Борьба за солнышко

— Даичи-сан, — аккуратно позвал капитана Тсукишима, когда ребята разгружали вещи из автобуса. Хината вёл себя слишком тихо, изредка что-то говоря Кагеяме, лишь Нишиноя с Энношитой заинтересованно на них посмотрели. — Могу я сегодня проводить Шоё до дома? Капитан команды растерянно хлопнул глазами, не ожидав такой прямой просьбы, но всё же нахмурился сразу же. Единственное, чего добился Савамура, рядом с альфами, которые окружили Хинату со всех сторон, не давая прохода даже малейшей частице других, это проводить Шоё до дома. Конечно, он поступил очень мудро, сначала скрывая это, а потом потихоньку давая Хинате понять, что он тоже хочет быть его альфой, в конце концов, сказав это напрямую. — Ты хочешь поговорить с ним об его, — дальше капитан не стал говорить, понимая, что язык не подвернётся назвать ту толпу «семьёй» Хинаты. Шоё выглядел немного подавленным, но старался улыбаться, в чём ему помогал Кагеяма, изредка что-то спрашивая. Сугавара издали тоже поглядывал на них, и Савамура понимал, что лучше старшего сеттера никто не справится. Тсукишима кивнул сразу же, и Ямагучи позади него одобрительно качнул головой. Может стоит поторопиться со своим свиданием? Хината ждёт ведь, когда он скажет когда и куда можно пойти, а Ямагучи всё ещё полноценно не подготовился. Бете казалось, что в день Х всё пойдёт наперекосяк, и Шоё будет недоволен им, и просто уйдёт, а потом перестанет с ним разговаривать. Мурашки прошлись по коже, когда Тадаши представил недовольный взгляд омеги, и то, как он будет разочарованно цокать языком. — Не думаешь, что Суга лучше справится? — спрашивает Даичи, склонив голову к правому плечу. Кей быстро бросил взгляд на старшего сеттера, вспоминая выходку Коуши за два дня до отъезда из Токио. Не хотелось бы первогодке оставлять белобрысого альфу с маленькой омежкой. — Он немного разбирается в чувствах людей и мне кажется, что Шоё скорее сможет раскрыться перед ним, чем перед нами, — последнее предложение капитана выглядело каким-то скомканным, будто бы он не хотел это говорить, на что блондин сделал вид, что ничего такого не заметил. — Давайте провожу его я! — прервал их разговор Нишиноя, указав на себя большим пальцем, другой рукой оперевшись об своё бедро. Кагеяма взял в руки спортивную сумку Шоё, пока тот пытался вырвать из багажа автобуса сумку Кагеямы. Они ругались между собой, и это выглядело по-своему правильно. — Я смогу успокоить Шоё. — Да, Ноя-сан сможет это сделать! — подключился Танака, и на заднем фоне Хината вскрикнул, упав вместе с сумкой Кагеямы на землю. Тобио, прижимая к своей груди багаж Шоё, склонился над ним и что-то сказал, вроде «Вот ты придурок» или ещё что-то, на что Хината заорал, мол «Это ты, Кагеяма, виноват во всем». — Ноя-сан крутой и очень понимающий человек. — Спасибо, Рю, — прослезился Нишиноя, и Танака улыбнулся широко, хлопнув по плечу лучшего друга. — Я всегда поддержу тебя, Ноя-сан, — ответил он, и сияние вокруг них резко стало ярким, пока Тсукишима с Даичи смотрели на это всё с нечитаемым выражением лица. — Эй! — заорал Укай, привлекая внимания Кагеямы и Хинаты, которые уже успели подраться прямо на грязном асфальте. — Хватит драться, домой лучше идите! Тсукишима и Даичи переглянулись, когда Тобио всё же помог Шоё встать, придерживая его за локоть. Они одновременно оттряхнулись от пыли, будто бы не они секундами ранее дрались друг с другом. И под взглядами волейболистов они так же молча обменялись своими сумками, возвращая свою собственность себе, лишь потом они заметили повышенное внимание к себе. — Чего? — удивлённо приподнял бровь Хината. На миг каждому подумалось, что Кагеяма и Хината довольно похожи друг на друга, несмотря на первоначальное впечатление, что они разные, как небо и земля, и эти двое понимали друг друга с полувзгляда, потому что за всё это время они только и делали, что оскорбляли друг друга и дрались между собой. Или Тобио действовал на инстинктах, или он решил сблизиться с Хинатой, пользуясь духом соперничества, что было в разы лучше тактики Тсукишимы. Асахи кашлянул в кулак, снова заходя в автобус, чтобы проверить, не забыл ли кто-то чего-то, и после этого карасуновцы вернулись к своим обязанностям. На часах было десять вечера, и отпускать Шоё в одиночестве в такое время было опасно, поэтому нужно было сначала решить, кто пойдёт провожать Хинату. Ямагучи цыкнул, наблюдая за тем, как Шоё с Кагеямой выбирают между собой шоколадные батончики в автомате, переругиваясь между собой и пытаясь первее достать то, что им нравится, пока остальные собирались в одном месте, дожидаясь ещё не собравшихся товарищей. В итоге Шоё оттолкнул лицо Кагеямы от себя, а тот упёрся рукой об плечо товарища, и они оба простояли так несколько минут, отталкивая друг друга и пытаясь достать до кнопки. — И кто выиграл? — спросил Танака, когда странный дуэт подошёл к ним, как раз в тот момент, когда Нарита быстро бежал к ним. Кагеяма недовольно глянул на Шоё, на что тот ответил тем же, открывая упаковку шоколада, в которой было два батончика. — Никто, — насупился Шоё. — У нас не хватило денег, — вторил ему Кагеяма, и Тсукишима, не удержавшись, прыснул. Никто ничего не сказал на это, изредка хихикая, пока Нарита всё ещё был в пути. Когда Кагеяма протянул товарищу один из батончиков, преждевременно взяв себе второй, Хината снова учудил: резко выхватив свою часть батончика, он резко наклонился к руке Кагеямы, ртом выхватив и его батончик, и бросился бежать, на что Тобио среагировал секундами позже, бросившись за ним. — Хината, придурок! — заорал Тобио под удивлённым взглядом Нариты, пока остальные с улыбками просто смотрели на эти догонялки. Пока они гонялись друг за другом, Шоё успел съесть весь батончик, и выглядел очень довольным, пока Тобио, схватившись за его куртку, тряс во всю силу, повторяя, что Хината - придурок. Укай сказал, что завтра выходной и им всем стоило бы отдохнуть перед матчем, чтобы набраться сил. Никто спорить не стал, поэтому тренер махнул им рукой, направляясь в сторону своего дома, и Такеда попросил их всех позвонить или отправить сообщение ему, когда они доберутся домой. — И проводите Ячи, Киёко и Хинату до дома, — улыбнулся напоследок учитель, покидая их. Шоё фыркнул, явно недовольный, но ничего не сказал. Это уже было привычным: все волнуются за него, потому что он омега, а омег считают слабыми. Танака оживился моментально, оказавшись рядом с Шимузу и та смущённо хихикнула, когда обернувшись, заметила Рюноске, который от смущения начал свистеть. — Хитока, идём с нами, — позвала старшая менеджер свою подопечную и та поспешно кивнула, поклонившись напоследок волейбольному клубу и побежав за Киёко и Танакой. Уже стало ясно, что за девушек можно не переживать. Рюноске был сильным парнем, сможет ведь защитить их, поэтому никто не стал волноваться насчёт этого. За ними пошли Нарита, Энношита и Киношита, а потом удалился и Асахи, напомнив, что ему нужно поторопиться домой к матери, которая волновалась за него. Они напоследок помахали друг другу на прощание, и Хината, зевнув во весь рот, посмотрел на Даичи, уже привыкнув к привычной рутине дня. Капитан бросил взгляд в сторону Тсукишимы и Сугавары, сделав шаг вперёд, не ожидав, что одновременно с ним это сделают не только блокирующий и старший сеттер, но и Нишиноя. Все четверо переглянулись между собой, и Хината нахмурился сразу же, понимая, что сейчас что-то произойдёт. — Хорошо, — протянул Шоё, отчётливо заметив как между товарищами пролетели сопернические молнии. Кагеяма всё ещё обиженный, что у него нагло своровали последний батончик, громко сюрпнул йогуртом, что остался у него в сумке. Хорошо что он взял пару пачек из гостиной, и, конечно же, он выпил всё ещё в автобусе, но осталась ещё последняя пачка, которую он планировал выпить дома. — Можно мы просто домой пойдём? Пожалуйста, — протянул Шоё, когда все четверо посмотрели на него. Омега нашел спасение в Ямагучи, который был удивлён таким раскладом не хуже него. — Ямагучи, давай с ночёвкой у меня! Тадаши хихикнул, кивнув головой, и лёгким шагом подойдя к омеге. Тсукишима нахмурился, но ничего не сказал, когда бета начал звонить своей матери, чтобы предупредить о том, что переночует у друга. Хината улыбнулся, понимая, что нашёл выход в этой ситуации, пока Кагеяма рядом продолжал пить йогурт, громко сюрупая. — Отлично, — хлопнул в ладоши омега, когда Тадаши сообщил, что ночёвка всё же будет. Хината и Ямагучи жизнерадостно попрощались с альфами, после чего со спокойной душой Шоё поскакал вместе с подающим домой. Тсукишима раздражённо выдохнул, понимая, что Ямагучи опередил их всех одним своим присутствием, развернувшись домой и быстрым шагом покидая общество Карасуно. Даичи тяжело вздохнул, вместе с Сугаварой следуя за первогодкой и Нишиноя, нахмурился, в последний раз бросив взгляд на спину рыжего. Хината явно привык к таким вот ситуациям, раз сумел решить все их конфликты одним своим решением.

