Sensuous Ice

BTS — Heartbeat

Вэй Ин уходит из квартиры соседа в полночь, нагруженный несколькими пакетами с какао и приглашенный в любое время посещать данные хоромы по любой причине. Лань Чжань сам себе поверить не может. Тому, как он ведет себя рядом с новым коллегой. Будто бы Усянь обходит проклятье, вторгается в чужую замерзшую душу, спасает от надоевшего одиночества. Но это невозможно. По подсчетам единственной паре Лань Ванцзи сейчас около шестнадцати. Он родился в новом столетии, и Лань Чжань не будет больше приближаться к этой душе. Сейчас смириться с такими мыслями уже проще. Улыбка Вэй Ина перекрывает все. Съемки в его компании проходят легко и весело. Младший интересуется простыми вещами и быстро втягивается. Он очень умный и любопытный. Лань Чжань полностью очарован. Они много говорят в перерывах между сценами, угощая окружающих любимым какао. Все замечают изменения в главной звезде предстоящего сериала. Не может не радовать его почти незаметная улыбка и горящие интересом глаза. Рядом с Вэй Ином Ванцзи становится еще более потрясающим. А сам Усянь уже поселился в сердце каждого работника съемочной площадки. Нет сомнений, что он завоюет все симпатии фанатов, стоит только проекту выйти в эфир. — Нужно добавить кое-что, — слышит шепот сценариста Лань Чжань. В последние дни этот мужчина слишком задумчив, практически не принимает участие в съемках, запирается в укромном уголке. Ванцзи не чувствует опасности от его действий, но все же машинально обращает внимание. Если этот человек что-то задумал, Лань Чжаня и Вэй Ина обязательно это коснется. — Лань Чжань! — младший с улыбкой обнаруживает актера и удостаивается самого теплого взгляда. — Тебя не так просто найти. Умеешь прятаться, когда хочешь. — Эта способность не распространяется на моего дорогого соседа. — Просто нам повезло познакомиться вне площадки. И прекрасный напиток сблизил нас, — Вэй Ин понижает голос. — Мало кто может понять, что мы о какао. Ванцзи улыбается уголками губ. Действительно звучит немного двусмысленно. — Мне кажется, или господин сценарист что-то задумал. — Определенно. — Нам стоит быть осторожнее? — Почти уверен, что это касается нас. — Жить в такое мирное время все равно опасно, — хмыкает Усянь. Они снимают запланированные сцены, сверяются со сценарием и отправляются на заслуженный выходной, после которого все становится только сложнее. — Господин Чжан немного подкорректировал сценарий. Это не коснется уже отснятого материала. Для основного каста будут предоставлены несколько свободных дней, чтобы ознакомиться с новыми репликами. Актеры получают свои копии. Лань Ванцзи и Вэй Ин понимающе переглядываются. Чутье их не обмануло. — Нам стоит посмотреть здесь или лучше дома? — размышляет Усянь. — Если меня собираются выпустить голым, я подумаю о смене карьеры. — У тебя еще есть возможность разорвать контракт. — Будет не так весело уходить одному. Лань Чжань хмыкает, но мысленно соглашается. Ему сложно представить, что Вэй Ин решит покинуть проект. Никого не хочется видеть рядом, кроме обладателя прекрасной улыбки. — В моем контракте прописана возможность изменения сценария, поэтому придется выплатить крупную сумму, чтобы покинуть проект. — Одним какао уже не откупиться, — грустный вздох и шорох бумаг. Вэй Ин все же решился оценить изменения, но уже на первой странице ощутимо вздрагивает и, кажется, немного краснеет. — Лань Чжань. Надеюсь, ты следишь за современными веяниями. Потому что для меня это немного непривычно, — он протягивает старшему сценарий. На первых страницах обычно располагается описание персонажей. В новой редакции сценария разместили еще и схему взаимоотношений главных героев и их семей. На площадке повисает зловещая тишина. Вэй Ин встает ближе к старшему, чтобы защитить остальных от леденящего душу взгляда, который на него не распространяется. Ванцзи внимательно изучает информацию, затем возвращает ее источник соседу. В холодных глазах замечается что-то непонятное, но Вэй Ин не видит в этом опасности. — Если честно, я даже не удивлен. Господин сценарист выглядел именно в такой степени подозрительным. Но в чем-то он прав. Будет много шума. — Дорогой сосед удивительно спокоен, — подмечает Усянь. — Мысленно я готовился к более худшему. Так что брак наших персонажей можно пережить. — Интересный актерский опыт сразу после пробуждения, — бормочет немного смущенный младший. — У нас появилось больше общих сцен. И статус твоего персонажа стал еще ближе. Ко мне. Последние слова произносятся шепотом и почти в самое ухо, из-за чего у Вэй Ина пульс заходится в бешеном ритме, а запах сандалового дерева окутывает с головой, словно мягкий плед. Он кажется таким знакомым. Будоражит. — Эй, Лань Чжань. Можно остаться сегодня у тебя и изучить этот шедевр современного искусства? С меня зефирки с какао. — Договорились. Пока главные герои обсуждают предстоящие сцены, новость о включении в сценарий подробностей не такой уже запретной