И всё же он мне дорог

Окуясу был более чуток, чем его образ в головах знакомых. Он, прищурившись, посмотрел на Джоске. Тот уже мысленно попрощался со своими зубами и лишь неловко улыбнулся, но школьный друг был непреклонен: — Просто скажи, где он, — процедил Ниджимура сквозь стиснутые зубы. — Зачем тебе? Наивность в голосе Джоске разозлила его. — Я помню, что было в прошлый раз! Ты вполне мог его изнасиловать! — Хигашикату кольнула игла стыда, и он опустил взгляд в пол, а неловкая улыбка сползла с его лица, уступив место сожалению. Перед глазами встала картина, где его Рохан сидел у стены в пропитанном сыростью подвале, бледная, почти серая кожа покрылась толпой мурашек. Взор зеленых глаз остановился на непонятном хламе, который, возможно, никогда не понадобится и просто покроется толстым слоем пыли, встающей поперек горла, не давая вздохнуть. По спине Джоске пробежали толпы холодных мурашек, он не знал, почему всё ещё стоял на своём. Перед глазами все плыло, а ноги стали ватные. — По правде говоря, — протянул он тихо, не зная, как объяснить, а после, почесав затылок, продолжил: — По правде говоря, я запер его в подвале. Глаза Окуясу стали словно чайные блюдца, и он ошалело пронзил Джоске взглядом. — Чего? — не понял он. — Я запер его в подвале, - чуть громче повторил он, а на лице расползлась широкая улыбка, обнажающая ряд белых зубов. — Джоске, ты псих! Ты долбаный псих! Ниджимура орал на него, отчитывал. Он и представить не мог, как так можно над кем-то измываться. ДжоДжо протянет руку помощи в трудную минуту. Он и был таким, но почему-то красные, багровые следы на почти фарфоровой коже будоражили его и даже возбуждали. Возбуждали мокрые и соленые красные щеки. Хотелось целовать каждый миллиметр. На шее хотелось видеть бардовые, лиловые и фиолетовые засосы, усеивающие плечи, словно его же ошейник, показывающие, кому он принадлежит. — Давно? Ты давно его запер? — нервно спросил севшим голосом Ниджимура — Где-то полчаса назад, — осмелившись понять взгляд, ответил он. — Надеюсь, он там с ума не сошёл. — Скорее всего замёрз, — тихо предположил он, пожимая плечами. Окуясу вновь распиливал Джоске взглядом, в котором читалась вся ярость на друга. — Чего? Повтори! — Скорее всего, он замёрз, — почти шепотом вновь произнес он, но его слова были услышаны. — Почему? — Он там без одежды. Так же тихо сказал Джоске, он уже был готов получить люлей от друга. Окуясу сдержался и сказал. — Иди открывай его, утырок! Как ты вообще до такого докатился?! Сам же про честь и доблесть затирал! Хигашиката достал ключи и мигом понёсся к двери подвала. Раздались три звонких щелчка. После них дверь открылась, и Джоске влетел в подвал, почти спрыгивая с деревянных ступеней. Рохан сидел на том же месте, рисуя раненым пальцем на полу. У него выступали ребра, болезненно худые ноги, казалось, что он давно не ел, хотя Джоске же кормил его. Грязный след запекшейся крови остался на пыльном полу. Кровь в жилах застывала, а ком в горле не желал проглатываться. Кишибе смотрел не него нечитаемым взглядом, нельзя было сказать, что он в полной мере осознает происходящее с ним. Парень почувствовал, как холодный пот стекает по его спине. Тело совершенно отказывалось слушаться, и если бы он не держался за перила, то точно бы осел на пол или на скрипящие под его весом ступеньки. Но потерянная в отношении мангаки совесть вдруг в нём заговорила, он набрался