Разбор полётов

Геральт и Цири добежали до обрыва, под которым в грязных мутных волнах купалась Аретуза. Цель была близка. Вдруг ведьмачий слух уловил топот копыт за спиной. Погоня. Херово. Но конь один, а значит, и всадник. Не велика беда, справится. Геральт обернулся, за ним и Цири. По чахлой зелени к ним приближался молодой мужчина. В нильфгаардских доспехах. Без шлема. Приблизившись, нильф остановился и без робости спешился. Что опрометчиво с его стороны рядом с ведьмаком. Едва оставшись без седока, кобылка принялась щипать травку. Голодная, бедняжка. Вражина её не кормит. Вот сука. — Это он, — сказала Цири. Отвлёкшийся на лошадку Геральт не сразу понял, а потом всё равно ничего не понял и только мимолётно порадовался, что девочка спустя столько лет встретила хоть кого-то из знакомых, и помедлил доставать меч из ножен. Но тут меч достала она. — Он мой, — заявила она. Убивать знакомых? Да кто хоть это? Ну да убить нильфа дело благое. Но она вроде как несовершеннолетняя. — Обратной дороги не будет, — нашёл он время на воспитательную беседу. — Дороги куда? — возмутилась Цири. — Он уничтожил мой дом. Убил мою семью. И с тех пор является мне в кошмарах. Я больше его не боюсь. До Геральта наконец дошло, что этот лохматый чувак возможно является тем Чёрным рыцарем, про которого Цири говорила в Каэр Морхене. Который пытался её схватить и увезти к Эмгыру. Если так, тогда однако ж хорошая у неё память. С погрома Цинтры года три прошло, как бы не больше. Она его видела один раз, в темноте, в дыму и копоти, да и выглядел он совсем не так, доспехи были другие, а главное шлем в тем временам попадался, наподобие шапки-ушанки с завязками под подбородком. Ну, если узнала — пусть будет он, лень спорить. Нильф копался возле седла, не спешил нападать. Правильно, ведьмак всегда успеет ударить первым. Цири бросилась на свой ночной кошмар. Что уж лукавить — парень на рожу действительно был страшен. Геральт даже испугался, что теперь это чудо переселится в кошмары к нему. Но сцена разворачивалась. — Я мечтал об этой минуте, княжна, — сказал нильф. Цири не ответила. Покружила возле него и внезапно напала. Нильф блокировал. Лязгнул металл. Сталь зазвенела. Цири нападала, Чёрный рыцарь, который на поверку оказался не чёрным, оборонялся. Геральт расхаживал в сторонке наблюдал. «Дурак, — вопил внутренний голос, — она же девчонка, ты ей всего пару уроков дал, а он опытный вояка — помоги!!!» Геральт молчал и ходил в сторонке. Неожиданно нильф воткнул меч в землю. — Я не хочу с тобой сражаться. Геральт опешил: «Ты не офигел ли там, парень?» — Возьми меч! — потребовала Цири. Нильф не шевельнулся. — Возьми! — Цири заорала. Геральт заорал вместе с ней: «Возьми, твою мать!» Мысленно, конечно. Внутренний голос зашипел: «Ты что, балда беловолосая, творишь? Хорошо, что он меч бросил». Цири кинулась на нильфа, припёрла мечом к обрыву, ухватилась за горловину доспеха. — Почему? — Когда мы напали на Цинтру, — залопотал нильф, — я выполнял все приказы безоговорочно. Но сейчас у меня есть вопросы. Я понял, что ошибался. Я не могу вернуть жизни, которые забрал. Геральт прохаживался в сторонке, делал грозное лицо, а сам охреневал: зараза, его хрупкое предназначение наклонило нильфа над пропастью и удерживала одной левой рукой. Рослого мужика в железных доспехах! И даже не напрягалась! Зубы ни стиснула, на лбу ни морщинки… Нильф смог вывернуться и бухнуться на колени. — Моя жизнь принадлежит тебе, — слезливо затараторил он и сделал глазёнки как у щеночка. — Забирай. Цири слушала с видом наивной дурочки, а потом повелась на речи, шагнула к нему вплотную, опустив меч. — Ты отобрал у меня всё. — Знаю. Знаю, — уверил нильф. — Бери клинок, и пусть твоё лицо станет последним, что я увижу. Он сам поднял её меч и приложил остриё к своему горлу. Геральт стоял в сторонке. Внутренний голос брыкался и пинал: «Ты что, идиот, застыл столбом. Нильф опасен, его сопли — уловка, у него приказ схватить Цири. Ловушка! Ловушка! Ау! Он специально подпустил близко, сейчас убьёт! Эй ты, любящий папаша, сделай что-нибудь, защити? Неужели ты веришь в раскаяние нильфа? Ладно девка нетраханная, но ты? Он коварен! Коварен!» «Да что ты пристал? — ответил Геральт. — Ты видел её две минуты назад? От этой гром-бабы Эмгыр под лавку залезет, а потом отправит её обратно ко мне да ещё золота даст, что бы я забрал. И вообще, ну убьёт нильф её, увезёт, мне же легче. Я, когда Йожу желание загадывал, о кобыле думал. О настоящей кобыле, понимаешь? Как, к примеру, вон та, что пасётся на травке, а не о той, что с мечом. Так что наконец моё желание может исполнится. Нильф убьёт Цири, я, мстя, убью нильфа и в качестве компенсации заберу его кобылу. Всё». Внутренний голос закатил глаза и страдальчески застонал. Нильф что-то ещё плёл, пуская слюни, просил прощения, но попыток к убийству Львёнка, к сожалению, не предпринимал, а потом и вовсе на берегу появился конный эльфский отряд. Ночной кошмар вскочил и побежал к ним. Кобылку, правда, оставил. Но и вторую, ту, что с мечом, тоже. Блин. Жаль было лошадку двойным весом неволить. Геральт вздохнул и махнул Цири удирать пешком.