Тёмный нефилим. Крылья в клетке.

      Не знаю с чего начать…       Вроде и добрался к своей цели, а конкретно к храму. Жив, здоров и даже с парочкой приобретений сомнительной ценности. Я о Зецу и Мадаре.       Риннеганы идут в комплекте с последним. От первого же остались лишь травмирующие мою психику воспоминания и нечто отдаленно похожее на изжогу. Как ни удивительно, но с тысячелетнего монстра мне ничего конкретного не перепало. Была надежда на весьма специфические знания, но все они буквально измазаны в фанатичном желании освободить крольчиху.       Если увлекусь, вполне вероятно, что сам возжелаю подобного.       Борьба с чужими желаниями мне ни к чему, я и со своими не всегда справляюсь. Так что хрен с ним с черномазым и его знаниями. Меньше проблем.       Так о чем я?       Наше пребывание в храме оказалось более скоротечным нежели я предполагал.       Неженки бритые.       — … и чтобы ноги ни одного из вас здесь больше не было. — орал монах маленького роста, что по совместительству подрабатывал главным нинсо Храма Огня. — Или я потрачу все сбережения храма, но за вашими головами будут охотиться все шиноби этого мира. Хлоп! Вот примерно с таким звуком перед нашими носами, а местами и клювами закрылись створки врат, а затем вспыхнул барьер.       — Да нет у вас сбережений, — тихонько пробормотал я в сторону закрытых ворот, поглаживая свиток с запечатанным золотом внутри, — чего он так разошелся? — спросил у своих спутников.       — Ты еще и спра… — начал красноглазый, но был перебит словами страуса.       — Это всё Учиха-сан виноват. — ответил Альфред покосившись на Мадару. — От него было больше всего проблем.       — Я тебе сейчас клюв сломаю. — моментально вспыхнул Учиха врубив свой шаринган.       — О чем я и говорю. — не проявляя и капли страха, спокойно заметил страус.       — А знаешь? Альфред пожалуй прав. — согласился я, вспоминая несколько прошедших дней. ***       Вводную лекцию от Чукаку мы все благополучно проспали. Он так скучно рассказывал, что простыми словами этого не передать. Мадара, когда проснулся, даже заподозрил звуковое гендзюцу. Но, нет. Там реально унылая лекция была. Как вспомню, так опять спать охота.       Затем нам выдали одежду, подстригли и попытались научить смирению.       Это все из-за Учихи. Чёртов псих, которого нормальным людям лучше не показывать.       — Мадара-сан, ваша очередь, сейчас мы вас подстрижем. — сообщил главный стилист храма.       — Пф. — ответил Учиха, сложив руки на груди.       — Я благовоспитанный страус и не буду это переводить, — вмешалась сухопутная птица, — но если коротко то: — Не смейте ко мне прикасаться, мерзкие макаки, или я всех вас уничтожу, а этот сарай, что вы по глупости своей называете храмом, сравняю с землей.       — Мадарыч, не груби. — попросил-приказал я, — они же не виноваты, что мы к ним пришли. Будь паинькой, потерпи несколько недель, я научусь лепить золотого мужика из чакры и мы отсюда свалим. — и все это с присущей моему детскому телу непосредственностью и ясным взглядом алых глаз. Сердобольные монахи были в таком восторге, что даже не обратили внимания на цель нашего визита. Или обратили, но не восприняли всерьез слова ребенка.       А Мадара. Столько возмущения было в его взгляде после моих слов, что я заподозрил страуса в слишком вольном переводе.       Отступать было поздно, так что крайний все равно Учиха. Монахи оставили нас наедине и страус решил его поддержать.       — Учиха-сан, я как существо давно смирившееся со своей участью, могу дать вам полезный совет, — вещал Альфред с почтительного расстояния хорошо поставленным голосом, — в любой жизненной ситуации ищите положительную сторону.       — Положительную? — одно простое слово с вопросительной интонацией, но матерый Учиха умудрился его выдавить, выплюнуть и прорычать одновременно.       — Смотрите на случившееся не как на потерю, а как на неравноценный обмен в вашу пользу. — продолжил говорить страус, впрочем сохраняя дистанцию, — волосы в обмен на еще одну пару томоэ в глазах.       Это да, Учиха знатно психовал. Монахи были беспощадны даже к Богу Шиноби, точнее к его «внуку». Если бы не мой прямой приказ он бы здесь всех порешил. Едва сдерживаемая ярость которую нельзя выплеснуть на причину раздражения, стала отличным стимулом для эволюции его глаз.       — Альфред, — вмешался я, обратившись к своему призыву, — Ты меня поражаешь. Еще несколько дней назад ты просил его добить, а сейчас даешь ценные советы. Определись или как?       — Хн?       — Я пытался вам помочь, Учиха-сан, — все так же спокойно начал отвечать пернатый на его «хн», — вы знаете этого м-м-м человека, — и указал на меня, — меньше одной недели, а уже потеряли напарника, веру в себя, в будущее, свое достоинство, свободу, литр крови, килограмм нервов…       — Достаточно. — попытался перебить его Мадара, но…       — Вам то может и достаточно, ему нет, а значит добавим к вашим потерям риннеган и волосы. Как по мне так лучше смерть. — таки закончил Альфред свою мысль.       — И где здесь положительная сторона? — уже более спокойно спросил Учиха, проведя рукой по лысой голове. Он вообще перепадами настроения страдает после моего лечения. Конечно не женщина Узумаки, но где-то рядом.       — Напарник был мутным, непонятным кустом с весьма туманным прошлым и не менее мрачным будущим, — подойдя ближе, взвешенно ответил страус.       Он немного в курсе о истинной природе и целях Зецу. Я рассказывал, пока мы двигались в сторону храма. И если Мадара мне не очень то и поверил, до последнего цепляясь за свои ошибочные заблуждения даже не смотря на то, что его шаринган все подтвердил. То Альфред меня достаточно хорошо знает, чтобы понять когда я говорю правду, а когда тупо издеваюсь.       — Потерянные части тела уже восстановились или восстановятся, но при этом вы снова молоды, здоровы и полны сил. — разливался соловьем страус, — а через десять лет свобода. Вы же Бог Шиноби, и у вас будет достаточно времени чтобы восполнить потери, изучить слабости своего обидчика и по истечении срока убить его с особыми жестокостью и цинизмом.       — Допустим. — кивнул Учиха покосившись в мою сторону, а его лысина блеснула на солнце.       — Вы бы хоть в сторонку отошли, заговорщики хреновы. — проворчал я, борясь с желанием нырнуть в глубокую медитацию, а если проще то прикорнуть часик другой. —  Это же будет самый хреновый сюрприз в моей жизни.       — Пусть так, — степенно кивнул Учиха, — хреновый, но последний.       — Трепещу, — улыбнулся я. — А теперь айда посмотрим, что здесь да как.       После стрижки и нашего разговора он все еще был какой-то слишком не спокойный. И дабы усмирить его мятежный дух и бушующие чувства старик Чукаку нагрузил Учиху монотонной работой. Ну там двор подмести, посуду помыть, отхожее место убрать.       Нинсо не пытался его унизить или что-то типа того, это обычные будни любого из молодых монахов.       Все закончилось еще на первом пункте списка. Лысый Учиха, подметая двор, создавал давление чакры такой силы, что вполне себе монолитные каменные плиты крошились в щебень. При этом он не забывал монотонно махать метелкой, выполняя поручение.       Поблагодарили, веник отобрали и отправили медитировать от греха подальше. И все это в первый же день.       Его путь лежал мимо тренировочного полигона и если первый раз он спокойно прошел мимо то уже на следующий день Учиха, ясен-красен не утерпел и решил размять ставшие молодыми косточки.       Стоит ли говорить, что произошло дальше?       «Вежливая» просьба о спарринге и понеслась. Короткие бои один на один очень быстро переросли в попытку завалить наглеца всей толпой.       Монахи еще долго продержались.       Они сносили побои и насмешки со смирением достойным учеников самого Будды, что еще больше бесило Мадару.       