Борьба за солнышко

Хината-сан не очень любила, когда её беспокоят, но Шоё не мог просто сидеть, когда уже вторые сутки мама не смотрела телевизор, просто находясь в своей комнате и целыми днями только наслаждаясь сном. После работы, конечно. Когда сын вошёл в комнату, впуская свежий воздух, Хината-сан даже не пошевелилась, но по судорожному вздоху было понятно, что она пыталась сдержать свой плач. Шоё знал, что она даже под угрозой смерти не скажет причину её слез, и омега предполагал, почему она плачет, поэтому, усевшись на кровать и переместив голову матери на свои колени, младший Хината хоть такими действиями пытался показать свою поддержку. Женщина плакала тихо, еле слышно, и, прижимаясь к своему сыну, она не произнесла ни слова. Такое иногда бывает, и пусть Шоё судьба обошла стороной, сделав услугу так, чтобы он знал своих отцов только по словам матери, Хината-сан наоборот страдала, скучая по своим мужьям. — Такое бывает, — думает Шоё, поглаживая плечи матери, пока бета всхлипывала, пытаясь остановить свой плач. — Я всегда рядом, мама… И Хината-сан хотя бы благодарна за то, что её сын не умеет читать мысли, потому что она действительно не знала, как сказать ему об её боссе.

***

— Хината, тебя парень зовёт, — толкнул в плечо друга Кода, не отрываясь от своего телефона, пока одноклассник спал на своей парте. Рыжий приподнял голову с парты, обернувшись на выход из своего класса и приметив Ямагучи, который неловко ему помахал. — Иди к чёрту, Кода. Всё же скучные уроки давали о себе знать, и омега, зевая во весь рот и растрепав волосы ещё сильнее, направился к Ямагучи. Бета выглядел взволнованно, и приманка не заметил этого, пытаясь пробудиться ото сна. Хината засунул руки в карманы, потому что было холодно, и опёрся спиной на стену, смотря на друга, пока тот стоял перед ним, неловко держась правой рукой за локоть левой. — Слушай, ты ведь меня спрашивал о контроле твоего запаха, помнишь? — начал Тадаши, передав одногодке пачку молока, купленную на свои деньги. Хината принял «подарок», кивнув в знак благодарности и сразу же открывая упаковку. Кажется, он слишком привык к неожиданным сладостям от других. — Не хочешь попробовать сегодня? — В спортзал нас не пустят, — хмыкнул Шое, выпивая содержимое пачки. Краем глаза Ямагучи заметил, как из-за угла вышел Тсукишима, который замер, увидев их вместе. Бета сделал вид, что не заметил его. — Даичи-сан изначально сказал, что на этой неделе ключи будут только у него. — Как насчет двора? — предложил Тадаши, и то, что он начал нервничать ещё сильнее, даже не стало удивительной вещью для Хинаты. — У меня дома на заднем дворе почти никого не бывает, кроме меня. Особенно ночью. — Предлагаешь ночёвку? — склонил голову к правому плечу рыжий. — Я-то согласен, но надо бы отпроситься у мамы. И насчёт ночёвки… — на миг взгляд десятого стал острее, и Ямагучи ощутил, как мурашки прошлись по его коже. Что за… — Ты уверен? Если честно, Шое всё ещё ощущал себя неловко, стоило ему подумать о том, что он целую неделю провёл с Тадаши в одной комнате. В смысле, он не умел контролировать свой запах, поэтому ночью от него буквально разило малиной, и пусть пару раз он доставал одногодку специально, но его не покидала мысль, что его запах доставлял бете дискомфорт или неприязнь. Да, он пригласил его на свидание, но всё же… Ямагучи на миг перестал нервничать, будто бы он собрался с мыслями и готов был сказать всё, что вздумается. Хината видел это его состояние несколько раз, вспомнить тот же момент, когда он выдал себя за омегу перед капитаном Иногинами. Шоё даже признал про себя, что в такие моменты его друг походил на альфу, нежели на бету. Наверное, из-за этого он испытывал к нему симпатию. — Я уверен, — кивает Тадаши. Хината улыбнулся уголками губ, кивнув головой и пообещав позвонить, как только узнает ответ матери насчёт ночёвки. Стоило приманке с улыбкой махнуть рукой на прощание и обратно зайти в класс, когда рядом образовался Тсукишима, который одним своим видом показывал, чтобы он рассказал всё. Тадаши только улыбнулся, в последний раз бросив взгляд в сторону Хинаты, когда тот усаживался на своё место, рядом с окном, специально стукнув по голове Коде.

