Неисправный

2028 год Башня Киберлайф исполинским эрегированным членом возвышалась на горизонте. Гэвин свернул на мост и еще раз мысленно выматерился, вцепившись в руль. Как же он ненавидел, когда работа вынуждала его возобновлять родственные связи. Он оттягивал этот момент до последнего, надеясь найти другие зацепки, не требующие консультации с представителями этой сраной фабрики глупых роботов. Но с утра Фаулер устроил ему обстоятельный разнос, касающийся отсутствия продвижений в деле, не оставив выбора. По-любому, его уебок напарник настучал. Блядь, ну если ответственность шилом в жопе шароебится, сам бы и ехал. Так нет же. Этой чести удостоили именно Гэвина. Суки. Охрана пропустила его без лишних вопросов. Конечно, милый братец позаботился о том, чтобы воссоединению семьи не препятствовали бюрократические формальности. Еще одна причина, почему в Киберлайф отправили именно Гэвина — легкий доступ в здание и возможность опросить главного разработчика, не заморачиваясь назначением встречи заранее и ожиданием, доходившим до срока в несколько месяцев. Привилегии, в рот их ебать. — Мистер Камски готов вас принять. Прошу следовать за мной, мистер Рид, — светловолосая девушка с вежливой улыбкой в довольно открытом синем платье встретила его в фойе и проводила к лифту. Сервис. Двери лифта распахнулись на черт его знает каком по счету этаже, являя взгляду высокотехнологичные конвейеры, штампующие человекоподобные манекены со скоростью, за которой было сложно уследить. Как же быстро это говно завоевывало рынок. Само собой вспомнилось, как его ботанистый единокровный брат возился со своим первым проектом по робототехнике. Казалось, Элайджа родился одержимым этой идеей. И в кого он такой дохуя умный-то? Уж точно не в их папашу, который только и умел, что пихать свой член куда не следует и заставлять вполне себе умных женщин совершать необъяснимо тупые поступки. Черт знает, на что повелась мать Гэвина, связавшись с этим уродом, который на тот момент уже успел обрюхатить другую женщину. А уж тем более, что сподвигло ее стать лучшими подругами с матерью Элайджи, после того как они узнали друг о друге и обе послали своего неверного ебаря осеменять кого-то еще. Может, их сплотили женская солидарность и откровенная ненависть к изменнику, благодаря которой ни один из братьев даже не получил отцовскую фамилию. — Опять трахаешься со своими железками? Лучше бы на девчонок столько внимания обращал, глядишь, и перепало бы чего тебе, — презрительно выплюнул Гэвин, заходя в комнату после отличной вечеринки у одноклассницы, чьи родители имели неосторожность уехать на выходные. Вечеринки, включавшей в себя алкоголь, бассейн и разнообразные развлечения в спальне этих самых родителей. — Думаешь, дурацкие бездушные игрушки однажды заменят тебе любовь нашего проебанного папочки? Элайджа медленно поднял голову. Линзы его очков блеснули как-то зло, заставляя Гэвина пожалеть, что опять не удержал язык за зубами. В конце концов, он мог просто игнорировать присутствие этого нелюдимого задрота в своем доме, потому что просьба миссис Камски присмотреть за ее отпрыском пока она в отъезде истекала всего через неделю. — А ты думаешь, что сможешь компенсировать любовь нашего папочки, обжимаясь с Дэвидом Хартли в школьном туалете после уроков? Засовывая ему в рот свой язык? Гэвин истерически облизнул внезапно пересохшие губы. Беззаботную радость от хорошего времяпрепровождения на раз выбило из слегка нетрезвой головы. — Откуда ты знаешь? — Ходят слухи. Говорят, вы дрочили друг другу. И вроде даже кто-то кому-то отсосал, — поправив очки с глумливой улыбкой, Камски продолжал препарировать его своим всезнающим взглядом из-за очков. — Кто кому, Гэвин? Он тебе? Или ты ему? Понравилось? — Заткнись, сука. Гэвин помнит, как пальцы дрожали от злости и стыда. Помнит, как кулак влетел в самодовольную рожу Элайджи, раскалывая стекла очков. Костяшки обожгло болью, но это не помешало продолжить пиздить брата, пока они оба не завалились на недоделанный проект, наверное, самого первого андроида, десятки которых теперь можно было увидеть в витринах самых крутых магазинов электроники. А еще Гэвин очень отчетливо помнит, как Элайджа, лежа под ним на груде