Недотрога

Чонгук ставит коробку на пол и разминает шею. Таскать барахло из одной гримёрной комнаты в другую – неплохая тренировка, только вот не хотелось бы выдохнуться до вечера. У Чонгука всё-таки ночная смена в баре, он ещё успеет устать, но разве мог он отказать Тэхёну? В смысле, разве мог Чонгук ему отказать, зная, что Ким неровно к нему дышит? Это было бы грубо, а Чонгук, он же совершенствуется, даже если в отношениях и не заинтересован. Он закрывает дверь в гримёрку, и, если честно, не горит желанием сталкиваться с Сокджином, который чуть ли не живёт в актовом зале, поэтому осмотрительно поднимается на сцену, оказываясь за кулисами. Чонгук мог бы просто уйти, не дожидаясь, пока Тэхён отблагодарит его за помощь, но, как назло, Чон случайно цепляется взглядом за каштановую макушку на другом конце сцены. За силуэт Кима, который, наверное, узнает и за километр, за его чёрные обтягивающие джинсы и, ох, да, тот самый чёрный свитер. Чонгук пихает руки в карманы джинсов и облокачивается о балку, продолжая с нейтральным выражением лица наблюдать за Тэхёном, который... Какого хрена?! Чонгук хмурится, когда понимает, что Ким болтает не с кем-то там, а с чёртовым Сондыком, который определённо пытается склеить его уже не первый день, по крайней мере, со стороны это выглядит именно так. Ну, с таким настроем он у Чонгука склеит только ласты, если не отвалит куда подальше, потому что уж лучше Тэхён навсегда останется одиноким волком. Чонгук, как говорится, ни себе ни людям. Только вот агрессивные флюиды Чона что-то не доходят до адресата, поэтому он продолжает молча сверлить Сондыка взглядом, плотно сжав губы. Ещё и ступни Тэхёна направлены в его сторону. Всё, это крах. Чонгук в бешенстве, он реально ненавидит этого парня. Сондыка, в смысле, а не Тэхёна. Ким-то только звонко смеётся над чем-то, сощурив глаза, и улыбается во все тридцать два. Милая зубастая бестия, которая Чонгуку совсем не... Ох, да хрен с ним! Он запал на этого Ким Тэхёна в тот же самый день, в который они познакомились благодаря Намджуну. Святые небеса, храните Ким Намджуна! Если бы не он, то кто знает, чем бы сейчас от скуки маялся Чонгук, а так он таскается за Тэхёном, ненавязчиво пытаясь напомнить о себе своим присутствием. Звучит нереально жалко, потому что Сондыку не нужно бегать за Кимом, чтобы заполучить его внимание. Они оба на актёрском факультете, плюс Сондык старше на два года, а Чонгук всего лишь танцами занимается. Ну, не всего лишь, для Чона это ни много ни мало смысл жизни и причин этому много, а Тэхёна таким завлечь сложно. Чонгук, правда, не пытался и не уверен, что станет пробовать, потому что... Ну потому что не умеет он быть интересным и общительным в отличие от Кима, этого Сондыка, даже Сокджина. Они-то все в своих особых актёрских кругах вертятся, а Чонгук – нет. И ему хорошо в своём маленьком непоколебимом мирке, в одиночестве. Было хорошо, пока он не понял, что Тэхён смотрит на него, в то время как сам Чонгук уже с несколько минут пялится на него из своего укромного, сталкерского уголка. Что ж, доза позора на сегодня получена, пора на выход. Чон пятится назад, мечтая просто сбежать куда подальше, чтобы не сталкиваться с Сондыком, потому что он не уверен, что сможет сдерживать своё раздражение, но врезается в кого-то и внутренне стонет