Детройт: Выжить и не озвереть

Остаток дня проходил относительно спокойно. Если не считать отдаленные звуки выстрелов и периодически прогуливающихся мимо окон крабиков. Гигантские машины в дома не лезли, патрулируя улицы, а пантер больше видно не было. После завтрака Бруно “вежливо пригласил” Даниэль на оккупированную им кухню и заявил, что без воды он не сможет растянуть провизию на четыре дня, как собирался. Без возможности варить супы, продукты придется есть сырыми либо жарить, а значит, их хватит лишь на пару дней. Нашлось четыре пятилитровых бутылей запасенной воды, но ее было слишком мало даже просто для питья. Двадцать литров на шесть человек. Если учесть, что кормящую женщину и раненого нельзя сильно ограничивать в воде, хотя бы до одного литра в сутки, а остальным урезать норму до пол-литра, выходило, что запаса хватит на пять дней. Поспорив еще немного, пришли к выводу, что при отсутствии активности, организму нужно меньше калорий, что позволяло урезать и порции еды, растянув таким образом запасы на четыре с половиной дня. А отсутствие активности в ближайшее время было им обеспечено. Бруно продолжал настаивать на обыске остальных квартир. Даниэль понимала, что вскоре придется уступить. Однако, опыт, полученный в длительных походах, подсказывал, что, при наличии значительных запасов продовольствия, они расходуются в разы быстрее, чем это необходимо. Кроме того, она подозревала, что с этой квартирой им сильно повезло, и в других припасы будут более скудными. -Подумайте сами, - Даниэль не оставляла попыток договориться с Бруно мирным путем, - холодильник забит под завязку, но здесь явно жили только три человека. В тумбе, где мы нашли воду, есть следы от других бутылок, но нигде нет продуктов, которые обычно запасают на длительное время. - Ну и что это значит? - А то, что семья планировала остаться в городе. Они запасли много еды и воды, но потом, когда бои начались прямо под окнами, они испугались, или их убедили эвакуироваться. Они забрали консервы, крупы и воду, сколько смогли унести. В других квартирах может не быть и этого. - Так займись этим вопросом! – Бруно нервно сунул сигарету в зубы и собирался прикурить. - Неа, не здесь, - Нордхорс указала ему на выход из квартиры и была непреклонна. - Сраные копы! - Бруно злобно огрызнулся, но все же пошел на лестницу. Выходя из кухни, естественно, столкнулся с Коннором, бортонув того плечом. – Сраные андроиды! RK800 проводил повара негодующим взглядом. Он отлично знал весь спектр человеческих эмоций, в том числе и негативных. Но одно дело – знать, и совсем другое – принимать. Поведение этого человека в сложившихся обстоятельствах для него было неприемлемо. - Как Рид? - Спит. Даже снотворное больше не пригодилось. - Что, и расспрашивать ни о чем не стал? - Пытался, но я уболтал его сторонними темами. - Вроде содержания пищевой ценности в его завтраке? - Вроде того, - уклончивый ответ вызвал легкую улыбку. - Хорошо. Надеюсь, он быстро поправится. У нас намечаются трудности с пропитанием. Как у тебя с расходом тириума? - Экономлю. Если не возникнет обстоятельств, потребующих дополнительных энергозатрат, текущего уровня хватит на шесть суток. Шесть суток. После этого его система перейдет в аварийный режим, что-то вроде комы, и продержится еще неделю. Человек способен продержаться без еды примерно полтора месяца, но не более пяти дней без воды. Выпадет ли достаточно снега, чтобы пополнять запасы жидкости? И чего они пытаются дождаться? Спасения? После столкновения с танком крабик остался невредим, а значит, даже если армия пытается восстановить контроль над городом, на это уйдет много времени. А если тот танк – лишь один из немногих уцелевших во время восстания? Может, экипаж вовсе пытался бежать из города, а на крабика нарвался случайно. В голове зациклился вопрос: «Где та грань, когда мародерство станет не такой уж плохой идеей?». - О чем думаешь? – голос Коннора вытянул Даниэль из ступора. - Все о том же. «Что делать и как нам быть?». Ты как считаешь? - Ситуация скверная, но не безвыходная. Думаю, дня через три, если никто не появится, можно будет