Малыш

Необходимость решений и действий придавали Тэхёну сил, он даже начал есть. За несколько дней слёз и страданий он успел сильно похудеть, под заплаканными глазами были синие отёки, царапин на руках было уже в десять раз больше, благо их он удачно скрывал. За ним стали следить не так пристально, и даже жирная и противная воспитательница иной раз вздыхала с облегчением, то ли от радости за скорую поправку, то ли от радости поскорее избавиться от ребёнка. Психолог спрашивала про дневник, Тэ знал, что она хотела его проверить, но он умело врал об его пропаже. Теперь он записывал туда абсолютно всё. "Мне второй день снится его лицо, такое идеальное и мужественное, совсем не под стать маньяку. Он злобно улыбается и смотрит похотливыми сверкающими глазами, как тогда. Он похож на модель, на ненастоящего, я почти уверен что за его лицом кроется пятидесятилетний урод. Это меня пугает. Мне никто не поверит, если пойду в полицию, у него и так там точно найдётся куча связей. Такая безысходность. Ещё дня два в коридоре стоял его запах. Он сводил меня с ума. Я пытался не вдыхать его, потому что мне кажется, что он щекочет изнутри, от горла до живота, он преследует меня. Я теперь ненавижу мяту." Да. Большинство его записей было о неизвестном, поделившем его жизнь на до и после. Вслед за описаниями сна с участием вышеназванного омега обычно осыпал его угрозами и после снова описывал. " Единственное хорошо то, что течка прошла, будто её и не было вовсе. Обычно идёт пять дней, а тут остановилась. Думаю, это сбои из-за стресса. Запишу это в список того, за что этот мудила будет расплачиваться" Ещё одним его развлечением в дневнике было наказание. С каждым разом фантазии его уносили во всё более далёкие дебри, а способы становились изощрённее. Тэ наслаждался ночной тишиной в постели. Это те моменты, когда нет никакой возни за стеной и тебе никуда не надо, можно спокойно отдаться потоку мыслей. Из приоткрытого окна тянуло ночной свежестью августовского ветерка, который трепал волосы; чёлка Тэхёна то и делала что падала на лоб и мешала процессу. Он отвлёкся на волосы и шмыгнул тонким нежным носиком. Этой ночью он будет связывать альфу в подвале и поджигать его дом, наслаждаясь музыкой из его предсмертных криков. Ком из запутанных нитей-мыслей, давящих и туго связывающих уже истощённый мозг, продолжал всплывать и заявлять о себе. Чон смотрел через призму чужой, придуманной жизни, в которой он только лишь хватался за что-то, чтобы уверить себя в то что всё предпринятое им было не напрасно. Он жил работой, лишь в кабинете он мог отвлечься. Раньше это было причиной стрессов, сейчас же было спасением. Но когда на столе, на удивление подчинённых, не было бумажек, он погружался в этот нависающий над ним мрачный ком и безуспешно искал себе новое занятие. Он хотел всё вернуть и искупить. Страдал от злобы и боли после расставания, прокручивал случившееся того дня. Он не понимал, как такое возможно. - Ты злишься? - спросил Намджун, сидя за столом в домашней майке, когда Чон сломал карандаш после записей по работе в ежедневник. - Естественно, как мне не злиться? - Не надо. - Да ты капитан Очевидность, - фыркнул альфа. - Обида противоположность вины, но в отличии от вины, её невозможно искупить, и избавиться сложнее. Хотя, в зависимости от ситуации, - Намджун задумчиво остановился. - Попробуй вспоминать сначала плохое, затем хорошее. Это в конечном итоге должно перейти в простую благодарность. - Намджун, я ценю твои советы, но я уже давно не ребёнок и даже не молодой, чтоб выслушивать подобные советы. Но раз ты сам переживал подобное, то тебе ли не знать, что не всё так просто, и всё лечит только время. - Прости, я привык, что в баре ко мне все обращаются за советом. - Ничего. Но больше всего я чувствую именно вину. Если ты заметил, почти всё свободное время я теперь посвящаю либо документам, либо работе, либо тебе. Чтобы не было времени страдать. - Я тебя понимаю. Как только я развёлся с женой, я делал тоже самое. И, знаешь, я сейчас почти свободен, иногда мне даже хочется поведаться с