Глава 1. План высадки.
13 июля 2020 г., 22:54
***
Армада из шестидесяти боевых короблей плыла по ночному небу. Объединенный флот Тристейна и Германии направлялся к Альбиону. Многие предвкушали сражение флотов и готовы были умереть в битве. Только это не означало, что солдатам и матросам небыло страшно. Можно было погибнуть во время коробельного обстрела, так и не вступив в бой на земле. По донесению разведки было ясно, что числиный перевес незначителен. У алибионского флота — пятьдесят линейных кораблей. Хоть они и потеряли двенадцать в битве под Тарбом, но смогли меньше чем за год построить десяток новых. У Тристейна же и Германии в общей сложности было шестьдесят боевых кораблей, но поскольку, это был объединенный флот двух королевств, ожидалось, что при управлении им возникнут отдельные коллизии. А если принять во внимание, что альбионский флот по боевой мощи был в полтора раза сильнее флота противников, это сводило на нет разницу в количестве. Также в обеих армиях было около шестидесяти тысяч солдат. Хотя, и тут Альбион был в выгодном положении. Их солдаты хорошо знали местность и поэтому могли легко прятаться в лесах, а такжевести партизанскую войну. Влад обдумывал это все в своей каюте на «Могучем». Это была устаревшая модель десантного корабля Российской Империи. Её построили специально для этой войны. На «Могучем» разместилось около двух тысяч солдат Тристейна и треть всего продовольствия объедененной армии. Капитана это немного злило. На коробле не было крупнокалиберных пушек, а ракетные шахты не снарядили боевыми ракетами. Владу это объяснили тем что ракеты на вес золота. Так что всё, чем мог довольствоваться капитан — это тридцатимиллиметровые шестиствольные автоматические пушки. Их зенитный огонь не подпустит ни одного всадника на драконе или грифоне, а корабли побояться подходить на близкое расстояние. И это очень кстати. Вдруг дверь каюты автоматически открылась и внутрь вошел Николай — лучший друг Влада и, по-совместителству, его заместитель. Посмотрев внимательно на своего друга, Коля понял, что его даже не заметили. Выдохнув, он сел на стул напротив капитана: — Земля вызывает Влада, прием! Тот оторвался от карты и удивленно посмотрел на друга. Когда Вояковский работал, докричаться до него было практически невозможно. Но Коваль был, пожалуй, единственным человеком, кто мог с первой попытки докричаться до Влада. — А, что? Коль, чего тебе? — выходя из своих мыслей, спросил брюнет. — Уже два часа дня. Скоро начнется военный совет, — со спокойствием ответил второй капитан. — Тебе там нужно присутствовать. Влад устало выдохнул. Больше всего он не любил все эти советы и прочию мишуру. Однако, делать было нечего. — Ладно, идем. Не хочу застовлять Анриетту волноваться, — встав из-за стола, они направились на верхнюю палубу. Коля про себя улыбнулся. Все таки Влад действительно заботился об этой девушке и старался защищать её всеми силами. По пути им встречались солдаты в легких доспехах с мечами и луками. Однако у «Егерей» были винтовки, а те, кто показал отличные результаты на стрельбах, были вооружены автоматами. Поднявшись на верхнюю палубу, они активировали двигатели на своих костюмах и полетели к флагманскому кораблю. Тут же впереди офицеров появился драгун, соправаждая их к «Вюсенталю». Это судно имело очень длинную ровную палубу, чтобы обеспечить взлет и посадку большому числу драконов. Оснащенный шестью парусными мачтами справа и слева вдоль корпуса, он напоминал расправившее ноги насекомое. Его конструкция не предусматривала наличие пушек. Его единственная цель: брать на борт отряды драгун. И, хотя палуба «Вюсенталя» была длинной и ровной, её длина была недостаточной для посадки самолета Влада. Потому и пришлось пользоваться костюмами. По приземлению на палубу парней встетил один из «Егерей» и проводил их в главную каюту.***