начать открывать квартиры. Постепенно, поэтажно. Заимствовать только необходимое и не позволять гражданским портить чужое имущество. Хоть вы с Гэвином и остались сейчас без начальства, вы все еще представители закона. - Мы? – Нордхорс хмыкнула. – А как насчет тебя? - А я – дезертир по всем статьям, - RK800 пожал плечами. - Здесь этого никто не знает, - заговорщицки подмигнула. Разговор помог Нордхорс немного успокоиться. Ненадолго. Уже к вечеру, изнывая от безделья и бессмысленной войны с Бруно по поводу сигарет, она решительно направилась на первый этаж, прихватив с собой Коннора и пожарный ломик. Целью этой грандиозной экспедиции на фоне общего затишья стала пума, все еще лежавшая там, где ей раздробили шею очередью из автомата. Напарники пытались разобраться, кто же их враг. Раскурочить корпус оказалось довольно сложно и, как выяснилось, не особо информативно. Под броней находилась обычная роботическая начинка – сервоприводы, многочисленные провода, электродвигатель неизвестной модели, но работающий по тому же принципу, что и двигатели почти всех современных автомобилей. Долговечность, автономная работа в течение продолжительного времени, все дела. Не найдя ни одного логотипа или хоть серийного номера на запчастях, перешли к голове. Из-за глушилок крабиков, которые явно находились неподалеку, Коннор не мог подключиться к пуме на расстоянии, а подключение через касание у нее не было предусмотрено. Пришлось вскрывать голову, доставать центральный модуль и колдовать с проводами, чтобы подключиться через нестандартный порт. После сканирования системы Коннор остался озадачен. - Понятия не имею, что это за язык программирования. Выяснил лишь одно – кое-где встречаются слова на японском. - Выходит, крабики это и есть те боевые шагоходы, о которых говорил Агент26. - Очень вероятно. Но столь масштабное нападение и истребление… не логично. - Люди вообще не особо логичные существа. Но это могли быть и не они. Пока ты был на Иерихоне, мы слышали в новостях, что японцам пришлось отключить свою разработку – какой-то искусственный мегаинтеллект. - Думаешь, он оказался достаточно умен, чтобы обмануть своих создателей, а затем напасть? - Не исключено. Вопрос – почему Детройт? Мозговой штурм прервал Эрик, пулей влетевший в холл. - Офицер! Офицер Нордхорс! Ему хуже! Все глобальные вопросы и проблемы самого выживания по сравнению с этим известием оказались совершенно мелочны, были отодвинуты на задний план и немедленно забыты. Гэвин лежал на кровати, покрывшись испариной и сбросив одеяло, держался за бок и матерился сквозь зубы. Раненый бок нещадно пульсировал, а волны боли прокатывались по всей левой части тела, заставляя сбивать дыхание в жалкой попытке найти наименее болезненный ритм. Он даже не сразу заметил, как в комнату вбежали двое. Лоб накрыла широкая ладонь. - Тридцать девять и два. Даниэль взяла ножницы и разрезала повязку, которую меняли утром. За бинтом от ран потянулся вязкий бурый гной. Коннор в сотый раз пожалел, что не загрузил себе медицинские протоколы, пока была возможность. Но и без специального медобразования было ясно, что Риду нужны, как минимум, антибиотики и обезболивающие, пока боль не стала нестерпимой. Даниэль выдохнула и направилась к двери. - Коннор… - Я сделаю, что могу. Иди. Похоже, они снова думали об одном и том же. В гостиной уже собралась вся группа. Глухой стон вновь послышался из комнаты. - Сид, иди к себе, - ни к чему ей дополнительные переживания. Женщина, как всегда молча, просто развернулась и ушла в «свою» комнату, нисколько не возражая против выдуманного имени. Нордхорс подобрала лом и топор, передав последний Стиву. Тот принял его с готовностью. - Внимание, народ. Кроме дверей ничего не ломать. Брать только необходимое, в первую очередь лекарства – антибиотики, обезболивающие, антисептики, бинты. Митчелл со Стивом, Эрик со мной. Вопросы? - Как насчет меня? – Бруно глядел хитро, скрестив руки на груди. - Постарайся не израсходовать все спиртное, что мы найдем, - колкость не была необходимостью, более того, могла ухудшить их и без того шаткое положение. Не дожидаясь