смелости подойти ближе к безумному заложнику. — Рохан-тян? Я пришёл забрать тебя, — неожиданно нежно произнес он и посмотрел на темный рисунок из крови на полу. Это сложно назвать рисунком. Незамысловатая линия перечеркивала неровно выведенные слова, которые Джоске не разобрал сразу, «как же это унизительно!» и «теперь ты доволен?» и рядом не относящийся к надписям рисунок какого-то животного или птицы, неважно. Оторвавшись от созерцания рисунка, он посмотрел на тонкие губы, искусанные в кровь самим Роханом, а может и Джоске, с которых слетал шепот из абсолютно не связанных друг с другом слов. Джоске прикусил губу и аккуратно снял с Рохана ошейник. — Котик, вставай, пошли. Кишибе свернулся на полу в клубочек, мяукнул, а на его губах играла искривленная улыбка. Хигашиката вздрогнул, как от удара током, но, несмотря на это, взял несопротивляющегося Рохана на руки, не чувствуя сильной нагрузки. Теперь он больше похож на куклу. — Котик, прекрати так себя вести, это уже не смешно, — заикнувшись, произнес он, прижимая мужчину к груди. С лица Кишибе медленно покидала улыбка, а удивленный взгляд впился в Джоске — Не смешно? Да что вы говорите, хозяин? Шутка удалась! Безумная улыбка расплылась по его лицу, а из уст вырвался нервный смешок. «Твою ж мать! Что я наделал?! Он же с ума сошёл!» — эти мысли больно били его по вискам, пока плечи Рохана подрагивали в бесшумном смехе. ДжоДжо в спешке вынес его из подвала. Окуясу стоял у двери, увидев Рохана, его глаза наполнились ужасом, понял Джоске по суженным зрачкам, а еще в его глазах были языки гнева. — Джоске! Что ты с ним сделал?! Вырвался возмущённый крик. Хигашиката грозно зыркнул на того и быстрым шагом двинулся в спальню, говоря себе под нос: «Всё хорошо. Всё в Порядке. С ним всё хорошо». Окуясу остался на первом этаже, ему нужно было время, что бы обдумать эту ситуацию. Джоске положил Рохана на кровать и сел рядом. — Котя, это уже не смешно! Приходи в себя! Он смотрел на Кишибе взволнованным и шокированным взглядом, в котором читался страх. Холодный пот стекал по вискам, некоторые волосы, выбившиеся из оболденной прически прилипли к этим мокрым вискам. — Всё в порядке, хозяин. Он мило улыбнулся, а после стрельнул в ДжоДжо свирепым взглядом. Хигашиката сильно испугался, увидев эту злость, и крепко обнял Рохана, несмело поглаживая его по спине, усеянной мурашками и пожелтевшими синяками. — Всё не в порядке! Не в порядке! Что с тобой случилось?! — голос предательски дрогнул, и он сорвался на крик. — Всё в порядке, хозяин, — продолжал Рохан, но по нахмурившимся бровям ДжоДжо понял, что этот крик ему не нравился. Рохан обнял его в ответ и крепко прижался к широкой груди Джоске. — Хозяин, можно я посплю? Я устал, мое тело ужасно болит, кажется, что я сейчас умру. — Конечно! Конечно! Джоске еле сдерживался, чтобы не заплакать. Слезы ужасно щипали глаза. Он погладил Кишибе по голове, где его рука застревала в спутанных волосах, и несколько раз поцеловал в лоб. Неуверенный в своих действиях Хигашиката осторожно, боясь спугнуть, лег рядом и просто продолжил оглаживать спину, бока и шею. — Спи конечно, котик, — ДжоДжо укрыл Рохана одеялом и не смог сдержаться. Слезы хлынули из глаз, обжигая холодные щеки, а шепот слетал с пухлых губ. — Прости, прости, пожалуйста! Подушка и одеяло намокали из за солёных слёз. Джоске крепче и крепче прижимал к себе Рохана, прося о прощении, а тот лишь