Его хук справа был превосходным — просто знаете, такой воау, но в то же время так больно — и Кагеяма на рефлексах ударил того в ответ. Ноги не слушались и Кагеяма только и мог, что стараться удержаться на них, отступая от атак Кея и пытаясь самому попасть. В один миг Кагеяма схватился за его воротник и со всей силой толкнул его в сторону шкафа, и, чёрт возьми, он сломался под весом парня. Прежде чем Тобио смог спокойно выдохнуть, Тсукишима вскочил со своего места и точно так же схватив его за воротник и со всей силой бросил в сторону единственной двери. Наверное, он не рассчитывал так отбросить его, но когда Кагеяма приподнялся на локтях, чувствуя, что губа порвалась и из его носа текла кровь — последствие ударов Тсукишимы — а всё тело болело из-за такой резкой драки, Тсукишима уже стоял около прохода, и дверь, которую они не закрыли на засов, была чуть-чуть повреждена, но не сломана. Кагеяма приподнялся, опираясь на пол одним коленом и попытавшись встать, чтобы продолжить драку, а Тсукишима успел сделать только один шаг, когда Кагеяму за одну руку схватил парень из Фукуродани, кажется, его звали Коноха, а за вторую Нишиноя-сан, и кто-то из них обхватил его за шею, чтобы он не вырвался наверняка. Тсукишима впереди зарычал и только сейчас Тобио понял, что у них у обоих заострились зубы и запахи альф уже вовсю разили от них — Кагеяма даже мимолётом подумал, что будь здесь Хината, испугался бы их, даже несмотря на то, что их запахи знакомы ему. Кагеяма видел взгляд Кея, пока блондина с двух сторон держали Сугавара-сан и Танака-сан, а в середине вдруг появился Даичи-сан, который что-то орал, явно пытаясь дозваться до них. — Уведите Хинату! — ясно и чётко заорал вдруг Даичи. Кагеяма и Тсукишима разом посмотрели в ту сторону, откуда послышался то ли всхлип, то ли вздох, заметив, с какой паникой на них смотрел омега, пока рядом с ним стоял Энношита-сан, схватив его за плечи. — Уведите его, чёрт возьми, отсюда! — снова заорал Даичи, и до Кагеямы дошло, что он орал не на них, а на ребят, пока Хината пытался прийти в себя, явно испугавшись и драки, и их запахов. Тсукишима никогда бы не хотел видеть испуг в глазах Хинаты. Он был всё это время чертовски хладнокровным, но слова этого придурка просто выбесили его. Прежде чем он понял, что творит, было уже поздно. Шоё сделал шаг вперёд, прямо к ним, всё ещё испуганно смотря на них, и прежде чем кто-то из них успел дёрнуться, Энношита прижал его к себе, подняв над полом и бросившись куда-то вглубь коридора. Никто из них не успел среагировать. — Успокоились? — спросил через некоторое время Даичи, когда они окончательно замерли, не в силах пошевелиться. Взгляд испуганного Шоё отчётливо остался у обоих в памяти и желания продолжить драку не осталось ни у одного из них. — Что на этот раз не поделили? — устало вздохнул он и Танака-сан рядом с тяжёлым вздохом скрестил руки на груди, наблюдая за тем, как Киёко-сан с менеджером Фукуродани обрабатывали раны двух первогодок. Если первая молчала, не обращая внимание на то, что буквально лила йод прямо на рану Тсукишимы, то вторая постоянно что-то бурчала, явно недовольная выходкой этих двоих. — Ничего, — буркнул Кагеяма, отвечая на вопрос и Тсукишима скосил на него взгляд, не обращая внимание на жжение. В какой-то степени он заслужил этого. Кагеяма был придурком и рядом с ним Тсукишима опустился до его уровня, сорвавшись на него, просто услышав, что он поцеловал Хинату. Он был зол, но это не служило оправданием того, что он сорвался на этого урода. — Он меня бесит, — фыркнул