Не уходи, не угасай

Парень сел в машину и уже оттуда махал мемберам рукой. Конечно, он будет скучать по монбебе и мемберам. Пока что он забрал из общежития только самые важные вещи, а большинство книг и прочее ему обещали доставить. Через полтора часа в машине они приехали к дому юноши. Выйдя, ему достали чемодан, он попрощался с водителем и машина уехала. Обернувшись в сторону дома, на него накатило чувство ностальгии и радости, что он наконец заживет спокойно и увидит наконец маму и папу. Он подошёл к двери и постучался, дверь была не заперта. Его это насторожило, но как только он зашел в гостиную его уже ждали родители и с криком понеслись обнимать своё чадо. Все втроём были невероятно счастливы снова видеть и обнимать друг друга. Не веря своему счастью, его мама начала плакать, а Вонхо стал вытирать слёзы и успокаивать её. — Ну чего ты плачешь, смотри, какой сынок у нас вырос, а какие мышцы! — попытался успокоить жену отец. Женщина на это лишь улыбнулась, вытерла слёзы и сказала сыну идти переодеваться в домашнее, ибо скоро будет завтрак. У Хосока поднялось настроение, он вспомнил когда был тут несколько лет назад и насколько всё было тогда плохо, но сейчас всё снова хорошо. Через десять минут он спустился по зову матери и они впервые за четыре года едят за одним столом. Домик у них был маленький, с чердаком на котором как раз и жил парень. Заехали они сюда когда ему было десять лет, он сразу же приметил чердак и готов был поселиться там в первый день приезда. А родители поселились в достаточно маленькой (по сравнению с чердаком) комнате. Так же была скромная кухня и гостиная совмещённая с столовой. В этом доме произошло очень много всего и каждый угол в доме имел своё воспоминание. Все втроём молчат, а родители не могут поверить в то, что их сын теперь с ними рядом. После завтрака парень предложил родителям вечером посмотреть фильм, а сам принялся за мытьё посуды. И в тот момент он почувствовал себя невероятно хорошо, на душе было спокойно и мытьё посуды не доставляло дикого дискомфорта и неприязни. Позже он снова поднялся в комнату и принялся разбирать вещи. Его комната сейчас выглядела очень пустой, ни полароидных карточек на стенах, ни гирлянд, всё выглядело пустым и заброшенным. У стены стояла односпальная кровать, под подоконником стоял комод, слева от комода был небольшой компьютерный стол, а рядом со столом стоял большой стеллаж, в данный момент тоже пустующий. Закончив с раскладыванием вещей, юноша устало плюхнулся на пол и тяжело вздохнул. Сейчас к нему пришло невероятное спокойствие и он знал что он не один. А тем временем у остальных шестерых мемберов было расписание на сегодня. Заметив, что машина уже вернулась, Хенвон достал телефон и набрал номер хена. Долгие гудки. Молчание. Хенвон напрягся, но сразу же выдохнул услышав, до боли в печени родной голос. — Хен,как доехал? Мы все волнуемся. Как родители? Что делал сегодня? Ты хорошо кушал? — засыпал вопросами старшего. — Да, хорошо, с родителями тоже всё нормально. Не переживай, это больше не твоя забота, да и не о чем переживать. — закончив предложение он сразу же положил трубку. Хенвону стало очень больно и обидно от того, что он так с ним поступает. Хотелось закричать, разбить что-нибудь, убить кого-нибудь. Но его быстро прервал голос Кихена, и они пошли вместе в комнату для практики. Этот день был очень тяжёлым для всех, у многих от слез опухли лица, все были морально вымотаны. Монбебе по прежнему продолжали выводить тэги в поддержку Вонхо и с просьбами вернуться. Рядом со входом в Старшип висел пакетик с маркером и листиками для пожеланий. В таком настроении прошло три месяца, начинался февраль. Борьба продолжалась, нападки не прекращались. И однажды утром ребят позвали в конференц-зал, все шестеро зашли и надеялись на то, что им скажут о возвращении Вонхо, но всё оказалось намного хуже. На менеджере лица не было, он весь побледнел и не знал с чего начать, известие было крайне тяжелым. — Лучше сядьте, ребята. Готовьтесь к плохим новостям. — после этих слов они все переглянулись, каждый уже провернул самый страшный сценарий развития событий в своей голове. Паника и напряжение. — Я не знаю как об этом сказать, но вы будете расформированы. Это окончательное решение, его нельзя пересмотреть, завтра утром вас отвезут по домам. Спасибо что усердно работали все четыре года! Простите. — глаза в пол. У всех будто жизнь оборвалась, все смотрели в пол и переваривали информацию полученную только что. Почему? Как это произошло? Почему так быстро? Почему нам ничего не сказали? И как всегда было слишком много вопросов, а ответов почти не было. И все ушли к себе в комнаты собирать вещи, они были на грани срыва. Никто толком не соображал, они словно зомби собирали вещи в чемодан, и сейчас это доставляло одну лишь нестерпимую боль. Было время обеда, они сели в гробовой тишине есть за стол. После парни разбежались по всему общежитию кто куда. Хенвон мыл посуду, Кихен и Шону убирались, Чангюн, Джухон и Минхёк звонили родителям с новостями о их завтрашнем прибытии.