безумно улыбался и изредка говорил "мяу". Наконец, увидев мирно закрытые глаза и сложенные в кроткой улыбке губы, Джоске аккуратно встал с кровати. Он поправил причёску, вытер слёзы, размазав их по красно-белому лицу, он спустился вниз, где его ждал ошарашенный Окуясу. Ниджимура сидел за столом, придерживая голову рукой, завидев перед собой Хигашикату, его лицо скривилось и приняло озлобленно свирепый вид. Он усадил друга перед собой за плечо и голосом, налитым сталью, сказал : - Сейчас, ты мне расскажешь всё в мельчайших подробностях, понял?! Джоске на это лишь кивнул и началась не очень приятная для обоих исповедь. ДжоДжо чувствовал себя ужасно, его то бросало в жар, то в холод, говорить было трудно, из глаз текли струйки солёных капель. Он от нервов поправлял волосы, тёр лоб и прикусывал нижнюю губу, от чего та вспухла и сильно покраснела, покрывшись трещинами и кратерами с кровью. На протяжение всей истории Окуясу всё сильнее напрягался. Руки сжались в кулаки и дрожали в желании набить Джоске морду, но Ниджимура сдержался. Голос Джоске стих по прошествии двадцати мучительных минут. Он зарылся в волосы и облокотился локтями на стол судорожно дрожа. Он что-то мямлил себе под нос. Окуясу скрипнул зубами, увидев эту картину и, подорвавшись со стула, трижды огрел друга по лицу, повалив того на пол. - А ну хватит ныть! Мне смотреть на тебя противно! Хигашиката попытался встать, но туфля приятеля пригвоздила его голову к кухонному полу, слегка поёрзав, после чего Ниджимура продолжил монолог. - Ты понимаешь, что ты натворил?! Каким бы козлом ни был сенсей, ты пал даже ниже, чем он! Джоске не ожидал такой реакции. Он смотрел на Окуясу шокированными глазами, в которых читался страх. ДжоДжо слегка дрожал, всё ещё пытаясь встать, но его друг оказался сильнее. Ниджимура взял его за воротник и поднял с пола, чуть выше себя. Хигашиката прищурил глаза и крепко стиснул зубы, пытаясь освободиться от хватки. Он вцепился пальцами в руку Окуясу, но тот даже не поморщился . - Отп… отп… отпусти….. - Это было единственное, что смог выдавить из себя Джоске перед очередным ударом. Окуясу был очень зол на него, казалось, в его глазах пылало пламя, а из ушей и рта валил непроглядный пар. Он выглядел словно бык, смотрящий на красный цвет. Хоть Джоске и не был из робкого десятка, он всё равно не мог противостоять Окуясу в тот момент. Рука Ниджимуры разжалась, и ДжоДжо с грохотом снова оказался на полу. Он откашлялся и, пошатываясь и опираясь на кухонную тумбочку, встал. Его одежда была вся в пыли, а из носа капала кровь. Джоске вытер её рукавом и посмотрел на Окуясу. Тот всё ещё был дико зол. - Окуясу, я буду тебе благодарен, если ты уйдёшь и дашь мне самому разобраться. Тот, встряхнув руки, подошёл к Джоске на пару шагов. - Конечно, но сначала я выбью из тебя всё дерьмо! Не дождавшись реакции, со стороны Окуясу полетели удары, будто автоматная очередь. Это всё сопровождалось криками и попытками сопротивления. Как только весь пар вышел, огонёк в глазах Ниджимуры потух, и он опустил кулаки, смотря на покалеченного друга. - Окуясу, ты…. Ты кусок дерьма! Мне и так хреново! - Ты заслужил это, братан. Тебе стоит подумать над тем, что ты сделал с сенсеем. Он отошёл на пару шагов. - Я не хочу видеть тебя, пока ты не осознаешь, что натворил. Окуясу строго и угрожающе смотрел на него некоторое время, после чего зарядил кулаком в стену и удалился