Человеческий выбор

      Дин рухнул на скамью за самым дальним столом таверны у пылающего камина, уложил рядом меч в ножах. Вокруг шумели люди, громко смеялись и пьянствовали, не обращая внимания ни на кого вокруг. Дин укутался в походный плащ и, разморенный теплом камина, против воли задремал. За окном стояла глубокая ночь.       - Эй, красавчик!       Дин распахнул глаза. Напротив него, уперев руки в пышные бока, стояла хозяйка таверны, низенькая женщина в годах, чья объемная грудь почти вываливалась из глубокого декольте простецкого платья.       - У нас тут не спят, - громко заметила хозяйка. – Заказывай еду или проваливай. А если нужна комната, так мой муж, Билли, сдает наверху парочку, но тебе обойдется это в кругленькую сумму. Времена нынче тяжелые, сам понимаешь.       - Принеси мне свой лучший пирог, самую большую кружку пива и полную тарелку гренок, - лениво отозвался Дин.       Хозяйка смерила его подозрительным взглядом, но кивнула и удалилась, на ходу раздавая шумящим пьяным мужчинам нелестные замечания.       Дин медлительно огляделся. Есть он особо не хотел, но ему нужно было хотя бы час расслабиться и не думать ни о чем, и таверна с ее привычной обстановкой, напоминающей былые времена, способствовала этому.       Хозяйка вернулась быстро. Она с грохотом поставила перед Дином деревянную тарелку, полную гренок с солью, горячий ягодный пирог и внушительную кружку пенящегося пива, которое тут же выплеснулось и побежало по столешнице. Под все тем же подозрительным взглядом Дин кинул хозяйке пару монет. Та хмыкнула и исчезла.       С первым глотком пива жизнь стала налаживаться, и Дин расслабился, откинувшись на спинку.       Он почти опустошил кружку, когда услышал, как кто-то вскрикнул за соседним столом.       - Говорю тебе, тупая твоя головешка! – с жаром воскликнул плотный бородатый мужчина. – Помяни мое слово, Роджер, я не стал бы вам лгать! Я видел этого парня вот этими самыми глазами.       Еще несколько мужчин, сидящих рядом с ним, засмеялись.       - Не верите? – оскорбленно спросил крикун. – Ну и ладно! Но я знаю, что видел. Он словно по волшебству уложил сотню гоблинов. Один! Мечи в его руках мелькали как вспышки молний, я никогда не видел, как сражаются в две руки, но он делал это играючи.       - Ну да, - протянул тот, к кому обратились по имени Роджер. – Один против сотни гоблинов? И выжил?       Дин невольно прислушался.       - Выжил! Он шествует по деревням, предупреждает людей об опасности, говорит им спасаться. Он пришел в мою деревню за несколько дней до того, как гоблины сожгли ее подчистую. Он учил нас рубить мечом и стрелять из луков, чтобы хоть как-то защититься. Если бы не он, мой сын не выжил бы! Джонни не знал, как чистить картошку и держать нож, а тут во время атаки зарезал гоблина! Не верите?       Мужчины ответили ему новым приступом смеха.       - Ну и ладно, - пробубнел бородач и тяжело рухнул обратно на скамью. – Только ходят слухи, что есть в нем что-то нечистое, уж слишком пристальный у него взгляд. Когда он смотрит, будто душу из тебя вынимает. Этот его лук с белоснежными стрелами, никто раньше не видел таких. И имя у него диковинное, не наше. И пришел с востока, из леса у Каменной Цитадели…       Он поперхнулся своими словами и опрокинул на пол пиво, когда Дин, слоило ему услышать о Каменной Цитадели, подскочил к нему и схватил за грудки.       - Как его имя? – рявкнул Дин, встряхнув мужчину как куклу.       - Что за… - бородач непонимающе захлопал глазами. - Кто ты…       - Как его зовут? – снова тряхнул его Дин. – Того, о ком ты сейчас говорил.       - Сумасшедший? – пробормотал мужчина. – Я не помню! Отпусти меня, псих!       - Имя! – прорычал Дин, с угрозой глядя на него.       - Я не помню! Что-то на К…       - Кастиэль?       - Да! Да, точно. Откуда ты…       - Где он? Где ты видел его в последний раз?       - По северной дороге в паре дней пути…       Дин резко оттолкнул его от себя, подхватил меч, позабыв о недоеденном ужине, и выскочил на улицу под удивленными осуждающими взглядами и шепотом, несущимся ему в спину. Дин вскочил на лошадь и рванул к северной дороге что есть мочи.       За прошедший год не было и дня, когда он не думал о Касе. По пути из эльфийского леса домой он каждую минуту вспоминал синие глаза, застывшую в них боль после резких слов и то, каким холодным стало лицо Каса, когда он явился в темницу. Быстро помогая Сэму и Джесс собираться, чтобы отправиться на юг, Дин думал о том, что эльфы, должно быть, уже покинули эти земли и отправились восвояси.       - Ты нравишься ей, - заметила Джесс, присев на мгновение, чтобы перевести дыхание, пока Сэм продолжал скидывать в телегу все вещи, которые понадобились бы им в долгом пути.       Дин тогда только улыбнулся. Он сидел на крыльце, наслаждаясь свежим ветром и ощущением солнечных лучей на своей коже. И держал в руках спящую Кейси, малышку-племянницу, которая крепко держалась крошечным кулачком за его большой палец и сладко причмокивала во сне. Дин влюбился в нее в первое же мгновение, стоило Сэму перестать обнимать его, а Джесс причитать, что он жив и здоров. У Дина было немного времени до того, как рассказать им всю правду о том, где он провел последний год, и это время он использовал, чтобы подрагивающими руками в самый первый раз взять годовалую Кейси, которая смотрела на него настороженными карими глазами.       - Привет, - сказал Дин, глядя на нее. – Привет, малышка. Здравствуй. Какая же ты красивая. О, Кейси…       Дин прижал ее к груди, крепко зажмурившись, чувствуя, как в уголках глаз собираются слезы. Он не верил, что этот момент когда-то настанет. Не думал, что доберется до Сэма, увидит его живым, а деревню – все еще целой и невредимой. И теперь, когда он держал племянницу, все оказалось реальным. Надежда еще была.       Кейси в его руках неуверенно хныкнула, а потом разразилась оглушительным плачем. Она рыдала, пока Дин не отдал ее Джесс, которая принялась укачивать ее, похлопывая по спине.       - Она привыкнет к тебе, - пообещал Сэм. – Ты для нее незнакомец, дай ей время.       Кейси привыкала к Дину, пока он рассказывал, что случилось. Она несмело улыбалась, когда он жонглировал яблоками, пока Сэм и Джесс о чем-то громко спорили, закрывшись в спальне. Она звонко смеялась, когда Дин корчил ей рожи, пока Сэм впрягал лошадь в телегу и готовился отправляться на юг.       - Защищай их, - велел ему Дин, поглаживая фыркающую лошадь по лоснящемуся боку. – До последнего.       - Ты не поедешь с нами? – удивился Сэм.       - Я буду на шаг позади, - улыбнулся ему Дин и бросил взгляд на меч, который лежал у входа в дом. – Я не позволю ни одному гоблину приблизиться к вам.       - Тогда я пойду с тобой, - упрямо вскинул подбородок Сэм. – Так будет надежнее.       - Нет, - уверенно отрезал Дин. – Джесс сможет защитить себя? Что, если гоблины нападут неожиданно? Кто прикроет ее и Кейси? Ты должен быть с ними. А я присмотрю за вами всеми.       - Это безумие. Чистое безумие.       - Не безумнее эльфов, верно, Сэмми?       