Бездновы скетчи

      — Сэр Аттано, – сдержанно приветствует его Томас, - Мастер ждет вас. Он был уверен, что вы придёте именно сегодня.       Китобой ведет их совсем другой дорогой, обходя и Жироварню, и Счетную палату, куда-то на побережье. Он двигается впереди, на приличном расстоянии, потому что не находит общество Убийцы приятным. Корво, который даже после всего произошедшего, не может успокоить в себе бурю, такое вполне устраивает.       Дауд ждет их на одном из старых пляжей. На нем сохранились плиты, а значит поверхность достаточно ровная. Корво предпочёл бы открытый песок, но выбор места был за Даудом.       С мастером ассасинов что-то не так. Корво вглядывается в его фигуру, тянет носом, пытаясь понять, но не находит причины. И решает запомнить это, потому что честного боя не ждет ни он, ни сам Дауд.       Дауд сегодня немногословен. Он тут же обнажает меч, ожидая Корво, и тот рад ему ответить.       Никто не оглашает правила, а значит таких нет. Это ожидаемо.       Бой начинается обычно. Они скрещивают клинки, проверяя силы друг друга. Дауд сразу же пытается выполнить привычную для него связку движений и сбить противника с ног, но Корво хорошо помнит этот прием, а потому готов отразить и его.       А вокруг собирается толпа. Китобои, конечно, не могут отказать себе в подобном зрелище, а потому выходят посмотреть даже дети. Пляж, едва освещенный, пестрит синими макинтошами и волкодавьими мордами респираторов. Кто-то, кажется, начинает принимать ставки.       Но до Корво не доходят и отголоски этого. Он замирает в нескольких метрах от Дауда. Оба ожидают первого шага, но для лиса - Дауда атака Корво значит лишь атаку, для Корво же, полу волчья кровь которого шепчет свое, напасть первым, значит показать слабость. Корво ждет, и для себя, пожалуй, выигрывает, потому что Дауд атакует первым. Он притягивает его к себе, используя метку, сопротивляться этому бесполезно, но отбить вторую атаку неожиданно легко. Корво замечает, как у Дауда дрожат руки, когда он отступает. И Аттано бы удивился этому, будь у него время. Следующий ход за Корво. Он знает, что большинство способностей бесполезно, когда речь идет о Дауде, а потому предпочитает арбалет. Он даже не надеется на то, что попадет, потому что стреляет навскидку, целясь куда-то в плечо, но надеясь стрелой отвлечь противника, чтобы нанести удар мечом, хотя и это довольно слабо походило на хорошую идею.       И Корво сам вздрагивает, когда болт попадает в цель. Дауд дергается, глухо рычит, тут же атакуя еще раз. Корво кажется, что попадание было чистой удачей, потому что сейчас он не видит чего-то того, что так смущало его. Дауду даже удается задеть Корво, теперь рукав неприятно намокает. Они еще несколько раз сходятся, скрещивая мечи, а потом снова кружат, тяжело дыша.       Дауд телепортируется куда-то за спину Корво, метя в уже раненную руку, но не успевает, Корво применяет ту же способность.       Корво хорошо помнит их первый бой, так что попадаться на таком же уже не будет. Если только не случайность.       И Корво не успел бы отразить этот удар Дауда, если бы не рефлексы. Порыв ветра, почти ураганный, но узко направленный, на секунду замедляет Дауда. Корво этого достаточно, чтобы уйти с линии меча.       Это почти танец. Дикий, с глухим рычанием вместо мелодии, которым подпевает океан. Это символично, потому что Океан — это Бездна, а Бездна – это Чужой, но у Корво нет времени, чтобы размышлять об этом. Он наносит второй удар, который касается Дауда, опять поверхностно, но Корво знает, помнит, что даже тогда, когда Дауд сражался не для того, чтобы победить, ранить его было проще. Дауд рассредоточен. Корво понимает это по взгляду. И хмурится сам, потому что так быть не должно.       