Тсукишима для вида. Никто из ребят не поверит в то, что они начали драку из «ничего», и он почти сказал правду. Кагеяма рядом ответно фыркнул. Асахи-сан рядом с Ноя-саном испуганно что-то лепетал и его руки заметно дрожали, когда сам Ноя-сан выглядел слегка... разочарованным. — Это не оправдание, Тсукишима, — сказал Даичи, и вокруг него распространилась тёмная аура. Савамура был страшен в гневе и Кей с Тобио знали это не понаслышке, поэтому они не смогли сдержать дрожи в теле. Кагеяма сглотнул, Тсукишима отвёл взгляд, явно не в силах сейчас что-то сделать. Костяшки пальцев начали болеть и Тсукишима только сейчас начал чувствовать как саднит правая щека. — И из-за «ничего» вы оба не могли просто так подраться, Кагеяма. — Это из-за Хинаты, да? — прямо спросил Танака и Сугавара-сан одёрнул его, зашипев его имя. Тсукишима знал, что Танака-сан хоть и выглядел тупицей, но он мог сложить два и два и понять всё без слов. Почти все альфы из Карасуно пытались ухаживать за Хинатой, который сбегал от этого, стараясь не понимать всего этого, поэтому было понятно, почему непроходимый тупица Кагеяма и саркастичный ублюдок Тсукишима подрались на пустом месте. — Кто-то из вас двоих сделал что-то с ним, я прав? Тсукишима не мог просто начать драку, а Кагеяма не такой тупица, чтобы создавать драку на пустом месте. Каждый это понимал и каждый напрягся, понимая, что с Хинатой кто-то из них что-то сделал. Тсукишима сжал зубы — он не такой придурок, чтобы говорить всем, что Кагеяма поцеловал Хинату во время ссоры. Тобио опустил голову, понимая, что скажи он всё как есть, альфы, которые стояли рядом, не подпустят его к Хинате ближе чем на метр. — Что вы сделали с Шоё? — спросил Нишиноя и первогодки снова вздрогнули. Такой голос у либеро они слышали впервые и не нужно быть гадалкой, чтобы понять, что он зол. Очень зол. Здесь, в коридоре, где стояли только члены Карасуно, а тех ребят, которые прибежали на шум, из Фукуродани увели Киношита с Наритой, они чувствовали себя загнанными в угол и, наверное, из-за такого они так быстро объединились, хотя несколькими минутами ранее они готовы были перегрызть друг другу горло. Напряжение чувствовалось в каждом дыхании. — Тсукки! — вдруг заорал Ямагучи, бросившись к другу и растолкав ребят, которые стояли на его пути. Тсукишима пробурчал что-то знакомое, вроде «Заткнись, Ямагучи». Напряжение никуда не ушло, и Ячи, которая прибежала вместе с бетой, испуганно что-то лепетала, пока перед ней не встал Нишиноя с Танакой, пытаясь успокоить младшего менеджера. — Что случилось?! Я слышал про драку и- — Да отпустите меня! — послышался ещё один крик и когда ребята, испуганно дёрнувшись, посмотрели вглубь коридора, куда омегу увёл Энношита, Хината уже прибежал к ним, тяжело дыша. Энношита прибежал следом, тоже тяжело дыша и его вид был слегка помятым — Хината пытался выбраться из его захвата. — Я тоже их товарищ, я тоже хочу узнать, что произошло. — Хината, иди в- — То, что я омега, не значит, что я слаб! — выкрикнул он и ребята разом вздрогнули. Энношита снова попытался увести омегу, но тот грубо скинул его руку, посмотрев прямо на Тсукишиму и Кагеяму. Они оба были уверены, что Хината сейчас в панике и пытался успокоить свою внутреннюю омегу, но он стоял прямо перед ним, растрепав Энношиту — альфу, который был достаточно сильным, чтобы удержать Нишиною и Танаку — и смотря на них тем самым взглядом, когда был слишком возбуждён во время игр. — Почему вы подрались? — Думаю, нам всем нужен отдых, — резко заговорил Сугавара и прежде чем Хината