ней. Он не должен был этого допускать. Или же это самый лучший для него исход, вновь стать жертвой? Неужто Тэхён правда надеялся сбежать? Рассчитывать на себя, когда на деле сопля на палочке, внезапно поверившая в свои возможности? Наверное, именно это призвание омеги - быть постоянной жертвой, полностью отдающей своё тело на растерзание альф ради исполнения своего предназначения - роли инкубатора. Может, так даже лучше, без воли? Сознание вновь покинуло его, когда тяжёлая рука опустилась на плечи и медленно повела к выходу. Серые стены детдома вокруг молчали, им было всё равно на мальчика со сломаной судьбой. Снова у Тэхёна не получилось воззвать к чему-то, у чего могла быть душа. Тело, как и весь Тэхён, было напряжено, но внешне он выглядел безразличным. Он не мог терпеть эти касания, этот вид, этот запах. Ненавидит присутствие этого альфы до боли в порезах на руках, которые сегодня снова освежит, пока никто не будет видеть. Они подошли к той самой красной машине. Все вещи уже были в багажнике, а открытая дверь приглашала внутрь. Всё замедлилось, и в голове Тэхёна промелькнула мысль, что этого могло не быть. Что он мог избежать этого. Что это снова его вина. - Ты серьёзно блять?! - Громко возмутился Джун, расплёскивая руками. Такого бету Чон видел в первый раз. - Думаешь, я шучу? - нахмурил брови Гук - отговаривать меня даже не собирайся, всё уже решено. - Я и не собирался, это конечно благородно с твоей стороны, но неожиданно. - Поэтому мне нужно как можно скорее продать квартиру. Сейчас попьём кофе, и я буду искать спеца по недвижимости. - Постой, ты точно всё обдумал? Ребёнок - это огромная ответственность, нельзя всё так... - Я уже всё решил. Мне много о нём рассказали, я готов взять всё на себя. Я должен ему помочь. - Чувство вины? - Да. А ещё я ему нужен. - С чего это? - Мальчик без семьи и после такой травмы, я блять просто использовал его как подстилку, я даже не могу представить, что он чувствует, - альфа нервно потёр руки и отвёл взгляд - Воспиталка у них ебнутая, ей явно похер на него. Я чувствую, что должен. - пауза - И его запах... - Чон замялся. - Что? - Он мой истинный. Я не стану его терять и сделаю для него всё возможное. Не для себя, а для него. Возмущённое удивление, которое было на лице Намджуна, не передаваемо нормальными словами. Он охуел. - Я это ещё в тот день понял, и сейчас убедился окончательно. Я не позволю ему пропасть. Выражение лица Кима ещё более усилилось, но он всё же смог выразить своё единственное желание. - Мне надо выпить, - вымолвил он. - А я пойду искать новое жильё. Чонгук поспешно ушёл в свою комнату. - В какую хуйню я вляпалсяся, - сказал самому себе бета. Толком незнакомы, но он казался ещё дальше прохожего на улице. Чон был за рулём в беззвучном салоне, единственными звуками вокруг было только бренчание дворников, которые еле успевали протирать капли, и проносящиеся мимо автомобили. Их взглядом провожал подросток на заднем сидении. Чону было неловко находиться рядом с ним, но это совсем не та подростковая неловкость первой любви, это сожалеющая, кричащая болью неловкость. Она перемешивались с нервностью и создавала ком в горле, хотя плакать он не собирался. Были рядом. На расстоянии вытянутой руки. Но близки они никогда не будут. Чон глубоко вздохнул, краем глаза увидев безразличное красивое лицо, отведённое в сторону. Чистое лицо без улыбки. Чонгук завыл глубоко внутри от мысли, что эту улыбку он не увидит. И постыдился своей же мысли. Ему нельзя на такое рассчитывать. Его новая комната превзошла все ожидания, он бы по-настоящему радовался новому жилищу, будь он позитивно настроен. Тэхён сидел на новой мягкой широкой кровати, с трудом подавляя в себе желание пойти и потрогать все предметы поблизости. После приезда между ним и альфой было то же напряжённое молчание, и после неудачных попыток настроить общение Чонгук пошёл в свою комнату. И почти сразу Тэ услышал, как тот с кем-то говорит. Любопытство взяло верх и он подошёл к двери. - Я не знаю, что с ним делать, он меня просто игнорит, - говорил Чонгук вымотанным