Мрачное и древнее божество
17 мая 2022 г., 12:00
Примечания:
Speculum clypeus. Praesidio perfectam! - Щит - зеркало. Идеальная защита – усиленная форма зеркального щита, позволяет отразить большую часть проклятий, в том числе Запрещённые заклинания, посланные слабым магом, но бесполезно при боях в одиночку, так как нейтрализует произнесшего на пять минут. Давно забытая из-за недостатка форма, хотя его простая форма распространена.
Iluntasuna desbideratzeko ezkutua! - Щит, что отклонит тьму! – защитное заклинание рода Борджиа, ослабляет практически любое воздействие, в том числе понижает кинетическую энергию заговорённых пуль. Снижает скорость позволяя увернуться от брошенного проклятия.
Izotz kartzela! - Ледяная тюрьма! – Родовое заклятие семьи Борджиа. Создает вокруг противника ледяной купол, устойчивый к обычным огненным и разрушающим заклинаниям.
Idorreria kentzea! - Снятие запора! – Снимает родовые ловушки.
Dolor auferat! – Забираю боль! – позволяет перетянуть чужую боль на себя.
Внезапно перед группой инквизиторов возникли высокие «храмовые» ворота, испещренные множеством символов, что сохраняли розовое дерево, обитое золотом и бронзой, из которого были выполнены створки. Металлические звезды и луны спиралью сходились к массивной ручке в пасти льва, образуя пышную гриву.
— Alohomora! — пробормотал мужчина в классическом пальто, но дверь осталась безучастной, лишь рубиновые глаза сверкнули темным светом.
— Бесполезно, заклятиями ее не отпереть, — вытащил палочку Сфорца, — Руническая защита, усиленная солярным символом. Попробуем. Est crepusculum! — привычного прохода не возникло.
Марселла все еще пребывавшая в на редкость паршивом настроении первой заметила, скапливающуюся к центру ручки магическую энергию. Она догадывалась, что сейчас произойдет, палочка легко скользнула из кобуры на предплечье в ладонь.
— Iluntasuna desbideratzeko ezkutua! — первый щит прикрыл неудачливого Сфорца, краем глаза она заметила, что Уго начал плести сложный щит, значит он тоже, — Izotz kartzela! — мага окутала ледяная сфера, а бронза на ручке начала раскаляться.
— Speculum clypeus. Praesidio perfectam! — вложил все силы в усиленный щит Серра и упал на пол, не в силах больше держаться на ногах. Секунда и из оскаленной пасти льва вырывались раскаленные струи смертоносного огня, пытаясь поглотить непрошеного гостя.
Девушка отрешенно смотрела на этот огонь, кажется она знала, кто будет тянуть за эту чертову ручку, остальные просто не выдержат боли, а душа некроманта не должна ничего чувствовать, тело лишь оболочка. Огненный поток наконец прекратился. Их щиты, хотя и не смогли полностью погасить огненную защиту, но позволили ледяной клетке выдержать, защитив брюнета, получив лишь небольшой ожог.
Еще бы чуть-чуть и мы бы не смогли, пронеслось в голове у девушки, при виде кипящей воды вокруг практически растаявшей сферы, что жадно растворяла ее осколки, брызнувшие вокруг вслед за множеством мелких трещин на тонком льду. От тридцати сантиметров льда за пару секунд осталось лишь несколько миллиметров.
Джузеппе взвыл от боли и схватился за обожженное плечо, откинув все еще горящую куртку
— Glacius! Glacius! Glacius! — бросила несколько замораживающих заклинаний девушка, подскакивая к Сфорца.
— Dolor auferat! — поморщившись от обжигающей боли, — Aguamenti! — направила струю воды на пораженный участок, — Ты как? — наконец спросила она у друга, — Серджио, проверь, что с Уго.
— Порядок, — слабо улыбнувшись пробормотал он, — Боль то, зачем на себя перетянула!
— Марессела, со мной все в порядке, — поднимаясь, опершись о протянутую руку демонолога, крикнул блондин, — Получилось?