Эльфы не верили в людей. Эльфы очень серьезно недооценивали их – вот что было правдой. Стоило первой волне гоблинов атаковать западные поселения, после первой паники люди объединились. Они брали оружие, точили мечи, натягивали луки и сражались до последней капли крови. За прошедший год гоблины, чей план смести волной всех людей провалился, проигрывали. Но и победой людей назвать это было нельзя. Земля пропиталась горячей кровью павших солдат, поля были сожжены и разорены. Голод, воцарившийся практически повсеместно, выкосил тех, кому посчастливилось выжить в бою.       Дин все еще сражался. Он не собирался сдаваться. Он обзавелся новыми шрамами, но дух его не угас, наоборот, пылал жаждой жизни так, как никогда прежде.       И все же он думал о Касе. Перед сном, перед тем, как провалиться в мягкую пустоту, Дин думал о его улыбке, о прежних теплых взглядах, о редких моментах, когда он смеялся. Он представлял, как Кас мог бы быть сейчас рядом с ним. Не лучшая судьба и не самая красивая сторона человеческой жизни – перебиваться черствым хлебом, пить грязную воду и ночевать где придется, дожидаясь новой стычки, но Дин был уверен, что Касу и это бы понравилось.       Но Кас ушел. Он стал королем и увел свой народ далеко, туда, куда не дотянется гоблинская рука. Дин даже не знал, куда ушли эльфы. Перешли через высокие восточные горы, покрытые снегом и подпирающие небеса, или уплыли за море на своих кораблях? И в том была целиком вина Дина, в том, что он позволил Касу уйти. Нужно было сказать ему многое. Вымаливать прощения за собственные слова, держать за руку и убеждать идти в мир людей, а если не послушается – схватить и силой увести за собой, удерживая от неправильного решения. Но Дин не сделал ничего – и в том была вина, которая всем своим весом ежесекундно давила на Дина.       А теперь Дин несся по пустой дороге, и пыль взметалась клубами под копытами лошади. Кас ведь ушел. Как и все эльфы. Как он мог быть здесь, среди людей, когда еще год назад должен был покинуть эти земли? Нет, это не мог быть он. Он принял свою судьбу, он стал эльфом, он выбрал это, он не мог остаться. Или мог?       Дин загнал лошадь и сам едва держался в седле, сделав лишь один короткий перерыв на пару часов сна, но на рассвете второго дня увидел на горизонте очертания небольшой деревушки и рванул туда. Чем ближе он подъезжал, тем отчетливее видел, что за деревенькой, за дальним холмом, поднимается ввысь темный дым.       Он соскочил с лошади, стоило ему добраться до первого дома, и отпустил ее побродить по свежей траве среди деревьев. Сам же устремился вперед. Жители сновали туда-сюда, не обращая на него никакого внимания. Тощие, тихие дети помогали суетящимся матерям собирать вещи, мужчины запрягали лошадей и готовили оружие.       - Эй, - Дин подошел к юному парнишке, который сидел на крыльце дома и гладил по загривку грязную собаку. – Привет. Что происходит?       - Гоблины, - пояснил тот. – В нескольких часах отсюда. Нужно убираться, пока не поздно. У них отравленные стрелы и дикие волки. Мы вот-вот выдвигаемся.       - Откуда вы знаете?       Парнишка поднял голову и прищурился.       - Я не видел тебя здесь, - грубовато сказал он. – Иди своей дорогой.       - Кастиэль здесь? – потеряв терпение, прямо спросил Дин.       - Кто?       - Эм… Примерно такого роста, - Дин указал ладонью на пару сантиментов ниже себя. – Синие глаза, темные волосы. Отлично стреляет из лука.       - О, - понимающе протянул парнишка и ткнул пальцем куда-то между простеньких домишек. – Ты про него? Он не назвался. Это он сказал нам о гоблинах. Приехал пару часов назад, сказал нам, что пора уходить, и тут же из-за холма повалил дым. У меня друг был в той деревне, - парнишка сморгнул слезы и усиленно принялся гладить собаку.       