Обратись ко мне снова ударом.

Первый день в новом учебном году выпал на понедельник и от того казалася ещё более тяжёлым. И словно проклятым свыше. Распахнув дверь с ноги, в класс ворвался высокий юноша с пепельными волосами. По его виду трудно было сказать, что он пришёл в школу — белая рубашка не застегнутая даже на одну пуговицу, мятые чёрные брюки и отсутствие форменного пиджака. А за ним не торопясь зашли ещё двое учеников и, в отличие от эпатажного одноклассника, их вид был весьма презентабельным — по крайне мере их торс был скрыт от глаз юной миловидной учительницы. Но никто из троих даже не обратил внимание на то, что урок начался минут так тридцать назад. И пока Дейдара провожал своими широко распахнутыми от удивления голубыми глазами опоздавших, его взгляд случайно столкнулся со взглядом Акасуно. Тот прищурился, глядя на блондина-новичка с длинными распущенными волосами, сидевшего в середине третьего ряда и словно оценивающим взглядом пробежался по нему сверху вниз. Попав в поле зрения красноволосого парня, имевшего не самую лучшую репутацию по местным школьным слухам, Тсукури резко отвернулся в другую сторону. По тем же слухам в этой троице каждый друг друга стоил: забивший почти всю спину в свои шестнадцать и даже имевший татуировку в виде шва на шее Какузу был кошмаром всех преподавателей. Он редко появлялся в школе и, поговаривают, имел неплохой доход с какого-то своего дела; Хидан — главный нарушитель школьных правил, официальный организатор всех драк в пределах не только этой школы, но и всего района. И… Сасори — колкий на слова и холодный в общении, союзник двух высоких и мускулистых подростков. Он от них хоть и отличался более «хрупким» на вид телосложением, но в общую атмосферу по первому впечатлению вписывался на отлично. — Это ещё кто? — усаживаясь за парту к Хидану, спросил Акасуно и перевёл взгляд на новичка, — кто вообще переводится в последний год обучения? — Б*я, да ты на его патлы посмотри, — усмехнулся Хидан, закидывая ноги на парту, — он из этих пи*орасов, я тебе отвечаю! — Сасори, Хидан, замолчите, — грозным голосом ответила не такая уж и хрупкая учительница, как могло показаться на первый взгляд, — высажу вас на домашнее обучение —даже не успеете моргнуть! Или будете сидеть после уроков столько, что потом сил разговаривать вообще не будет. Парень с красной макушкой лишь закатил глаза и затем обратно уставился в экран мобильного телефона. Ему явно не было интересно всё то, что происходило в кабинете английского языка. Что угодно — лишь бы его не задевало. В своём абсолютном спокойствии и в особенной отстранённости от происходящего. Для Дейдары урок пролетел практически незаметно. Он думал больше о том, как его примет коллектив. В предыдущей школе все закончилось для него довольно плачевно — так, что ему пришлось сменить место обучения перед последним годом обучения. Здесь он твердо решил не заводить близких отношений и никому не доверять. Дей как никто лучше понимал, чем это всё может кончиться снова. Он просто надеялся закрепить за собой нейтральный статус и быть «невидимкой». Всего один год — нужно просто чуть-чуть потерпеть. Хватит с него разборок и побоев. «Только бы не было проблем с этими тремя…». Волнение всё равно накатывали в мыслях Дейдары и рисовали в его воображении не самые приятные картины. Испытывать страх до удара — это нормально? До того, как ты увидишь летящий в голову кулак? И такой ли сильный был страх получить именно физическую боль? На перемене, как и на последующих уроках к Тсукури никто не подошёл, чему тот был предельно рад. Нет общения — нет конфликтов. Даже элементарный интерес к новичку в этом классе проявлялся слабо. Простое правило казалось блондину залогом успеха. Несмотря на то, что вначале его немного напугала та троица, что выглядела как шайка юных бандитов, сейчас он даже не думал о них. Хотя это ложь. Ведь тот красноволосый юноша со стеклянными карими глазами… Почему он так смотрел на него? Словно одним взглядом мог зафиксировать любого человека, попавшегося в ловушку его чёрных зрачков. Вторник лёгкой рукой сменил ничем непримечательный понедельник. Зайдя в школу, Дей сразу обратил внимание на то, как некоторые пронизывают его оценивающими взглядами. Коридоры школы наполнились смешками и перешёптываниями. Блондин сразу понял в чём дело и, сжав кулаки, быстрым шагом направился в класс. Он надеялся, что его прошлое останется в пределах старой школы, но… С другой стороны — ему ли не знать о том, что ничего не бывает так, как хочется. Не обида. Не разочарование. Только усталость. Он пытался понять, как эта информация попала в эти стены, но количество предположений быстро перевалило за десяток. И тогда Тсукури бросил эту идею, осознав её