смог что-то сделать, резко наклонился, подняв Шоё и удержав его на своём плече. Омега удивлённо посмотрел на ребят и тут же начал дёргаться, пытаясь выбраться из захвата своего сэмпая, но тот не обращал на него внимание, развернувшись на месте и посмотрев на Тсукишиму и Кагеяму. — Давайте завтра разберёмся, мы все сейчас на взводе и не думаю, что сейчас кто-то способен думать. — Я могу думать! — заорал Хината на его плече и он приподнялся, еле развернувшись и схватившись за голову Сугавары, чтобы не упасть обратно, повиснув на его плече. Сэмпай обхватил его двумя руками за ноги, чтобы Шоё мог видеть остальных. — Отпустите меня, Суга-сан, я- — Ого, посмотрите-ка сколько времени, — притворно удивился Даичи, словив настрой Коуши. — Энношита, не против если поменяешься с Кагеямой комнатами? — Только за, — тут же согласился будущий капитан. — Вот и хорошо, — улыбнулся Сугавара и встряхнул Хинату, чтобы тот вернулся в изначальное положения. Шоё возмущённо засопел, тут же попытавшись выбраться, но захват сэмпая был сильным, сильнее Энношиты. — Ямагучи, идём. — А? Ямагучи не сдвинулся с места, всё ещё держа плечи Тсукишимы. Запах дождя резко ударил в нос каждого и Хината замер в удивление, поняв, что Сугавара-сан использовал свою сущность, чтобы успокоить всех ребят. Сэмпай улыбнулся Ямагучи и, развернувшись на месте, пошёл в сторону комнаты омеги и беты, пока Шоё в удивлении смотрел на ребят, благо позволяло положение. Карасуно погрузилась в тишину, смотря вслед Сугаваре, пока Хината, не вспомнив о своём «задании», снова начал вырываться из захвата семпая. — Так, Хината — омега? — подала голос менеджер Фукуродани и Асахи испуганно икнул. Даичи с усталым вздохом прижал руку к своему лбу, все они забыли про менеджера Фукуродани, которая вызвалась помочь обработать раны Кагеямы.

***

— Суга-сан, отпустите меня, я должен узнать почему они подрались! — Хината больно ударил его по лопатке, но не так сильно, чтобы оставить синяк. Коуши не ответил, лишь продолжал двигаться вперёд, время от времени возвращая омегу в изначальное положение. — Суга-сан, Вы меня слышите?! В какой-то степени Сугаваре было понятно, почему Кагеяма и Тсукишима подрались, но кто из них начал эту драку? Старший скосил взгляд на ноги омеги, которые постоянно двигались из-за попыток владельца выбраться из его захвата — Сугавара знал как удержать, не причиняя боли. — Суга-сан! — Хината, ты ведь понимаешь, что тебе придётся выбрать кого-то на роль своего альфы, — вдруг заговорил Сугавара и Шоё замолчал, поняв, что сэмпай начал издалека, хотя фраза с которой он начал была очень странной. — Сколько бы ты не бежал от нас, тебе придётся выбрать. — Суга-сан, что Вы хо- — Тсукишима и Кагеяма подрались из-за тебя, — вздохнул Сугавара и его шаги мерно отзывались эхом по коридору. Где-то ребята из Фукуродани всё ещё шумели, явно взбудораженные случившейся дракой. Сугавара знал, что ни Кей, ни Тобио не признаются почему они подрались и решил идти в обход, спросив у причины их ссоры. Хината замолчал, явно не зная, что сказать. Причиной их драки стал он? — Один из них сделал с тобой «что-то»? — «Что-то»? — удивился омега. Тсукишима не мог начать драку на пустом месте, а вот Кагеяма немного непредсказуемый и он вполне мог сказать что-то, чтобы начать драку. Но драться ради Шоё? Уму непостижимо! Он обязательно поговорит с ним, как только выйдет из-под опеки старшего сеттера. Хината приложил пальцы к подбородку, скорее по привычке, пытаясь повторить за Ямагучи или же за Асахи. Хината, кажется, чувствовал себя