от отчаяния, когда слышит за спиной голос Сокджина: — Мне так сильно хочется услышать, как ты будешь оправдываться, — он в предвкушении потирает руки, а Чонгук разворачивается в другую сторону, но натыкается на злобно ухмыляющегося Хосока: — Чонгук, а ты в курсе, что если люди друг другу нравятся, они не прячутся по углам, а просто завязывают беседу, общаются, а потом лобызаются и раздражают всех вокруг своими счастливыми минами? Он даже отвечать на это ничего не будет, потому что не хочет он лобызаться по углам и раздражать всех вокруг. Со вторым он и в одиночку прекрасно справляется, а лобызаться... что это вообще за слово такое противное? С Тэхёном не лобызаться, а обниматься и целоваться только если. Где-нибудь в кровати Чонгука, может быть. Только безо всяких там пошлостей, просто трогать его волосы и чувствовать мягкую ткань свитера под пальцами. Вот же мать твою, Чонгук это... влюбился, что ли? Ну уж нет. Нет, с ним такое не прокатит. Не собирается он трогать волосы Тэхёна и его свитер, и целоваться-обниматься-лобызаться он тоже не собирается. Не хватало ему ещё таких проблем. У него работа, учёба и совсем нет времени на отношения. — Спасибо, что помог, — Тэхён улыбается, оказавшись рядом с Чонгуком, а тот лишь кивает в ответ, принимая благодарность. Всё, он помог, почести получил, стыд испытал, можно ему уже домой? Ему бы хорошенько отоспаться перед сменой в баре, а не вот это вот всё. — Ты, кстати, кофту у меня свою забыл, — хмурится Хосок. — А я её... — Отдал мне, — любезно помогает вспомнить ему Тэхён. Хосок вопросительно выгибает бровь, на что Ким улыбается так же, как ещё минуту назад улыбался Сондыку. У Чонгука перед глазами тоннель и белый свет в конце того. В смысле Тэхён забрал его кофту? — Если она тебе очень нужна, можем заскочить ко мне, — будничным тоном предлагает Ким. — Тебе же по пути. Он обходит Чонгука, опускает руку ему на поясницу и забирает свою сумку со стула, ненавязчиво продолжая придерживать Чона за спину. Так, Чарли с ютюба говорил о том, что человек, которому вы нравитесь, будет пытаться прикоснуться к вам и продлить физический контакт. А ещё Чонгук упустил ту часть, в которой Тэхён позвал его к себе, чтобы забрать кофту. О таком Чарли с ютюба ему не рассказывал. — Я, вообще-то, не для красоты здесь стою, — хмыкает Сокджин. — У нас намечается культурное мероприятие. — Очень некультурное, — тихо встревает Хосок. — Хочется провести эти выходные нормальным образом, а не как в тот раз, понимаете? — Самым безобразным образом, — невозмутимо кивает Хосок с важным лицом. — Так что сегодня у нас репетиция... банкета. — Пьянки, — поддакивает Хосок. — Собираемся у меня сегодня вечером. Будут только свои. Тэхён? — Окей, — он пожимает плечами, и все взгляды перемещаются на Чонгука. — Я работаю, — хмурится парень. Он любит проводить время в компании своих друзей, ко всему прочему будут только свои, и, к счастью, в категорию «своих» абсолютно точно не входит Сондык, зато входит Тэхён, но работать кто-то же должен. — Но в выходные-то ты свободен? — интересуется Сокджин. — Там тоже будут только свои. Алкоголь... — Много алкоголя, — мечтательно вздыхает Хосок. — И мы, — Сокджин определённо что-то пытается до Чонгука донести, и было бы разумно предположить, что они просто хотят, чтобы Чонгук уже