бесполезность. Класс был ещё наполовину пуст, а до начала урока оставалось достаточное количество времени. Эти минуты казались невыносимыми и Тсукури молился на то, чтобы дурацкий день поскорее закончился. Несмотря на то, что пока никто не проявлял к нему прямой агрессии, находится в помещении, где большинство знали то, чего бы Дею не хотелось, было не очень комфортно. Блондин сидел буквально на шипах и чувствовал неодобрение с каждой стороны. Даже та мелкая девка за первой партой… «Что ей-то от меня нужно? Почему она смотрит на меня? — Тсукури пытался спрятать своё лицо за длинной золотистой чёлкой, — может скоро всё поутихнет и они позабудут этот повод для обсуждений». Буквально под мелодию звонка на урок в класс зашёл Сасори. Он остановился напротив парты Дейдары. Сегодня, на удивление, юноша был один — без компании своих высокорослых дружков. Блондин отвёл взгляд в сторону, не желая даже слышать то, что ему сейчас скажет этот парень. — Мерзкий, — лишь фыркнул Акасуно, проводя ладонью по парте нового одноклассника, — ты просто отвратительный. — Сасори, отойди от Дейдары, — в класс вошла учительница и, увидев напряжение между двумя учениками, решила остановить накал страстей, — сейчас же урок начнется. Лучше готовьтесь к занятию. Неприятный тип проследовал в сторону своего места, оставив блондина наедине с собой. Тсукури же попытался отвлечься от дурных мыслей, погрузившись в учебник. Но он ничего не понимал. Читал информацию, он не запоминал ни слова. Буквы растворялись прямо на его глазах — единого текста никак не получилось. Вновь и вновь перечитывая предложения заново, Дей просто ждал начала урока и конца этого грёбанного дня. К облегчению новенького, ни Какузо, ни Хидан так и не появились в школе. Всё-таки реакции подобных персон он опасался больше всего. Вспыльчивые, непредсказуемые… И, несмотря на общее спокойствие, — в отличие от того же предыдущего места его обучения, Тсукури всё равно было не по себе. Он понимал, что этот стремный тип с красными волосами не оставит его в покое. Уж слишком его взгляд был… Маниакальным? К последнему уроку бурные обсуждения за спиной блондина прекратились и он даже перестал слышать своё имя. Он почувствовал, что этот день дался ему слишком легко. Что реакция большинства была действительно адекватной и тихой на такую новость. Уже одеваясь в раздевалке, Дейдара словил себя на мысли, что чувствует чей-то пристальный взгляд у себя за спиной. Замотав шею шарфом и застегнув пуговицы на красном пальто, блондин повернулся лицом к сверлящему его взглядом Сасори. — Что тебе нужно? — спросил у одноклассника Тсукури. В его голосе читались нотки волнения и это не скрылось от внимания Акасуно. — Просто шагай за мной, — спокойным голосом ответил красноволосый и последовал на выход. — Зачем? — Покажу тебе места, где не стоит появляться таким как ты, — сказал Сасори и, накинув капюшон на голову, вышел на улицу, — у тебя нет вариантов. Дейдара настороженно шёл за одноклассником - он чувствовал неприятную атмосферу, но также понимал, что один Акасуно ничего не сможет ему сделать. Ведь Тсукури был выше и мощнее по телосложению. И единственное, чем пугал Сасори — так это своим взглядом. За столько лет Дей научился давать отпор некоторым обидчикам, но ему всё ещё тяжело давалось это морально. Стоило им зайти в ближайший двор возле школы, как Сасори сразу схватил блондина за шею своей на удивление крепкой рукой. — Просто переведись в другую школу так же, как ты перевёлся сюда, — сквозь зубы процедил хулиган, — иначе тебе же будет хуже. Отцепив от себя бледную руку Акасуно, Дейдара быстро пошёл в сторону своего дома. «Его что… Прикалывает так себя вести? — прячась носом в шарф, думал блондин, — Он же выглядит как чёртов маньяк». Тсукури не впервые слышать подобные слова и, конечно, он не смог бы поменять школу ещё раз. Всё что случилось — случилось, и либо школа примет его таким — со всеми переписками и фотографиями, либо ещё год своей жизни он проведёт в травле. «Почему всем есть дело до личной жизни посторонних людей?» — этим вопросом задавался Дейдара всю дорогу домой, да и вообще последние несколько лет своей жизни. Но вот ответа на это ему получить ещё ни от кого не вышло. В мире, где людей осуждают за их выбор — мира не будет. Вторник плавно перетёк в среду бессонной ночью блондина. Собирая утром портфель в школу он заметил, как его руки дрожат. Он почувствовал страх перед возвращением в те кабинеты. Дейдара чувствовал, что давление оказанное Сасори подействовало на него. Натянув на себя черные брюки, голубую рубашку и пиджак, Дей был готов выходить. Но он оттягивал каждую минуту — по несколько раз проверяя тетрадки и учебники, ходя по кругу около своей кровати. — Чёрт! — вслух выругался