***

— Чувствуй себя как дома, — закрывая входную дверь, сказал Шоё, снимая обувь и недовольно замечая, что пыль за неделю успела скопиться на мебели. Ямагучи благодарно кивнул, наклонившись, чтобы снять кроссовки, пока Шоё убирал свои в шкаф. — Дома никого нет, так что можешь не стесняться. — А где Хината-сан? — В командировке в Сайтаме, помнишь? — улыбнулся Шоё, проходя в дом, чтобы поставить чайник и по пути написав Такеде-сэнсэю о том, что они с Ямагучи добрались до дома. Сэнсэй отправил улыбающийся смайлик, поблагодарив за предупреждение именно в тот момент, когда Тадаши вошёл следом за ним, усаживаясь на стул, аккуратно поставив сумку. Омега показал бете где душ, преждевременно спросив не нужна ли другу сменка, на что Тадаши ответил положительно, не желая надевать потную одежду, которую он не стирал неделю. Несмотря на то, что Ямагучи чувствовал себя спокойно только в своём доме, дом Хинаты отличался своим уютом, а может просто двенадцатый чувствовал себя комфортно из-за отсутствия матери Шоё. Пришлось воспользоваться шампунем Хинаты, потому что его шампунь закончился ещё утром, но Тадаши не жалел об этом, чувствуя себя немного... радостно от того, что на нём теперь хоть частичка запаха Хинаты. А когда он надел на себя принесённую одежду Шоё, который наверняка выбирал самые большие из своих вещей, Тадаши ощутил как горят его щеки. Пусть запах Шоё днём не пробивался из-за таблеток, и Тадаши успел в полной мере осознать насколько запах омеги вкусный, но сейчас, стоя в ванной комнате перед зеркалом в каком-то трико, которое идеально подошло ему, футболке с изображением динозаврика и большой розовой толстовке, Ямагучи ощущал запах Хинаты везде. Было приятно. Было до жути приятно, и бета аккуратно принюхался к толстовке друга, чувствуя запах малины. Теперь понятно, почему в фильмах девушки любили носить вещи своих парней. А самому Шоё... Приятно было бы носить его вещи? — Тебе повезло, что ты не такой огромный, как Кей, — фыркнул Хината, поставив перед другом свежеприготовленный карри. Он старался приготовить ужин до выхода Ямагучи из душа, и успел как раз-таки вовремя. — Иначе я бы не знал что делать. Это мои самые большие вещи, в остальные ты бы не влез. — Кей? — усмехнулся Тадаши, взяв в руки ложку и благодарно кивнув, когда Шоё налил ему чай. Бета всегда любил выпить горячее после душа. Хината смутился, но улыбнулся, объяснив, что они начали называть друг друга по имени только несколько дней назад. — Тогда как насчёт того, чтобы ты меня тоже называл по имени? — О, правда?! — обрадовался Шоё, приподняв взгляд на товарища. Ямагучи прикрыл рот рукой, прожёвывая рис и кивнув головой. — Тогда ты зови меня Шоё. Это очень круто, Яма- — Тадаши, — исправил бета. — Тадаши, — не стал спорить Хината и хихикнул, когда Ямагучи опустил глаза на блюдо. Он сейчас сидел в доме Шоё, ел приготовленную Шоё еду и наслаждался общением с Шоё в одежде Шоё. Хотелось хихикать от такого количества «Шоё» в его жизни, но Тадаши сдержал себя, положив в рот ещё одну ложку. Они ели в уютной атмосфере, разговаривая на различные темы, упоминая Тсукишиму и Кагеяму, рассказывая кто что делал в Токио и какие у них проблемы в тренировках. Хината рассказывал многое: то, как было радостно от того, что он смог научиться атаке с задней линии; как его достаёт Кагеяма и из-за чего они постоянно дерутся; какой классный учитель вышел из Бокуто-сана. Ямагучи слушал всё, в ответ рассказывая о проблемах с Тсукишимой и как Тадаши старался вернуть другу детства любовь к волейболу. Когда Хината поинтересовался почему Кей так равнодушно относится к волейболу, Ямагучи рассказал ему всё, выкладывая всю историю их детства, где и как они познакомились, и как Тсукишима Кей узнал правду своего брата — Акитеру. — Он не виноват в том, что сейчас такой холодный, — улыбнулся Тадаши, набрав в ложку остатки блюда, пока Хината ел вторую порцию. — Он верил с самого начала в своего брата, а он просто взял и начал врать ему. Тсукки разочаровался в своём брате, вот он такой грубый. — Это всё объясняет, — сосредоточенно кивнул Хината. — А этот, — Шоё выпил чай до конца, взяв чайник и начиная наливать себе новый. — Кей пробовал с ним поговорить? Всё-таки он его брат, и наверняка он не хотел, чтобы всё так вышло. Хотя то, что он врал — это не очень здорово. — Он не очень любит рассказывать о своей семье, — мягко улыбается Тадаши, наблюдая за тем, как Хината ему наливает горячую жидкость, в следующую секунду вставая с места, чтобы наложить в его тарелку ещё карри. — Но старается заботиться о них по-своему. Наверное, ты не заметил, но Тсукки точно так же заботится о тебе. — Кхм, — кашлянул Хината, не ожидав столько нежности в одном предложении. То, что Тсукишима о нём заботился было ясно с самого начала, а Хината, не зная что с этим делать, принимал его заботу и отплачивал тем же, хотя это довольно приятно. — Знаешь, он оживился с того момента, как ты появился в нашей жизни, — с блестящими глазами продолжал Ямагучи, снова благодарно кивнув, когда Хината поставил перед ним тарелку. — А потом, когда мы узнали, что ты омега, он стал более мягким. Я благодарен тебе за это. — В первой нашей встрече он обозвал нас слабаками и предложил пойти на компромисс, — фыркнул Хината, на что Ямагучи засмеялся. — Если бы я тогда не вмешался, он продолжал бы издеваться над Кагеямой. — Это было весело, — хохотнул Ямагучи. Хината встал ровно, запустив пальцы в свои волосы и опустив чёлку, точно повторив волосы Кагеямы и сделав максимально недовольное выражение, чтобы лицо хоть как-то походило на связующего. — Ты придурок, Тсукишима! Ямагучи подхватил его игру, поправив невидимые очки на носу и приподняв подбородок, чтобы придать своему лицу самоуверенности, тут же ответил: — А ты ещё глупее, Король. Они расхохотались сразу же, не выдержав своей актерской игры. Увидели бы их те двое, точно бы прибили. После того, как они поужинали и убрались за собой, Хината постелил футон на полу, уступив Ямагучи место на кровати. Было решено, что они будут спать в одной комнате, поэтому Шоё, прежде чем лечь, ушёл на кухню, взяв с собой ноутбук матери, забытый ею же перед командировкой, чтобы поговорить сначала с Хинатой-сан об встреченных ещё на днях родственниках, а потом с Кенмой, не забыв предупредить об этом товарища. Хината-сан выслушала всё с максимально серьёзным лицом, когда сын рассказал ей о встрече. На всю эту историю она сказала, что хотела бы уберечь сына от них ещё долгое время, но всё пошло наперекосяк, когда они узнали в нём погибшего Джуна. Видеть маму через видеокамеру было немного странновато для Шоё, но всё же он убедился, что Хината-сан в порядке, а это главное. — Ты на матче будь