***

— Хината, последний! Шоё чувствовал себя очень напряжённо, потому что тренировочная игра длилась почти что два часа, и они ни разу не сделали перерыв, а игра и вправду была затягивающей. Танака передал ему мяч, понимая, что самому пробивать в этой ситуации опасно — может попасть в сетку — и Хината, как будущий ас, был готов пробить мяч с любого угла. Но неожиданно, точнее только тогда, когда он прыгнул в воздух, до его сознания дошла одна истина: — Слишком близко! — сразу же понял Хината, когда стремительно начал приближаться к сетке, но взгляд от мяча не отводил, понимая, что придётся хоть что-то сделать. Сугавара по ту сторону сетки хмыкнул, поднимая руки, чтобы принять мяч и спасовать Нарите, и тут, неожиданно для всех, Хината ударил по мячу, поверх сетки, в последний момент успев отдернуть руку, прежде чем она коснулась. Сугавара так и застыл, с приподнятыми руками, а Хината, удачно приземлившись на пол, с удивлением посмотрел на мяч, который откатился в сторону Киношиты. — Пробить мяч рядом с сеткой, — подал голос Укай, тоже удивлённый таким раскладом дел, пока Хината ошарашенно перевёл взгляд на Кагеяму. Тот сглотнул, понимая, что их тренировки возобновятся, на этот раз с таким вот ударом рядом с сеткой. — Это очень сложно. Кажется, он может сражаться не только со странной быстрой… Пару раз во время тренировки они с Кагеямой порывались повторить этот случайный трюк, но либо пас Кагеямы перелетал через сетку, из-за чего Хината не успевал ударить по нему, либо сам Шоё не рассчитывал свои силы. В конце концов у них «Касание» получилось всего пару раз, точнее у Хинаты с Танакой-саном, и Кагеяма признал, что такое может сработать, если они захотят напугать противников. Тсукишима лишь цыкнул, когда Хината поднял руки, чтобы Король дал ему пять, когда они удачно повторяли этот трюк три раза подряд. — Ты какой-то задумчивый, — села рядом с приманкой Ячи, передав бутылку во время долгожданной передышки. Хината как раз сидел один, переписываясь с Кенмой, обсуждая тренировки и всё новое, что у них происходило. — Что-то случилось? — Вот скажи, — благодарно кивнул омега, попивая воду. Напротив них сидели Нишиноя с Асахи, просто отдыхая. Молча. Наверное, двухчасовая тренировка без передышки сказывалась на каждом. — Что бы ты сделала, если бы твоя мама неожиданно начала разговор про…потомство? — В смысле? — Ну, — Хината прикусил губу, вспоминая как мать рано утром, когда он только пришёл с пробежки, неожиданно начала говорить о своих рассуждениях, где пол её сына случайно узнал бы какой-то благородный и богатый альфа, который потом женился бы на нём, и о том, какие бы дети у них родились. Хината-сан после своей истерики начала вести себя странно, пугая Шоё до такой степени, что тот выехал в свою школу раньше, чем обычно. Ну, хоть Кагеяму опередил, это радовало. — Дети. В смысле, ты же знаешь, что я омега? Ячи кивнула. Она тоже пару раз разговорила со своей мамой на эти темы, но тогда ей не казалось, что это как-то абсурдно. Ей уже шестнадцать, и как-то…уже странно, что кто-то в её возрасте не обсуждал тему про детей. Да, это рано, но помечтать-то можно. Взгляд случайно зацепился за то, как Тсукишима и Кагеяма, игнорируя друг друга, прошли мимо, направляясь каждый в свою сторону — яркий пример того, что Хинате сначала нужно выбрать своего альфу. — Не знаю, как ты, но это для нас нормальная тема, — объяснилась девушка, наблюдая за тем, как Савамура что-то рассказывал Энношите, а тот с сосредоточенным видом слушал. — Мне кажется, ты зря себя накручиваешь. — Она никогда не заводила разговор про детей, — фыркнул Шоё. — Это меня пугает. Она как-то мне призналась, что дети не её фишка. Но, каким боком она вырастила меня, я всё ещё не пойму. — Материнский инстинкт? — предположила блондинка. — Может быть, — согласился