Дин сочувствующе похлопал его по плечу и тут же бросился в нужном направлении. Его голова была пугающе пустой, пока он петлял между паникующими людьми, которые цепочкой выдвигались в путь.       - Быстрее! – услышал он до боли знакомый голос. – Поторопитесь. У нас мало времени. Берите только самое нужное. Скорее!       Дин замер. Потому что на пятачке, который служил главной деревенской площадью, стоял Кастиэль. Его лицо выражало крайнее беспокойство. Он подгонял женщин, внимательно смотрел, чтобы все успели собраться. Под уздцы он держал ослепительно белоснежного коня, который ярко контрастировал с окружающими его бедностью и грязью.       Голова Дина закружилась. Это видение, призрак прошлого? Кас снился ему, приходил в самых сокровенных снах, никогда ничего не говорил, только ласково смотрел Дину в глаза и гладил по щеке. Снился, мерещился, вспоминался. Но он ушел, он сделал свой выбор. И все же это был он, живой, настоящий, командующий всем готовым взять оружие и приготовиться защищаться.       Его внимательный взгляд скользил по жителям, пока не наткнулся на стоящего столбом Дина. Двинулся дальше, резко вернулся обратно. Глаза Каса широко распахнулись, а пальцы крепко сжали уздечку.       Ноги сами понесли Дина вперед. Он остановился в паре шагов от неподвижного Каса, неверяще разглядывая его лицо. Это и правда был он.       - Кас, - выдохнул Дин и схватил его за плечи, притянул к себе, впечатал в свое тело в слишком крепком объятии. – Кас, это ты? Мне не кажется?       Кас не ответил. Он не двинулся и даже не дышал, пока Дин не отстранился от него, все еще держа руки на его плечах, и не заглянул в глаза.       - Но как? – спросил Дин. – Как это возможно? Вы же ушли. Вы собирались уйти.       - Эльфы ушли, - сказал Кас родным низким голосом.       - А ты? – Дин все еще не мог оторваться от его лица. – Как ты остался?       - Это было мое решение, - ответил Кас. – Последний корабль уплыл. И эльфийская магия окончательно растаяла.       - Так ты теперь человек? – Дин скользнул взглядом вниз, по его телу, увидел под пыльным плащом простую одежду, эльфийский меч в изящных, легких ножнах, пару ножей на поясе Каса, колчан с белыми стрелами и лук за его плечом.       - Не знаю. Скорее всего.       Дин снова обнял его. И вновь Кас не ответил на объятие.       - Ты все расскажешь мне, - сказал Дин. – Все до последней минуты.       - Зачем?       Дин непонимающе моргнул. Кас пытался казаться непоколебимым и спокойным, но у него получалось откровенно плохо: его глаза были полны эмоций, а губы плотно сжаты.       - Потому что я думал, что потерял тебя навсегда, - ответил ему Дин. – Потому что я не мог спать, зная, что позволил тебе уйти с ними. Что я подтолкнул тебя к принятию неверного решения. Это мучило меня каждое мгновение. А теперь… Теперь ты снова со мной.       - Я здесь, чтобы помочь людям. Я не пошел с эльфами, потому что поверил в людей. В то, что их мир еще можно спасти. Эльфы не предусмотрели веры. И того, как сильно ценится короткая жизнь, за которую люди будут сражаться до последнего.       - Да, - горячо подтвердил Дин. – Конечно, ты здесь за этим. И я тоже. Ты и я.       - Я человек, - отстранено сказал Кас. – Теперь да. Но лишь физически. Внутри меня все еще теплится моя эльфийская сущность.       - Глупости! – воскликнул Дин. – Не слышал ничего нелепее. В тебе столько эмоций, столько человеческого, побольше, чем в некоторых людях.       