из дома со словами : «Ты пал в моих глазах» Джоске сидел на полу в кухне. У него была разбита губа, под обоими глазами были синяки и, кажется, выбит коренной зуб. Удары пришлись в основном на лицо, поэтому Джоске был похож на некое месиво. Он никогда не думал, что Окуясу может быть таким сильным. Вытерев большую часть крови, ДжоДжо уже мог различать, где на его лице находятся нос, глаза, губы и прочее. Всё лицо было в ссадинах, гематомах и царапинах. Джоске наклеил на себя пару пластырей и решил, что этого будет вполне достаточно. Он прекрасно понимал, за что получил в зубы. От этого внутри появился некий холод, который распирал и казалось из живота вот вот вырвется чужой, и ДжоДжо подохнет окончательно. Но этого не случилось. Возможно, это и есть то, чего заслуживает ДжоДжо в этот момент…… Со второго этажа послышались тихие скрипы. Это скрипели пол и лестница. Джоске не придал этому особого значения. Он сидел на кухне, подперев щёку рукой и помешивая чай в кружке. Настроение было хуже некуда. «Будет лучше, если я прекращу его донимать. Я зашёл слишком далеко, надо просто избавится от этих долбаных ушей и хвоста, и Рохан сможет жить как раньше» Его мысли перебил тихий и на удивление мягкий голос. - Хозяин, всё в порядке? Я слышал э крик , - Рохан стоял перед ним, завернутый в одеяло. Как только он смог разглядеть лицо Джоске, он кинулся к нему и поднял его лицо к себе за щёки, - Хозяин, что с вами?! Джоске убрал его руки со своего лица и, подняв взгляд, улыбнулся. Он усадил Рохана к себе на колени и погладил по голове. - Всё в порядке, не беспокойся. - Правда? У Вас же не лицо, а какое-то мясо. Рохан взволнованно на того посмотрел и пальцем провёл по пастырю. ДжоДжо айкнул и усмехнулся. - Не надо трогать, хозяину больно. Он старался вести себя как можно мягче. Снова погладив Рохана по голове, ДжоДжо поцеловал его в лоб. Кишибе немного покраснел и отвёл взгляд в сторону, после прилёг на грудь Джоске и закрыл глаза. Хигашиката зарылся носом в волосы мангаки и стал ими дышать. Ноздри прорывал странный запах пепла и сырости, вперемешку с еле уловимым шлейфом шампуня. Пряди были слегка грязноваты, но это не было отвратительно, скорее немного раздражало. Но Джоске это нравилось. Неделю назад, Рохан мог и не подпустить ДжоДжо к себе на такое расстояние, а сейчас котик….. Буквально, мягкий и покладистый котик. Чувствуя дыхание хозяина, Кишибе прижимал к себе ушки и хвост, который слегка дрожал. Джоске погладил Рохана по спине, тем самым успокаивая его. Хигашиката думал, что ему делать и как поступить. Он был привязан к Рохану, но чувствовал, что должен его отпустить и желательно не мешать жить дальше. Он словно провалился в темноту и даже не понимал, что происходит. Он больше не чувствовал тепла тела Рохана. Он не чувствовал даже своего тела . Невесомость словно охватила Джоске, перед собой он видел лишь темноту. Он не боялся, не испытывал никаких эмоций. Просто так надо, - подумал Джоске тогда. Он не предполагал, что творится, но верил, что это безопасно. - Браво, аплодирую тебе стоя Раздался до жути знакомый голос сзади, и в эту же секунду Джоске почувствовал дискомфорт. - Теперь у тебя есть власть, - продолжал голос, - можешь считать себя королём, браво, - тёплая и мягкая, но очень большая ладонь легла пластом на правое плечо парня. Джоске не смог обернуться, - он просто шут по сравнению с тобой, - рука потяжелела и