перестал строить из себя монашку и, может быть, начал делать первые поползновения в сторону Тэхёна. На самом деле никто из них ничего не может сказать точно, потому что Чонгук не делится своими чувствами и переживаниями. Наверное, по нему просто всё видно, но если видно им, то почему не видно Тэхёну? Видел бы он, что Чонгук к нему неровно дышит, то не флиртовал бы со всякими там Сондыками. — Я приду, — обещает Чон, а Тэхён растягивает губы в милой улыбке, кивая головой на выход: — Пошли? Чонгук прощается с друзьями, на выходе из зала накидывает на себя куртку, пока Тэхён неторопливо надевает пальто, а потом так же неторопливо его застёгивает. Они идут молча плечом к плечу, Чонгук где-то глубоко в своих мыслях, пока внезапное осознание не заставляет его широко распахнуть глаза, глядя на остановившегося Тэхёна. Куда они, блин, идут?! Чонгук не собирался... В смысле, что он пропустил? Когда это они решили пойти к Тэхёну домой? И, да, это определенно то самое здание, в котором живет Ким. Чонгук как-то раз встречал Чимина, который оставался у Тэхёна на ночь. Они живут в одном квартале, поближе к университету, да и место жительства любого из их компании ни для кого не секрет. Тэхён, в общем, говорил, что Чонгуку по пути, так, хорошо, что там дальше? По пути за чем? Кофта. Вот же бл... Да пусть себе оставит! — Идёшь? — Тэхён выгибает бровь, заметив, что Чонгук не двигается с места и поглядывает в направлении своего дома. — Я не ем застенчивых мальчиков, не волнуйся, — усмехается парень и, подумав, добавляет: — Разве что, могу немного покусать. Чонгук стоит истуканом, нахохлился и по привычке хмурится. — Прости, — вскидывает брови Тэхён, — я забыл, что у тебя отсутствует ген юмора. Обещаю не кусаться. Даже чуть-чуть. Чонгук ничего против кусаний не имеет, но он и правда не видит смысла в этом визите. — Просто принеси мне её завтра, ладно? — мирным голосом просит он, делая несколько шагов назад. Прочь от этого дома. Чем дальше Чонгук от него, тем меньше шансов натворить глупостей. Тэхён долго молча смотрит на него, держа подъездную дверь открытой, и спрашивает, чуть наклонив голову вперед: — Ты уверен, что не хочешь зайти? — Чонгук активно кивает в ответ, а потом начинает мотать головой из стороны в сторону. Ох, наверное, Тэхён не понимает его, так что Чонгук им обоим делает большое одолжение, не соглашаясь на предложение. — Тогда я отдам её тебе завтра? — уточняет Тэхён. Кого её? Ах, кофта! Конечно. Конечно, завтра. Чонгук хочет ответить, но стискивает челюсти и дёргает головой, а пальцы в кармане куртки непроизвольно начинают сжиматься сами по себе. Сжать, разжать, успокоиться. Срань Господня, как же не вовремя... — Чонгук? — внезапно хмурится Тэхён, но Чон только активнее кивает в ответ и, развернувшись, большими шагами просто сбегает в сторону своего дома. Работа, учёба, дом, да. Никаких отношений, никакого Ким Тэхёна. Чарли с ютюба, конечно, стоит отдать должное, потому что Чонгук уверен, что Ким на него запал. Ну, пускай отпадает обратно, потому что Чонгуку это не нужно. Ему бы только принять лекарства и выспаться перед сменой, а там в баре уже всё будет хорошо. Там нет Тэхёна. И пускай уж не обманывает: кусает он наверняка очень и очень больно. Особенно застенчивых мальчиков. Чонгуку ведь не может быть больно просто так.