осторожнее, — говорит Хината-сан напоследок, когда Шоё закончил свой рассказ. Он видел, как нахмурилась мать, явно. — Купи в аптеке те подавители, которые выписал врач. — Обязательно, — кивнул Шоё, первым отключая видеозвонок. Он, конечно, понимал, что мама о нём беспокоится, но знание того, что она до сих пор ведёт календарь с циклами Шоё, немного смущало омегу. Как бы не повторился случай с АобаДжосай, потому что через пять дней у Хинаты начнётся течка, а значит его запах будет пробиваться сквозь таблетки на отборочном матче. — Сплошной геморрой, — фыркнул Хината, звоня уже Кенме. Козуме ответил моментально, будто бы ждал его всё это время и Хината от неожиданности закашлялся, когда рядом с Козуме появился ещё и Куроо с Бокуто. Сеттер Некомы сидел на стуле, поэтому не сложно было увидеть, когда на экране ещё появился Акааши, облокотившись на спинку стула. Они все были у Кенмы дома? Они ждали его звонка всё это время? — Вам бы найти хобби, — ошарашенно сказал Шоё, когда Бокуто громко поприветствовал его, а за ним и Куроо тоже. Хината хихикнул, облокотившись об стол локтем. Кенма тяжело вздохнул, когда Бокуто максимально близко приблизил своё лицо к камере и его оттолкнул Куроо, возмущаясь, что с Шоё хочет поговорить не только он один. — И, я звонил, вообще-то, только Кенме. — Боже мой, — возмущённо вздохнул Куроо, когда они с Бокуто снова встали на место, не мешая никому и лицо Кенмы в этот момент приобрело ещё более страдальческий вид. - Ты не звонил своему парню — мне — а Кенме? Ранен прямо в сердце, Шоё-кун. — Парень? — удивился Бокуто, посмотрев на Куроо. Хината замер, Акааши тоже замер, и Бокуто замер, и все трое смотрели прямо на Куроо, который от такого внимания лишь ехидно улыбнулся, словив взгляд своего бро. Лишь один Кенма устало вздохнул, явно предугадав такое событие. — Шоё? — обернулся к ученику учитель, и Хината встал со своего места, чтобы скрыться от обзора камеры. — Шоё?! — вскрикнул Бокуто, схватившись за ноутбук Кенмы и показывая омеге своё отчаянное лицо. — Шоё, скажи, что ты не встречаешься с Куроо! — Опоздал, опоздал, — пропел Тетсуро, показав язык, когда Акааши аккуратно сжал плечо сэмпая. Бокуто снова заорал и обвинительно тыкнул в сторону старшего кота: — Я не собираюсь сдаваться! — решительно сказал он, и на этот раз даже Кенма посмотрел на Бокуто. Шоё отчаянно завыл, вернувшись на своё место и показывая своё лицо. — Знай это, Шоё, я добьюсь, чтобы ты тоже со мной начал встречаться! — в этот момент даже лицо Куроо перекосило, и все ребята напряжённо смотрели на Котаро, который сиял не хуже солнца, даже после такой горькой правды. — Пожалуйста, скажите мне, что я сейчас сплю, — тяжело вздохнул Хината, уперевшись в стол головой. Куроо нервно хихикнул в этот момент. — И я тоже не сдамся, — тихо сказал Акааши и Хината взвыл в голос. — И я, — тут же добавил Кенма, и Хината нервно хихикнул, приподняв голову и устало протерев глаза, когда все четверо наблюдали за ним. Им серьёзно плевать на то, что думает сам омега? — Ладно, ладно, но вы же слышали ту часть, где я встречаюсь с Тетсуро, да? — приподнял взгляд на волейболистов Хината, и Куроо в этот момент пискнул, зажав рот рукой. На это Шоё приподнял бровь, не ожидав того, что Куроо отреагирует на его слова так. — Скажи это ещё раз, — попросил блокирующий и Хината хихикнул, скрыв улыбку за рукой. Куроо действительно ведёт себя очень мило. — Романтику тут не устраивайте, — недовольно прервал их Бокуто. — Мне Акааши рассказал про случившееся сегодня. Ты как вообще? — Дружеская встреча родственников, — хмыкнул Шоё, снова облокотившись об стол. — С кем не бывает. Ребята помогли мне успокоиться, так что всё нормально. — И я, да? — приблизился к камере Куроо. Кенма недовольно зашипел, отодвинув его. — И ты, Тетсуро, — хихикнул Шоё, улыбнувшись очень уж нежно, из-за чего все четверо замерли. В один миг до Хинаты дошло, что вокруг него были очень крутые альфы, которые заботились о нём, пытались защищать и переживали, когда увидели то, что Хинате хотелось бы скрыть. Акааши видел эту улыбку пару раз. Хината улыбался ему так на свиданиях, и сейчас, зная то, что он встречается с Куроо, что улыбка всё же была предназначена Тетсуро, а не ему, Кейджи на миг ощутил укол ревности, но перестать пялиться на это он не мог. Кенма выдохнул, и Бокуто, после этого придя в себя, кашлянул, прикрываясь своим кулаком. — Видишь, ему нравится мой поцелуй, — обломал такой момент Куроо, и Бокуто, схватившись за голову, уселся на колени, оставив на обозрение Хинате только свои волосы. Акааши стоял с нечитаемым выражением, когда Котаро начал бить пол, проклиная этот несправедливый мир. Куроо начал хохотать и он раскрыл руки, будто бы призывал людей увидеть его красоту. Не хватало только света на заднем фоне, чтобы показать его крутость в этот момент. — Не обращай на них внимания, — сказал Кенма, пока Акааши пытался помочь Бокуто придти в себя, а Куроо хохотал, уперевшись руками об бёдра. Хината перевёл на него взгляд, встретившись с его улыбкой. — Я очень рад, что с тобой всё в порядке. Тогда казалось, что мир вокруг них замер и Хината смеялся от души, понимая, что этот день был не таким ужасным, как он думал. Просто одна неудачная встреча засела в его голове, поэтому омега не сразу заметил, что вокруг него были товарищи, друзья, родные, которые пытались его приободрить. Они впятером говорили очень много, где Бокуто с Куроо начинали спорить и вести себя, как они с Кодой, то есть как идиоты, и иногда Котаро впадал в свой эмо-мод, когда Куроо напоминал ему о том, что встречается с Хинатой; Шоё смеялся вместе с Акааши и Кенмой, когда те, усталые, но радостные, рассказывали ему самые юморные достижения Тетсуро и Котаро. Было весело, и когда на часах было два, Хината сообщил, что ему пора спать, а то падать в обморок не хочется никому. — Созвонимся, — махнул рукой Куроо, и Бокуто разрыдался, говоря, что будет скучать по ученику, и Хината тоже пустил слезу, на что Кенма устало вздохнул, когда эти двое начали орать прямо в камеру, явно вспомнив былые отношения. Кажется, Хинате уже было плевать, кто пытался его добиться, а кто нет, потому что реагировал он после их признания очень уж спокойно, будто бы он был вообще тут ни при чём. — Спокойной ночи, — улыбнулся Хината, махнув рукой следом и шмыгнув носом, пока Бокуто плакал в плечо Акааши. Омега первым отключил видеозвонок, после чего устало вздохнул, встав со своего места и оставив ноутбук на кухне, заряжаться дальше. К моменту его прихода в комнату, Ямагучи уже спал, поэтому Хинате осталось только переодеться и лечь спать. Этот день был по-своему прекрасен, и Хината, закутавшись в одеяло, с улыбкой вздохнул, закрывая глаза.