комфортно рядом с сэмпаем, ибо других попыток, чтобы выбраться из захвата он не предпринял. — Тсукишима покупает мне йогурты и, о, он помог мне, когда Коджи бросила девушка, а Кагеяма со мной только тренируется и он тоже вроде ничего такого не сделал, кроме- Сугавара заинтересованно посмотрел на омегу, Хината закрыл свой рот. Теперь всё ясно: под каким-то предлогом Кагеяма признался Тсукишиме, что он поцеловал его, и зная о чувствах Кея, Хината предполагал, что тот не смог сдержаться и напал на Тобио. Если с Кеем всё было понятно, то какого чёрта Кагеяма рассказал про поцелуй Тсукишиме? Коуши снова встряхнул омегу, приводя его в чувства, отчего Хината лишь недовольно засопел. — Что сделал Кагеяма? — Ничего! Значит драку начал Кагеяма. Что такого успел сделать Тобио, чтобы спровоцировать Тсукишиму на драку? Сугавара снова встряхнул омегу, чтобы тот выдал этот маленький секретик, но тот упрямо молчал, отказываясь говорить правду. Когда они дошли до комнаты Шоё и Ямагучи, Сугавара аккуратно поставил его на ноги, придерживая его за плечо и заглядывая прямо в глаза. Шоё отводил взгляд, явно не зная что делать в такой ситуации. Если Шоё скажет правду, они могут сделать с Кагеямой всё, что угодно. Тсукишима не смог сдержаться после его признания, так что могут сделать остальные? Было страшно за своего сеттера и прежде чем Сугавара-сан что-то хотел спросить, он начал говорить о волейболе, о своём восхищении силой Бокуто-сана, о фильме, недавно просмотренном вместе с Кенмой во время отдыха после целого дня тренировок. Хината говорил многое и Сугавара понимал, что он так пытается улизнуть от ответа. — Хината, — снова позвал его Коуши, прервав его монолог, где он жаловался на то, что игра Кенмы очень сложная. — Что сделал Кагеяма? Обещаю, я никому не скажу, лишь хочу узнать, почему они подрались. Шоё упрямо покачал головой, зажмурившись и опустив голову. Сугавара вздохнул. Нужно как-то заставить Хинату поверить в него. Сейчас омега слишком сильно боялся за Кагеяму и вряд ли он сейчас скажет правду даже своей матери. — Я действительно хочу узнать, что между вами произошло, — снова начал Сугавара. — Я не буду ничего делать, никому не буду рассказывать, просто хочу узнать правду, Хи... — Сугавара вздохнул, явно не зная как отреагирует его кохай на это: — Шоё. Если хочешь, я могу пообещать, что буду защищать и Кагеяму тоже. Защита своего сеттера. О чём он мог думать ещё? Кагеяма его первый соперник, друг, товарищ, который был рядом с самого начала. Сугавара понимал, что Хината не мог оставить Тобио в беде, что они являлись самыми лучшими друзьями, хотя не признавали это. Кагеяма — его кохай, за которым он должен приглядывать, давать советы и помогать всем, чем сможет. В какой-то степени они оба испытывали тёплые чувства к младшему сеттеру и Сугавара без этого обещания защищал бы Кагеяму от нападок других, хотя в этом не было бы необходимости: они вороны, которые защищают друг друга, даже если кто-то из них совершит ужасную ошибку. Хината вздохнул, явно решаясь сказать правду, и Сугавара затаил дыхание, когда Шоё открыл рот: — Кагеяма меня поцеловал. И, как выяснилось, Тсукишима правильно сделал, что подрался с Кагеямой. Сугавара вздохнул, не теряя остатки своего самообладания и выдал из себя улыбку. Послышались торопливые шаги и почему-то Коуши был уверен, что это Ямагучи. — Не волнуйся, Шоё, — автоматически перешёл на имя Коуши. Хината же ничего не сказал, когда он впервые назвал его так. Он должен обещать, чёрт возьми! — Всё будет хорошо. И с Кагеямой тоже.