*****

Чонгук закидывает таблетку в рот и запивает водой, неторопливо умывается, потому что до смены в баре ещё целых полтора часа. Он успевает перекусить, выбрать чистую чёрную рубашку и добраться до работы, где его встречает напарник, приветливо кивая головой в ответ. Чонгук редко выходит в ночную смену, чаще всего он забирает себе выходные дни, либо пропускает пары время от времени, но ему простительно. У него стипендия, которую не отберут даже при пропуске занятий. В инвалидности его рода есть свои плюсы, и Чонгук, вообще-то, не считает себя каким-то не таким, просто у него есть небольшие проблемы с... со всяким, в общем. Он оставляет куртку в подсобке и закатывает рукава, выходя к бару. Он выспался, так что чувствует себя более чем просто хорошо, а ещё он уверен, что его хватит даже на занятия. Тренировку нельзя пропускать, нервы и так начинают сдавать с этим мило придурошным... — Сомневаюсь, что ты успел соскучиться, — усмехается Тэхён, присаживаясь на барный стул. ...вот им, да. Сейчас посетителей почти нет, но скоро здесь будет не протолкнуться, и Чонгук пытается не морщиться, когда в бар вваливается Хосок с Сокджином, а за ними Намджун, Юнги и улыбающийся во все зубы Пак Чимин. Так вот какого хрена он был таким счастливым, когда провожал Чонгука на работу. — Я пришёл тратить деньги, — с важным видом говорит Сокджин. — Так что будьте добры, бармен, как вас там, — он щурится, приглядываясь к бейджику. — Чонгук. Обслужите нас на пять с плюсом, и я подумаю над тем, чтобы оставить неплохие чаевые. — Давай как обычно, — хрипит Юнги, которому Чонгук рад, наверное, больше всех. Юнги почти не шутит над ним и просто не лезет в его жизнь. — Слышал, ты опять Тэхёна отшил, — всё таким же усталым и загробным голосом говорит Мин, и у бара виснет неловкая тишина, пока Чонгук таращит на него глаза. — Чё ты так на меня смотришь? Это новость дня вон у них, — он кивает головой на друзей, молча уставившихся на него. Враги, кругом враги. Никому нельзя доверять. Даже Юнги. — Такого никто не говорил. Ты, должно быть, ошибся, — цедит Тэхён сквозь зубы, сверля злобным взглядом Мина, который уже бубнит в стакан с напитком: — Как же. — И я принёс кофту, — Тэхён тут же меняется в лице: улыбается, выгибая бровь, и глядит на Чонгука, а тот долго не понимает, чего все так пялятся на него. А потом понимает, забывая как дышать, и надеется, что этого никто не заметил. Тэхён в его кофте. Она на нём, на его – голом? ага, держи карман шире – теле, немного большевата, но в целом сидит отлично, а у Чонгука сбой в системе. Жаль, он не может позвонить Чарли с ютюба и спросить, что ему делать в такой ситуации. И вообще поинтересоваться, что сейчас за ситуация такая. Спасибо, что таблетки не дают прочувствовать весь спектр эмоций целиком, а то Чонгук бы помер. — Напомни, чтобы я вернул её, когда мы соберёмся уходить, — просит Тэхён, постукивая пальцами по стойке, а Чонгук стискивает в руке полотенце, едва заметно дёргая головой. Только Чимин напрягается, заметив это, и переключает внимание на себя, делая заказ. Сегодня платит Сокджин, так что никто из них не намерен себе в чем-либо отказывать. Походы в бар с Кимом для всех являются праздником. Для всех, кроме Чонгука, отныне и навсегда. Им не надо было вписывать Тэхёна в «своих», он не должен был приходить, надевать кофту Чонгука и пить как не в себя. Никому из них не стоило этого делать, честно признаться, потому что завтра будний день. Ладно Чонгук, он будет немного уставшим, а эти-то, ну зачем же они так с собой? И ведь не выгонишь. Разве что Тэхёну Чонгук подливал медленней и меньше, чем остальным. Дело не в заботе или типа того, просто не хочется, чтобы Тэхён замарал его кофту. Он расстегнул замок и накинул капюшон на голову, натянув рукава до самых пальцев. И вообще