Черное сердце

      — Начне-ем с того, какие девушки тебе нравятся? Принц затупил, он ожидал не совсем такого вопроса. Еще больше замыкался он от того, что тело мужчины придвинулось ближе. Авель повернулся к лицу эльфа и обомлел. Тот ухмылялся, черные глаза играли очень недобрыми огоньками. Это вопрос с подвохом?       — Сцилийки? Они упругие почти до старости и загорелые, как ты сейчас. А может, мирийки? Низковатые ростом, но грудь у них всегда что надо.       «Только тот, кто все видел, может так издевательски себя вести.» Но Ашер принял игру мара.       — Высокие… Э-э, красивые, — эксперт по девушкам из Авеля был нулевой. — Мне нравятся длинные волосы, глаза… — он смотрел прямо на Равина и тонул в темном омуте его глаз, забывая все слова. Тот улыбался все шире.       — Ба-анально, — приблизил он ухмыляющееся лицо. — Только не говори мне про эльфиек, не будь таким олухом.       — А что не так с эльфийками? Они симпатичные, я же не слепой, — Авель нахмурил брови и сделался очень серьезным, приближаясь в ответ.       — А ничего. У них больше ничего и нет, нечего больше копать, это дно. Если бы они вдруг перестали так нравиться людям, то умерли бы от собственной бесполезности.       — А ты, значит, не такой?       — Я никогда не стану таким. Я возьму свое, не отсасывая за медь в клоповнике.       «Ну точно, видел… Я сейчас умру.» Становилось не весело. Эльф быстро мрачнел, яростный огонек отразился в глазах, но сам он замер, как перед прыжком.       — Ты мне поддался, Авель! Ты никогда мне не поддавался! — накинулся вдруг Равин, он навис над Авелем всем телом, как стена, пропахшая спиртом, и был не очень дружелюбно настроен.       «Ну вот я и дождался. Сейчас точно можно умереть.» Их колени, а потом и ноги соприкоснулись в воде. Подвыпивший учитель практически навалился на ученика, придавливая его спину к прохладному бортику. Рефлекторно Авель уперся ему руками в грудь, отклоняя голову от свисающих мокрых волос, но Равин неумолимо приближался. Еще немного и покажется часть тела ниже пупка, которую тщательно скрывала водица и сползшее полотенце. Очень близко. Слишком близко, и этого алкаша так легко было не оттолкнуть, как Уиля, но и отворачиваться не хотелось.       — Ты меня посмел жалеть?! Никогда не поддавайся мне! Только не после того, что ты узнал сегодня про меня. Рот парня уже было открылся, чтобы поспешно оправдываться, но Равин приставил палец к его губам.       — Молчи. Ты вообще не должен был видеть их. Никогда, — мужчина отвел черные глаза в сторону.       «Стыд? Равин стыдиться?!» Но Авель все еще не мог ничего сказать, указательный палец на влажных губах сменился большим. Рука Равина слегка обхватила его лицо, и он медленно водил пальцем по губам. Верхней, нижней. Приподнимая их и сминая. Его взгляд был мутный, как у Уиля под кайфом.       «Под действием разных соблазнов они творят дичь… Эльфам нельзя пить! Особенно Равину. Их душа выворачивается наизнанку. А может, это мой шанс?..» Это было страшнее и сложнее, чем нападать на человека исподтишка темной ночью в тишине. Авель использовал всю волю, чтобы отнять от груди со шрамами одну руку и приложить её поверх бледной руки у себя на щеке. Тепло сжать её и не отпускать. Все так же неотрывно смотрели невинные зеленые глаза на эльфа над ним.       «… И делай с этим что хочешь, мудила.»