омега. Хината-сан выглядела счастливой, когда начала этот разговор, и Шоё никак не мог забыть, как блестели глаза матери, когда она описывала примерного внука, у которого обязательно были бы рыжие волосы. Наверное, она на самом деле любила детей, но воспитывать не очень, ведь это такая морока, особенно если рядом будут всякие «поучательные» люди, которые наоборот портят их. Шоё тогда мысленно придумывал план действий, на случай если мама всё-таки узнает, что про сущность сына узнали почти все волейболисты префектуры Мияги и пара людей из префектуры Канта. Ничего, кроме бегства куда-то далеко от Японии, не приходило в голову. А ещё было бы смешно, если он привёл домой сразу несколько альф, чтобы те познакомились с будущей свекровью. Омега тогда точно знал, что мама точно бы его убила. На месте прямо. Голыми руками. — И что ты теперь будешь делать? — Я не собираюсь рожать, — нахмурился Хината и Ячи хихикнула. Шоё смущённо отвёл взгляд, понимая, что не так понял вопрос младшего менеджера. Блондинка в качестве поддержки хлопнула друга пару раз по плечу, пытаясь не засмеяться в голос от реакции приманки. — Я имею в виду, — кашлянула пару раз Хитока, пытаясь скрыть улыбку. Где-то Ямагучи с Киёко поглядывали на них, с тёплыми улыбками на устах. — Ты же не глупый, да? Ты ведь замечаешь это? Хината приподнял уголки губ, откинувшись спиной на стенку и прямо посмотрев на Ячи, которая рядом с ним вела себя более раскованно, чем с другими. Сначала девушка действительно чувствовала себя виноватой за каждое сказанное слово, но со временем она привыкла к Хинате и смогла нормально говорить с ним. Это в какой-то степени радовало. — Если бы я хотел, я предпочёл не замечать дальше, — хмыкнул Хината и Ячи посмотрела вперёд, понимая, что Шоё действительно страдал от такого внимания. Все слова, сказанные ранее Ямагучи в качестве поддержки, оказались правдой и она почему-то ощутила груз вины за это. — Я, если честно, даже не знаю. Ячи была отличной подругой, поэтому Хината ощущал себя спокойно, обсуждая с ней свою дальнейшую жизнь. С ней было гораздо спокойнее, чем с другими, и не было какого-то напряжённого чувства, будто собеседник мог уничтожить того, о ком он говорил. После драки Кагеямы и Тсукишимы Хината действительно боялся говорить альфам, которые пытались за ним ухаживать, про других альф. И тот поцелуй Куроо, и то, что ответил на его чувства… — Хината-кун, — толкнула его в плечо Ячи, и Шоё снова нацепил улыбку. Слишком сильно задумался. — Всё в порядке? Ячи можно доверять. — Нет, — ответил Хината. — Не всё в порядке, Ячи-сан. К тому же, у каждого должен быть такой друг, на которого можно взвалить всё плохое, что произошло с тобой. Начиная от драки Тсукишимы и Кагеямы, которые подрались из-за него, и о том, как Шоё уговаривал их поговорить друг с другом. Заканчивая поцелуем капитана Некомы, на который он неведомым образом ответил. — Если я начну встречаться с кем-то, — сглотнул Шоё, когда Ячи внимательно вникала в каждое его слово. Тренер Укай что-то обсуждал с Такедой, и разговор похоже шёл очень напряжённо, потому что Кейшин не давал команды на возобновление тренировки. Никто против не был, пользуясь свободными минутами и отдыхая по полной, пока омега выливал душу младшему менеджеру. — Другие могут перегрызть ему горло. Я не знаю на что способны другие альфы. — Если другие действительно хотят, чтобы ты был счастлив, — философски замечает девушка. — Они не тронут твоего альфу. — Что правда, то правда, — пожал плечами приманка, наблюдая за тем, как Кагеяма зевнул. Младший сеттер как раз сидел рядом с Сугаварой, и последний что-то говорил с улыбкой на устах. В один миг Коуши и Шоё встретились взглядом, и альфа тепло улыбнулся, на что Хината смущённо отвёл взгляд. — Спасибо, Ячи, мне действительно стало легче.