Но Дауд все еще Дауд, и увлекшись мыслями, Корво почти пропускает момент очередной телепортации. Но Корво успевает, едва, потому что меч задевает полы камзола. Теперь уже рычит и сам Корво, совсем по волчьи, связки позволяют, и кидается на Дауда тоже по волчьи, не просчитывая, потому что раз Дауду не хватает скорости, то это можно использовать. Трижды мастеру китобоев удается увернуться, а на четвертый у него заканчиваются силы для использования метки. Корво ждет этого и атакует, парируя первый удар, а затем атакуя, не дожидаясь второго. И ранит. Он Дауда. Дауд его, свободной рукой выпуская арбалетную стрелу в ногу. Подло, но в этом бою нет правил. Они опять кружат и сходятся. У Дауда все больше дрожат руки, все чаще он пропускает мелкие удары.       Когда они расходятся, телепортируясь по обе стороны импровизированной арены, оба потрепаны. Дауд чуть больше. Корво почти не чувствует ногу, но терпит, потому что это лучше, чем боль. Оба знают, что следующий «раунд» будет последним.       Корво глубоко вдыхает, чувствуя, как запах крови, своей и Дауда, щекочет ноздри.       Сегодня они обходятся без гранат. Корво все еще ожидает подвоха, осторожничает, дожидаясь последнего удара Дауда. Мастер ассасинов двигается резче обычного, нет в движениях его привычной танцевальной пластики, которая затрудняет возможность предсказания следующего движения. И Корво пытается это использовать. Он просчитывает его шаги, почти вслух, но в свой последний удар Дауд вкладывает всю свою изобретательность.       На первый выпад Корво отвечает легко, но для этого ему приходится развернуться, подставляя плечо, в которое и метит вторым ударом ассасин.       Даже примени Корво всю свою скорость, успей сжать он руку, чтобы выпустить силу для переноса, он бы не успел. Слишком близко находится Дауд, слишком мало сил для Порыва ветра.       И нож убийцы Императрицы со всей мощью, вложенной в него хозяином, опускается, возможно специально не на шею, но на плечо. И отскочи Корво в этот момент, защищаясь, отстраняясь от боли, он бы проиграл.       Близость к Дауду дает Корво преимущество. Он прижимает меч к горлу чёртового лиса, наступает, лишая Дауда точки опоры и прижимая к земле.       И Корво не может назвать это победой. Рана на плече серьезно осложнит дальнейшую работу. Да и объяснить ее будет очень сложно. Дауд усмехается.       — Ты сумасшедший, Корво Аттано. Подставляться под меч чтобы победить? Какая глупость. – Лорд поднимается, убирает меч, стряхнув с него кровь. Он бы предложил противнику руку, но, вот беда, он едва ли сам стоит на ногах.       — Бой можно считать засчитанным? – Корво не терпится убраться отсюда, зализать раны, и возможно, напиться. Сегодня можно.       Дауд встает на ноги, все еще криво скалясь, смотрит на Корво. Они прекрасно поняли друг друга. И этот бой — значит чуть больше, чем просто цена за жизнь. Это еще один договор. Теперь уже прочный.       Томас оказывается рядом почти тут же. Он без маски, вид у юноши взволнованный, он поджимает губы, протягивая эликсиры, сначала, естественно, Дауду, потом Корво. Одного эликсира мало даже для полной остановки крови, но хотя бы боль в плече затупляется.       Он надеется, что у него хватает сил убраться достойно, доползти гордо до ближайшего безопасного места, там отсидеться, подождать пока раны под действием эликсиров затянутся настолько, чтобы он мог вернуться в Башню к Эмили.       Дауда обступают Китобои. Они гомонят, в общем шуме невозможно разобрать того, что они говорят, но возможно, у Аттано просто звенит в ушах.       Маленькая процессия из Китобоев и их Мастера начинает двигаться куда-то в сторону Торговых палат, и Корво точно не может увидеть, как Дауд на мгновение останавливается, манит к себе одного из своих последователей к себе и что-то коротко приказывает. Китобой сосредоточенно кивает.       Потеря крови сказывается на Корво не лучшим образом. Он почти не слышит чужие шаги. Кто-то касается его здорового плеча, говорит, что поможет ему добраться до туда, докуда лорду Аттано нужно.       И пусть про себя Корво обещает отгрызть Мастеру Китобоев что-нибудь, он соглашается помощь принять. Но это была вынужденная мера, о которой никто не узнает.