***

— Хо-о-о, — протянул Тендо, когда Эйта максимально усердно делал вид, что не здесь вообще. Мрачность старшего сеттера Шираторизавы приносила с собой холод, но Хината, бегущий посередине, упорно не замечал этого, думая, что Семи расстроило знание о том, что он встретил родственников. — Значит парень появился, — издевательски хмыкнул он, приподняв взгляд на друга, мрачность которого увеличилась в разы. — И кто-то из нас явно во френдзоне. — Прости? — растерялся Шоё, посмотрев на блокирующего, но тот махнул рукой, мол не обращай внимания, пока Эйта, пользуясь тем, что омега его не видит, бросил в его сторону уничтожающий взгляд. — И кто же этот парень? — Куроо Тетсуро, капитан Некомы, — тут же ответил Шоё, снова переведя взгляд на дорогу. — Он очень классный. — Не сомневаюсь, — хихикнул Сатори, сощурив глаза и снова бросив взгляд на своего друга, который мрачнел с каждым словом омеги. — А что если на фронте появится ещё один альфа? — резко спросил Тендо, и Хината немного растерялся от такого напора, когда блокирующий наклонился к нему, не боясь упасть. — Как хорошо, что есть закон об омегах, да? — широко улыбается красноволосый, и Хината немного сбавляет ход, не ожидав таких слов. Эйта тут же шикает, дав подзатыльник товарищу, и Тендо хихикает, извинившись за неудобные вопросы. — Я действительно могу по глупости пойти на свидание с другим, и, — Хината покраснел, остановившись, когда Эйта с Тендо остановились в нескольких шагах от него, тяжело дыша. — И я могу поцеловаться, но Тетсуро сказал, что всё будет хорошо, г-главное, чтобы я обсудил это с ним. Он, он очень хороший, правда! И я не знаю, что может произойти в будущем, но Тетсуро сказал, что будет рядом со мной. — А если бы Тетсуро знал Эйта, сказал бы, что он лох, — Тендо тут же показал язык, на что получил испепеляющий взгляд от сеттера. — Да ладно, Хината, я же пошутил, — хихикнул блокирующий, подозвав к себе младшего. Рыжий тут же подбежал к нему, позволяя старшему растрепать его волосы, и они снова незамедлительно побежали дальше. — И ещё какие новости есть? — Да вроде всё, — пожал плечами Шоё, вспоминая что могло ещё произойти за эту неделю. — Мы тренировались, и мы выиграли несколько сетов у Фукуродани, и-и, о, мы сходили на Большой Стадион, и я встретил там Коду. — А мы тут умирали со скуки, — выдохнул Эйта, бросив взгляд в сторону приманки, который заинтересованно на него посмотрел. — Пробежка, школа, тренировка, дом, и так по кругу. — Да ладно тебе, — пихнул его в плечо Сатори, прямо над головой Шоё. — Неужели я не скрасил твои скучные дни? Хината скажи ему, что я весёлый милашка. — Тендо-сан весёлый милашка! — Вот видишь, — расхохотался красноволосый, когда Эйта фыркнул, но позволил себе улыбнуться, увидев как смеётся Хината. — А весёлых милашек не обижают такие буки, как ты. Ну же, Семи, улыбнись чуть шире, Хината же тут стоит, перед тобой. Хината скажи ему, что ты скучал. — Я очень си-и-ильно скучал, — тут же среагировал Шоё, и Эйта хихикнул, явно найдя в этом что-то весёлое, пусть даже омега тупо повторял за старшим. — Кстати, у вас же тоже завтра отборочный матч. Против какой команды вы играете? — У нас по таким делам специалист Ширабу, — хмыкнул Тендо. — Это он изучает всех и вся, чтобы у Шираторизавы был шанс выиграть в сложных матчах, но пока у нас не было команды, от которых было бы много проблем. — Когда мы доберёмся до вас, — улыбается чуть шире Шоё, вспоминая на каком уровне он был, когда только встретил Тендо, и сравнивая свой нынешний уровень. Он всё это время тренировался, поэтому сомнений не было, что Карасуно на этот раз выиграет у АобаДжосай. — Мы будем именно той командой, которая победит Шираторизаву. — Да помню я, помню, — фыркнул Тендо. — Ты при нашей первой встрече пообещал выиграть нас. Эйта снова хихикнул, но ничего не сказал, чувствуя как мурашки поползли от такого тона Хинаты. Всё-таки, этот омега очень сильно любил волейбол, раз не сдался, услышав слухи про омегу из Карасуно.

***

— Извини, что так резко, — поклонился Ямагучи, пока Хината растерянно ставил сумку с водой на пол. Бета был уже собран, когда Шоё только пришёл с пробежки, и, наверняка, сам Тадаши тоже не ожидал, что Шоё придёт как раз к моменту его выхода. — Моя мама только что позвонила и попросила приглядеть за ребёнком, пока она сходит к врачу. — Что за ребёнок? — спросил Шоё, схватившись за одну ясную мысль. Ямагучи не завтракал, наверное, даже нормально не умылся, раз встал в такую рань, и где-то на задворках сознания омега даже не хотел отпускать Ямагучи. Хотелось, чтобы Тадаши остался рядом с ним ещё чуть-чуть. — Да так, сын знакомой, — отвечает Тадаши. — Мне нужно просто часик другой присмотреть за ним. Когда Тадаши на прощание махнул рукой, Хината рассеяно разводит руки, чем сначала заблуждает бету. Наверное, поэтому обьятия у них получились такими неловкими. Когда фигура беты скрывается за углом, Хината обратно заходит в дом, и в пустующей обители он вдруг ощущает себя до предельности одиноким. Именно поэтому Шоё не любил одиночество. На сообщения, отправленные Хинатой ещё утром, с вопросом адреса Ойкавы-сана, Тоору отвечает на два часа позже. Омега ни на секунду не хотел оставаться в пустующем доме, поэтому надев на себя более приличную одежду, взяв необходимые вещи, вышел на улицу, преждевременно спрятав ключи под горшком декоративного цветка. Ойкава-сан простудился сильно, и пусть Иваизуми отправил ему фотографию, где он нёс своему другу пакет с лекарствам, сомнения о том, что Хаджиме выбрал неправильные лекарства, остались. «У него был кашель» вспоминает Шоё, вытаскивая с полки таблетки со вкусом клубники. А если есть кашель, немудрено, что голова тоже будет болеть, а если голова болит, значит и тошнота будет. А если есть тошнота, значить будет живот болеть. «Я чувствую себя его женой» фыркает мысленно Шоё, вовремя остановив себя и поставив на полку таблетки от живота. «Больным надо больше витаминов» думает Хината, когда проходил мимо супермаркета. Шоё вздыхает тяжело, но всё же входит в здание, чтобы набрать побольше фруктов и лимона, может даже удастся найти какой-то полезный чай. Как он оказался в отделе хлебных изделий — осталось под вопросом, но сейчас, стоя перед булочками разного сорта, Хината отбросил эту мысль на задний план. И сам поест, и для старшего купит — двух зайцев одним выстрелом сразу. — Кажется, это его дом, — вслух говорит Хината, остановившись перед каким-то домом, сравнивая адреса в своём телефоне. Удивительно насколько он ответственным становился, если рядом не было Кагеямы. — Позвонить что ли? — Чиби-чан? — слышится позади голос Иваизуми, и Хината оборачивается, с улыбкой встретив аса команды АобаДжосай. Нет, конечно, Хаджиме ожидал, что омега, в силу своей заботливости о своих друзьях, придёт домой к Ойкаве, как-то узнав адрес старшего, и после того сообщения, альфа ничуть не сомневался в этом, но всё же было как-то странно видеть объект своей симпатии около дома лучшего друга, болезнь которого начала отступать ещё вчера вечером. — Ива-чан! — с улыбкой поприветствовал третьегодку воронёнок, позволяя Хаджиме зарыться в его волосы, когда старший всё же подошёл в нему. — Вы тоже к Ойкаве-сану? — Этот идиот создаёт драму на пустом месте, — хмыкает Хаджиме, легонько толкая Шоё во внутрь двора семейства Ойкавы. Вроде бы сеттер говорил омеге о своей сестре и о том, что родители уехали к ней, чтобы просмотреть за Такеру — кажется так зовут племянника самого Тоору. — Не волнуйся, он заметно поправился. Уже на матче будет стоять на ногах. — Простите за вторжение, — тихо сказал Шоё, ступая на порог дома альфы, пока Иваизуми закрывал за ним дверь. Он открыл дом с помощью ключа, который вытащил из кармана, и Шоё предположил, что несколько дней Ива-чан ночевал у Тоору, чтобы следить за его здоровьем, пока родители сеттера отсутствовали. Хаджиме мягко забрал из его рук пакеты, и Шоё поспешно объяснил, что эти покупки для Ойкавы, и в одном из