***

— Он и тебя просил? Кагеяма кивнул, отводя взгляд и не имея понятия, как начать разговор. Тсукишима сам позвал его во время тренировок, когда Хината был занят разговором с Ячи. Если бы не Сугавара, который, объясняя ему лучшие обманки во время игры, указал в сторону Тсукишимы, Тобио бы даже не понял, что тот звал его на разговор. Всё же, у сэмпая опыта побольше будет с отношениями, чем у Кагеямы, у которого только-только начали появляться более нормальные отношения. Ямагучи сказал ему не драться, что раздражало Тсукишиму, потому что это было всего раз, а во второй раз он повторить не намеревался. Хватало того, с каким испугом тогда на них смотрел омега, прежде чем его утащил Энношита. Кей раздражённо выдохнул, толкнув плечом сеттера, направляясь в сторону автомата, чтобы купить себе что-нибудь. На улице было довольно холодно и выходить из спортзала, где было относительно тепло, Тсукишима не хотел, но Хината просил поговорить. Альфа до сих пор вспоминает как обнимал его омега в попытке поддержать, придя с горячим шоколадом. Это воспоминание всё ещё тепло отзывалось в его сердце, поэтому пусть цена ему — разговор с этим ублюдком, но оно того стоило. Тсукишима слишком сильно нажал на кнопку, но не обратил на это должного внимания, наблюдая за тем, как купленный мармелад падает с полки. Кагеяма сзади стоял молчаливой тенью. — Я тогда хотел, чтобы ты помог мне, — начинает Кагеяма первым, когда Тсукишима слишком долго молчал, вытаскивая из автомата лакомство. Блондин открыл пачку сразу же. — Думал, что ты подскажешь мне что дальше делать. — Ты реально придурок или просто притворяешься? — фыркнул Кей, прожёвывая сразу несколько мармеладок. — Ты в курсе, что я тоже хочу стать альфой Хинаты? Кагеяма замолчал, не зная как подобрать слова, ведь по сути он знал, что Кей тоже «в игре», но что управляло им в тот момент, он так и не понял. Тсукишима вздохнул, почувствовав, что становится холоднее. Тобио всё ещё молчал, и Кей выпрямил спину, собираясь положить этому конец. — Слушай, я начал этот разговор, потому что Хината меня попросил, иначе я бы к тебе даже не подошёл, — Тсукишима медленными шагами начал возвращаться к дверям спортзала. Кагеяма верным хвостиком последовал за ним. — Просто скажем ему, что мы наладили отношения и так далее. Кагеяма даже против не был. Они вместе зашли в спортзал, бросив свои куртки на скамейки поверх остальных. Хината был первым, кто заметил их. Сделав вид, что даже не заметил этого, Тсукишима направился к Ямагучи, который разговаривал с Киёко-сан, а к Кагеяме уже направлялся Шоё, чтобы дальше тренировать «Касание».

***

— Проклятый кот! — Он не особо выглядит счастливым, — заметил Ямагучи, когда Черныш напал на Хинату, стоило ему переступить порог дома Кагеямы. Тсукишима хихикнул, зайдя вслед за другом. Им обоим как-то было плевать, что Кагеяма позволил исключительно Хинате прийти к нему домой. Родных у Кагеямы дома не было, из-за работы они приходили слишком поздно. Мать, которая обычно присматривает за домом, была в гостях у подруги, поэтому обязанность приготовить чай легла на плечи самого младшего Кагеямы. Черныш спокойно лёг на колени Тсукишимы, который сразу же его сбросил, на что котёнок отозвался крайне негативно, царапнув его руку. — Я ненавижу этого кота, — сказал Хината, усаживаясь рядом с Ямагучи на диване. Он ушёл только для того, чтобы покормить Черныша специальным кормом, купленным семейством Кагеямы. Бета рядом сочувствующее хлопнул его по колену. — Кажется, он тебя тоже, — заметил Тсукишима, когда Черныш зашипел на омегу. Хината в долгу не остался, показав язык животному и пожалев об этом, когда питомец напал на него снова. Ямагучи поспешил ему помочь, но плата оказалось ещё одной царапиной на коже подающего. — Этот гад любит только мою маму и сестру, — фыркнул Кагеяма, заходя в комнату с чаем на подносе. Тсукишима благодарно кивнул, когда Кагеяма первым ему передал чай, пока Хината сосредоточенно наблюдал за котом, который, выгнув спину, шипел на него, будто Шоё был врагом всей его жизни. — Он ещё к вам не привык, поэтому ведёт себя так. — Свалился же ты на мою голову, — забормотал рыжий, всё ещё не сводя взгляда с кота, а тот отвечал ему тем же, явно найдя развлечение на ближайшее время. — Просто не обращай на него внимания, — посоветовал Тсукишима, наблюдая за тем, как Шоё пролил на себя чай, пытаясь не отвлекаться от кота. — Он тебя не убьёт. — Хотелось бы в это верить, — фыркнул Шоё, наконец, оторвав взгляд от кота и переведя его на Тсукишиму. — Вроде бы уличный кот, а столько гордости. — Угу, — кивнул рядом Ямагучи, уже вовсю наслаждаясь своим чаем и не обращая внимания на происходящее вокруг себя. Кагеяма молча хлебнул чая, когда на Хинату снова напал этот чёртов котяра. Кагеяма дёрнул плечами, пытаясь хоть как-то избавиться от боли в мышцах, пока ребята спокойно пили чай, кроме Хинаты, который всё ещё дрался с котом. На Тобио Черныш даже не смотрел, постоянно шугаясь его или царапая, но котяра никогда так не дрался с ним, что с одной стороны было очень хорошо, но с другой…было обидно, что кот не обращал на него внимания. — Ты чего? — спросил рядом Ямагучи, когда Кагеяма начал прожигать кота взглядом, пока тот не обращал на него внимания. Это продолжилось всего несколько минут, когда Хината отчаянно начал извиняться за то, что скинул кота на Кагеяму, на что питомец, фыркнув, в последний раз царапнув щёку рыжеволосого. Гордо подняв хвост, он ушёл в другую комнату. — Противный, — фыркнул Шоё следом, наконец, взяв в руки чай и нормально попробовав напиток. — Точно Кагеяма, — рыжий вскочил на ноги, не выпуская чай из рук, когда Тобио резко поднялся со страшным лицом: — Шутка! Это шутка! У Ямагучи было ощущение, будто не Хината пришёл проверить кота, а кот проверить Хинату. Тсукишима хихикнул в кулак, когда из глубин коридора послышался протяжный мяв и Шоё сразу же вооружился подушкой. Похоже, Черныш сохранил обиду на рыжего.