краем глаза Хигашиката увидел силуэт, а затем смог чётко распознать само лицо, - не так ли? Перед ним стоял… он? Никто иной как сам Джоске смотрел самому себе в глаза. У настоящего Хигашикаты зашевелились волоски на голове. - К… Кто ты? С комом в горле спросил он. 0.2 (будем звать его так в дальнейшим) улыбнулся и прищурил глаза. - Сам задаю себе этот вопрос, - он хихикнул и, сложив руки в замок за спиной, полностью предстал взору Джоске. Хигашиката словно вернулся в тот день, когда он встретил [Surface]. Точная копия, точнее некуда, но характер, просто мерзость. В лице 0,2 он заметил что-то несвойственное себе, словно только тело было его, а дух… а чей там мог быть дух? Хитрый оскал, нагловатый прищур глаз и высокомерно вздёрнутый нос, всё это жутко напоминало Рохана до того случая с «ночным приключением» - Так как ты тупой, объясню, что происходит, - Джоске стал внимательно его слушать. – Ты сейчас в жуткой отключке, Хигашиката. Никто тебе не поможет и, возможно, ты сдохнешь. Джоске не дал ему продолжить. - Чего?! Какого хрена?! - Успокойтесь, сударь, крики вас ни к чему не приведут, - 0,2 всё это время издевательски скалился, будто это грёбаная шутка или глюк. - Что со мной случилось? - уже отчаявшись, спросил ДжоДжо. - Насколько я знаю, ты просто отрубился, понятия не имею, почему так, - 0,2 расхаживал перед глазами Джоске, словно издеваясь и дразня, - есть вероятность, что ты сдох, но тогда ты был бы на небесах, но, увы, мы застряли в твоей тупой башке. - В моей башке? Ты что, моя вторая личность? 0,2 тяжело и презрительно вздохнул , после подошёл к Джоске и наклонился к его лицу, всё ещё держа руки за спиной. - Я не знаю, кто я, но точно уж не вторая личность, - снова многозначительная усмешка, - если уж на то пошло, то я был бы первой личностью. Повернувшись к Джоске спиной, он снова отошёл на добрые пару метров и задумчиво задрал голову вверх. Моргнув, 0,2 перевёл взгляд на ДжоДжо, находясь всё в той же позе. - Вот представь, ты упал без сознания, а Рохан смотрит на твоё неподвижное тело, - после он замолк на пару секунд. - как думаешь, что он сделает? Взгляд незнакомца из недр мозга был безумен, зрачки сузились, а белок подавил радужку и истребил её, оставив лишь бледную васильковую окантовку бездны. Чёрные точки сверлили Хигашикату, словно два снайперских прицела. От этого взгляда хотелось убежать и скрыться как можно скорей. Кожа 0,2 побледнела, будто лист бумаги. Джоске пробрала невольная дрожь, и в душу, казалось, проник дикий и липкий холод. - Я….. Я не знаю, - растерянно ответил ему Джоске. 0,2 развернулся к нему в анфас. Расправленные широкие плечи, заложенные за спину руки и ровные как по кантику ноги. Всё тело было спокойно ,но лицо источало что-то непонятное и жуткое. Аккуратно сложенные губы больше не сияли в наглой усмешке, всё лицо расслабленно, и эти выразительные глаза, они смотрели пристально, не двигаясь и даже не дрожа. Это спокойствие напрягало. - Я тоже, увы. Хотя могу ли я что-то знать? Меня вообще тут быть не должно. - Но если ты тут, у меня есть лишь одно предположение, - 0,2 многозначительно поднял бровь и слегка наклонил голову в бок, - я, конечно, могу быть неправ, но думаю, что ты моя совесть. - Вполне возможно, но, тем не менее, я тут распинаться не буду, - он снова стал расхаживать по темноте вокруг, - не буду устраивать «повесть о дядюшке Скрудже», ты в состоянии понять всё сам.