пакетов было достаточно булочек, чтобы хватило на них двоих. Иваизуми хмыкнул, по-доброму улыбнулся и пошёл в сторону кухни, сказав, что поставит чайник, преждевременно указав где находится сам Ойкава. Шоё аккуратно поднялся на второй этаж, сразу же подмечая комнату в конце коридора, пошёл туда. Комната Тоору не отличалась от комнаты самого Шоё, разве что у Великого Короля стены были увешены разными плакатами с изображениями инопланетян, и на полках стояли фигурки неземных существ. Это, конечно, было милым с одной стороны, но неожиданность тому, что сердцеед Ойкава Тоору фанател от инопланетян, это немного озадачило Шоё, хотя сеттер не раз появлялся на людях в футболке с зелёными человечками. Альфа спал на кровати, мирно дыша через нос — не заложен, а это уже хорошо — и укутавшись в сразу несколько одеял, оставив открытым только своё лицо. Запах знакомой корицы — такой пряный и сладкий — витал в воздухе и Хината даже невольно принюхался, чувствуя какую-то сладкую истому от этого. Сущность омеги в последнее время начала проявлять себя с другой стороны, заметил Шоё, аккуратно наклонившись, чтобы приложить свою ладонь ко лбу старшего. Хината-сан часто говорила, что ладонь у Шоё постоянно холодная. Шоё считал, что это из-за холодной воды, с помощью которой он постоянно мыл посуду или ещё что-то, не желая окунать руки в тёплую воду, поэтому он даже внимания не обратил с каким фырканьем отодвинулся от его руки Ойкава, когда он пытался узнать температуру сеттера. Капитан АобаДжосай действительно начал выздоравливать, и Хината хихикнул, когда Тоору перевернулся на другой бок, возмущённо поморщившись. — Не сюсюкайся с ним, — хмыкнул Иваизуми, входя в комнату с какой-то кружкой, в которой было что-то горячее. — Он обнаглеет от этого, — добавил Хаджиме и легонько пнул друга, чтобы тот проснулся. Шоё подумал, что если бы вынужден был заботиться так о Коде, то тоже бы пнул. От души так, чтобы с кровати свалился. С Коджи такое не прокатит, он даже в самом худшем состоянии сможет побить, а вот Изуми бить совесть не позволяет, слишком уж добрый баскетболист. — Э-эй, проснись и выпей лекарства, Тупокава. — Ива-ча-а-а-ан, — протянул Тоору, не торопясь вставать с места. Сеттер захныкал, явно не желая вставать, но всё же развернулся, чтобы посмотреть на друга детства. — У меня кажется галлюцинации, — фыркнул Ойкава, и Иваизуми с Хинатой переглянулись. Ойкава протянул руку в сторону Шоё, запустив пальцы в волосы и медленно опуская на щёку приманки. — Ты как настоящий Чиби-чан, — заметил сеттер, когда Хината хихикнул, отступая назад, чтобы пальцы Ойкавы не дотянулись до его кожи. Слишком уж щекотно стало. — Он такой ми-и-илый, — протянул Ойкава, уткнувшись в подушку и начав рыдать, неожиданно для Хинаты и ожидаемо для Иваизуми, который вздохнул на выходки своего друга. — Чиби-и-и-ча-а-а-ан. — Ойкава-сан, — мягко позвал его Шоё, когда Тоору всё же сел на кровать, продолжая рыдать, чтобы выпить принесённое лекарство. — Я, — Шоё смутился, когда Ойкава удивлённо приподнял бровь, пока Иваизуми вытаскивал телефон, чтобы сфоткать друга. Сейчас, когда Тоору был не в самом лучшем виде, в пижаме с инопланетянами, и с, в коем-то веке, не идеально уложенными волосами, Хината чувствовал себя намного радостнее. Домашний Ойкава был по-своему мил и красив, чем Ойкава сердцеед. — Вы мне позвонили день назад и я вот, пришёл, как узнал, что Вы заболели. Иваизуми посмотрел на Ойкаву, Ойкава посмотрел на Иваизуми, достаточно громко хлюпнув лекарством. Между ними наступила неловкая тишина, и когда Тоору так же молча передал другу свою кружку, под щёлкающий звук камеры телефона Хаджиме, Хината наблюдал за тем, как Ойкава снова закутывается в одеяло, но на этот раз старший буквально рухнул на подушку и закричал в неё со всей силы. Шоё от неожиданности дёрнулся назад, Иваизуми расхохотался, и Ойкава соскрёб своё лицо от подушки, посмотрев на омегу: — И много я говорил? — спрашивает он убитым голосом, и Шоё глупо хлопает ресницами, пока Иваизуми на фоне умирал от хохота, не выпуская кружку из рук. — Пожалуйста, скажи, что я не натворил глупостей. — Вы сказали, что встретили Ушиджиму, — Хината попытался выдать из себя ободряющую улыбку, когда Ойкава поднял на него взгляд. Даже ребёнок мог увидеть в этих глазах столько боли и страдания, что невольно сам Хината начал жалеть о том, что начал этот рассказ. — Попросили меня рассказать что-то, чтобы Вы уснули, и дальше Вы что-то говорили, но я не расслышал. И потом Вы уснули. — То есть я ничего абсурдного не сказал? — приподнял взгляд на омегу сеттер, и Хината кивнул головой, когда Ойкава облегчённо вздохнул, снова сев на кровать. — Главное пожаловался на Ушиваку, — нашёл он плюс во всём этом и расхохотался. Хината заметил, что глухого кашля не было, как он пришёл к альфе, и мог предположить, что тогда Тоору был слишком ослабевшим, чем сейчас. Ойкава выглядел очень уж здоровым. Может проскальзывали какие-то симптомы, как сонливость или ещё какие-то незначительные вещи, но в целом Тоору выглядел здоровым. Иваизуми снова ушёл на кухню, сказав, что приготовит чай для них троих, и пока он отсутствовал, Ойкава умудрился промыть косточки абсолютно всем в их команде и ещё какому-то «Бешеному Псу», который слушается только Иваизуми. — Я же капитан, а не Ива-чан, — ныл Тоору в момент, когда Иваизуми вошёл в комнату с подносом, на котором стояли три кружки, какое-то печенье и принесённые Хинатой булочки. Куртка Шоё лежала позади него, и сам омега успел забраться на кровать, по-турецки скрестив ноги и слушая всё, что говорил старший, который, найдя в госте невольного слушателя, не затыкался ни на минуту. — Ты же уважаешь своего капитана, а не Бодрячка, да? — Я уважаю всех сэмпаев, Ойкава-сан, — ответил Хината, благодарно кивнув Иваизуми, взяв в руки кружку. Хаджиме устроился с краю кровати, оперевшись рукой об постель, и они с Хинатой одновременно переглянулись, хихикая над детским поведением «капитана». — К тому же, у Вас же есть Киндаичи и Куними. И тот второгодка, тоже связующий в вашей команде. — Ты про Яхабу? — обернулся к нему Иваизуми, и Хината закивал головой. — Да, эти трое всегда стараются прислушиваться к тебе. Что ты к Кьётани прилип? — Пусть сначала научится уважать старших, а потом отстану, — скрестив руки на груди, фыркнул Ойкава. — Он не лучше Тобио-чана, если считает, что сильнейшие — главные в этом мире. — Кагеяма до сих пор Вами восхищается, — хмыкнул в кружку Хината, не сводя взгляда с больного альфы. Иваизуми улыбнулся, понимая, что наконец нашёлся тот человек, который открыл Ойкаве глаза. — Он действительно считает Вас сильнейшим, потому что на тренировке он постоянно повторяет, что хочет превзойти Вас. Даже если у него что-то получается очень уж идеально, он постоянно повторяет одну фразу, — Хината приподнял взгляд на Тоору, у которого от такого зрелища мурашки прошлись по коже: — «Я должен стать сильнее Ойкавы-сана». — Ого, — восхищённо присвистнул Иваизуми. — Прямо таким тоном? — Ага, я специально выучил эту его манеру. Ну, знаете, чтобы поиздеваться? — тут же весело ответил Шоё, и Иваизуми понимающий закивал. Хината ещё показал каким букой может становиться основной связующий их команды, из-за чего Иваизуми хохотал, подмечая, что у Шоё отлично получается. За разговорами они оба не обращали внимания на Ойкаву, который после слов Хинаты впал в глубины своих мыслей, очнувшись только тогда, когда Шоё только начал говорить о Бокуто. Иваизуми с Тоору помнили этого парня из Фукуродани, лишь потому что они играли в средней школе друг против друга один раз, и шумного одногодку забыть у них как-то не получалось. — Я не проиграю, — прерывает их разговор Ойкава, и Иваизуми улыбается, понимая, что решимость, которую Тоору потерял уже как несколько недель, вернулась к капитану. Теперь перед ним действительно сидел сам Ойкава Тоору — капитан, ас-сеттер АобаДжосай. — Карасуно так просто не выиграют у нас. — Не сомневаюсь, — хихикнул