голосом, жалуясь кому-то по телефону - Ну спасибо, мог бы совет хотя бы дать. Хорошо. Приезжай, как только освободишься. Дверь предательски скрипнула, и из прикрытой двери показалось любопытное лицо. Чон обернулся, и Тэ тут же убежал. "С кем он мог разговаривать?" - спросил он сам себя. На ум приходили самые разнообразные варианты, от товарищей-маньяков до пассий на ночь. Но на секунду промелькнула мысль, что он не походил на маньяка-извращенца. Он походил на приемлевого бизнесмена. Пройдясь по квартире и не найдя потайных комнат для пыток и чего-то подозрительного, в голове произошёл некий диссонанс. Да и зачем маньяку усыновлять жертву? Ответы были нелогичны. Чем мучиться с документами, он мог просто выследить Тэхёна и украсть в конце концов. Делать всё официально и по закону - совсем не по-маньячески. Через час в квартире появился другой мужчина, а Чонгук ушёл на работу. Высокий и приветливый, внушающий доверие. Совсем не такой, как мог представлять Тэ друга маньяка. Бета улыбнулся и посмотрел на него. - Привет, меня зовут Намджун, можешь обращаться ко мне неформально. Я пока с тобой посижу. Ответа не последовало, и Тэ стремительно ушёл в комнату. На кухне началась возня, и через минуту Нам зашёл к Тэхёну, перед этим постучавшись. - Видел кофеварку на кухне? Может, приготовить тебе кофе? Ты же любишь кофе? - выдавал он вопросы один за другим совершенно развязным тоном. Тэ удивился, но решил не поддаваться такому дружелюбию и отрицательно мотнул головой. - Может, с молоком? Там даже с кокосом есть, вообще какой угодно, - бета лучезарно улыбнулся. Тэхён не выдержал. Давно, когда у них в семье было не так туго с деньгами и отец ещё жил с ними, он делал кофе с молоком. Оно заменяло все шоколадки и подкупало Тэхёна каждый раз. Он не пил его уже года два. Да и если его планируют отравить или вырубить, ему некуда бежать. Поэтому, не удержавшись, ответил уже голосом: - Да, хочу. Нам снова улыбнулся и махнул рукой. - Тогда пойдём, заценишь. Тэ не планировал говорить. Он не планировал взаимодействоть с педофилом и его друзьями. Он хотел ненавидеть и в тайне строить планы побега, чтоб как можно скорее воплотить в реальность. Но кофе всё испортил. Он был восхитительным. Усевшись поудобнее на высоком столе, будто за барной стойкой, он с упоением вдыхал замечательный аромат кофе и пил маленькими глотками, чтоб не обжечься. Головокружения и головной боли он не чувствовал, зато чувствовал как горячий сладкий напиток заполнял всё внутри. - Я понимаю, как тебе сейчас херово. Я всё знаю. Чонгук это тоже понимает, поэтому, наверное, будет меньше тебе попадаться на глаза. Поверь, он очень сожалеет. И поэтому решил сделать всё это для тебя. Тэхён посмотрел на него и увидел в глазах необыкновенную искренность. И замолчал, не двигаясь и продолжая пить кофе. Он не поведётся на эти трюки. Пока Джун отходил в уборную, Тэхён быстро нашёл самый острый нож и спрятал его под подушкой. На эту ночь этот нож станет гарантом его безопасности, и он, поддавшись усталости, отложил противоречивые размышления на завтра. На следующий день первая попытка его не удалась. Вернее не попытка, а скорее порыв, потому что плана не было. Был только шанс, который он упустил. А всё из-за трусости и неспособности устоять перед соблазном съесть то, что так давно не ел. Прямо с утра бета снова начал пробовать промыть мозги Тэхёну. Они по инициативе Намджуна (ну ещё бы ему разрешили выходить на улицу одному, как же) пошли в макдак. И началось настоящее испытание для Тэхёна. Хотя бы потому, что он не ел этой божественной еды несколько лет. Он в принципе мог и один ходить раньше, но своих денег не особо хватало, и он привык, что такие походы – это что-то особенное. Тогда Тэ взял нож на всякий случай. Как только Намджун пошёл в туалет, Кима осенило, что это идеальный шанс сбежать. И вместе с этим от бургера начал исходить безумно вкусный запах, Намджун вообще мог пойти лишь затем, чтобы помыть руки, и к тому же Тэ совершенно не знал местности, чтоб не было камер поблизости, по которым его могли бы вычислить. Бета