in the different situations

— Боже, как ты меня достал!       Крейг, давясь слезами, скинул тело своего парня в душевую кабинку в облёванной одежде. Такера всего передёргивало от одного только взгляда на свои руки: они были в крови, рвоте и мокрой грязи. Он дрогнул всем телом и поспешил вымыть руки. С мылом, несколько раз, как и всегда.       Крейг был чистоплюем до мозга костей. Он всегда таскал с собой антисептик, мылся утром и вечером, каждый день стирал шмотки, раз в день приводил комнату в порядок, если в ней что-то выходило из-за рамок «чистого». Такеру нравилась чистота и порядок, и он не мог понять того, почему влюбился в такого разгильдяя как Марш. Такого отвратительно грязного сейчас. Его снова передёрнуло.       Стэн не был аккуратным и чистоплотным, как Крейг, но и на свинью не походил. У него в комнате был регулярный порядок, в отличие от того же Клайда; он старался принимать душ каждый день; по возможности мыл руки… и всё равно для Такера он был грязным. Слишком грязным. Крейгу казалось, что в луже микробов меньше, чем на Марше. — Ты… Ты…! Я не знаю, что мне с тобой делать! Ты такой… такой…! Как же я тебя ненавижу.       Крейг взял душ и направил на своего парня струи холодной воды. Так он и протрезвеет, и почище станет. Наверное… какой же он всё-таки гадкий! — Как же я устал от тебя.       И тут Стэн поднял на Такера взгляд. Такой тяжёлый, уставший, чистый синий. Марш знал. Марш прекрасно знал обо всём. И о том, что он достал Крейга, и о том, что Крейг его ненавидит всем сердцем, и даже о том, что с другим парнем Крейгу было бы лучше. Пусть Стэн и был пьян, он всё равно всё прекрасно понимал. Ведь когда болело другое, принадлежащее ему сердце, его сердце тоже трещало по швам. — Прости меня… прости меня, ради Иисуса, Крейг.       Такер жмурится. Хватит с него этих струй, которые бились в тёмную чёлку и стекали по правильному лицу. Хватит с него этих искренних синих глаз. Хватит! — Прости, Стэн… я такой мудак.       Крейг бросает душ в сторону, а сам прижимается к чужой груди и губам. И ему уже совершенно плевать на то, что Стэн грязный, с ног до головы мокрый, весь облёванный. Ведь Такер его любит не за его оболочку, а за эти чистые синие глаза.