Хината, широко улыбнувшись. В этот момент он вспомнил о Куроо, поэтому весёлый настрой, к которому он стремился всё это время, резко куда-то ушёл, и Шоё словил взгляд Иваизуми, тяжело вздохнув: — Мне надо кое-что вам рассказать. — Это что-то плохое? — склонил голову к правому плечу Ойкава, сделав первый глоток уже остывшего чая. Хината поднял на него виноватый взгляд, и Тоору приподнял бровь, уже мысленно готовясь к наихудшему. За время их знакомства Ойкава понял, что о своих проблемах Хината предпочитает молчать, даже если ему чертовски страшно. Значит, что сейчас будет что-то плохое для них с Иваизуми, если Шоё решился рассказать им сейчас. — Я не знаю как вы отреагировали бы, услышь это от других, да и про это знают только немногие мои друзья, и команда тоже не знает, хотя я планирую рассказать им потом, и, в общем- — Чиби-чан, — мягко позвал его Иваизуми, и Хината снова встретился с ним взглядом. — Всё будет хорошо. Хината вздохнул полной грудью, зажмурившись со всей силы. Сейчас, после его признания Ойкава с Иваизуми могут от него отстать, и с этим прекратится их дружба, которой так дорожил омега. Сердце в груди забилось быстрее, и Шоё сжал свои брюки, чтобы хоть где-то появилась опора: — У меня появился парень. Стало до предельности напряжённо, и Хината опустил голову ещё ниже, не решаясь открыть глаза, пока Иваизуми с Ойкавой смотрели на него пугающим взглядом. В один миг стало ясно, что пока они дожидались своего времени, появляясь в жизни Шоё только тогда, когда они встречали его на пути, кто-то другой уже успел предложить ему встречаться, и Шоё согласился на это. Перед глазами начали появляться картины, как уходит в тёмную глушь Хината, смотря на них через плечо и его глаза светом блистали в этой темноте, пока другой неизвестный, явно альфа, если судить по телосложению, уводит омегу от них. Они действительно опоздали...? — И кто же он? — еле выдал из себя Ойкава, и Иваизуми несколько раз моргает, чтобы придти в себя. Сердце в груди просто сжалось, принося терпимую боль, и Хаджиме просто тяжело вздыхает, чтобы придти в себя. — Из какой он команды? — продолжает Ойкава, и его голос слышится таким пустым, что Шоё вздрагивает, еле подняв виноватый взгляд на Тоору. Альфа выглядел ужасающе-пугающе, и Хината сглотнул, понимая, что сейчас был не самый лучший момент для признания. — Куроо Тетсуро из Некомы, — сглотнул Хината. Иваизуми вспоминает, как после их прогулки с Кодой, он почувствовал лёгкий запах лаванды на Шоё. Уже тогда было ясно, что если не поторопиться — будет поздно. — Он очень классный. — Классный значит, — хмыкает Ойкава. — Ойкава, — одёргивает его одним своим тоном Иваизуми, и Тоору переводит на него взгляд, словив вытянувшиеся зрачки друга. Они оба сейчас походили на зверей, нежели на людей. — Некома ведь школа из Токио, да? — спрашивает ас команды, и Хината сразу кивает, не зная что дальше делать: уйти или остаться до конца. Куроо Тетсуро из Токио? Мысль о том, что их главный соперник из Токио, резко заселилась в голове Ойкавы, и парень, уже имевший опыт в отношениях, неожиданно жутко ухмыльнулся, из-за чего Хината икнул, не ожидав такого. «Как бы Тетсуро потом не убили» подумалось омеге, когда Ойкава перевёл на него взгляд, более нормально улыбнувшись: — Как насчёт ещё одной прогулки после матча, Чиби-чан? — спрашивает Тоору, и Хината глупо хлопает глазами, явно не ожидав такого от альфы.

***

В какой-то момент Хината подумал, что лучше было сбежать от всего этого, оставаясь дома, в уюте и тепле, пока мама была на работе. Шоё мог бы стать менеджером какого-то другого клуба, скрыться после распускания слухов, не явиться на глаза обществу, потому что омега мог стать мишенью для многих альф и даже бет. Хината вздохнул, упорно пытаясь не обращать внимания на мысли о том, что о нём узнали и в Мияги, и в Токио. Просто сложности на его пути, он справится... Утром его успокоили Эйта с Тендо, постоянно повторяя, что волейболисты Карасуно не дадут в обиду своего товарища, да и в защитниках самого Хинаты Шоё были не только товарищи по команде. И сейчас, стоя перед спортзалом Сендая, где два месяца назад они победили двухметрового гиганта и смогли преоделеть капитана-гопника Иногинами, перед которым Тадаши представился омегой, Хината ощущал себя не в своей тарелке. На них глазели отовсюду, и слухи о десятом Карасуно буквально слышались от каждого уголка. Многие альфы с ехидной ухмылкой смотрели на предполагаемого омегу, разбираясь по внешности, потому что номера футболок сейчас были скрыты под куртками Карасуно. Хината ощущал себя птицей в клетке, но упорно делал вид, что всё в порядке, молчаливо дожидаясь вместе с Ямагучи остальных товарищей. Его зовут Хината Шоё и он полностью провалившийся в скрытности омега, который вместо того, чтобы залечь на дно, решил идти дальше, наплевав на свой страх и риск. Узнала бы мама, прибила бы тут же, а ещё через три дня у него начнётся течка, поэтому утром он выпил достаточное количество подавителей, чтобы запах не пробивался. В умеренном количество, конечно, чтобы не упасть в обморок в какой-то момент и не дать своему здоровью просто упасть ниже плинтуса. — Смотри, смотри, — шепчется сзади кто-то, пока Энношита с Асахи ещё собирались в автобусе. Ямагучи рядом с ним аккуратно бросил взгляд на сплетников, встав так, чтобы прикрыть обзор на Хинату, который был немного бледнее обычного. — Видишь того рыжего? Говорят, что он и есть тот десятый. — Ну, миленький, — хихикает его собеседник, и от этого «миленький» у Хинаты проходит тысяча мурашек по спине. — Давай иди, познакомься с ним, — толкнул своего друга этот парень. Хинате не хотелось оборачиваться на этих людей, которые «шептались» у всех на виду. — Ты же был в него влюблён, как услышал про него. — Нет, иди ты первым, — фыркнул первый и они начали толкаться, шумно шутя друг на другом, и Шоё осмелился бросить взгляд в сторону этих неудавшихся альф. Те — как удачно совпало-то! — встретились с его взглядом одновременно, и что-то заставило их вздрогнуть, заткнув их на долгое время. Хинате не стоило знать, что в этот момент на тех двоих глядел не только он. — Так, — хлопнул себя по щекам Хината, когда заметил с каким беспокойством на него посмотрел Ямагучи. Он настолько сильно ударил себя по щекам, что даже остались красные следы от его ладоней, отчего вздрогнули рядом стоящие альфы. — Мы на месте! — заорал он, обращаясь к Кагеяме и тот от неожиданности кивнул, отступив на пару шагов. Нельзя давать страху волю, иначе все его тренировки будут бесполезными. — Снова спортзал Сендай! — сказал он ради того, чтобы напомнить сеттеру о том, что именно здесь они проиграли АобаДжосай. Кажется, он понял его сразу — по вздрогнувшему телу другого не скажешь. — Мы отыграемся! — заорал он со всей силой, отчего даже Тсукишима хлопнул глазами в растерянности, и, ещё сильнее заорав, Хината развернулся на месте, первым побежав ко входу в спортзал, ошарашив этим не только своих. — Ты рано начал, придурок! — заорал следом за ним Кагеяма, бросившись сразу же. Ямагучи успел только удивлённо выдохнуть, потянув руку за Хинатой, но они с Кагеямой оказались уже на далёком расстоянии. Улыбка сразу же тронула губы беты, когда он понял, что с Хинатой всё будет в порядке. — Похоже Хината и Кагеяма живут на инстинктах, — не удержался от комментария двенадцатый, с каким-то наслаждением смотря на то, как вытягиваются лица наблюдавших, посчитавших, что предполагаемая омега будет сжиматься от такого количества внимания. — Как насекомые, — тут же добавил Тсукишима, и Нишиноя с Танакой рядом с ним прыснули, закрыв рты руками. Сугавара хихикнул, с нежностью смотря на спины своих кохаев, и всего на секунду — на секунду! — закрыв глаза. Дружественная атмосфера, которую Хината неосознанно создал вокруг, вдруг исчезла, когда Шоё вскрикнул, столкнувшись с кем-то, и на данный момент с испугом смотря прямо на Терушиму, который улыбнулся ещё шире, поняв, кто перед ним