Подростковый бунт и гормоны.

      В первые секунды, Драко не понял, что это было. Но его чуткий слух улавливал движение и копошения рядом, так что он приподнялся на локтях и посмотрел. Поттер испуганно замер перед ним, не добравшись до застежки сумки, перегнувшись за ней через всю постель и так над нею и зависнув.       — Я разбудил тебя? — он вобрал в ладонь пушистые, небрежно вьющиеся туда-сюда локоны и зачесал их назад. — Прости, мне уже пора на Зелья, — неряшливо бросил он, торопливо собирая сумку, расправляя мантию и упорхая за дверь.       Драко недовольно клацнул зубами, стискивая их до красных пятен на скулах. Вот опять. Вот оно снова. Поттер совершенно безалаберно себя ведёт.       Тепло его тела чётким отпечатком ещё вырисовывается на простыне, запах стоит тонкий и ненавязчивый и Драко зарывается в него носом. Как же, как же хочется ещё. Но.       Поттер.       Поттер сам выскальзывает из рук, выкручивается, сбегает. Он манит за собой, а потом поступает точно так же. Драко просыпается так не раз, и не два. И надо бы уже задаться вопросом, но.       Какое право он имеет на это всё?       Поттер – золотой мальчик, сын прославленной Победительницы, ребёнок-который-выжил. И просто любимчик всей магической Британии.       Кто такой Драко?       Сын правой руки Тёмного Лорда, наследник Тёмных чистокровных магов, ребёнок-которого-прятали. Магический мир Британии с трудом вновь пускает их, чистокровных к себе обратно.       Он припадает носом, прикрывает глаза. Родинка Гарри под лопаткой, кожа солоноватая на вкус, запах стоит ягодный, яркий и мятный, его привкус не слишком сладкий, скорее головокружительно освежающий. Драко вздыхает его вместо морозной свежести.       Носом проводит выше. Волосы Гарри жёсткие на ощупь, когда их оттягиваешь, они упрямо натягиваются и блестят на свету, так что ты понимаешь, что на самом деле они имеют не столь тёмный оттенок и переливаются ярко-золотым. Запах стоит горький, древесный и сухой. Кружит голову, создаёт впечатление, закладывая в макушку, что тебя встречает лес со всеми его запахами, яркими нотами и далеким чистым небом с яркими звёздами.       Драко зарывается, он дышит. И сжимает простынь в руках.       Поттер несколькими мгновениями назад был здесь. Изнеженный, отзывчивый, податливый. Его кожа лоснилась от жара, губы подрагивали, когда Драко ловил их поцелуями, глаза были прикрытыми и тогда он мог стонать во весь голос, забываясь.       Может быть, ему и не важно, что это именно Драко. Может быть, закрывая глаза, он и вовсе пытается забыть, что это именно он.       Драко провожается его взглядом в коридорах. На самом деле довольно часто. Панси горько вздыхает, качает головой и складывает на груди руки. А Драко ждёт, когда Поттер всё-таки ответит. Взглядом, жестом       Улыбкой       Но Поттер не оборачивается вслед, не задерживается взглядом дольше, чем надо и не улыбается.       Для него Драко за пределам спальни просто нет.       Драко сатанело смотрит в зеркало, клянёт себя и себе, что не станет больше этого делать. И ловит губы Поттера где-то в коридорах под тёмной нишей, тискает и сжимает. Нуждается.       А потом сам же приводит его сюда.       Бесконечная череда дней с таким же мотивом. И никаких обещаний.       Ему печёт глаза бессвязной чредой воспоминаний, жутких домыслов и мыслей. Ему бы можно было сейчас сжаться в комочек и забыть себя.       Но он уже давно себя и не помнил. Всё Поттер, Поттер.       Его самое большое, роковое проклятие. Его самая сладкая, тягучая и губительная привязанность.       Драко не думал, что на самом деле так увяз в мальчике-который-выжил. В ребёнке, что населял полосы разных газет. В подростке, что не чтил любой запрет. В человеке, что не нуждается в нём самом.       — Ты выглядишь бледнее, чем обычно, — констатирует Панси, подбираясь и сухо проскальзывая по нём взглядом. — Как будто не ты его, а он тебя.       Драко негодующе раскрывает рот, разлепляя губы, и готовится обрушить на неё волну. Но Панси смотрит ему за плечо и от её скептично приподнятых бровей у Драко заскребло в груди. Он стремительно обернулся и замер.       Поттер стоял перед ним переминаясь с ноги на ногу, с таким видом, как будто только недавно с него сняли заклятье Ступефай.       — Знаешь, в Сладком Королевстве выставляют новый сорт помадки, и… — он замялся, подгибаясь и высматривая что-то на своих шнурках. Пальцы со своих волос он плавно перевел на щеки. — Не хочешь попробовать?       Драко растерянно пробегается по его лицу взглядом, когда как храбрый по идее, но застенчивый в жизни гриффиндорец смотрит на него. И, кажется, от робости становится ещё меньше.       — Да, — всё ещё растерянно выдыхает он.       — Отлично, — Гарри кривится в улыбке, не смело приподнимая один уголок. — Тогда увидимся, да? — он бочком пытается слиться, но только смачно натыкается на стену.       Драко не сдерживает смешок.       — Конечно, Поттер, — соглашается он. — Жду тебя у гостиной Слизерина в одиннадцать часов, надеюсь, дорогу ты знаешь?