Военный совет был не из легких. Высадка шестидесяти тысяч солдат на Альбионе была второстепенной проблемой. Главную трудность составлял всё ещё могучий воздушный флот противника. Тристейнские и германские военочальники сделали теже выводы, что и Вояковский. Королева Анриетта сидела и внимательно их слушала, пока не решаясь что-либо сказать. Рассуждения, тем временем, шли дальше. Вторая проблема — выбор места высадки. На острове Альбион было два стратегически важных пункта, где можно высадить армию численностью шестьдесят тысяч. Росайт, база Воздушного флота, располагающаяся к югу от столицы — Лондиниума, или порт Дарталлнес, лежащий на севере. Принимая во внимание уровень оснащенности порта, несомненно, Росайт был предпочтительнее, но… Если весь огромный флот сразу направится туда, это будет сразу замечено, что выдаст противнику время нападения. — Если потеряем много солдат во время атаки, на захват крепости Лондиниум войск не хватит, — сообщил всем присутствующим начальник штаба, хладнокровно оценив соотношение сил. — Встречая сопротивление противника, надо усиливать наступление. — Необходима неожиданная атака! Хотелось бы произвести высадку солдат в Росайте, не встретив сопротивления. Для этого надо привлечь внимание в другом пункте, обманув противника, — быстро и четко высказался Влад, пытаясь пресечь ненужные дебаты. — Может, раз вы такой умный, капитан, вы и обеспечите отвлекающий маневр? Я слышал, ваша рота вооружена каким-то мощным оружием, — фыркнул маркиз Гинденбург, командующий войсками Германской империи. — Наша рота специализируеться на штурме зданий и дворцов, а не на десантных операциях, — так же резко возразил Коля. — Простолюдинам слова не давали! — парировал генерал де Ладон, которого почему-то повысили после битвы за Тарб. — Тогда мы больше не будем присутствовать в столь высшем обществе, — спокойно ответил Влад, вставая из-за стола и покидая каюту вместе с другом. Вскоре военный совет закончился и Анриетта направилась к себе. По итогу было решено, что Вояковский и его корабль осуществлят таран флота противника и начнут захватывать Росайс своими силами, не давая подкреплению врага войти в порт до установки надежной обороны. Королева пока что мало понимала в ведении боя, но сильно переживала за Влада. Почему-то её пугал принятый план. Заставлял нервничать. А нервничать ей было нельзя, что Анриетта прекрасно понимала. Но… не могла не нервничать. Она дошла до своей каюты, находясь в полной прострации. Правда, откыв дверь, она тут же замерла на пороге, даже ненадолго забыв о том, как ноет спина. Вояковский, о котором она только и думала в последнее время, нагло развалился на её кровати с самым расслабленным видом. Парень заметив девушку, встал с кровати и подошел ближе, почти вплотную. — Испугалась? — тихо спросил, он заводя Анриетту внутрь и закрывая дверь. — Есть такое, — не стала отрицать девушка, притягивая Влада ближе к себе и обнимая. Малыш в животе ощутимо её пнул, похоже, приветствуя папу. Анриетта тихонько охнула. — Ты в порядке? — обеспокоино спросил Влад. На его лице читалось беспокойство. От обычной ледяной маски не осталось и следа. В его глазах было очень сильное волнение. Он переживал за свою любимую. — В порядке, — улыбнулась девушка, немного игриво фыркая в попытках успокоить капитана. — Просто чей-то ребенок захотел пообщаться. В подтверждение Анриетту снова