стоит. Страх вернулся сразу же, и всё тело вдруг задрожало, и Хината широко раскрыл глаза, не сразу понимая, что он сейчас не один. В ушах заложило, и Шоё еле вдохнул воздух, чтобы понять, что перед ним тот альфа, который впервые объявил себя своим запахом на матче с Датэко, а потом с АобаДжосай, и лично явившись только два месяца назад, после победы над двухметровым. — Шоё! — вскрикнул сзади Сугавара, бросившись с Ноей одновременно к нему, и Кагеяма ускорился, чтобы вырвать десятого из рук противного альфы. Ячи растерянно посмотрела на взбешённых товарищей, которые одновременно сдвинулись за Сугой и либеро. — Всегда бей по яйцам, — заговорил в голове голос Куроо. — Этот ублюдок от боли забудет всё на свете, а у тебя время будет убежать, так что действуй по этому методу, если попадёшь в беду. — Уйди от меня! — испуганно заорал Хината, в один миг приподняв правую ногу и со всей силой ударив по яйцам Терушимы. Капитан ДжоДженси в один миг побледнел, от слабости отпуская руку омеги, и Хината тут же оказался позади Кагеямы, когда блондин, издав слабый стон, рухнул на колени, уткнувшись носом в землю. Все альфы, видевшие это, не сдержали дружного вздоха. Сугавара с Нишиноей одновременно остановились, едва сдержав гримасу боли на своих лицах, и Терушима в этот миг взвыл в голос, аккуратно схватившись за своё укромное место. — Он помер? — спросил кто-то из команды ДжоДженси, когда капитан пролежал так несколько минут, а Хината всё так же прятался за спиной Кагеямы, держась за свою сумку, как за спасительный круг. — Кажется, — утвердительно кивнул другой товарищ. — Это за Киёко-сан! — в неверии заорал Хината, после чего испуганно икнул, спрятавшись за спиной Кагеямы полностью, когда Терушима приподнялся с места, еле подняв голову в сторону карасуновцев. Его рука дрожала, но ухмылка на губах буквально заставляла омегу содрогаться. — Ты маленький милый омежка, — начал он, еле сдерживаясь от ругательских слов. Сугавара появился рядом неожиданно, аккуратно обвив запястья десятого и сжимая, показывая, что он рядом и ему не стоит ничего бояться. — Это было неожиданно круто, — продолжал он, и вдруг перед карасуновцами встала девушка в жёлтой олимпийке, глубоко поклонившись, но не сводя взгляда с Кагеямы, так как тот стоял впереди всех. — Простите! — извинилась она сразу же, и Хината растерянно моргнул. — Простите! — О, смотри! — вдруг загоготал кто-то из наблюдавших. — Остановились, прямо в воздухе остановились! — Круто, — протянул другой и Хината оглянулся, сразу же заметив, что в воздухе, рядом с ним, действительно остановились Танака с Нишиноей, которые явно хотели напасть на Терушиму, чтобы защитить своего кохая. — Ну-с, — потянулся заместитель капитана ДжоДженси, наблюдая за тем, как первогодки помогают Терушиме встать, изредка хихикая над глупостью сэмпая, который не ожидал такой ответки от омеги. — Увидимся в первом матче, — махнул рукой он, скрываясь внутри спортзала, следуя за капитаном и оставляя Карасуно в ошарашенном состоянии. Хинате потребовалось несколько секунд, чтобы придти в себя и вздохнуть полной грудью. Терушима ушёл и — о, Боже мой! — он ударил по яйцам альфу, чтобы защититься. Спасибо большое, Тетсуро! (Где-то в Токио, перед матчем с Фукуродани, капитан команды Некомы почувствовал как приятные мурашки прошлись по его коже). — Я только что защитился, — выдохнул Хината, разрушая тишину. — Я только что защитился от Терушимы, — добавил он после, и расхохотался в голос, чувствуя облегчение от всего этого. Сугавара потрепал его по волосам, хихикнув рядом с ним и найдя в этом что-то забавное. В один миг, воодушевленные Кагеяма с Хинатой, которые одновременно подумали, что все их соперники — АобаДжосай, Датэко, ДжоДженси, Вакутани Минами и Широторизава — все они собрались здесь, поэтому никто не удивился, когда они одновременно стартанули со своих мест, позабыв, что случилось несколькими минутами ранее. Тогда, делая шаг за шагом вместе с Кагеямой, Хината чувствовал как крылья позади него потихоньку начинают освобождаться от оков страха. Они победят сегодня и вернутся к АобаДжосай, чтобы получить свой реванш. — Вот это энергия, — выдохнул Суга, отпуская руку, которой несколькими секундами ранее трепал волосы Хинаты. Даичи рядом с ним хихикнул, засунув руки в карманы, и несмотря на довольное состояние, его напряжённая поза говорила об обратном. — Это больше успокаивает нас, — добавил Савамура, Тсукишима позади усмехнулся, и Ямагучи нежно улыбнулся, смотря вслед одногодкам. Асахи выдохнул, собираясь в один миг — Хинате в сто раз хуже, Азумане, ты боишься всего лишь страшных соперников! — и уверенно следует за своими кохаями, заставляя остальных идти за собой, показывая собравшимся здесь, что ас Карасуно — именно он.

***

Может было плохой идеей самому идти в уборную, чтобы не нагружать товарищей, которые пытались придти в себя перед матчем с ДжоДженси. Хината знал, что туалет — это опасное место, где сталкиваешься с опасными людьми. Вспомнить те же моменты, когда они с Ямагучи встретились с капитаном Иногинами, когда на Хинату напал Лев во время гона; когда он впервые встретил Кагеяму или тот случай, когда Шоё случайно забрёл в туалет в школе АобаДжосай, где разговоривали Киндаичи с тем же Кагеямой. Перед тем, как про его сущность прознали все волейболисты Мияги. Ладно, туалет лучше, чем толпа, которая буквально следит за твоими движениями, если ты главная обсуждаемая тема среди них. Бросив взгляд в сторону, заметив, как два волейболиста, нахально глядя ему в лицо, что-то обсуждали, слишком заметно обведя его тело взглядом, Хината дёрнул дверь туалета на себя, но она не открылась. Десятый сразу же нахмурился, снова дёрнув, но дверь не поддалась — закрыта что ли? — Шоё уже двумя руками попытался открыть эту несчастную дверь, используя всю свою силу, когда позади послышался знакомый голос Ойкава-сана: — Ты что делаешь? Шоё икнул от испуга, резко развернувшись на месте и привалившись спиной к двери, а та сразу открылась — в другую сторону надо было толкать! — из-за чего Шоё свалился на грязный пол туалета спиной. Иваизуми тут же дал подзатыльник своему капитану, сделав шаг вперёд и протягивая руку, чтобы Шоё, взявшись за неё, поднялся с места. — Ты чего? — снова спросил Ойкава, когда Хината неловко хихикнул, почёсывая затылок от смущения. — Друзей своих пугаешься уже, — фыркнул Тоору, на что Шоё снова посмеялся. — Слышал, вы победили двухметрового парня, — с улыбкой протянул Иваизуми, когда Ойкава всё же извинился перед Шоё. — Молодцы, — похвалил он в момент, когда Шоё улыбнулся ему, смущённо отпустив глаза. — А ты, Чиби-чан, раздражаешь на матчах, — жутко ухмыльнулся Ойкава, наклонившись к Хинате, отчего тот испуганно отступил назад. Иваизуми бросил на друга грозный взгляд, но Тоору на это даже внимания не обратил. Вчера Ойкава действительно сильно напугал Хинату одним своим видом. — Может где-то тебя закопаем? — спросил он таким загробным голосом, и Хината, икнув, снова сделал шаг назад, случайно столкнувшись с кем-то позади себя, который очевидно выходил из туалета. — Прошу... — Хината неожиданно замолк, когда поднял взгляд на незнакомца позади себя, уже в третий раз испугавшись за это время. Его глаза широко раскрылись от неожиданных встреч около туалета, от чего приманка мысленно обещал себе больше не ходить в туалет в одиночку. — ...