***

Пар изо рта окутал его руки, принеся с собой тепло, пока он разогревался, ожидая Кагеяму около выхода из гостиной. Было рано и солнце ещё не встало, но Тобио написал ему сообщение, что сейчас спустится, поэтому Шоё был в какой-то степени благодарен, что после вчерашнего Тобио не начал избегать его. Наверняка, он догадался, что Шоё узнал почему началась драка, расстраивало только одно: Сугавара-сан тоже знает. Хината доверял ему, но про поцелуй никто не должен был узнать. Что управляло Тобио в момент, когда он сказал правду Тсукишиме, никто не знал, и Хината попытается сегодня выяснить это. Кагеяма вышел через некоторое время, и прежде чем прямо спросить что случилось вчера вечером, Хината увидел в каком состоянии альфа: правая щека немного опухла и губа была порвана, и хоть Кагеяма двигался нормально, Хината не мог просто так поверить в то, что у него с телом все было нормально. Тобио отвёл взгляд и Хината вздохнул, понимая, что сейчас сеттер не знает как себя вести. — Всё... нормально? — спросил рыжий, и оба понимали, что под этим «нормально» Хината имел в виду многое: Всё в порядке? У тебя ничего не болит? Ты сможешь ходить? Ты сможешь бежать? Ты действительно в порядке? — Да, — кивает Кагеяма и они оба молчат, явно не зная как вести разговор дальше. Хината прикусил губу, развернувшись в сторону дороги и хотел было уже сделать шаг, чтобы начать пробежку, когда Тобио неожиданно заговорил: — Я не хотел. Прости. Хината остановился, не имея силы, чтобы посмотреть на Тобио. Та решимость, с которой он ждал сеттера, вдруг куда-то пропала и он сейчас почему-то не хотел разговаривать на эту тему. Наверное, Кагеяма думал, что он будет чувствовать себя так, и понимал, что без этого разговора никак не обойтись. Они же должны были поговорить о том поцелуе, но предпочли избегать этой темы, делая вид, что такого никогда не было. Было ошибкой, что Кагеяма после того, как поцеловал омегу, сбежал от него сразу же, оставив Хинату одного в спортзале. Если бы не Даичи, который явился за ним, чтобы проводить до дома, то Шоё непременно бы просидел там до утра. — Я... — Кагеяма вздохнул. — Я признался Тсукишиме, потому что хотел, чтобы он мне помог. Я не думал, что будет драка. Я думал, что Тсукишима сможет совладать с собой. — Ты поговоришь с ним? — сглотнул Хината, еле переведя взгляд на альфу. — Я-Я не хочу, чтобы вы дрались друг с другом. — Я поговорю с ним, — кивнул Кагеяма. В этот момент подул ветер, растрепав волосы Хинаты, и Кагеяма широко раскрыл глаза, в один миг видя насколько красивым был Шоё. Щёки невольно покраснели и Кагеяма сейчас как никогда был уверен, что это тот момент, чтобы нормально признаться. Он всю ночь не спал, обдумывая как попросить прощения у Хинаты, и облажаться он не мог. Только не сегодня. Только не сейчас. Кагеяма подошёл к омеге, пока тот удивлённо на него взирал, не зная, что хочет сделать альфа. Тобио схватил его за руку, обхватывая своими двумя и почувствовав насколько они были холодными. Прижав к груди его руку, Кагеяма выразительно смотрел прямо в глаза Шоё, пусть даже щёки горели от смущения. — Ты мне нравишься. Хината смущённо кашлянул. — Ну, это как бы понятно после того, как ты меня- — Это вышло случайно! — сразу же защитился Кагеяма. Хината не пытался вырвать свою руку, в этом не было необходимости, ведь он уже умудрился испортить романтический момент. — Это не было случайно! — Случайно! Кагеяма смущённо замолчал, когда они начали орать друг на друга, буквально начав спорить из-за ничего, и был первым кто начал пробежку без растяжки. Хината рядом напомнил ему об этом, но Тобио был слишком смущён, чтобы что-то ответить. Может сам Хината привык к признаниям со стороны альф, может Кагеяма сделал что-то ожидаемое, но омега не выглядел смущённым или удивлённым, и Тобио улыбнулся, понимая, что даже если его попытки ухаживания окажутся провалом, Хината не отвернётся. — Эй, придурок! — грубо окликнул он и Хината привычно толкнул его в плечо, недовольно пробурчав что-то себе под нос, и сразу же идя в атаку: — Чего тебя, Дуракаяма? — Давай сходим на свидание? — Как будто ты что-то знаешь про свидание, — сразу же ответил Хината и Кагеяма мрачно уставился на своего товарища. — Эй, я пошутил. Кагеяма? Кагеяма! — Хината ловко увернулся от захвата Тобио и бросился бежать вперёд, со слезами на глазах извиняясь за свои слова. Лицо сеттера сейчас было страшнее, чем когда-либо.