пнули изнутри. — Сильно захотел. — Значит, у нас будет активный сын. — улыбнулся Вояковский и положил руку на девушкин живот. — Он будет сильным и храбрым, как и его папа. И сможет стать достойным королем Тристейна. — А если это безмерно активная девочка? — почти беззаботно рассмеялась королева. Детская пяточка тут же пнула ладонь отца. Анриетта снова охнула. — Ну, а если девочка, то она будет очень красивой и умной, как её мама. И за нее будут хотеть выйти замуж почти все парни Халкегинии, — тихо и едва заметно расмеялся юноша. — Только хотеть? — удивилась Анриетта, весело фыркая. Стоять было все тяжелее и тяжелее. — Если её жених сможет одолеть меня на мечах, тогда да я разрешу ему жениться на нашей дочке. Королева тут же в ужасе и удивлении округлила глаза, хотя и было видно, что она больше веселится, чем разыгрывает изумление: — Наша девочка умрет старой девой?! — Ну, не старой девой. Я же не такой сильный боец на мечах, есть те, кто может меня одолеть. Заметив состояние Анриетты, Влад проводил её до кровати и аккуратно уложил, садясь рядом. Но руку так и не отпустил. — Ты учти, что до того момента, как к ней свататься начнут, пройдёт еще лет пятнадцать точно. У тебя есть все шансы. Парень улыбнулся и стал гладить Анриетту по животу. Только голос его был серьезный. — Я не могу допустить, чтобы моя дочь встречалась со слабоком. Ребенок снова толкнулся в животе. — Похоже, с тобой согласны. Или нет, — фыркнула Анриетта, тяжело вздыхая. — А мама-то в чём виновата? — Со мной трудно не согласиться. После преземления я переведу тебя на мой корабль. Там безопаснее. — Хорошо, — печально и устало согласилась королева, размышляя, сколько вещей придётся снова раскладывать по уже новым полкам. А до этого — собирать… — Хочешь, я сыграю для тебя и нашего малыша? — спросил Влад. — Можно, — улыбнулась Анриетта в ответ. — Но, я так понимаю, мне сейчас собираться надо… Она поморщилась. Вставать не хотелось: снова заноет спина, ноги итак ватные… — Лежи и отдыхай. Я сейчас вернусь, — улыбнулся он вставая со стула. — Твои вещи я сам соберу. — Спасибо, — благодарно улыбнулась девушка — Да не за что, — порывшись в шкафу девушки, он достал чехол, в котором обычно хранилось какое-нибудь оружие. Но в место этого капитан достал от туда скрипку и смычок. А вот теперь Анриетта была удивлена. Причем настолько, что даже села на кровати, хоть и не без сложностей и кряхтения. — Ты серьёзно? — Ну да. Правда, я знаю только одну мелодию. Ее всегда мама играла, — на последней фразе он резко погруснел. В его памяти всплыла мама, умершая у него на руках. Девушка заметила сменившееся состояние парня и тут же постаралась встать и обнять юношу. Но Влад снова усадил её. — Не вставай, — тихо попросил он. Тогда Анриетта притянула его к себе и обняла. Положив инстумент на кровать, парень тоже ее обнял. — Обещай мне, что выживешь в этой войне. Ради нашего ребенка. — Пообещаю. Только если ты пообещаешь то же самое. Влад выдохнул, понимая, что завтра его кинут на передовую и в самое пекло. — Я постараюсь. — Я надеюсь на это, — тихо пробормотала Анриетта, утыкаясь ему в плечо. Влад немного погладил её по воласам, начал играть, взяв скрипку. Мелодия была очень красивая и немного грустная, однако парень продолжал ее играть. Анриетта с искренним восторгом наблюдала за тем, как он играл. Она и представить себе не могла что такой человек как Влад может так красиво играть на скрипке. Закончив, играть Влад убрал скрипку обратно в чехол и сел рядом с королевой. Она прижалась к нему, положив голову на плечо. — Очень красиво. — Спасибо. Ога написала её сама. Говорят, мама была