Тсукури и плюхнулся на незаправленную кровать. Вообще в его комнате был нехилый такой беспорядок — обклеенные плакатами стенами, валяющаяся по полу одежда, любимые с детства наборы бенгальских огней и различных петард. Несколько пустых кружек около незакрытого ноутбука, и там же пустая коробка от лапши быстрого приготовления. Пару сумок около стола и мусорный пакет у выхода из комнаты. Всё же выйти из дома ему было нужно. По дороге в школу он несколько раз думал свернуть в какой-нибудь дворик и там проседать эти шесть часов. Но Дей прекрасно понимал, что в последний год обучения, да ещё и новенькому, никто такого с рук не спустит. А усугублять ситуацию ему очень не хотелось. Находясь неподалеку от школы, Тсукури заприметил выдающуюся троицу, слухи о которой он читал и в интернете, и от «первых лиц» в первый учебный день. Да и от общения с одним только Акасуно было не по себе, что уж можно было подумать о его приятелях. Опустив голову вниз, Дейдара решил поскорее пройти мимо одноклассников. — Куда бежишь, пидор? — буквально схватил за плечо блондина и усмехнулся Хидан, — С таким рвением в школу, да ты просто пи*дец. На твоём месте я бы из дома вообще не выходил. Тсукури отмахнулся от навязчивого хулигана и сделал несколько шагов вперёд. Но с ног его свалил оглушительный удар. Может, в размерах тот платиновый хулиган и уступал Какузо, но силы у него было немерено. Лёжа на асфальте, Дейдара даже не решался встать. Он знал, что кто-то из этих двоих снова повалит его на Землю. Хотя сейчас даже низкорослый Акасуно вызывал опасения у блондина. Поднимая свой взгляд, Тсукури снова врезался в полные презрения глаза Сасори. Ни капли сочувствия, ни капли понимания — холодный взгляд человека, не имевшего понятия о том, каково это — быть предметом травли. — Мы на территории школы, заканчивай, — спокойно произнёс Какузо, глядя как его седовласый дружок уже был готов пнуть ногой блондина. — Ай, чёрт с тобой! — выругался Хидан, опуская ногу на землю, — Ещё из-за такого пид*раса как ты сидеть в кабинете директора. Сасори же всё это время не сводил взгляда с Дейдары. Казалось, он мог сожрать своими глазами кого угодно, и именно это по-настоящему пугало. Тсукури медленно встал с асфальта и отряхнулся. Никто даже не подошёл помочь ему. Вот она — подростковая бессердечность. Быть в стороне — быть наблюдателем — быть соучастником. «Почему он так смотрит на меня? Что я сделал ему?» — задавался вопросами Дей и в тоже время понимал, что вряд ли получит на них ответы. Да и заводить беседу ради выяснения сомнительных причин — плохая идея. Акасуно действительно был странным, его поведение не укладывалось в голову Тсукури. Спокойный и даже рассудительный на вид. Этот красноволосый парень вообще не был похож на других обидчиков. Да даже на собственных приятелей. Что-то в нём было не от этого мира. Не от этих людей. Как ни странно, весь день троица вела себя покладисто по отношению к блондину — ни на одной из перемен их не было даже рядом. Их вообще не интересовало наличие новичка в стенах их школы. Ну, а с последнего урока в целях собственной безопасности Дейдара отпросился пораньше. Покидая класс, он напоследок взглянул на Сасори — тот отрешённо смотрел в окно сидя на одной из последних парт. Ему было совсем не до этой суеты — он думал о чём-то другом. О чём? Заметив на себе пристальный и любопытный взгляд блондина, Акасуно презрительно прищурился и, опустив брови, что-то прошептал себе под нос. Дей почувствовал нечто неладное, но не знал, что именно, поэтому поспешил покинуть помещение. Выходя из общей раздевалки его нового класса, он каким-то немыслимым образом заметил, что куртки, которые утром он заприметил на Хидане и Какузо просто отсутствовали среди всех вещей. Тсукури пытался успокоить себя тем, что они просто повесили их в другое место, но тщетно. Теперь эта мысль барабанов ему страшный ритм у виска. Он не мог успокоиться и уже на выходе из здания школы понял, что его сердечный ритм явно превышает сотню ударов в минуту. Дейдара сжал кулаки и попытался взять себя в руки, но чувствовал как опасность приближалась к нему с каждым шагом. «Может стоило задержаться в школе? — подумал про себя блондин, прячась носом в свой красный клетчатый шарф, — дурное предчувствие». Стоило Тсукури шагнуть за периметр школы, как резко выскочивший откуда-то Хидан буквально схватил и без того зашуганного юношу за ворот его голубой рубашки, торчащей из-под тонкого серого пальто. Блондин ошарашенно смотрел на седовласого парня, резко крепко прижавшего его к наружной стороне школьной стены. — Идиот, — буквально прорычал по слогам Сасори, выходя из-за угла к Дею и Хидану. Его карие глаза буквально были готовы высверлить дыру на лбу несчастного блондина.