любви между представителями одного пола достигает каждого работника и просачивается в СМИ. Лань Ванцзи раньше никогда не соглашался на роли с любовной линией. Фанаты возмущены. В новостях создатели проекта выставляются тиранами, которые обманом заставили актера взять подобную роль. Лань Чжань вполне понимает негатив, и слухи имеют неоспоримые доказательства. Но сейчас он действительно хочет попробовать что-то новое. Только с Вэй Ином и только в этом проекте. Агентство созывает пресс-конференцию, чтобы развеять самые странные слухи и подтвердить основную информацию. Также Вэй Ина представляют публике. Многие уже слышали он нем, но не имели качественных фотографий для распространения. Теперь прекрасное лицо юноши появляется в СМИ так же часто, как и Ванцзи. Фанаты смиряются с таким положением вещей и отпускают любимого гэ-гэ под покровительство настоящего героя войны. Лань Чжаня это веселит. Его фандом с каждым днем все сильнее проникается Усянем. Кажется, они будут бунтовать, когда у младшего начнется новый проект. И Ванцзи вообще не хочет думать о том, что их профессиональные пути с Вэй Ином когда-нибудь разойдутся. Но… с другой стороны они останутся соседями. И младший будет снова сидеть напротив и наслаждаться любимым напитком. Что сейчас и делает. — Лань Чжань. Знаешь, пить его в одиночестве уже не приносит мне прежнего удовольствия. На войне я только и мечтал, что после ее окончания обвенчаюсь с какао. Но воевать мне почти не пришлось, а в вечные льды теплые напитки брать нельзя, — шутит младший. — Когда-нибудь ты расскажешь? — Только тебе. И это будет совсем скоро. Мне нужно посетить лабораторию. Для проверки анализов и общего состояния. И так как официальных опекунов у меня нет, хочу попросить тебя о сопровождении. — Для меня это честь. Усянь тепло улыбается и откидывает назад отросшие волосы. Он не решается их укоротить, а Лань Чжаню именно так нравится сильнее. Все в нем нравится. — Итак. Мы разобрались с общественностью. Теперь отступать некуда. Нас ждет сценарий. — Я довольно неопытен в любовных вопросах, поэтому прошу наставлять меня. — Не поверю, что у великолепного Лань Ванцзи не было отношений. — Слишком давно, — бормочет старший, действительно говоря правду. Спустя несколько сотен лет он потерял интерес к людям. И даже его единственный человек не мог утешить и успокоить эту боль, что поселилась внутри с первого дня проклятья. Ведь он обязательно уйдет, растворится во времени. И придется снова бродить по миру в его поисках. Ванцзи просто устал. И отношения для него равны этой усталости. — Хоть я и проспал несколько десятков лет, мы попробуем собрать остатки знаний в этом нелегком вопросе. Даже если это будет пара песчинок. Идем, — Вэй Ин тянет Ванцзи за рукав в комнату, захватив сценарий. — Освободить голову, очистить разум, убрать лишние эмоции, — юноша вдыхает и выдыхает несколько раз. — Не знаю, работает это или нет, но попробовать стоит. — Правильная медитация никогда не бывает лишней. — Вот я и не уверен в ее правильности, — смеется младший. — Итак, вот эта сцена. Луна, мост, шум волн. Романтика. Очень сложно. «Гэ-гэ, ты был здесь раньше?» — «В далеком детстве. Воспоминания… почти стерлись». — «Тогда будем считать это чем-то новым для нас обоих», — Вэй Ин берет Ванцзи за руку и рассматривает его пальцы. В голове старшего гуляет ветер, а нервные окончания ладони работают сильнее остальных. — «Я не знал, что ты играешь на гитаре. Кончики пальцев немного загрубели, но их так приятно касаться». — «Это гуцин», — У Ванцзи предательски садится голос. Он действительно играет на гуцине, но слишком давно не брал его в руки. Потому что одиночество уже сдает свои права. Усянь поднимает ладонь старшего и касается своей щеки, прикрыв глаза. — «Надеюсь услышать, как гэ-гэ играет», — мягкий шепот, который скользит дыханием по запястью. Вэй Ин играет так, будто каждый день примерял на себя роль романтичного возлюбленного. Это действительно заставляет Ванцзи растеряться и машинально потянуться за поцелуем, который появился в новой редакции сценария. Вэй Ин теряет ощущение реальности, полностью окунувшись в эту выдуманную историю. Он хочет поцеловать Лань Чжаня не меньше, чем его персонаж. Но вовремя останавливает себя и помогает старшему не окунуться в игру полностью. Усянь с легким сожалением отпускает чужую руку. Ощущение этой ладони в своей было таким правильным и приятным. А прикосновение к щеке вызвало неконтролируемые мурашки по всему телу. Удивительно. — Лань Чжань. Это можно считать успехом? Лань кивает, переводя дух. Проклятье прислало ему очередное испытание в лице этого младшего. Как можно сопротивляться подобному влечению. — Лань Чжань, надеюсь, ты умеешь целоваться, потому что в этом я точно не могу похвастаться большим опытом. — Господин сценарист нам продемонстрирует. — Не думаю, что смогу спокойно спать после такой демонстрации. Ванцзи беззвучно хмыкает. Пора возвращаться в реальность.