талантливым музыкантом. — парень снова начал гладить Анриетту по волосам. Девушка потерлась об него щекой. Было тихо и уютно. Так они и просидели в каюте до самого вечера. Влад не хотел, чтобы Анриетта куда-то выходила из каюты, а потому сходил за ужином сам. Ужин проходил в уютной обстоновке и совсем не было похоже, что завтра смертельный бой. Поев Влад уложил Анриетту в кровать спать, а сам отбыл на свой корабль. Однако королева долго не могла заснуть. Теперь, ночью, в полном одиночестве, она чувствовала страх и волнение. Она была готова просить у кого угодно и отдать что угодно, чтобы Влад остался жив.***
Тем временем двоюродная сестра королевы Тифания находилось на коробле «Гром». Поскольку она была полуэльфом и о ее существовании знал очень узкий круг лиц, девушка целый день сидела в каюте. Под вечер девушки стало скучно и она решила прогуляться по кораблю. Она с большим интересом расматривала незнакомые вещи и устройства, не заметив, как вошла в зал для тренеровок. Там тренеровался Кречет. Тот самый человек, который ее допрашивал и тот, кто вчера танцевал с ней лунный танец. Сейчас парень сражался с какими-то странными големами, совершенно не обращая внимания на происходящие вокруг. Тифа осторожно присела на скамейку, наблюдая за тренировкой. Она не могла не засмотреться. Это было… красиво, к ее удивлению. Заметив девушку, Кречет остоновился. Големы тоже замерли. — Что ты тут делаешь? — удивился он, подойдя к скамейке и вытирая пот со лба полотенцем. — Прогуляться решила, — улыбнулась полуэльфийка в ответ. — Вам не стоит ходить одной, — вздохнул Кречет официальным тоном, будто перед ним кто-то из вышей знати. Хотя с Владом он общался совершенно непренужденно. — Ваше существование находится под секретом. Королева будет в ярости, если с Вами что-то случится. Тифа несколько опешила, после чего удивленно нахмурилась. Раньше они общались совсем иначе. — Я вас чем-то расстроил? — удивленно спросил парень. — Если так, то прошу простить мою грубось. Кречет склонил голову в поклоне. — Да нет, ничего, — растерянно помотала головой девушка. — Давайте я вас провожу, — улыбнулся парень. — А то мало ли что. — Хорошо, — тут же улыбнулась в ответ Тифа. Вроде бы всё возвращалось на свои места. Парень накинул куртку и, взяв свои мечи, пошел провожать Тифу. Их путь прошел в полном молчании. Полуэльфийка не думала о чем-то конкретном. Мысли её перескакивали с одного на другое и в голове получалась ленивая каша из мыслей. — Вот мы и дошли, мисс Тифания. Если что, моя каюта напротив вашей. Если что-то понадобиться, только скажите. Всё сделаем в лучшем виде. — Хорошо, — отозвалась девушка. — Спасибо. — Да не за что. Это мой долг. — спокойно произес он, хотя в глубене сознания понимал что помогает ей не по приказу. Снова повисло неловкое молчание. — Я пойду, если больше не будет не каких приказов. — наконец сказал парень. — Не будет. Да и не приказывала ничего я, — смутилась Тифа. — Просто приказом королевы Анриетты и моего капитана я назначен вашим охраником. Но для меня эта работа в новинку, — юноша тоже немного смутился. Тифа тут же погрустнела. — Значит, вы общаетесь со мной только по приказу, — выдохнула девушка и хотела было войти в свою каюту. Однако её тут же схватили за руку. — Это неправда! Я хочу с вами общаться, просто… наше разное социальное положение накладывает свои огранечения. Вы — двоюродная сестра королевы, а я — простой солдат. — Разве это так важно? — вздохнула Тифа, поднимая на парня взгляд. Он слегка улыбнулся. — Если тебе неважно, кто я по происхождению, тогда все хорошо. — Может, тогда… станем друзьями? — смущено