***

— Так, он футболист? — Ага, — кивнул Хината, закутываясь в свою куртку. Кенма рядом хмыкнул, пройдясь взглядом по полкам в бутике и не найдя ничего интересного. Отпроситься у тренеров на пару часов было лёгким делом, к тому же это был последний день в Токио на этой неделе, а потом они снова встретятся после одной недели. Ответить Ямагучи Хината так и не решился, пытаясь избегать с ним встречи. К счастью, это было проще, чем казалось: Ямагучи был ещё тем соней, пока Хината вскакивал с кровати ни свет, ни заря и начинал пробежку вместе с Кагеямой. Сегодня, кстати говоря, омега чуть не умер от рук альфы, но к счастью его спас Бокуто-сан, который увидел их на пробежке и тоже решил присоединиться, хотя он редко когда вставал рано по утрам. Зато он появился эпично со своим «Эй-хей-хей!» и, похвалив их обоих за такое усердие с раннего утра, потом пробежался с ними ещё полчаса, после чего предложил поесть. — И что ты хочешь ему подарить? — спросил Козуме, оглядывая товары и взглядом зацепившись за какую-то мягкую игрушку в форме акулы. Если подумать, то Кенме в голову не приходило ничего лучше мяча, когда дело касалось футболистов. Тут неподалеку Козуме ещё видел кафе, где можно было поесть и он почему-то решил предложить омеге посидеть там. Он всё ещё хотел поесть с Шоё мороженое. — Чтобы был повод поиздеваться над ним, — легко ответил Хината, случайно зацепившись взглядом за достаточно большую фоторамку, куда можно было засунуть несколько фотографий. Шоё улыбнулся своим мыслям, вытащив свой телефон и даже подвинувшись так, чтобы Кенма тоже видел фотки Коды. У приманки их было достаточно: на одной фотографии он получился до безобразия смешно, высунув кончик языка, но в последний миг пролив на себя сок, и прежде чем заорать во весь голос, Хината успел его сфоткать; на второй Хината успел запечатлеть его во время падения в коридоре, когда футболист пытался показать ему «супер-крутой» приём. — Он оценит мои старания, — хихикнул Хината, выбирая самые лучшие фотографии в своём телефоне, чтобы распечатать их в том же бутике, где они были. Кенма рядом, следя за всем этим, поблагодарил Бога, что на тренировке Хината почти не прикасается к телефону, наверное, только поэтому у него не было позорных фоток всей команды, особенно Карасуно. Взгляд случайно зацепился за фотографии какого-то шатена — достаточно красивого, чтобы охмурить любую девушку — и когда он попросил Хинату показать его ближе, Кенма поджал губы: и у шатена, и у Хинаты были разрисованы лица, и они оба были до безобразия смешными, особенно выделялись надписи на лбу «Чиби-чан - дурак» и «Великий Король», ещё на щеке шатена было написано, что Кагеяма - дурак. Совместных фоток с этим шатеном у Хинаты было много и Кенма не сразу заметил, что одежда у них тоже была одинаковой, и голос едва заметно задрожал, когда он спросил кто этот шатен такой. — О, это Великий Король, сэмпай Кагеямы, — улыбнулся Хината, вспоминая этот день. С Ойкавой-саном действительно было весело, хотя то, что он потом пришёл в Карасуно с его вещами, немного... испугало его. — Я же про него рассказывал, ну, тот, который мне фильтры купил. — Ах, да, точно, — сразу же кивнул Кенма. — Но почему у вас парная одежда? Хината нервно рассмеялся. — Это долгая история, — Хината прикусил нижнюю губу. — Ну, если вкратце, он украл у меня одежду и заставил переодеться в это. «Это» смотрелось на Хинате очень даже мило. Козуме вздохнул, похоже, у них с Куроо соперников больше, чем хотелось бы. Надеюсь, что этот сэмпай Кагеямы не успел зайти так далеко, как Куроо.