ответных действий, развернулась и вышла из квартиры, уводя помощников. Почти все двери были деревянными. Железных было мало и, хоть за ними, скорее всего, скрывались самые ценные и необходимые вещи, их оставили на потом. Пока не найдутся инструменты посерьезней ломика и топора. Мысленно извинившись перед неизвестными владельцами, Нордхорс примерилась к двери. Как назло, дом был из тех, что строились с учетом правил пожарной безопасности – двери открывались наружу. Очень проблематично выбить такую, если вообще возможно. Прикинув свои шансы, Нордхорс начала отламывать раму. Несколько точных поддевок ломиком, и дверь с обнаженным замком отворилась. Отправив Эрика внутрь, сама Даниэль занялась следующей квартирой, чтобы не терять время. Митчелл, следуя ее примеру, с дверьми не церемонился и просто вырубал замок целиком. Дело шло, но казалось, занимает целую вечность, а нужных медикаментов практически не попадалось. Обыскав уже третью квартиру и найдя лишь бинты, Даниэль всерьез задумалась о совершенно тупой идее, которая все предыдущие разы отправлялась в коробочку «Неосуществимо». Эрик, найдя таки початый пузырек перекиси водорода, застал офицера в нехарактерном для нее положении. Застыв, как статуя, она буравила глазами лежавший на полу школьный рюкзак с изображением Железного Человека. После того, что она видела, решиться было тяжело. Страшно. - Офицер? Я нашел немного перекиси. Тут совсем на донышке, но все же… Страшно? Да ебись оно все конем! - Хорошо, - моментально выйдя из оцепенения, Даниэль подхватила рюкзак и вытряхнула из него все содержимое. – Давай сюда и подожди меня внизу. Мальчишка понятия не имел, что сейчас произошло, но отличался исполнительностью, а потому без лишних вопросов поспешил в холл. Все, о чем нужно знать, ему скажут. Состояние Рида медленно ухудшалось. Раздобытое Стивом обезболивающее в таблетках не помогало. Температура росла, детектива бил озноб, дрожью прокатываясь по всему телу. Коннору пришлось снять швы, чтобы вычистить гной, сочащийся из ран. Рука пока не гноилась, но вот бок сильно опух. Видеть Рида таким было жутко – всегда взведенный, как пружина и самоуверенный до безобразия мужик сейчас дрожал, стискивал зубы чуть не до хруста и старался не столкнуться ни с кем взглядом. Собственная беспомощность была для него чуть ли не хуже самой болезни. Оставив Коннору перекись и бинты, Даниэль убедилась, что андроид всецело поглощен процессом очистки ран, и тихо подняла автомат, лежавший вместе с пистолетом в кресле у выхода из комнаты. Зашедший в этот момент Бруно вопросительно поднял брови. Даниэль приложила к своим губам палец – не пали. Повар бесшумно хмыкнул и посторонился, пропуская офицера, а сам отнес андроиду миску с остуженной для компресса водой. Эрик топтался внизу, с интересом осматривая пантеру. Когда появилась Даниэль, он помог ей отодвинуть баррикаду так, чтобы едва хватило протиснуться. - Когда выйду, поставь все обратно. Продолжай поиски, - она отдала мальчику лом, - не говори никому, что я ушла. А если Коннор поймет, не пускай его за мной. Риду он сейчас нужнее. Я постараюсь вернуться через пару часов, будь готов впустить меня. - Но уже почти стемнело, а там эти машины, - Эрик сам не знал, пытается ли он отговорить офицера, или же напроситься пойти с ней. В любом случае, мысль о том, что, возможно, придется говорить с андроидом, не прельщала. - Эй! – на плечо легла рука. – Я могу рассчитывать на тебя? - Да, офицер. Она потрепала его волосы на прощанье и скользнула за баррикаду. На улицу. К монстрам. Ближайшая аптека находилась в соседнем квартале. Каких-то полтора километра. Каких-то… Город изменился. Тут и там виднелись воронки от приземления крабиков, рекламные щиты и вывески погасли, отдавая право освещать ночь луне и звездам, которые уже вот-вот появятся. Небо было чистым, так что дождя или снега можно пока не ждать. Показалось странным, что по пути не встретилось ни одного трупа. Нордхорс продвигалась медленно. Стоит хоть одной пантере или крабику ее заметить – она покойник. Недопустимая роскошь. Поэтому она постоянно оглядывалась, шла