прощения, — закончил предложение рыжий, и Ушиджима опустил на него взгляд, одним своим видом показывая, что он не слабый такой альфа. — Хината Шоё, — кивнул он в качестве приветствия, лишь потом подняв взгляд на резко помрачневших Ойкаву с Иваизуми, которые сейчас могли бы сняться в любом фильме ужаса. — И Ойкава с Иваизуми. — Как свезло то, а? — издевательски хмыкнул Ойкава, схватив за запястья Шоё и оттянув его назад, спрятав за свою спину. Хината подумал, что что-то он слишком много прячется за спинами других. — Да уж, — фыркнул следом Иваизуми, толкнув Тоору в сторону, чтобы тот полностью закрыл собой Хинату. — Удачное время. Между ними пробежал холод, и Хината позади Ойкавы испуганно икнул, снова издав какой-то неизвестный звук. Ушиджиму он боялся только из-за того, что альфа был слишком большим, хотя Тендо с Эйта-саном постоянно твердили, что он очень хороший. Может это было из-за того, что первое впечатление Хинаты о нём было не очень хорошим, может Шоё нужно было время, чтобы привыкнуть к альфам, но сейчас, стоя позади Ойкавы, он ощущал себя защищённым, хотя из последних сил хотел бы оказаться перед Ушиджимой и заявить ему в лицо, что Карасуно одолеет Шираторизаву. — Это ваш последний турнир в старшей школе, — говорит Вакатоши, и Хината вздрогнул всем телом, только сейчас понимая, что после этих отборочных третьегодки АобаДжосай больше не сыграют с ними. А Ойкава-сан с Ива-чаном никогда ведь не были на национальных, как и третьегодки Карасуно. — Желаю вам удачи, — говорит капитан Шираторизавы. Это слышалось так, будто бы Ушивака над ними насмехается. — Ты меня реально бесишь, — зарычал Ойкава, двинувшись вперёд, но Хината успел схватить его за мастерку, оттащив назад, чтобы из-за внутреннего альфы Тоору не полез в драку. Хаджиме ничего на это не сказал, но судя по клыкам, которые у него начали удлиняться, он тоже был на грани. Шоё в один миг схватил за локти обоих старших, чтобы те не натворили глупостей из-за оскорблённых чувств. — Мы пройдём на национальные, — прорычал следом Иваизуми, не двинувшись вперёд, потому что позади его держал Хината, не давая и шагу сделать. — Так что не последний. — Ойкава-сан, Ива-чан, — прошипел Хината, когда оба представителя сильного пола дёрнулись вперёд, пока Ушивака, полностью развернувшись к ним, говорил очевидное: — На национальные из отборочных пройдёт только одна команда. — Да Господи, — прошипел Хината, оттягивая руки альф назад, когда те снова дёрнулись, чтобы подойти к Ушиваке. — Вы же старше меня, а ведёте себя хуже пятилеток. Толпа вокруг них вдруг зашумела, наконец заметив, что около туалета, куда Хината всё ещё хотел зайти, собрались узнаваемые личности. Он бы оставил Ойкаву с Иваизуми, если бы они не были так близки. Бросать их в такой ситуации было бы самым последним, что сделал омега, поэтому держа язык за зубами, Хината не давал альфам выйти вперёд. К тому же, он чувствовал себя виноватым после вчерашнего признания, хотя он знал, что это было глупо. — О, это же десятый из Карасуно! — заметил кто-то из толпы и Хината мысленно взвыл, уже подустав от такого внимания. — Они за него дерутся что ли? Чего он держится за их руки? — Не даёт случиться драке, — фыркнул кто-то другой. — Им бы в одной комнате запереться. Нужно было как-то обратить внимание знакомых альф на себя, сказать что-то, чтобы и Ушиджима заткнулся. Хината понимал, что так просто это не получится, потому что ни Ойкава, ни Иваизуми, которых он держал за локти, пытаясь остановить, сейчас вообще на него внимания не обращали, разозлённые на Ушиваку, который то ли специально, то ли просто случайно ковырял раны третьегодок АобаДжосай. — Победит всё равно Карасуно! — заорал Хината, и оба альфы АобаДжосай остановились, переведя на него пугающий взгляд, и вишенкой на торте стал сам Ушиджима, уже пугающий одним своим ростом, что тут говорить о взгляде. Хината отступил назад, отпуская руки альф и приподняв руки в защитном жесте, когда неожиданно столкнулся спиной ещё с кем-то — да сколько можно?! — сразу же извиняясь за свою невнимательность. Аонэ... Здоровяк из Датэко появился как раз-таки вовремя, и Хината ощутил такое облегчение от его присутствия, что вздохнул полной грудью. Кто-то из толпы прошептал что-то вроде «Битвы Титанов» и Хината не мог не согласиться с этим. Он своим ростом и телесложением сейчас был самым маленьким среди таких больших альф, как Ива-чан, Ойкава-сан, Ушиджима и Аонэ-сан. — Кто бы это ни был, — пафосно начал Вакатоши, и Хината снова почувствовал облегчение, когда взгляды альф снова были скрещены на Ушиджиме. — Мы принимаем вызов, — и так же пафосно ушёл, оставив их в лёгком замешательстве. Аонэ неожиданно поклонился, когда Хината повернулся к нему, и Шоё не сразу поклонился в ответ, приветствуя друга из Датэко. — Неприятный тип, — фыркнул Ойкава, открывая дверь в туалет в правильном направлении. Хината смущённо покраснел, когда Тоору кивнул головой вовнутрь, и Шоё послушно юркнул, стараясь скрыться от глаз сплетников. Иваизуми с Ойкавой зашли следом, и Аонэ тоже, пока Хината сразу вытаскивал из кармана фильтры, чтобы надеть. В туалете как раз никого больше не было, чтобы увидеть все махинации омеги. — Больше в туалет один не пойду, — фыркнул Хината, когда Иваизуми встал рядом с ним около зеркала. Макушка Аонэ виднелась из кабинки, и мысленно Шоё завидовал росту здоровяка. — Не ожидал, что всё обернётся таким образом. — Извини, — альфа виновато бросил взгляд в сторону омеги, пока Хината пытался поудобнее устроить внутри носа фильтр, корча лицо, более походя на клоуна, который разговаривал с очень серьёзным асом АобаДжосай. — Мне не стоило выходить из себя. Ты- — Да что там, нормально всё, — махнул рукой Хината, наконец, почувствовав, что фильтры встали нормально. Запах исходящий от Иваизуми резко исчез, и Хинате потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к этому. Как беты ходят с таким нюхом? — Вас можно понять, я бы тоже не выдержал, если говорили такое мне. — Говоришь, как взрослый, Чиби-чан, — хихикнул Ойкава, появляясь позади Иваизуми, вымывая руки и приглядываясь к себе в зеркало. Он шутливо фыркнул, когда Хината брызнул на него холодной водой, но всё же дружескую атмосферу Ойкава окончательно вернул. — Рад, что Вы поправились, — напоследок улыбнулся Хината, когда рядом с ним встал Аонэ, чтобы помыть руки. Ойкава тепло улыбнулся в ответ, когда дверь туалета шумно открылся, являя взору трёх альф и омеги тяжело дышащего Сугавару, который, заметив ошалелого Шоё, облегчённо выдохнул, после чего целеустремлённо подошёл к кохаю, оттянув за ухо. — Ты чего ушёл без нас? — начал ругать младшего Сугавара, и начал вести его к выходу, на что Хината покорно последовал, прошипев от боли. — А если в беду попадёшь, что тогда? — Ничего же не произошло, — слабо запротестовал Хината, когда за ними закрылась дверь, оставив в туалете троих альф, которые не ожидали такое представление. Ругань старшего сеттера ещё немного слышалась за дверью, пока не стихла окончательно, позволяя шуму толпы заполнять пустующие кабинки уборной. — Он похож на мамочку, — прокомментировал в этой тишине Иваизуми и Ойкава прыснул, не выдержав такого сравнения. Аонэ последовал за карасуновцами к выходу, оставив третьегодок позади.

***

— И всё же омегой оказался тот десятый, да? — устало вздохнул капитан Иногинами, приложившись затылком к стене. Товарищ по команде сочуственно похлопал старшего по плечу, с едва заметным беспокойством следя за тем, как устало закрывает глаза капитан. — А двенадцатый неплохой пацан. Красивый. — Можно ли считать тебя геем? — неудачно попытался пошутить один из товарищей, и капитан взвыл в голос, закрыв лицо. — Ладно, это было неудачной идеей. Ты хоть вспомни про того лысого! — Да! — подключился к нему четвёртый, со всей силой ударив по плечу капитана, чтобы тот на что-то отвлёкся. — Этот Ямагучи тебя не достоин. — Это я его не достоин, — взвыл капитан, упав на бок. — Вы видели как он смотрел на десятого? Того раздражающего! Он ведь говорил прямо, что омега — это он, а я поверил бете. Ямагучи-сан влюблён в омегу. — По сути он прав, — согласился тот недошутник. — Такой взгляд не у каждого увидишь. Пацан-то по уши влип. — Вот, вот, — кивнул третий. — Тут вообще-то человеку плохо, — напомнил о состоянии капитана второй парень, и в момент известный гопник взвыл в голос в очередной раз. Товарищи по команде тихо рассмеялись над этим, но ничего не сказали, покорно замолчав, чтобы душевное равновесие главного пришла в норму. К тому же, кто сказал, что первая любовь всегда оказывается удачной?