***

Тсукишима и Ямагучи смущённо сидели на диване, пока мать Шоё бегала туда-сюда, складывая в дорожную сумку все вещи, которые ей были нужны. Она успела впихнуть в руки удивлённого таким раскладом дел сына деньги, даже не обращая внимания на незванных гостей. В доме царил хаос из-за неосторожности матери и Шоё как-то было стыдно, что именно в таком состоянии её увидели Тсукишима с Ямагучи, которые вообще-то должны были быть на тренировке. Сам Шоё успел отпроситься у Укая на несколько часов, чтобы попросить разрешения у матери и взять учебники и тетради на завтрашний урок, и сменку тоже, чтобы не напрягать Ямагучи. Каким боком про ночёвку у беты узнал Тсукишима, Хинате уже было ясно, но ничего говорить не стал, они с Тадаши лучшие друзья ведь. — Подожди, что? — Этого придурка позвали на срочное собрание в Сайтаму, — раздражённо выдохнула женщина, бросив в сумку одежду, даже не смотря на то, что она берёт с собой. «Придурок» у неё обозначает «Босс-который-заставляет-работать». — И как заместитель директора я должна присутствовать рядом с ним, поэтому меня не будет недели две точно. — Но почему так неожиданно? — Он узнал об этом только пару часов назад, — гневно отвечает Хината-сан, бросив в чемодан зубную щётку. — Звонит мне и говорит, — Тсукишима в этот миг подумал, что манера речи матери довольно-таки похожи на своего сына. — «Дорогая, мы должны выехать через пять-шесть часов и ты должна быть готова». В тот момент я хотела вырвать его позвоночник и ходить в нём, как в шарфе. — Дорогая? — насмешливо фыркнул младший Хината, даже не обратив внимания на остальные реплики матери. — Говорил же, он за тобой пытается ухаживать. Может всё же дашь шанс? — Пусть он катится к чёртовой матери со своим ухаживанием, — выругалась женщина, закрывая замок на чемодане. Шоё поспешил помочь. — Вот скажи, ты бы женился на них? — махнула рукой в сторону Тсукишимы и Ямагучи женщина. Шоё приоткрыл рот, явно не зная что ответить, пока Хината-сан оценила молчание в свою пользу. — Вот и я о том же. Это как выйти замуж за своего друга, которого знаешь всего несколько месяцев. — Ты знакома с ним три года. — Это ничего не меняет. Хината-сан встала на ноги, вздохнув полной грудью и с улыбкой посмотрев на сына, мол говори то, что хотел, закончив все свои дела. Тсукишима и Ямагучи до сих пор смущённо молчали, не зная как влиться в общество этих двоих. Шоё отзеркалил улыбку матери, опустив глаза, что было привычным действием, когда он просил у матери что-то (обычно это новые кроссовки, которые он менял раз в месяц, потому что все его кроссовки протирались и ходить в них становилось практически невозможно). — Отпусти меня на ночёвку. Хината-сан вопросительно приподняла бровь. — Ты ведь помнишь, что ты… — специально не закончила она, и взгляд её стал острее, из-за чего по спине омеги прошлись мурашки. — Мальчики, подождите нас, нам надо поговорить наедине, — сразу же оповестила она товарищей Шоё, взяв его за запястье и утащив в другую комнату, где их точно не услышали бы. Тсукишима и Ямагучи переглянулись с вопросом в глазах — Хината-сан всё ещё не знает, что о поле Шоё знает половина Мияги?