пригнувшись, проверяла каждый переулок, прежде, чем его пересечь, смотрела под ноги. Это утомляло. Но кто знает, на что еще способны захватчики, а сюрпризы были ей не нужны. Вот и большой перекресток, совершенно открытое пространство, если не считать пару врезавшихся автомобилей прямо посреди проезжей части. Решив, что это подходящее укрытие, женщина перебежала к месту аварии и едва успела скрыться за искореженным такси, когда из-за дома навстречу ей вышел крабик. Не смотря на свои внушительные размеры, машина двигалась почти бесшумно, сильно пружиня при ходьбе. Даниэль вжалась в ледяной металл и боялась даже дышать. Вот стало слышно шаги приближающегося монстра. Он остановился совсем близко, а спустя несколько долгих секунд свернул на соседнюю улицу и шаги стали удаляться. Переведя дух, Нордхорс перебралась на другую сторону своего укрытия, противоположную направлению крабика, чтобы дождаться, пока он уйдет подальше. Сердце пропустило пару ударов, когда с ее стороны на дорогу выбежала собака и, остановившись, гавкнула на крабика. Было слышно, как механический монстр остановился, как развернулась башня, фокусируя прицел на животном. А потом шаги снова стали удаляться. Собака гавкнула еще пару раз, не получив никакого внимания, посмотрела на прячущегося человека, махнула хвостом и потрусила по своим делам. Так на что же реагирует турель? Движение? Звук? Размер цели? Термическая сигнатура? Насколько сложен ее алгоритм вычисления «свой-чужой»? Мозг отказывался в данный момент думать об этом и диктовал одно: «Бежать!». Когда механические шаги окончательно стихли, Даниэль осмотрелась и продолжила свой путь. С расстояния показалось, что аптека не тронута, но стоило потянуть ручку, дверь легко открылась. Обратившись в слух и бесшумно ступая в темноте по белому полу, Даниэль прошла вглубь помещения. Дверь склада была открыта настежь, а рядом на столе лежала небольшая спортивная сумка, наполовину заполненная медикаментами. Человека за ее спиной выдал шорох одежды. Инстинктивно упав вниз, Даниэль успела подумать, что они могли бы договориться, но просвистевшая над головой пуля убедила ее в обратном. Падая, она развернулась и отправила ответ одиночным из автомата, выбивая из головы противника идею подкрадываться и стрелять по полицейским. Вообще-то, все идеи. Перекатившись за укрытие и прислушавшись, Нордхорс решила, что он был все же один. Подойдя к телу, она забрала револьвер. Молодой мужчина в джинсах и черной куртке с аккуратной дырочкой между глаз не возражал. - Идиот. Тут лекарств и на десять групп хватило бы. Пошарив по карманам куртки, Даниэль пересыпала к себе патроны для револьвера, выудила нетронутую пачку сигарет и фонарик. На складе было все, что нужно, и даже больше. Когда в школьном рюкзаке не осталось места, она провела ревизию спортивной сумки покойного и заполнила и ее тоже. Пора было возвращаться. С утроенной осторожностью она тенью заскользила по ночным улицам, памятуя о поджидавших за каждым углом опасностях, которые вполне могла привлечь стрельба. Вот и убежище. Постучав по дверному косяку, тихо позвала Эрика по имени. Баррикада поехала в бок и Даниэль помогла со своей стороны. Когда импровизированная дверь встала на место, Нордхорс наконец позволила себе выдохнуть и немного расслабить тело и сознание. Новый и опасный мир позволил ей в этот раз вернуться невредимой и с добычей. Эрик взял часть ее ноши себе и, провожая к квартире, рассказывал, что у них успело произойти. Оказалось, они уже повскрывали все квартиры и отнесли Коннору все, что могло сойти за медикаменты. Их действительно оказалось не много, но нашлось хорошее обезболивающее, которое позволило Гэвину уйти в отключку. Хотя бы на время. Стив и Митчелл потихоньку стаскивали на кухню найденные продукты и воду, коих было тоже не так уж много. Зато нашлось несколько бутылочек тириума. К своему стыду, Эрику пришлось признать, что, когда Коннор спросил его о напарнице, тот не смог ответить ничего вразумительного, а потому андроид моментально его раскусил. Сорваться на выручку ему помешали перемазанные буро-желтым гноем ватные тампоны в одной