полимерных ошметков своего разрушенного проекта, улыбался окровавленными губами и с диким восторгом шептал: — Я создам их такими, что они будут совсем как люди. Такими, что ты тоже купишься, Гэвин. И захочешь себе такого. Лучше, чем пиздабол Хартли, который сдал тебя с потрохами. Намного лучше, чем наш папаша. «Ну-ну, удачи», — подумал Гэвин, снова заряжая ему в челюсть. Наверное, в тот день их отношения окончательно испортились. А после Элайджа уехал в Кембридж, и их дорожки разошлись на долгие годы. — Гэвин, рад тебя видеть, — раздалось откуда-то сбоку, заставляя поморщиться. Все такой же тон с нотками превосходства и глумления. Ничего не изменилось. Поворачивая голову, Гэвин был уверен, что натолкнется на ту же одержимую шизофреническую улыбку, пусть на этот раз и без кровавых разводов в уголках рта. Но это ненадолго, если Элайджа продолжит разговаривать с ним в том же духе. — Я по делу, не обольщайся. — Я так и понял, — кивнул Элайджа с какой-то раздражающей снисходительностью. — Спасибо, Хлоя, можешь вернуться на пост. — Симпатичная, — Гэвин провожал удаляющуюся девушку заинтересованным взглядом, уделяя особое внимание вырезу на спине и плавно покачивающимся бедрам. — Да, хороша, самый первый прототип. Я вложил в ее концепт всю свою душу, — с маньячным восторгом отозвался Камски. — Ты хочешь сказать, что она… не человек? — Совсем не смотришь новости? — спрашивает Элайджа, и вот теперь в его голосе точно слышна издевка. — Представь себе! — Разве работа в полиции не обязывает следить за ситуацией? Первая модель, прошедшая тест Тьюринга, между прочим. Сукин сын доволен собой как никогда, даже слегка выпятил грудь и лицо искажает превосходство в высшей степени. Да катился бы на хер уже со своими изобретениями! — Тогда почему у нее нет этой хуйни на виске, как у всех остальных? Камски пожал плечами. — Мне нравится, как она вводит в заблуждение таких, как ты. — Иди на хуй, — процедил Гэвин зло. Ему совсем не понравилось чувствовать себя одураченным. — Как грубо, — Камски цокнул языком. — Мне думается, тебе нужна моя помощь. И ты рассчитываешь на содействие после таких комментариев? — Хватит играть со мной в свои дурацкие игры. Дело, из-за которого я сюда приехал, может быть и тебе интересно. Учитывая, что мы нашли твои же разработки на черном рынке. Лучшая защита — нападение, так ведь? — Ты подозреваешь меня? — с искренним кретинским удивлением отозвался Элайджа. — Нет. Не знаю, что ты обо мне думаешь, но я не полный идиот. Скорее всего, кто-то из твоих сотрудников, может, бывших, спер информацию и продал ее за большие деньги не в те руки. И ты поможешь мне выяснить, кто. Ты же поможешь? — Конечно, Гэвин. Мы же семья, — произнес брат таким убежденным тоном, что даже скулы свело. — Я попрошу поднять базу данных. Это важный вопрос безопасности, но, к сожалению, слишком много подозреваемых. Но я лично проконтролирую, чтобы всех досконально проверили. Гэвин молча кивнул, протягивая ему папку с копиями документов. — Позвони мне, когда что-нибудь нароешь. Он демонстративно развернулся, собираясь тут же уйти, но его задержал молящий окрик: — Гэвин! Рид вопросительно поднял брови, разглядывая Элайджу, находящегося в непривычном смятении. — Ты знаешь, что можешь обращаться ко мне не только по рабочим вопросам? Но и по любым другим? Даже по личным? — выдал он после некоторой паузы, заставляя скривиться. — По каким таким личным? Думаешь, мне нужна одна из твоих пластиковых кукол? — Гэвин заржал, громко и пронзительно. — Ты, может, и одурачил всех, но я все еще предпочитаю живых людей твоим фальшивкам. Камски не ответил ничего. Просто продолжил сверлить взглядом, тяжелым и не поддающимся расшифровке. — Короче, когда выяснишь, какая сука спиздила твои разработки, дай мне знать, — не выдержав, повторил Гэвин и утвердился в своем намерении покинуть это сраное здание как можно скорее. — А пока — пока! — выкрикнул он напоследок и показал братцу со спины средний палец. — До встречи, Гэвин, — довольно отчетливо раздалось с другой стороны дверей лифта, когда те начали закрываться с характерным звуком. Он что, шел за ним до самого лифта? Мог бы вызвать одну из своих «Хлой», а не провожать самостоятельно. Впрочем, похуй.