***

— Начнём с того, что он бета- — Который знает о твоём поле? — перебила Хината-сан, с тяжёлым вздохом опуская голову на свои колени и подняв сразу же. Новость о том, что Ямагучи узнал о поле Шоё во время тренировочного матча из-за болтливости сына не так удивила её, как нахождение альфы в её доме. Какого чёрта Тсукишима пришёл вместе с Ямагучи, зная лишь о том, что Хината хочет пойти к его лучшему другу с ночёвкой? — Да, и он с самого начала- — Пообещал тебе не рассказывать об этом никому, — снова перебила Хината-сан, и на этот раз вздохнул Шоё. Волнение матери можно было понять, но когда тебя постоянно перебивают, это раздражает. — Но что насчёт…э… — Тсукишима, мам, — напомнил Шоё, на что женщина лишь махнула рукой, мол отвечай на вопрос. — Он просто с нами за компанию пошёл, он не останется у Ямагучи. Если хочешь, спроси у них, они так же скажут. Хината-сан прикусила губу, решая этот вопрос. С одной стороны хотелось отпустить сына, мол «Иди, Шо-чан, ты должен веселиться в свои годы, так что иди, не оборачивайся, просто иди!», но с другой… её сын омега, и если он примет таблетки ночью, его состояние может ухудшиться и Шоё может… Нет, нет, нет, это просто её паника, но всё же отпускать сына в чужой дом было опасно, к тому же…его запах. — Ма, — коснулся её плеча Шоё, смотря прямо в глаза, из-за чего на миг — всего на миг — женщине показалось, что на неё смотрит Джун. Джун Изаму — её первый муж, который даже не увидел своего сына, так похожего на него самого. — Если хочешь, я не пойду, но Ямагучи — бета, он сможет обо мне позаботиться, к тому же, у меня же всегда есть Изуми с Коджи, помнишь? — Электрошокер с собой возьми, — с тяжёлым сердцем согласилась женщина, смотря на сына. Ему ведь шестнадцать, он же сможет о себе позаботиться? — Установи в быстром наборе Изуми и Коджи, таблетки не забудь и…и будь осторожен. — Я пришлю тебе фотографии, если тебе от этого станет легче, — с улыбкой предложил Шоё и женщина кивнула головой, не зная что ещё сказать. Омега понимал, что ей сложно даётся это решение, к тому же они сидели в этой комнате уже как час, пока Ямагучи с Тсукишимой ждали их в гостиной. — Позвоню вечером, когда буду ложиться спать, утром, когда выйду на пробежку, и где-то в полдень, когда начнутся тренировки. Всё будет хорошо, мам, Ямагучи очень хороший, он сможет меня защитить. — Умеешь же уговорить, мелкий, — женщина потрепала волосы рыжего, на что Шоё отозвался лишь небольшим смехом. Хината-сан прижала к себе единственного своего родственника, ощутив прилив нежности, на что Шоё охотно ответил, будучи человеком, который обожал такие поступки. — Что насчёт Черныша? — вспомнила она совсем не к месту, и Шоё тяжело вздохнул, с непонятным лицом смотря на стену. — Он поцарапал мне всё лицо. — Правильно сделал, — хихикнула женщина, на что Шоё лишь фыркнул.