Тайдзюцу Учих в исполнении мастера впечатлило даже меня. Очень акробатичное, а мне такая хрень нравится. Надо бы взять пару уроков.       Так вот.       Не многим больше десяти минут и около трех десятков монахов лежат в отключке. Он их не просто бил, а еще и удовольствие растягивал.       Те несколько лысых, что еще были в сознании, не придумали ничего лучше, чем поблагодарить за науку и продемонстрированное мастерство.       Мадара почти сорвался, он тут их лупит почем зря, а они ему за это спасибо и приходите еще.       Это дело и спалил мимо проходящий Чукаку, что почему-то тащил нашего страуса за собой при этом что-то тому выговаривая. Он и так был зол, а тут такое.       Вот нас и выгнали. ***       — Ты путаешь причину и следствие, — заметил Учиха, обращаясь ко мне, — Дело в том, что он уже был не в себе, мое поведение стало последней каплей. До этого он вполне спокойно отнесся к моим выходкам, как и полагается опытному монаху.       — Тогда не знаю, — пожал я плечами присев на ступеньку.       — Я знаю. — продолжил Мадара. — Это страус виноват. Перед тем как пойти на полигон я заглянул в один из залов где он читал проповедь или что-то типа того… ***       Девятихвостый их всех сожри, как же в этом храме уныло, скучно и до противного упорядоченно. Шастают туда сюда, общаются, занимаются повседневными делами, культивируют чакру, тренируют тела, бреют головы. Все такие умиротворенные, просветленные и лысые.       Бесит.       Длительная медитация целью которой было успокоение не принесла пользы. Учихи не медитируют, они истощают себя тренировками или идут в бой.       От размышлений Мадару отвлек знакомый голос. Он что-то увлеченно рассказывал небольшой группе молодых монахов. Заняться было нечем вот Учиха и решил послушать.       — Оставьте дела свои мирские и внемлите речам моим. — говорил страус высоко подняв свою голову, — Знайте же, братья, что ваши размеренные и полные спокойствия дни подошли к концу. Порог вашего храма преступило древнее зло. Оно беспощадно, оно неудержимо и в питомцах у него еще более древнее и еще более злое зло. — прервался он отчетливо вздрогнув от накативших воспоминаний, — Ваши тела будут истерзаны, а души пожраны. И лишь в смерти спасение ваше. Освободите свой дух от оков слабой плоти ибо время ваше утекает как песок сквозь пальцы. Впитайте мудрость того кому так и не удалось себя уберечь, того для которого даже смерть перестала быть спасением… — продолжил говорить пернатый, надрывая свое горло.       — Вокруг одни психи. — подметил Мадара и отправился дальше в сторону полигона. ***       — Наверное Чукаку не понравилось как ты склоняешь его подопечных к групповому суициду. — задумчиво протянул я после рассказа Мадары. — Одно да другое вот нас и выперли.       — Нет, когда я очнулся, он уже был не в себе. — не согласился Альфред.       — Очнулся? — уточнил, непонятный момент.       — Этих монахов обычными речами не пронять. — недовольно крякнул пернатый. — Пришлось демонстрировать свою неспособность окончательно умереть.       — Опять об стену убился? — меланхолично уточнил я, пытаясь вспомнить сколько у него осталось печатей воскрешения.       — Свернул себе шею. — поправил меня Альфред. — Очнулся я от криков нинсо о том, что их плененный Демонический Дух Страха сбежал и уже довел несчастную птицу до помешательства и самоубийства.       — Что за дух такой и что было дальше? — проявил интерес Мадара.       — Что-что, — начал ворчать страус, — Стоят они к моему телу спиной, а я поднимаюсь и говорю — «Видите, я снова жив». Парочка тех, что помладше с перепугу сознание потеряло, еще несколько обделались, а наш добрый и заботливый нинсо с криком «одержимая тварь» чуть не забил меня до смерти своей тросточкой. Еле доказал, что я это я. Вот он меня и потащил на выход, а там Учиха-сан людей избивает да плескает своим яки во все стороны. О злом духе ничего не знаю. Чукаку не горел желанием отвечать на мои вопросы.       — Мда, с вами каши не сваришь. — покачал я своей лысой головой. — Уже скучаю по тем временам, когда я путешествовал один и на меня из кустов нападали всякие извращенцы.       Хорошо, что в этот раз я вообще ни причем. Этих два дня я никому не мешал почти никуда не лез и занимался своими делами. Начал с небольшого, но всё-таки раздражителя. ***       После того как Мадару припахали, а страус убежал по птичьим делам я занялся своими. Всего лишь рисовал на стеночке как и положено скучающему ребенку. Моя красноголовая половина на пару с сожранной душой мастера Шинджи буквально не оставили мне выбора.       Сил моих больше не было смотреть на эту мазню которую монахи считают легендарным фуин. Вот и малевал потихоньку стараясь не привлекать внимания.        На фоне проделок Учихи я вообще был невидимкой.       Вот придет сюда Какузу погонять лысого, как напряжет свою руку, как долбанет по стене, а она возьмет да сломается. Не стена, ручонка его шаловливая.       Одна единственная ночь в храме тоже не прошла даром. Пока большинство аборигенов спали, я успел пошарить у них в мозгах в поисках знаний по Райго Сенджусатсу. Позаимствовать немного их особой чакры, которая и служила основой для техники и даже спокойно прогуляться.       Отличие от обычной, как бы это правильней выразится, в ментальном программировании. Кучка мужиков ударились в культивацию и воплотили своей совместной волей некий энергетический образ. Наполняешь его чакрой и вуаля, всё готово. Только сложно это, а потому таких умельцев целых полтора на весь храм.       Пока перебирал в голове полученные знания и новые ощущения, забрел в мрачное темное подземелье. В общем то оказался я здесь не случайно, было интересно взглянуть на очередное запечатанное зло.       Куда не плюнь, кто-то, кого-то, когда-то, куда-то и почему-то запечатал.       Конкретно этот несчастный ни разу не демон, а обычный мстительный дух если взять классификацию мира сверхъестественного, но с поправкой на чакру, а значит гораздо сильнее.       В храме он стережет золотишко и работает тренажером для монахов. Насилует их лысые мозги, что способствует быстрому обучению и борьбе со своими страхами.       От мыслей о призраке меня отвлек он сам.       Многорукое дымное нечто со светящимися белым светом глазами. Стильненько.       Спустя мгновенье его тело потекло, начало меняться и предо мной предстал бородатый мужичок невысокого роста в халате и тапочках.       — Долго же я тебя искал, Адам. — заговорил "Чак" своим голосом и даже мимику повторил. Но всё равно не то. Нет чувства давящей мощи и тотального превосходства.       — Хм, и как ты только мне в голову залез… — задумчиво протянул я пытаясь почувствовать какое либо воздействие. Что-то есть, но совсем слабо и замешано на духовной составляющей чакры, что в принципе логично.       — Ты испортил мою истори…       — Да-да-да, слыхал уже, не мешай, я думаю. Ридикулус, блин. — отмахнулся я пытаясь понять природу его способностей.       Пф, и чего это я? Все просто, можно одним выстрелом убить целый косяк зайцев. И покушать, и узнать кто он и получить моральное удовольствие.       Хоп и на животе засветилась пентаграмма подключая мою сущность к телу. Еще одно хоп и моя рука пробивает грудь "Чаку".       Несколько секунд и его душа принадлежит мне.       Вроде и не Чак, а приятно.       — Хм, я потрогал мужчину за грудь и сделал себе приятно рукой. Фу, глупости какие. — хорошо что этого никто не слышал.       Золотишко осталось без охраны, и я как сознательный гражданин с энергией чешуйчатого клептомана в своих жилах, должен был что-то делать. Решение было простым, но эффективным.       Никто не сможет украсть золото, если его украду я. Ха.       Перед уходом напрягся и сотворил материальную иллюзию, чтобы не спалили пропажу.       