выглядел обворожительно, мило и смеялся, забыв про их с Чонгуком инцидент. Тому бы тоже напиться, чтобы забыть, как он сбежал от Кима, но нет уж. Пускай помнит свой позор, помнит слова Юнги о том, что отшил Тэхёна, так легче мириться с тем, что отношений у них быть не может. Стакан в руке Чонгука лопается, ладонь крепко сжимает стекло через полотенце и отпускать не собирается. Вот же нахрен... Нахрен всё, всех, вся. Этот бар, Намджуна, который поднимает на него взгляд и спрашивает: — Всё нормально? Нет, всё не нормально, потому что Ким Тэхён сидит в кофте Чонгука и пьяно хлопает глазами, наблюдая за тем, как Чонгук крошит сраный стакан рукой. Слава Богу, что через полотенце, иначе эти их посиделки обернулись бы всеобщей паникой и кровопролитием. Чонгук делает вдох, затем медленный выдох, сжимая челюсти и дёргая головой. Он собирается духом. Ему нужна всего минута, чтобы прийти в себя. Сейчас всё будет нормально. Никто не задаёт вопросов, хвала небесам! Даже будучи пьяными его друзьям хватает мозгов не спрашивать, что сейчас произошло. Только Чимин косится на него обеспокоенным взглядом, потому что знает. И Тэхён. Он не знает ничего, но смотрит серьёзно, в упор, как будто что-то понимает, и это совсем не помогает Чонгуку, но Чимин, бравый воин, сглаживает ситуацию, отвлекая Кима всеми доступными способами. По итогу он просто выпихивает его в туалет, пока Юнги крутит стакан в руках, продолжая молча наблюдать. Юнги тоже не знает, но он многое понимает, потому что многое видел. Чонгук никогда не объяснял, но Мину это и не нужно, он лишь ждёт, пока Чонгук выкинет испорченное полотенце и наполнит его стакан алкоголем, остальное неважно. Остальное побочное. Для «обычного» у Чонгука есть Чимин и психотерапевт, всегда готовые выслушать. Для «побочного» у него есть доступ к университетской студии в любое время суток и танцы – вот что спасает его. Так что их отношения с Тэхёном и правда очень сложные, потому что Чонгуку очень хочется влипнуть во всякое любовное дерьмо и в то же время очень не, чем он, собственно, постоянно себе противоречит. Ну не может он взять и взвалить на Кима ответственность за самого себя. Мозг это понимает, а с сердцем беда полная. Тут всё гораздо сложнее. Может быть, ему не так уж важно было узнать, нравится ли он Тэхёну, потому что только дурак не понял бы, что к чему. Чонгук, он – идиот, а не дурак, поэтому понял, что Тэхён действительно к нему неравнодушен, и теперь тешится этим. Ким, вообще-то, не очень-то пытался скрыть свою заинтересованность им, а Чонгук вот пытается, поэтому-то отношения у них всё никак не складываются, даже дружеские. Чонгук не хочет обременять его, вот и всё. У него работа и учёба, отношения – лишний груз, на них нет времени и сил. Так что Чонгук искренне недоволен тем, что Тэхён остался с ним до закрытия. В пять утра он максимально никакой, и такого никакого Кима любезно свесили на Чонгука, потому что: «Вы же живёте в соседних домах, вам по пути». Чимин ещё пытался говорить Тэхёну о том, что Намджун вызвал такси, так что они могут поехать к нему и остаться на ночь, но пьяный Тэхён остался непреклонен. Чонгук, как назло, трезв как стёклышко, так что Пак, ни о чём не думая и ни капельки не беспокоясь за пьяного Тэхёна, помахал им ручкой и свалил довольный восвояси на такси. А пьяный Тэхён, видите ли, хочет спать у себя дома, и ещё Чонгук, оказывается, отличный собеседник. Честно признаться, Чон об этом был ни сном ни духом, потому что за весь вечер он и слова Тэхёну не сказал, а в пять утра, приведя уже пустой бар в порядок, сделал пьяному парню кофе за счёт заведения. Так же молча. Он с Тэхёном не умеет быть многословным, зато Ким болтает о всяком: о том-сём, пятом-десятом, что его, кажется, сейчас стошнит и так далее. Чонгук замирает с чашкой кофе