***

— Простите за вторжения! Ямагучи первым вошёл в дом, оставляя Хинату позади, чтобы поставить чайник, пока Тсукишима разувался, уже знакомый с обстановкой дома своего друга. Шоё аккуратно убрал обувь в шкаф, наступая на холодный пол дома семьи Ямагучи и восхищённо осматривая интерьер. Кей ничего не говорил, пройдя вперёд Хинаты, в один миг выхватив из его рук сумку, чтобы отнести в комнату Тадаши, пока тот был занят готовкой ужина. — Прости, я с готовкой не в ладах, — виновато улыбнулся Тадаши, ставя перед ним лапшу быстрого приготовления. Кей махнул рукой, отказываясь от ужина и обходясь одним соком, пока Шоё с Ямагучи аккуратно поедали «блюда». Хината был впервые с ночёвкой у кого-то, конечно, были и те дни, когда он отправлялся на неделю в тренировочный лагерь по несколько раз с остальными волейболистами, но тогда за ним присматривали Укай-сан и Такеда-сенсей, которым мама доверяла очень сильно. Учителя ведь, они обязаны защищать своих учеников, что поделать? Чувствовал себя Шоё неловко. Он не знал что делать в таких ситуациях, молча поедая лапшу, и стараясь не поднимать взгляд на своих товарищей. Они тоже молчали и Хината с завидной скоростью начал вспоминать ночь, проведённую с Акааши, когда они сидели рядом друг с другом, попивая чай, даже не разговоривая и чувствуя уют. Они тогда оба были в гостинице, поэтому им обоим было хоть в какой-то степени неловко, а тут…в доме…у Ямагучи. Хинату-сан они провожали вместе, пока та отдавала список дел своему сыну, и деньги, про которые она вспомнила только тогда, когда садилась в такси. Она отдала достаточно много, и Шоё, пересчитавая деньги дома, чтобы спрятать их сразу же, взяв только немного, чтобы хватило на две недели, рассчитал, что этого богатства хватит на месяц. На лекарство она не могла отдать, потому что их хватало ещё на четыре недели, ведь сама же купила несколько дней назад. — И, — подал голос Ямагучи и когда Тсукишима с Хинатой посмотрели на него, ожидая то, что дальше он скажет, бета кашлянул. — Что будем делать? — Это был намёк на тренировку? — хмыкнул Тсукишима, и Ямагучи отвёл взгляд, явно не зная что ответить. Хината поставил на стол пластмассовую миску, посмотрев прямо на бету. — Я не знаю что делать. Тсукишима тяжело вздохнул. — Асахи-сан что-то объяснял тебе насчёт контроля запахов? — спросил Кей, вальяжно попивая сок, облокотившись правой рукой об стол и боком повернувшись к собеседнику. Хината качнул головой, вспоминая разговор с сэмпаем. Он тогда рассказал только то, что омеги слишком полагаются на таблетки и не знают на что способны. — Начнём с того, что ты должен представить как запах двигается, — вдруг начал объяснять Кей, и Хината во все глаза уставился на Тсукишиму. Этот альфа слишком много раз помогал ему, надо бы его чем-нибудь отблагодарить. — Я не знаю, как у вас там, у омег, устроено, но могу объяснить про контроль альф. Хината закивал головой, засияв, как начищенный чайник, и Ямагучи перед ними лишь хихикнул, тоже с интересом посмотрев на лучшего друга. Тсукишима рассказал только самое необходимое, начиная с того, что альфам наверняка удаётся контролировать запах легче, чем омегам, потому что сильный пол часто использует это своё качество, чтобы спугнуть своего соперника, привлечь внимания девушки или омеги, и защищать свою вторую половинку от других, поэтому-то их обучают с детства. — …чтобы запах держался внутри нас, не привлекая внимание других, я обычно не особо задумываюсь над этим, но когда я обучался, я часто представлял, как держу свой запах в своём теле, — продолжал Тсукишима, руками обведя форму. — Это довольно легко, если у тебя хорошая фантазия, но я не знаю сработает ли это с тобой. — Не узнаешь, пока не попробуешь. На заднем дворе, около часа ночи, когда таблетки перестали действовать, действительно было пусто и пусть родители Ямагучи спали в своих комнатах, Хината ощущал себя неловко, потому что его тренировки начинались не у него дома, а в другом месте. Воздух был холодным и дрожь пробирала тело, когда Хината уселся на мокрую траву, прямо в сменке, наплевав на то, что придётся одолживать у Ямагучи одежду, пока наблюдавший за этим Тсукишима лишь цыкнул сквозь зубы. Он остался стоять рядом с Ямагучи, а бета повторил за омегой, кивнул головой, мол можешь начинать, и Хината сосредоточился на своём запахе. Представлять как двигается собственный запах оказалось легче с закрытыми глазами, но всё было как-то просто и Шоё сначала даже не понял, что его запах даже не исчез. Контролировать как-то не удавалось и сколько бы Шоё ни старался, запах не исчезал полностью, он даже не увеличивал свой объём, что по словам Тсукишимы было легче лёгкого, и с ним обязательно справился бы даже четырёхлетний альфа. — Может просто подавить? — логично спросил Ямагучи, когда Хината сидел уже час, замёрзнув до кончика носа, но упорно продолжая тренировки. Ни Ямагучи, ни Тсукишима не сдвинулись с места, не обращая внимание на