Думы
9 февраля 2020 г., 17:28
Верить в это, конечно, не было никакого желания. Да чего уж, я и сейчас, спустя несколько часов пребывания здесь, не могла до конца быть уверенной в реальности происходящего. На улицу было страшно выходить, я перед самым выходом робела и в итоге не открывала дверей.
А было интересно. И человеком я была до жути любопытным. Но что я могла там увидеть? В лучшем случае Фарерские виды, в худшем — датские. Себе не признавалась, но я хотела все узреть своими глазами. Какие дома в десятом веке? А люди? Да и тех известных викингов хотелось хорошенечко рассмотреть. Хотя бы одного.
Но неизвестно откуда взявшаяся неуверенность противилась этому, словно я не наружу выйти собиралась, а без всякой помощи и принуждения сдаться в рабство какому-нибудь тирану.
Да уж.
Сижу на лежаке, укутавшись в ту шкуру, и задумчивым взглядом пялюсь на дверь.
Ну что за детский сад? Не могу же я находиться здесь вечность? Давай, христианочка, ты не можешь сидеть на попе смирно столько времени.
Но за дверью наверняка чужие люди, которые сто процентов будут слишком пристально смотреть на меня. Задумчиво зажевала губу, прикрывая глаза. И что? Что эти люди тебе сделают? Убьют? Изнасилуют? На этой мысле постучала по дереву и сплюнула через левое плечо. После цокнула и закатила глаза. Всё херня, ничего они не сделают. Ну посмотрят на меня и что с того?
— И что с того?..— прошептала одними губами.
Действительно, что? И тем более люди-то хорошие, раз приютили незнакомку с берега. Значит ли, что им все равно, кем бы я там ни была? И я просто сейчас за зря компонсирую себе нервы?
Глубоко вздохнула, собирая всю свою решимость. Поднялась на ноги, сбросив шкуру к своим ногам.
Ну, поехали.
Дабы не остановиться в самый последний момент, быстро открываю двери.
И знаете что?
Ничего. Я так долго копошилась, что на улице уже наступил вечер. А в доме-то и не заметно было. Разочарованно выдохнула. Ничего сверхъестественного тут не наблюдалось: викинги не грабили деревню, никаких оргий не происходило (мне казалось, что дикари так и поступают) и никто не дрался за каждым углом. Видимо, совсем уж мое мнение о скандинавах прошлого плохо.
Настя, ты взрослый человек, какие оргии? Это же не совсем древность, это всего лишь десятый век.
Обалдеть, это ж получается крещение Руси через два года? Ну ничего себе! И вправду занесло не по-детски!
Удивлённая этой мыслью, я почти не замечала некоторого холода. Чисто машинально обняла себя за руки и попрыгала на месте. Я ж босая.
— Ты куда вышла, чудачка?
Испуганная неожиданным появлением той женщины, я лишь легонько дернулась в сторону.
— Ты б ещё, гадюка, полностью голышом в прорубь прыгнула!
Она явно зла. Но ее забота была приятна. Фактически незнакомый человек, а печется, как о родной.
Виновато улыбнулась и ступила обратно за порог.
— Давай-давай, — она так смешно махала руками, подгоняя меня, на что я не применула весело улыбнуться, — и не смей выходить, пока до конца не выздоровеешь!
— А в туалет как?
— С выходом в туалет! — она тут же исправилась, запирая на засов дверь.
Я удивилась, почему же она закрыла двери и не постеснялась полюбопытствовать:
— А как же та девушка?
— Трин, что-ли? — судя по всему, ее имя, — так она не со мной живёт, она с родителями.
В голову, как тупая и очень жирная муха, влетела застоявшаяся мысль, которая должна была прийти несколько раньше. Хотя бы до того времени, когда я нагло окупировала чужой дом.
— А как ваше имя? — да, Настя, человек тебя, скорее всего, несколько дней обхаживал, а ты только сейчас умудрилась спросить, как ее зовут.
— Тордис я, местная ведунья.
— Ведунья? — я не знала, кто такие ведуньи, потому что слово это настолько древнее, что уж давным-давно вышло из обихода.
— Людей лечу.
Воспоминанием пронеслись лежащие на столе травки. Ну, можно было догадаться.
— А куда вы выходили? — никогда не умела скрывать свое любопытство.
— Ты здесь видишь нескольких людей? — недоумение отразилось на ее непотерявшем красивые черты лице.
— Нет, — голос чуть не дрогнул, но совладала с этой проблемой. Глупая! Черт возьми, какая же глупая! Это десятый век, какое "вы"? Здесь нет гребанных манер двадцать первого века! Сдержала порыв хлопнуть себя по лбу.
— Так куда ты ходила? — панибратское обращение резануло уши, а собственная наглость показалась уж слишком...наглой.
— К старосте, насчёт тебя договариваться. Было бы странно, укрывай я тебя, как беглого раба.
Тордис уже находилась на пути в соседнюю комнату, но я остановила ее.
— Спасибо, Тордис.
Я не имела ни гроша за душой, и все, что я могла — сказать слова благодарности.
— Потом сочтемся, — она усмехнулась и скрылась за дверью.
Понимание, что возможно придется пахать, совсем не радовало. Но это меньшее, чем я могу реально расплатиться. Наконец-таки отлипла от стены и за неимением стоящего дела вновь увалилась на лежак.
Спать не хотелось. И так уже все отлежала, перележала и отоспала.
Не выходить же на улицу голяком и гулять? Да и поздно уже, гляди набреду на кого, а тот растреплет, что вон та незнакомка в одной рубахе по улице гуляет, людей пугает или утащит куда-нибудь, а мне ещё жить и жить. Так что такого счастья не нужно. Но и спать через силу?.. Перевернулась на левый бок и уставилась на языки пламени. Причудливо извиваясь, они убаюкивали не хуже любой колыбели.
Пришло долгожданное спокойствие. А вслед за ним и вечерние думы.
Если я в Дании, то как я понимаю Тордис? Неужели выучила древнедатский за дни бессознательного лежания? В смысле я не жалуюсь, все такое, но как?
Уныло выпячила губы. Приму, как данность. Ладно с этим, но как я переплыла море? Холодное, мать его, море. Только благодаря, что б ее, магии, потому что других объяснений у меня нет.
А кольцо?.. Ну то, что нашла на берегу? Дернула правой рукой и поднесла ее ближе к лицу. Никакого кольца в помине не было.
Это что ещё такое?..Мне оно не могло привидеться! Это просто нереально! Я никогда не страдала слишком живыми галлюцинациями! Шлепнула рукой по лбу и мученически протяжно замычала.
Завтра, все завтра!
По-ребячески зажмурила глаза и прямо умостилась на лежаке. И к всеобщему изумлению через непродолжительное время уснула, убаюканная тишиной и треском брёвен.