вернулся и начал пытаться вывести юношу на диалог, но тот угрюмо уткнулся в еду. Если сбегать, то должно быть всё продумано, вот что понял Тэхён в тот день. И он это сделал через день ночью, когда в квартире всё затихло. Он сидел в том парке около макдака и искренне не знал, что делать. Уверенность куда-то пропала, и сейчас Тэ напоминал мокрого воробья, безуспешно пытавшегося найти ветку, где его крылья не промокнут от сильного дождя. Мокро не было, но было холодно. Ему сейчас было дико страшно. Если раньше за него всё решал кто-то другой, то теперь он станет совершенно один. Хоть он всегда себя таким чувствовал, сейчас он действительно один. Тэ представил, как это происходит у других: взросление, самостоятельная жизнь и прочее. Он так привык, что всегда есть место, куда можно вернуться, есть семья и есть хоть какая-то стабильность. Но сейчас не было ничего. Только сырая скамейка и ночь. Жалкий ребёнок, вот каким он сейчас себя чувствовал. Ему некуда и не к кому идти. «Ничего, найду работу и добрых людей» - прошептал он. Но господи, как же это наивно. У тех, кто взрослеет, обычно есть хоть какая-то поддержка, какое-то наставление, какая-то помощь. А у него не было. «Блять, меня рано или поздно просто найдёт полиция и отвезёт обратно к этому ублюдку» - пронеслось осознание в голове. Сбежать было несложно, сложно было что-то делать дальше. Вокруг было ни души, всё вокруг окунулось в ночь и заснуло. Сучья и ветви деревьев мрачно скрипели и шелестели от ночного ветра, веяло прохладой. Фонарь около скамейки, на которой сидел Тэхён, озарял пять-шесть метров оранжевым светом и мигал, будто он бродяга, которого кто-то сильно ударил в единственный глаз. Вот бы он был живой, тогда бы Тэхён с удовольствием поболтал с ним. «Как же мы с ним похожи» - усмехнулся он. Вдруг Тэ услышал шаги и в страхе обернулся. Это был Намджун. - Привет, не спится? – сказал с улыбкой он и присел рядом. - Да, именно поэтому я пошёл в три часа ночи в такой холод так далеко, – ответил сарказмом Тэ, выражая отсутствие радости этой встречи. Бета будто бы не заметил это. - Я знал, что ты сюда пойдёшь. Тэ вопросительно посмотрел на него. - Ты так оглядывался по сторонам, когда мы ходили в фастфуд, что нетрудно было догадаться, для чего тебе это нужно, – по-доброму усмехнулся он - Прости, но я вижу тебя насквозь. Я понимаю, почему ты хочешь сбежать, но не понимаю, как у тебя хватает на это глупости. Тэ как-то разочарованно и злобно выдохнул и скрестил руки на груди. Он стал ожидать дальнейших наставлений, но их не последовало. Стоп, что? Он его понимает? Намджун внезапно протянул руку Тэхёну, в которой были какие-то ключи. - Это ключи от моей скромной квартирки. Можешь пожить пока там, хотя бы на сегодня переночевать. Тебе решать, что делать дальше, я тебя возвращать обратно не буду, обещаю. Тэхён оцепенел. Взять ключи – всё равно, что снова угодить в лапы того педофила. Но, казалось, что бете можно доверять. Он колебался. И это колебание было самым напряжённым, которое только у него было. - Я постараюсь, чтобы он тебя не искал. И прикрою если что. Но только пообещай, что будешь ходить в школу. Адрес тебе передам потом. Тэ снова выдохнул. Бета мало того что предлагает своё жильё с огромной вероятностью, что потом насильно вернёт к альфе, так ещё и выдвигает условия. Почему Тэхён настолько беспомощный, что ему снова необходим чей-то контроль? - Ты можешь отказаться, я не настаиваю, – Спокойно сказал Намджун, и в этом голосе слышалось понимание. Такое необходимое сейчас омеге понимание, которое казалось сладким для ушей. Тэ осторожно посмотрел в глаза бете. Они не врали, или Тэхёну безумно хотелось верить. - Ты мне обещаешь? – бета прекрасно понял, что имел в виду этот отчаявшийся мальчик. - Да. - Мне сейчас так плохо, – сказал шёпотом Тэхён, отвернувшись снова на свет фонаря на асфальте. -Знаю, - мужчина выдержал длинную паузу - Но поверь, жизнь даёт тысячу шансов всё наладить. И я хочу верить, что этот шанс твой. Омега взял ключи и сильно сжал в руке, и они продолжали болтать следующие пару часов.