спросила блондинка, опуская взгляд. Кречет немного удивился, а затем улыбнулся. — Конечно. Меня зовут Виктор, — он протянул девушке руку. — Тифа, — немного смущенно и удивленно пискнула она в ответ. — Я ведь знаю твое имя. Сам же тебя и допрашивал, — парень слегка пожал ей руку, а потом поцеловал тыльную сторону. — Ага… — Тифа смутилась ещё сильнее. — Только у меня просьба. Когда мы будем не наедине, зови меня Кречетом. Так просто положено. — Хорошо, — кивнула полуэльфийка. — Тогда спокойной ночи, Тифа. Завтра у меня тяжелый день, — выдохнул Виктор, в глубине сознания понимая, что завтра его могут убить. И тогда он не вернется с поле боя. Хотя его радовало, что эта девчушка запомнит его имя, которое парень сам почти забыл. — Спокойной ночи. Удачи тебе завтра, Виктор. — И тебе удачи. Надеюсь ты не пострадаешь. — паренб зашел в свою каюту. — И я надеюсь, что с тобой будет всё в порядке, — пробормотала девушка, заходя в свою. Дверь закрылась автомотически как только Кречет ушел вглубь комнаты. Сев за стол, он стал писать письма. Одно — родителям, чтобы они не переживали. Его передатут на Трайдент и уже оттуда отправят в Россию. А второе — Тифе. Лейтинант даже не понял, как начал испытывать симпатию к этой девушке. Возможно, тот бал изменил что-то. При виде Тифании его сердце начинало биться быстрее. Он знал, что это, возможно, любовь, но не хотел обманывать себя. Они просто друзья. Не больше и не меньше. Закончив писать о своих чувствах в письме, юноша положил его в небольшую коробочку. Виктор, как и другие бойцы, Черной гвардии всегда так делал перед боем. Каждый бой мог стать последним… Девушка тем временем пыталась занять себя чем-нибудь, но отвлекалась и чувствовала плохо сдерживаемую тревогу. Она даже решилась почитать книгу, но беспокойство снова накрывало её. Она переживала не только за Виктора, но и за всех Егерей. Все они обращались с ней хорошо и никогда не высмеивали. А Виктор всегда приходи на помощь и защищал… Из раздумий её выдернул звук открывающейся двери. Внутрь зашел Кречет с коробочкой. Держал он её аккуратно и двумя руками. — Вот держи. Это тебе, — он протянул её девушке. — Спасибо, — удивилась Тифа, осторожно принимая коробочку и собираясь её открыть. — Нет, не открывай! — остановил её парень. — Если со мной вдруг что-то случиться, тогда можешь открыть. — Х-хорошо, — Тифа подняла на него взгляд. — Но, надеюсь, не случится. Кречет лишь улыбнулся и сказал знаменитую фразу Влада. — Завтра нам предстоит серьезный бой, и он может стать для нас последним в жизни. Девушка вздрогнула от этих слов. У неё пропала даже тень улыбки, а в глазах заплескался ужас. Парень понял что сказал лишнего и решил успокоить полуэльфийку: — Ну, поскольку, я один из гвардейцев, то вряд ли со мной что-то случиться. — Надеюсь, — тихо повторила Тифа, слабо улыбнувшись. И тут идилия была прервана. Двери каюты снова открылись и в помещение зашел Николай. Под его глазом красовался синяк. Это вызвало улыбки на лицах Тмфа и Виктора. Они-то знали, в чем тут дело. Посмотрев на их реакцию, капитан сердито выдлхнул. Теперь Кречет задолбает его своими шутками. Но времени не было. Им нужно было выдвигаться. — Кречет, нам пора вылетать. Приказ Грифа. — Да, я понял, через минуту буду. Николай ничего не ответил и вышел. Немного постояв, Виктор все же пробормотал, внимательно рассматривая девушку. Он хотел запомнить её личико до малейших деталей. Чтобы потом умирать было не страшно. И чтобы помнить, за кого он умирает. — Мне пора идти. — Удачи, — тихонько прошептала Тифа. — Спасибо, — Кречет в последний раз ей улыбнулся и ушел на задание.