руке и температура под сорок под второй. - Эй, Бруно! – мужчина выглянул из кухни и поймал пачку сигарет. Прочтя марку, одобрительно кивнул. – Только не в квартире. - Есть, босс, - он хотел спросить, удачна ли была охота, но, приметив две набитые сумки, довольно хмыкнул и вернулся на кухню – раскладывать принесенное из квартир добро. Даниэль осторожно вошла в детскую. Коннор все еще сидел рядом с Ридом, отслеживая биопоказатели. Заметив появление напарницы, встал и повернулся к ней, но не спешил подходить. Он так и не придумал, что сказать в первую очередь. Как он волновался за нее? Или как это было глупо? Под его пытливым взором она вернула на кресло автомат, добавила к нему и пистолету трофейный револьвер, ссыпала патроны в розовую шкатулку, не найдя ничего лучше. - Как ты? – его очередь задавать этот вопрос. - Я в норме. Он надеялся понять, что же ей всегда удавалось услышать в его ответах. Только ли искренность, которую он слышит сейчас? - Что там произошло? – он надавил лишь слегка, чтобы она ответила так же серьезно и без увиливаний, но получил ровно противоположный эффект. - Давай об этом потом? Я принесла антибиотики, - она раскрыла рюкзак, показывая добычу. Кроме самих ампул с порошком здесь были анестетики, обезболивающие, антисептики и вообще много чего. Ладно. Допрос можно отложить на потом. Наконец появилась возможность обработать раны, как положено, а с возможностью пришла и уверенность – Рид выживет. Обработав руки спиртовым раствором и перевернув Гэвина на здоровый бок, вкололи порцию лекарства внутримышечно. Хотелось, чтобы Гэвин сейчас очнулся и отпустил какую-нибудь тупую шутейку, вроде: «Отставить домогательства до моей жопы!». И ему бы обязательно ответили что-то из серии: «Твоя жопа в четырех самых надежных руках!». Но Гэвин, измотанный болью, не просыпался и бредил. Нес какую-то чепуху про болото. Обколов рану на боку анестетиком, Коннор повторно очистил ее от гноя, обработал перекисью, нанес медигель и закрыл самоклеящейся повязкой. На руке признаков гноя не было, так что Даниэль ограничилась медигелем и сменой повязки. Когда все манипуляции были окончены, напарники сели прямо на пол у кровати. - Откуда револьвер? - От другого мародера. Мы не поделили аптеку, - женщину клонило в сон, но она собиралась ответить на все вопросы, что ей зададут. Ей казалось, это поможет очистить ее совесть. - И ты убила его? - А что мне оставалось? Он стрелял мне в спину. - Я не обвиняю тебя. Но выходить в одиночку было неразумно. - Я была в отчаянии, - довод прозвучал совершенно сухим, будто диктор зачитал. - Ты могла позвать меня с собой. - Не могла. Кроме тебя Риду ни кто бы не помог. А свою дурацкую выходку я затеяла именно ради его выживания. - Так, ты признаешь, что была не права? - Нет. Я поступила так, как считала нужным. И, если понадобится, сделаю это снова. Разговор зашел в тупик. Им не хотелось ссориться, но оба понимали, что переубедить другого невозможно. Негласно оставшись каждый при своем мнении, они просто сидели у кровати детектива, наслаждаясь тишиной. Сид, с нежностью баюкая дитя, тихо мурлыкала мелодию без слов, хотя отлично их знала.

Hold on

Бруно стоял у выхода на крышу и, привалившись к стенке, докуривал сигарету.

Just a little while longer

Стив и Митчелл заночевали в одной из разоренных квартир, не желая провести еще одну ночь в креслах.

Everything will be alright

Эрик, последовав их примеру, занял комнату какого-то паренька и до часа ночи листал его комиксы.

Fight on

Гэвин наконец дышал ровно, а температура почти нормализовалась. На смену беспокойному полузабытью пришел крепкий безмятежный сон.

Just a little while longer

Коннор ушел в спящий режим, оставив включенным только слух – он вполне позволял ему следить за дыханием и сердцебиением всех в комнате. Двух самых близких ему людей, за которых он знатно испереживался за последние сутки.

Everything will be alright

Даниэль, накинув на плечи одеяло, осталась рядом Коннором и Гэвином. Она уснула почти сразу, хоть полусидячая поза к этому не особо располагала, а голова была переполнена наполеоновскими планами.