в руке, глядя на Тэхёна не очень добрым взглядом. Отставляет напиток, берёт чистое полотенце и, выйдя из-за стойки, поднимает парня с места. На Тэхёне всё ещё его кофта, уже застёгнутая по самое горло с зажеванной белой футболкой где-то посредине, и Чонгук ведёт этого пьяницу в туалет. Бар закрыт уже полчаса как, и Чон должен был закрыть смену да свалить домой за вещами, но вместо этого он нянчится с напившимся в хламину Ким Тэхёном, который подпирает собой стену, пока Чонгук мочит полотенце ледяной водой. Чон терпеливо пытается снять с него капюшон кофты, но Тэхён мычит и лениво отмахивается от его рук, бубня себе под нос всякий пьяный бред. От него за версту несёт алкоголем, и Чонгук даже своей тяжёлой головой понимает, что этому экземпляру сегодня будет не до занятий. — Меня сейчас стошнит, — Ким тяжело дышит, и Чонгук смотрит на него с искренним сочувствием, опуская руку на его щёку. Ну очень странный порыв и прилив нежности к вонючему и пьяному парню. У Чонгука от таблеток и усталости уже кукуха едет. Просто Тэхён всё равно сейчас ничего не поймёт, а завтра не вспомнит, да и от прикосновений ещё никто не умирал. Кожа у него очень приятная на ощупь, гладкая, и он стонет словно от боли, когда Чонгук без зазрения совести проводит ладонью по его щеке, поглаживая кожу большим пальцем. Будоражит до кома в горле, потому что и правда очень приятно вот так чувствовать кого-то, ощущать его, точно зная, что у вас сейчас всё взаимно, и что человек может быть только твоим, ты только дай ему шанс. Протяни руку и забери себе, вот так просто. Тэхён на сопротивление в таком состоянии вообще не способен. Наверное, круто жить, не загоняясь по пустякам. Чонгук бы очень хотел так жить, чтобы иметь возможность встречаться с тем, кто ему нравится. Чтобы иметь возможность встречаться с Тэхёном, которому сейчас до фонаря на всё, что происходит вокруг. А ещё ему очень плохо: лицо бледное, губы сухие, руки дрожат. Что ж, трезвый Чонгук поразвлекался с пьяным Тэхёном секундочку и хватит с него. Он не извращенец, просто раз есть возможность прикоснуться к запретному, разве мог он упустить момент? Чонгук, в конце концов, обычный человек со своими слабостями, желаниями и чувствами. Неприятными чувствами, подавляющими и тяжёлыми: влюблённость, увы, не окрыляет, забудьте этот миф. Он оставляет парня у стены, устало командуя не двигаться с места, и приносит ему стакан с водой. Ким действительно не двинулся с места, продолжая жадно глотать воздух в надежде, что всё пройдет, но Чонгук ведёт его к кабинке и чуть ли не насильно заливает в него подсоленную воду, сжимая его щёки пальцами. Полощет после этого Тэхёна знатно, зато Чонгук спокойно ждёт, пока всё закончится, не испытывая ни малейшего отвращения. Плюс ему торопиться уже некуда, а ещё он, можно сказать, знаток по оказанию первой помощи. Не первый день работает. Выглядит Ким не ахти, дрожащими руками принимая стакан с чистой водой. Чонгук понимает его состояние, поэтому и правда крайне терпеливо, с непривычной для него самого заботой ведёт Тэхёна обратно к бару. Странно, но он впервые совсем не нервничает, прикасаясь к нему и находясь так близко. Чонгук даже чувствует единение, сидя рядом на стуле, пока парень пьёт свой кофе. — Легче? — это всё, что спросил у него Чонгук за эту ночь и утро. И это уже очень много, потому что в одном только этом слове заботы больше, чем Чон когда-либо испытывал. Тэхён кивает, сонно и полупьяно хлопая глазами. Его начинает трясти, морозить и клонить в сон, а у Чонгука нет ни малейшего желания идти к нему домой, так что он хмурится уже по привычке, тяжело вздыхает и вызывает такси, указывая их с Чимином домашний адрес. Он всего лишь сделает одно доброе дело. Всего лишь один раз поможет Ким Тэхёну. Ничего страшного ведь не случится. Да?