На следующий день, с самого утра монах-коротышка крутился возле меня. Он сильно нервничал, спрашивал о самочувствии, водил надо мной руками и провожал каждый мой жест взглядом матерого инквизитора.       А потом он убежал. Судя по тому что нас через пол часа выгнали, убежал он к страусу. ***       Чукаку, нинсо Хи, но Тэра, после закрытия врат тяжело вздохнул. Ему впервые на этом посту довелось изгонять кого либо из храма. И это всего спустя два дня после их прихода.       Сначала они попрали все устои и просто вломились в храм. Затем проспали вступительную речь, где объяснялась их будущая роль в жизни храма.       Первый начал все крушить и всех бить. С таким предком оно и не удивительно. Ничего принципиально нового. Это далеко не повод для изгнания, эти стены помнят и не такое.       Немного времени, нужные слова и он бы сам нашел путь к душевному покою. Не срослось.       Второй, мало того что призыв, так еще и идейный самоубийца. И опять же это не повод к изгнанию. Каждый разумный имеет свой взгляд на мир и может верить во всё, что его душа пожелает. Другое дело, что он реально умер, а потом вернулся. Что-то близкое к джашинизму, но не оно.       На тот момент казалось, что пленник их подземелий захватил ближайшее свободное тело. Но опять же не то.       Призрак просто исчез, как будто его и не было никогда. Демонический Дух Страха, как понятно из названия, вызывал из глубин человеческого сознания самый больший страх.       А теперь его нет. Виноват кто-то из новеньких, больше некому.       Подозрения, как ни странно, пали на самого маленького из них. Чувствовалось в нем что-то чуждое этому миру. Учиха всегда на виду. Даже сдерживая свою жажду крови, ее отголоски ощущались с любого уголка храма. А птица это птица.       Пусть его догадки и не подтвердились, но всего случившегося вполне достаточно для изгнания.       Храм важнее.       — Да сгиньте вы уже! — выкрикнул Чукаку, очередной за сегодня раз потеряв самоконтроль.       — Да уходим мы, уходим. — послышался звонкий мальчишеский голос из-за стены. — Не стоит так нервничать не то еще волосы на голове повыпадают.       — Их. — скривился бонза, его ждут длительные медитации и поиски злого духа ведь темная тварь не может покинуть границы храма. ***       — Тц, и чего он такой нервный? — спросил Мадара после нашей короткой пикировки с Чукаку. — Где же легендарная терпимость монахов?       — А, не бери в голову, — махнул на его слова рукой, — пусть нас и выперли, но я получил то за чем пришел.       — Вот уж на твои успехи мне точно плевать. — высокомерно заявил Учиха, по привычке сложив руки на груди. Получилось не очень, ведь он в монашеской робе и лысый.       — Спасибо за поддержку, мой ученик. — благосклонно кивнул я и запрыгнул на костяное облако, надоело перебирать своими детскими ножками.       — Ты не учишь, а значит не учитель. — привнес он немного логики в наш диалог. — Чему ты вообще можешь научить?       — Хм, для начала могу поделится своими наблюдениями и дать мудрый совет. — предложил ему, стараясь не засмеяться.       — Ну?       — Прошлая твоя прическа была лучше. — серьезно произнес я. — Больше так не делай.       Хех, он опять им лестницу сломал.       — Чертов Зецу, демон его сожри. — буркнул Мадара и ускорил шаг.       Да я как бы уже…       Вопрос о том, что делать дальше, даже не стоял. Пауза в тренировках получилась более насыщенна чем планировалось изначально, а значит, пора продолжить процесс самоистязания.       О чем я и сообщил своему спутнику.       — Мне плевать, — даже не посмотрев в мою сторону, ответил Учиха, — но в этот раз я с тобой не пойду.       — Не иди. — пожав плечами, согласился я.       Ну не хочет человек, так зачем заставлять? Я вообще очень демократичный рабовладелец.       — Правда? — удивился красноглазый.       — Ага. — кивнул я, повернувшись к нему лицом. — Ты мне по большому счету и не нужен. Я не убил тебя из чистого любопытства. Сможет легендарный Учиха Мадара воспротивиться судьбе или нет? Выбрать свой собственный путь, а не вот это всё мракобесие с Муген Цукуёми. — покрутил в воздухе рукой. — Все что мог я для тебя сделал: убрал влияние на разум и его причину, подлечил душу, вернул молодость. Хм, победил в бою, тем самым показав, насколько сильно ты заблуждаешься, считая себя сильнейшим. Этого вполне достаточно чтобы задуматься и переосмыслить свою жизнь. Водить тебя за ручку до самой смерти и контролировать твои деструктивные порывы я точно не собираюсь. В общем, сделал для тебя больше чем любой учитель — дал второй шанс.       — И что мне делать? — несколько растеряно спросил Учиха.       — В том то и прикол, старый ты маньяк, выбор за тобой. Только мир не захватывай. — усмехнулся я и распечатал меч и капельницу, — но сначала… ты понял, да?       Возвращение в мир призыва прошло без проблем. Альфред сразу убежал по своим, несомненно, важным делам.       Я же, потратив несколько минут на мысли о бессознательном и обескровленном Учихе с чакроистощением, что так и остался лежать возле дороги, тоже нашел чем заняться. ***       Спустя полгода.       Не смотря на то, что уже через два месяца клан Узумаки ждет война на уничтожение, Ашина был доволен. Подготовка к боевым действиям не прекращалась ни на миг. Они в равной степени готовы как переждать длительную осаду, так и ударить в ответ. И в том и в этом им поможет фуин и новый призыв. До чего же опасные твари, но в сложившейся ситуации это играет в плюс. Люди тренируются, провиант готов, осталось только ждать и продолжать готовиться.       Причиной хорошего настроения был Демон. Сегодня ровно полгода как он не появлялся. Чем не праздник?       Довольная улыбка померкла спустя секунду. Посреди кабинета появился АНБУ из отряда дальней разведки. Что-то случилось.       — Говори. — приказал Узукаге, ожидая плохих новостей. И он не ошибся.       — Пять джинчурики. — с тревогой в голосе доложил шпион.       — Ооноки? — спросил каге, впрочем, зная ответ. Этот молокосос с детским ростом не упустит своей выгоды. Да и Кири с Кумо неприятно удивили. Предполагалось, что против них выпустят двойку биджу. По одному из каждой великой деревни.       — Да. — подтвердил разведчик.       — Свободен.       Мысли о демоне отошли на второй план. Глупо было считать, что враги не заметят подготовки Узумаки к войне и не увеличат мощь своей армии. Но не на столько же. Пять из девяти биджу, у стен его дома, демон их сожри.       А ведь есть еще каге и элитные S-ранговые бойцы сопоставимого с ними уровня.       Не хотелось просить союзников о помощи, но выбора нет. Армии не будет, но Мито-чан в помощи точно не откажет.       — А ведь так просто ее не отпустят… — пробормотал он вслух свою мысль.       Значит, пришло время исполнить союзный договор и переправить малышку Кушину в Коноху. А малыша Гина взять на переговоры, чтобы представить и показать уровень доверия. Опасно, но такова политика.       — Ничего, мальчик он сильный и умный, а значит, справится с давлением и ответственностью… — опять проговорил он вслух, — или же, — его глаза расширились от пришедшей в голову мысли, а на лицо выползла воистину дьявольская ухмылка, — терпеть придется сопляку Хирузену и его выкормышам.       Пришлось просить одну из Гончих передать просьбу о встрече. Полгода спокойствия прошло, пора снова страдать.       От мыслей о судьбе своей тяжкой отвлек появившийся из черного дыма невысокий силуэт со светящимися оранжевым светом глазами и черными длинными волосами.       Подсознательные рефлексы быстрее сознательного решения. Враг рядом значит тайдзюцу.       Вот Ашина и ударил изо всех доступных ему сил. А было их не мало. Вторженец и не думал уклонятся. Он просто подставил ладонь, смело принимая удар. Во все стороны разошлась ударная волна, затрещали кости в руке, посыпалась штукатурка со стен, но его визави не сдвинулся и на миллиметр.       — Угомонись, старый маразматик. — заговорило оно голосом его старшего младшего брата.       — Адам? — удивился Ашина, сделав шаг назад.       — А ты кого ждал, Учиху Мадару? — усмехнулся демон, одним движением запрыгнув в его кресло и закинув ноги на стол. — Так он занят. Исполняет свою юношескую мечту о становлении каге.       — Точно ты. — с облечением выдохнул узукаге. — Только у тебя такие тупые шутки. — на что демон просто пожал плечами. — Ты на себя не похож. — задумчиво протянул Ашина внимательно посмотрев на мальчишку.       Выглядит лет на восемь, распущенные длинные волосы черного цвета. Очень длинные, еще немного и до земли достанут. Радужка глаз сменила цвет с алого на оранжевый и змеиный зрачок вместо обычного. Увеличенные клыки и черные коготки на пальцах рук и ног.       — Вот как раз на себя я теперь и похож. — раздраженно проворчал демон. — Полтора года убил, но засунул в это тело все что хотел. Осталось подстричься, а не важно, чего звал?       Ашине пришлось вкратце описать свой план о дружественном визите в Коноху в надежде, что его заинтересует такое приключение.       Заинтересовало. Несколько дней на подготовку и можно выдвигаться.       Адам решил навестить знакомых и даже пообещал не доводить их до белого каления. Нужно лично убедиться. ***       Мой МММ если коротко и Марафон Махрового Мазохизма если расшифровать, был прерван просьбой о встрече, на которую я с огромным удовольствием и откликнулся.       Моя новая техника телепортации на основе демонической энергии и чакры сработала как и должна. У нее только один недостаток — спецэффекты как у Ночного Змея. А значит, конкретное такое палево. Что и подтвердил Ашина спустя мгновенье.       Мое прибытие едва не превратилось в убийство.       Пожалел старичка.       Быстренько пообщались, договорились и разошлись.       Первой в списке жертв была Сэцуко. Мое появление совпало с ее тренировкой.       Как увидел так мое сердечко и обомлело.       У нее розовый сусаноо. Розовый сусаноо с зонтиком вместо оружия, но и это не все…       — Вот это сиськи. — громко проговорил я, восхищенно пялясь на женскую версию доспехов.       — Адам? — громыхнуло оно, повернув ко мне голову.       — Привет, красноглазка, — помахал я рукой, — зачетная фигурка, особенно вид снизу.       Судя по чисто девчачьему писку и могучему удару зонтом, комплимент не зашел.       Последний я спокойно принял на одну из рук своего Будды. Я многого достиг, да. За неполный час остановил двух монстров одной рукой.       — Ты там жив? — испуганно спросила девушка, моментально оказавшись возле меня, а ее необычный доспех растаял в воздухе.       — Учихи и их дурной нрав. — проворчал я тяжело вздохнув. — Я к тебе с дарами достойными настоящей богини. Интересует?       — Ой ли? — улыбнулась красавица, сложив руки под… так не отвлекаться.       Дальше я ей быстренько рассказал, что она может получить и что нужно сделать. А так как за нами следил Ашина, сталкер хренов, пришлось немного с импровизировать.       — Потрогай его, ты же хочешь. — проговорил я смотря вниз перед собой. Сэцуко сидела совсем рядом и смотрела туда же. Старый изврат был позади нас и видел только наши спины.       — Он такой огромный, — восхищенно прошептала девушка, очень громко прошептала, — я такой размер только у взрослых мужчин видела.       — Ну, какой есть, — гордо проговорил я, — для меня немного великоват и неудобен, но я еще вырасту и станет полегче.       — Да, — кивнула девушка и потянулась рукой к нужному месту. — Такой твердый и теплый. — прошептала она еще более громко. — А какая у него большая головка.       Как играет чертовка, как играет.       — Именно с его помощью я исполню твое самое сокровенное желание. — проговорил я прижавшись к девушке. — Потратим немного энергии, добавим чуток жидкости и ты … — драматическая пауза. — Давай не здесь, вдруг увидят?       — Давай. — кивнула девушка. — Мой дом пустует, сделаем это там.       Вспышка темного дыма и мы, прикрывшись иллюзией, остались на месте.       Из кустов буквально вывалился Ашина. Волосы дыбом, глаза выше бровей, морда бледная, руки дрожат.       — Да как... а что… но он же… а она... — бормотал он, бегая из стороны в сторону. Затем он остановился, а его глаза поднялись еще выше. — Они же там сейчас… Что мы там сейчас, я не услышал ибо он ушуншинил в известном направлении.       — Пусть побегает, козел бородатый, будет знать как надо мной шутить. — проворчал я, посмотрев в глаза черепу моего Мятежника. О нем и была вся эта речь.       — Это было жестоко, — еле проговорила Сэцуко, продираясь сквозь собственный смех, — мне понравилось, давай еще.       — Потом. — улыбнулся я. — А сейчас сделаем что хотели.       Операция заняла не дольше получаса. Перелили кровь, запечатали чакру Мадары по типу биджу, да и разошлись.       Она отдыхать, а я к Дайто. Он вроде как опять папкой стал, нужно поздравить.       Лысый мастер был пойман в одном из складов возле своей мастерской. Создавалось ощущение что он здесь прятался. И судя по бледности и темным мешкам под глазами, я угадал.       — Попался! — подкравшись к нему крикнул я.       — Я работаю! — на автомате взвизгнул лысый, подняв огромный ящик. Лишь спустя секунду до него дошло что что-то не так.       — Хух, напугал, малец. — буркнул он посмотрев на меня. — Ты чей будешь?       — Свой собственный. — ухмыльнулся я. — Вижу ты грузчиком стал, работа достойная тебя.       — Демон. — опознал меня лысый и уселся на один из ящиков. Я, недолго думая, примостился рядом.       В ногах ведь нет правды, верно?       — Паршиво выглядишь.       — Знаю, сын спать не дает. — пояснил он и счастливо улыбнулся.       — Поздравляю. — проговорил я хлопнув его по могучему плечу. Еле дотянулся.       — Спасибо.       Помолчали. О, Ашина бежит сюда, и сейчас появится он как раз за нашими спинами, а значит…       — Хочешь подниму тебе настроение еще больше? — спросил я, сдерживая улыбку.       — Ну?       Секунда напряжения и у меня в руках буквально из воздуха, появляется обломок золотого клинка.       Ашина притормозил и наблюдает.       — Смотри что у меня есть, — проговорил я, смотря вниз перед собой, — нравится?       — Ого, — удивился фанат металла посмотрев туда же и потянулся рукой, — какая необычная форма, можно его потрогать?       — Даже не знаю, — включил я цундере, — давать его в руки другому мужчине. Это может плохо закончиться.       — Я не могу упустить такую возможность. — серьезно проговорил лысый.       — Ладно, — «сдался» я — но будь осторожен.       — Не волнуйся, через мои руки прошла не одна тысяча подобных…       — Да возьми его уже. — пришлось перебить лысого, он чуть все не испортил.       — Какие необычные ощущения. — пробормотал мастер поглаживая мой клинок. — Даже не хочется его отпускать.       Боюсь представить, о чем сейчас думает Ашина.       Ого, со спины повеяло такой жутью, что даже Мадара нервно курит в сторонке.       — Ашина, ты чего? — спросил Дайто после того как с перекатом отпрыгнул в сторону, ну и за одно клинок мой засветил.       — Меч? — с шоком спросил узукаге, переведя на меня взгляд.       Тут я уже не сдержался и тупо заржал.       — Ну ты и сволочь… — устало протянул он, усевшись на один из ящиков. — Твои выходки меня в могилу сведут.       Надо бы успокоить старичка, что-то он совсем загрустил.       — Не боись, воскрешу. — пообещал я и по-доброму улыбнулся.       Он от счастья аж за сердце схватился.       — Демон. — покачал он головой. — Так, выдвигаемся в Коноху!       — Когда?       — Сейчас! — рыкнул он. — Ты прибыл меньше часа назад, а я уже боюсь за всю деревню. Пусть лучше Коноха страдает, их не жалко.       Сделал из меня какого-то монстра.       Приятно, чёрт возьми.