Кас очевидно растерялся.       - Но ты сказал…       - Забудь, что я сказал! – перебил его Дин. – Это все слова. А слова – ваша, эльфийская тема. Говорить, думать, но не чувствовать. А ты чувствуешь, Кас, ты не уплыл в вечный мир и покой, а остался с теми, кто обречен на смерть! Это не эльфийская сущность, Кас. Это глупое, безрассудное и человеческое.       Кас тяжело сглотнул. Он отступил назад и затерялся пальцами в гриве коня, который все это время смиренно стоял рядом.       - Нам пора идти, - сказал Кас. – Гоблины уже близко.       - Да, - согласился Дин. – Пора уводить людей.       Он оглянулся. Но люди уже далеко ушли. Они с Касом стояли одни посреди пустой деревни. И вдруг из-за ближайшего дома выскочил мальчишка. Ему было не больше трех лет. Одетый в старую, но чистую и аккуратно заштопанную рубаху, он подбежал к Касу и прижался к его ноге всем худеньким телом, глядя на Дина серьезными голубыми глазами. Кас привычным успокаивающим жестом положил ладонь на его встрепанную русую голову.       Дин удивленно поднял брови, когда Кас легко подхватил мальчишку и усадил его на коня.       - Крепче держись, - предупредил ребенка Кас. Тот важно кивнул и вцепился пальчиками в седло.       - Кто это? – недоуменно спросил Дин.       - Джек, - просто ответил Кас.       - Джек?       - Его мать погибла от гоблинского меча, - Кас бросил быстрый взгляд на мальчика. – Он остался один. Никто не захотел взять его с собой, людям едва хватает еды для собственных детей.       - И ты взял его?       - Я спас его, а он – меня.       - Как?       - Джек любит слушать истории, - Кас тепло улыбнулся ребенку, который тут же заулыбался ему в ответ. – Он любит слушать, а я – рассказывать. О дальних лесах и таинственных эльфах. О высоких деревьях и метких стрелах.       - Я люблю сказку про Первую звезду! – счастливо добавил Джек. – Она моя любимая!       - И про Первую звезду, - согласился Кас.       - Кас показал мне ее, - поделился Джек с Дином. – Красивая звезда далеко в небе! Мы загадали желания.       Кас снова улыбнулся ему. Дин смотрел на это и не верил глазам.       - Кас, - шепотом позвал он. – Кас.       - Что?       - Это самая человеческая вещь, которую я только видел.       Кас сначала нахмурился, пристально глядя на Дина и ища подвох в его глазах. Но он не нашел подвоха, только искренне восхищение и мольбу о прощении. Тогда Кас неуверенно улыбнулся ему. Сначала слабо и едва заметно, но после его губы растянулись в привычной Дину улыбке.       - Прости меня, - выпалил Дин. – Кас, прости меня. Я бы отдал что угодно, чтобы забрать тогда свои слова.       - Но ты сказал их.       - И никогда не жалел ни о чем сильнее.       Кас кивнул. Дин снова шагнул к нему и обхватил его лицо руками.       - Ты прощаешь меня? – тихо спросил Дин.       - Я никогда не был на тебя зол, - ответил ему Кас, уложив ладони на предплечья Дина. – Ты указал на правду, которая ранила меня больнее всего. В этом не было твоей вины. Но это в прошлом. Человеческая жизнь слишком коротка, чтобы помнить об обидах.       Дин счастливо улыбнулся и поцеловал его. И Кас ответил. Джек громко захлопал в ладоши и рассмеялся в голос.       - Ты приютил ребенка, - заметил Дин, глядя в сияющие глаза Каса.       - Да.       - Ты невероятный.       - Вовсе нет. Дин, нам пора. Мы подвергаем Джека опасности, оставаясь здесь так долго.       - Да, - согласился Дин. – Да, ты прав. Поехали. Спасем этот мир?       - Спасем, - уверенно кивнул Кас. – Я остался здесь, чтобы спасти вас. Нас.       - Нас, - повторил Дин. – Да. Давай пойдем и спасем нас.