Геральту нравится

      Балаболка трындит всю дорогу без умолку, иногда разбавляя болтовню песнями и игрой на лютне. Кажется, что парню жизненно необходимо нарушать пелену легкой тишины, иначе обязательно что-нибудь случится.        — И тогда к нам в спальню заваливается её муженек, весь красный от злости, с какой-то дубинкой наперевес. Ха, не тут-то было, я успел прихватить всё, что нужно, и вылез через балкон, благо, комната на первом этаже была, не то мне пришлось бы не сладко, — трубадур активно размахивает руками при рассказе, перевесив инструмент в чехле через плечо. — Ты не представляешь, Геральт, как смешно он потом пытался меня догнать, видно, пивное пузо не позволило ему и нескольких метров пробежать. А, совсем забыл сказать, что…        — Бард, закрой рот.       Ведьмак уже не может терпеть истории про очередных любовниц мальчишки, которые он голосит второй час.        — Точно, я же совсем забыл представиться! — Парень становится прямо перед Плотвой, на которой сидит мужчина, заставляя лошадь остановиться и начать недовольно постукивать копытом по земле. — Меня зовут Лютик, приятно познакомиться.       Широкая улыбка расплывается на светлом лице трубадура. Он делает шуточный поклон и выпрямляется, продолжая смотреть на ведьмака: ждет какой-нибудь реакции.        — Лютик, закрой рот. — Геральт ухмыляется и проводит лошадь мимо барда, оставляя того немного позади.       Парень быстро нагоняет мужчину и уверенно вышагивает рядом, переводя взгляд с каменистой дороги на ведьмака и обратно.        — Вот, уже намного лучше, теперь ты хоть что-то мне сказал и запомнил мое имя. — Бард на ходу достает лютню из чехла и начинает перебирать струны, улавливая пока только ему известный мотив. — Я смогу сочинить прекрасную песнь про великого Белого Волка и его прекрасного спутника Лютика, который чудом смог разговорить вечно хмурого ведьмака и расспросить про его подвиги. Ты же расскажешь мне парочку?        — Нет.       Лютик говорит еще что-то возмущенным тоном, но Геральт не слушает и отвечать не собирается, разговоры никогда не были сильной стороной мужчины. Почему-то в беловолосой голове крутится имя спутника. «Лютик, — продолжает звучать мальчишеский голос внутри ведьмака, он разбирает это простое слово и собирает заново. — Ему идет».       Взгляд желтых глаз устремляется к объекту мыслей, и Геральт отмечает, что тот продолжает что-то говорить, попутно прикасаясь к струнам, кажется, подбирает рифму к «немногословный ведьмак».       Мысли о Лютике совсем не раздражают.       Они идут еще добрых часов пять, пока солнце не начинает спускаться за линию редких холмов.       Все это время балаболка продолжает разрушать тишину, а Геральт лишь многозначительно хмыкает на его разношерстные вопросы. Парень совершенно не обижается и даже несколько раз радостно вздыхает, слыша «Лютик, отвали» от ведьмака, произнесенное без неприязни, а лишь с большой усталостью.        — Здесь остановимся. — Мужчина спрыгивает с Плотвы и, взяв ее за поводья, проходит поглубже в лесок.       Бард крутится вокруг, как шаловливый ребенок, которого привели в самое интересное место на свете. Рассказывает о том, как однажды ему пришлось прятаться от мужа какой-то графини, и следует за Геральтом хвостиком.       Когда они готовятся ко сну, перекусив лесной животинкой, сумерки уже сгущаются, и ночная тьма опускается на землю.        — Очень надеюсь, Геральт, что утром ты меня не оставишь здесь, потому что дороги я совершенно не знаю, а сгинуть тут — самая нелепая смерть, согласись. — Лютик улегся в паре метров от ведьмака, устроив рядом с собой лютню. — Ты не такой уж плохой, каким хочешь казаться, многие просто ведутся на твой внешний вид, вот если бы ты начал хоть немного улыбаться, было бы лучше, хотя, если считать оскал за улыбку, люди будут…        — Так ты скажешь мне свое настоящее имя? — Геральт смотрит на менестреля, который замолкает от неожиданности и выглядит теперь слишком уж удивленным.        — Что? — Лютик глупо хлопает глазами и силится рассмотреть лицо ведьмака в темноте.       Бард приходит в себя еще минуту, вероятно, не представляя, как мужчина, который весь день пропускал мимо ушей его рассказы про разных девиц, смог уловить в этом потоке ненужной информации слова о том, что Лютик — это лишь бардовское прозвище.        — Юлиан, — мальчишка говорит немного тише, как будто боится спугнуть момент. — Меня зовут Юлиан.       Геральт довольно хмыкает и поворачивается на другой бок, оставляя Лютика в раздумьях о ведьмачьей наблюдательности.        — Приятно познакомиться, Юлиан, — имя приятно перекатывается на языке, отдавая в голову чем-то цветочным и до глупости приятным. — Спи.       Мужчина слышит, как попутчик копошится за его спиной, устраиваясь поудобнее, дыхание его медленно выравнивается и сон накрывает место ночлега. Юлиан.       Геральту это нравится.