Sensuous Ice

— Господин Вэй, рады видеть вас. Эта женщина была первой, кого Вэй Ин увидел после своего пробуждения. Ему было больно дышать, организм вновь оживал от холодного сна, а она ласково гладила по голове и называла героем, которым юноша точно себя не считает. Ему просто повезло не умереть в перестрелке с противниками, а попасть в секретную лабораторию, где сумасшедшие гении хотели найти способ жить вечно. Вот и нашли. — Ваше состояние безупречно. Но вы ведь помните, благодаря чему это достигается. — Морозильная камера на семь дней раз в три месяца, — заученно бормочет Усянь. — Эй, можно я просто поселюсь в холодильнике Лань Чжаня? Там много места и нет ничего, кроме молока. Женщина улыбается Ванцзи, и тот кивает ей в ответ. — Не думаю, что господин Лань будет готов к спящему господину Вэю в собственном предмете ежедневной необходимости. Но в дальнейшем мы попробуем найти компромисс. Когда завершатся съемки, я я буду ждать вас. — Холод поддерживает его здоровье? — Нет, — другой ученый появляется в лаборатории и жмет руку Вэй Ину. — Он делает господина Вэя бессмертным. Конечно, рано говорить о вечности. Но организм не меняется. Он остается на уровне того возраста, в котором был так осторожно сохранен. И, вероятнее всего, без воздействия низких температур, тело может начать разрушаться. Мы не можем этого допустить. Подробности эксперимента были давно утеряны. Господин Вэй — единственное доказательство, что чудеса случаются. — Теперь холодильник — мой лучший друг. Прости, Лань Чжань. Тебя немного потеснили с первого места, — тепло улыбается Усянь, приобнимая старшего за плечи. В последнее время ему необходим тактильный контакт, особенно с Ванцзи. С каждым днем они становятся ближе. Это и пугает, и радует одновременно обоих. А теперь, когда Лань знает многое о ситуации младшего, преград больше не осталось. По крайней мере, со стороны Вэй Ина. Лань Чжань пока не стремится раскрывать свою страшную тайну. Он слишком запутался. Проклятье вечно. Оно не может потерять силу. Тогда почему в сердце так легко проник этот улыбчивый воин. Ванцзи будто что-то упускает на самой поверхности. Это что-то не дает ухватить себя за хвост и рассмотреть. Тревожит, когда старший остается наедине с собой. Но, пока рядом Вэй Ин, бессмертный и проклятый оживает вновь. — Знаешь, Лань Чжань. Недавно я прочитал «Гарри Поттера». И там приметил необычных существ, которые заметны лишь тем, кто видел смерть. Так вот, я надеялся, что во мне тоже проснутся способности. Но, — он откидывает черные волосы. — Я всего лишь молодой и безумно привлекательный. Хэй, мы должны попробовать это мороженое! Вдруг я повелитель всего холодного! — Мой холодильник ждет своего повелителя. Он заскучал. Вэй Ин не выдерживает и громко смеется. — Лань Чжань, ты потрясающий. «Ты тоже великолепен». Младший все же вручает Ванцзи стаканчик холодного лакомства, которые тот вроде бы никогда не одобрял, но рядом с Усянем все кажется лучше. И вкуснее. Они немного гуляют по оживленным улицам, тщательно скрыв лица от толпы, и даже катаются в метро, где Вэй Ин не был после своего пробуждения. Во время войны о строительстве такого транспорта даже никто не задумывался, но сейчас метрополитен поражает своим активным развитием. Усянь даже выражает желание добираться таким образом на работу, но Ванцзи убеждает, что в час-пик личный фургон намного безопаснее, пусть и приходится сталкиваться с пробками. — Я бы хотел брать уроки истории. Я правда пытаюсь интересоваться всем, что вижу. Но это сложно. Я слегка растерян. Как много всего произошло за время моего сна? Как люди придумали компьютеры и смартфоны? — Я могу помочь тебе. В свободное от съемок время. — Было бы отлично, — Вэй Ин благодарно кивает, и выражение беспомощности пропадает с его лица, а Ванцзи только что нашел повод встречаться с соседом еще чаще. Кто лучше знает историю, чем живое воплощение нескольких столетий. Лань может с уверенностью сказать, что помнит все значимые моменты в развитии человечества. Ведь он испытал их на себе. Актеры договариваются начать «исторические» встречи после завершения съемок самой сложной сцены — той, которую они довольно удачно прорепетировали. И этот день неумолимо приближается, заставляя Ванцзи дрожать от легкого страха и предвкушения, Усяня — истерически смеяться и отвечать невпопад. Но вся съемочная площадка пребывает в похожем состоянии, поэтому не замечает ничего необычного. Даже режиссер не может убедить окружающих, что все пройдет хорошо. На самом деле он уже готовится к нескольким десяткам дублей и каменному лицу Лань Ванцзи, который первый раз согласился играть возлюбленного. Точнее, ему практически не оставили выбора. В день «Х» погода радует благополучием. Съемки проходят на улице, близко к воде, но актерам даже не требуются дополнительные пледы. Все действительно располагает к съемкам. Ванцзи держит в руках чашку с дымящимся какао. Ему не холодно, но нужно успокоиться. Пусть внешне актер сама невозмутимость, внутри него разворачивается буря. Вэй Ин, обычно открыто демонстрирующий свои эмоции, выглядит довольно счастливым. Он касается плеча старшего своим и крадет у него пару глотков какао. — Ты мог получить целую чашку. — Мне приятнее из этой. Ванцзи почти краснеет от мыслей, заполнивших его голову. Хотя, может, они помогут прийти в себя. — Господин Лань, господин Вэй, приготовьтесь. До начала две минуты. Лань Чжань допивает какао и поправляет макияж. Это не так страшно. Всего лишь поцелуй. С Вэй Ином. Настоящий поцелуй, а не просто прикосновение. Остановите землю, Ванцзи хочет сойти. Они успешно отыгрывают диалог, который уже репетировали, и записывают его со второго дубля. А затем все будто покрывается туманом. Лицо Вэй Ина совсем близко, его легкое дыхание и прикосновение подушечек пальцев к подбородку. И губы. Лань Чжань даже не до конца понимал, что все это время безумно хотел попробовать их вкус, тайно желал ощутить их тепло и мягкость. И сейчас заветные желания исполняются. Лань впервые забывает, что вокруг люди и камеры. Вэй Ин доверчиво жмется к нему, раскрывается и немного улыбается в поцелуй. Он единственный. Единственный, кого проклятье впустило в заледеневшее сердце. Он — та душа. И, кажется, он смог обойти эту печать зла, которая заставляла сосуд для души умирать насильственной смертью. Сломал систему и не переродился для новых страданий. Стал таким же вечным, как и Ванцзи. Работники съемочной площадки тактично молчат, лицезрея настоящее чудо. Отснятого материала достаточно для создания шедевра. Сценарист устало улыбается. Самый проницательный человек, который рискнул всем не ради славы. А ради счастья этих двоих. Остальные же искренне верят, что следят за безупречной игрой главных актеров. Избранные знают — перед ними самые настоящие чувства людей, которым всегда было суждено любить друг друга.