холод. Хината не сдастся до конца. — Подавить? — с вопросом в глазах повторил омега и с тяжёлым вздохом, он снова закрыл глаза. Тсукишима согрел свои ладони своим дыханием, когда Хината начал представлять как вокруг него распространяется огромный туман розового цвета и как он начинает уменьшаться, окружая в меньшем количестве только самого Шоё. Стоило ему это сделать, как всё тело начало напрягаться, будто бы он и бегал, и прыгал одновременно, расходуя всю свою энергию за кратчайшие сроки. Это было неожиданно, и Шоё сначала не понял, что произошло. Ямагучи замер, с удивлением смотря на то, как Хината слишком сильно сосредоточился, пытаясь подавить свой запах. Тсукишима рядом прикрыл нос, чтобы сдержать себя при таком сладком запахе омеги. От него сейчас разило малиной так сильно, что до этого считал, что это невозможно. Хината умел удивлять. Ни Тсукишима, ни Ямагучи не знали что делать в этот момент, потому что Хината начал жмуриться сильнее, пытаясь остановить свой запах, неконтролируемый таблетками и в один миг, когда никто не ожидал… — Запах, — шокировано произнёс Ямагучи первым, наблюдая за тем, как Хината тяжело дышит, пытаясь контролировать этот процесс. Ночной воздух чувствовался отчётливее, чем малина, и Тсукишима дёрнулся вперёд. — Исчез? — Больше не могу, — прохрипел через несколько минут тишины Хината и тяжёлый вздох вырвался раньше его, который добрался до альфы и беты в кратчайшие секунды. По телу Хинаты обильно катился пот, будто он пробежал несколько больших кругов за раз. — Чёрт. Оперевшись руками об траву, Хината пытался придти в себя. Это оказалось изматывающе, чем планировалось, и с этим состоянием его защищали альфы из Карасуно во время матча с АобаДжосай. Неудивительно, что они проиграли. Груз вины увеличился в два раза и Хината мысленно дал себе указание тренировать контроль своего запаха, чтобы было легче, это же как с бегом, да? Путём долгих и упорных тренировок, Хината сам того не осознавая, становился выносливее остальных своих сверстников, а сейчас даже превзошёл в этом своих сэмпаев. Вздохнув полной грудью, он снова уселся на мокрую траву, пока Тсукишима и Ямагучи не двигались, не зная как себя вести. С одной стороны хотелось помочь омеге, но тот одним своим видом показывал, что заканчивать тренировку он не намерен. — Большинство альф приучают к контролю запахов с детства, — подаёт голос Тсукишима, наблюдая за тем, как Хината, сидя в нескольких метрах от них, пытается не подавлять свой запах, что у него получилось только пару раз. Его запах то вырывался, то подчинялся и по блестящему лбу омеги было понятно, что это давалось ему с трудом. — Поэтому сейчас у нас это получается так же легко, как при шаге. Никто не задумывается над тем, как контролировать это, мы просто делаем это и всё. — До этого я думал, что омеги умеют контролировать свои запахи только благодаря таблеткам, — Ямагучи присоединился к рассуждению Тсукишимы, в один миг почувствовав обильный запах малины, который в ту же секунду исчез. — Но Хината как всегда умеет ломать стереотипы. — Я справлюсь, — сквозь зубы прохрипел Хината, и Тсукишима, как альфа, который чувствует запахи в разы лучше, чем беты, ощутил как от Хинаты перестали идти те «отголоски». — Я справлюсь, — прорычал Хината и запах малины снова исчез. Это состояние продержалось всего несколько секунд, прежде чем Хината устало откинулся на мокрую траву, пачкая всю свою одежду. Омега тяжело задышал, не в силах контролировать свой запах ещё дольше, пока Тсукишима мягко окутывал его своим, осторожно поднимая на руки, чтобы занести в дом Ямагучи. — Для первого раза неплохо, — похвалил он, и Ямагучи сзади ярко улыбнулся, вырываясь вперёд, чтобы открыть дверь. Тсукишиме ещё надо было домой идти, хотя Тадаши предлагал ему остаться с ночёвкой, только спать он должен был в гостиной, по ясным для всех причинам. — Значит, омеги могут только подавлять, а не контролировать, — вынес он вердикт и Ямагучи рядом кивнул, сразу направляясь на кухню, чтобы принести воды. И что-то горячее. Они все замёрзли за два часа. — Это уже хорошо, — улыбнулся Хината, лёжа на диване в полный рост, пока Тсукишима вальяжно уселся на ковёр, преждевременно сняв с себя пальто. У омеги голова жутко болела после такой тренировки. — Спасибо, Тсукки. Тсукишима лишь кивнул головой, наблюдая за тем, как закрываются глаза омеги из-за усталости. Альфа грубо встряхнул омегу, заставив того выйти из мира сновидений именно в тот момент, когда Ямагучи принёс воду. Шоё поблагодарил бету, сразу же осушив стакан и почувствовав как тело приятно отозвалось на это. Хинате нужны были доказательства того, что омеги умеют контролировать, точнее подавлять свои запахи, и он получил это. Осталось только обсудить это со своим врачом, у которого он проверялся регулярно, и потихоньку отвыкать от таблеток. У рыжего уже была зависимость от них, и это было очень плохо. Главное… Главное не потерять себя в этом круговороте.