— Да, небольшой ожог, — выдавливая пену из баллончика, ответила волшебница, — У нас привал. Десять минут, — отходя немного поодаль, ей нужно было подготовиться к ритуалу.
***
Раздевшись догола девушка принялась быстро расписывать защитную руническую вязь, смесью из собственной крови, ядовитого молочка пустынной колючки и сосновой смолы, взывая к богине покровительнице, хозяйке ледяных пустошей. Неназванная продолжала хранить молчание, и лишь то и дело доносившиеся завывания снежной бури, приносили небольшое успокоение. Некромант все еще помнила слова своего наставника перед началом обучения: «Когда-нибудь ты можешь счесть это слегка сентиментальным, но я не советовал бы выбирать в покровители того, кто пробудил в тебе этот дар. Из множества богов Баал-Хаддат или Молох - его воплощение - один из самых жестоких, впрочем, как и все семитские божества. Поэтому подумай, кто будет твоим покровителем. В этой книге все написано». И сейчас, она боялась, сильно. Не боли, а потери покровительства Неназванной. Она не хотела становиться бесправной рабой мрачных божеств, забытых во тьме веков, и почти лишенных прежних сил. Те глупцы, кто поклонялся им здесь, в надежде на богатые дары, играли с огнем, в попытках разбудить древнего бога, принесенными дарами. Девушка заметила, что с приближением к святилищу амфоры с прахом становились все новее. А там, за дверью их ждали совсем недавние жертвы, которых придется допросить. Этот культ необходимо было обезвредить.***
- Пеппе, - девушка протянула другу невзрачную протёртую временем шкатулку: когда-то искусная роспись на кожаных вставках теперь была практически незаметна, а руны вырезанные в черной древесине все еще поблескивали в неярком свете фонариков, - Держи. Пообещай мне. Если ... Если ты заметишь во мне какие-либо изменения после того, как я открою дверь. Пожалуйста, открой шкатулку, - взглянула на него девушка. - Это? - начал было шатен. - Темница, лишающая жизни некромантов, - голос девушки был тверд, - Если Молох завладеет мной, то смерть станет для меня лучшим исходом, - она покачала головой, прерывая возражения и пристально взглянула на Сфорца, - Обещаешь? - Другого выхода нет? - обреченно пробормотал парень, и дождавшись подтверждения своих мыслей, выдохнул, - Да, хотя это последнее, что мне хотелось бы делать. - Всем приготовиться, я открываю дверь, - громче отдала приказ девушка, отложив снаряжение в сторону, оставшись в простой хлопковой мантии и сунула руку в бронзовую глотку. Ее спутники напряженно замерли, когда дверь вновь стала скапливать энергию вокруг ручки. - Никакой магии, что бы не случилось. Если что, Пепе - шкатулка, - рвано приказала командир отряда, замечая медленно сжимающиеся челюсти на запястье. Не было ни боли, ни жара, медленно тянулись секунды, пока магия проходила сквозь спирали защиты. Наконец, последний всполох, соединился с огненной гривой бронзового защитника. "Кто ты?" - раздался тихий голос в голове девушки, вызвав у той лишь кривую усмешку, - "Впусти меня" - ответила она, - "Тогда ты должна пройти испытание" - последняя внятная мысль, мелькнувшая у нее в голове перед тем, как ее фигуру объяли огненные всолохи магического огня. Мгновения превращались в медленно тянущиеся секунды, но огонь не желал исчезать, жадно облизывая молодую фигуру юной некромага. Жар постепенно нарастал, и вдруг, внезапно потух, магическая завеса пропускала достойную. Девушка перевела дух и повернула ручку в уже распахнутой пасти, пепел истлевшей одежды тихо скользнул вниз от этого движения. Она решительно потянула дверь на себя, жестом подзывая остальных. Перед ними была статуя человека с головой быка в три средних роста, а перед ней располагался невысокий алтарь из песчаника, рядом с которым была строка с злотыми серпами. В дальнем углу комнаты спал еще не упокоенный дракон.
