Полярная ночь

Они приехали на несколько часов раньше и им было позволено осмотреться. За всю длинную поездку Гермиона глаз не сомкнула. Она была так взволнована, что постоянно доставала своих друзей, особенно Дастина, который все же пытался заснуть, но попытки были тщетны. Из-за нее. Он злился, на кудрявую непоседливую девочку и ругался. Очень громко и довольно резко. Гермиона обиделась на него и весь дальнейший путь просидела за новым учебником по древним рунам, силясь не заплакать от обиды. Ведь она задала пару вопросов, она всего-то хотела поговорить, отвлечься и может перестать волноваться, а он… Гермиона всегда была слишком чувствительной и совсем не могла убедить себя не придавать значения таким пустяковым ссорам. Конечно, она никогда не плакала на публике, у нее не было громких девчачьих срывов, но оставаясь в одиночестве она давала волю слезам. Тихо и почти не издавая звуков, только хлюпая носом, одна за другой слезинки катились по щекам. Нотт считала это своей самой большой слабостью, как бы она не пыталась сдержать их, ничего не получалось. Поэтому никто не знал об этой дурацкой привычке. И Мерлин, это было особенно странно для нее, обычно Гермиона ни от кого ничего не утаивала. Если подумать, скорее всего именно это привлекало окружающих к ее персоне. Она была словно захватывающая открытая книга, которую каждый хочет прочесть и узнать, что же может быть на следующей странице, а может и окунуться с головой, чего уж мелочиться. Какой поворот событий ждет дальше? Очередная смешная проделка, начало страстного романа или может быть, безбашенный триллер? Никто не знает, даже она сама. Факультет говорит сам за себя, она авантюристка и это диагноз, пожалуй. Нотт так же хорошо знала своего друга, знала какой он. Мог наговорить все что угодно в порыве гнева или досады, но быстро отходил. Резкий и бестактный он часто даже не замечал, что по настоящему обидел человека. Она старалась закрывать глаза на его грубые слова, ведь у Дастина совсем не было опыта общения с людьми, все его избегали и Гермиона видела как ему сложно и неприятно. Всегда он был непонятым и недооцененным, белым пятном среди черной массы. Гермиона не могла видеть, как он мучается. Но теперь она не простит его так быстро. Нет, уж. Пауэлл должен понять что не может с ней так поступать. Она не заслуживает такого обращения к себе, ведь всегда слушала его, как бы ни была занята, даже если очень устала или умирает с голоду! Гермиона ставила друзей выше всего остального и возможно это было ее ошибкой. Может вся ее жизнь просто сплошная ошибка? Она не хотела верить в это. Просто шла по причудливой аллее, петляющей между закутками пугающего темного леса с мощными соснами, в сторону перрона, откуда еще совсем недавно слышала крики радостных учеников и звонкое гудение паровоза. Расстроенной девушке очень хотелось увидеть своего кузена, обнять, залезть к нему под широкую кофту и греть промерзшие руки об его горячую спину. Она хотела, чтобы Тео был с ней сейчас и развеял ее тоску. Чертенок мастерски умел обниматься, со своим двухметровым ростом, парень полностью закрывал ее от окружающего мира. И был таким теплым и уютным, прям как ее Живоглот, только гораздо больше! Гермиона корила себя за то, что сравнивает кузена со своим котом. Вот Тео никогда не поступил бы с ней так… Как бы он не был зол и расстроен, он держал себя в руках, по крайней мере с ней. Всегда. Гермиона видела, что брюнет до жути сильно опекает и заботится о ней, часто это вводило в ступор и заставляло нервничать. Но как она могла оттолкнуть его? Она не могла, нет, ведь тоже безмерно обожала своего ласкового и ревнивого двоюродного братца. И действительно, не по наслышке знала, как ему тяжко живется с жестоким отцом. Видела совсем нездоровую бледность его аристократического лица, то что он ест через раз, иногда замечала как тяжело дышит и слышала его крики во сне. Однажды, черт возьми, она заметила, что у него сломано левое ребро! Когда он упал от кислородной недостаточности по пути в свою комнату, ведь не мог вздохнуть полной грудью! Она была так напугала, просто в ужасе! С каким он монстром живет! Это делает его собственный отец?! Всю ночь поила костеростом и сидела рядом, гладила по голове и рассказывала истории из жизни, ведь он попросил. Сказал, что ему так будет легче. Моргана Всемогущая, она так волновалась за него! Если бы у нее было право, она бы не задумываясь поселила Тео у себя, упрятала бы в своем доме и не на метр не подпускала бы Амикуса. Чертов сумасшедший! В надежде рассмотреть родные черты, девушка взобралась по каменным ступенькам на перрон. Было пустынно, только пару учеников в синих мантиях проходили к выходу с платформы, весело шепчась и подозрительно поглядывая в ее сторону. Она не стала акцентировать на них внимание и спокойно побрела дальше, восхищаясь красотой Хогвартс-экспресса, который устало выдыхал пар, готовясь к поездке обратно в Лондон. Пройдя до третьего вагона, Нотт воровато осмотрелась. Ей до жути хотелось посмотреть изумительный поезд изнутри. Она бы сделала это через окно купе, но занавески к ее сожалению были задернуты. Гермиона попыталась применить магию, но и тут потерпела неудачу. Последний раз глянув через плечо и убедившись, что никто не видит ее маленького преступления, она быстренько заскочила в вагон и с силой захлопнула дверь, шкодливо улыбаясь. Обернувшись, Гермиона сделала пару шагов вперед и восхищенно заозиралась по сторонам. Поезд был просто шикарен… Как жаль, что им не разрешили ехать вместе со всеми учениками! — Черт! Что за… — споткнувшись и еле как удержавшись на ногах она была в замешательстве. Обо что она могла запнуться, если проход был совершенно чист? Нотт обернулась и подозрительно потыкала своим ботинком в то место, где явно лежало что-то невидимое. Оно недовольно захрипело и Гермиона пару минут собираясь с силами просто стояла и пялилась в никуда. Одним резким движением нагнулась и ощупав существо, сдернула с него невидимую мантию. Уже не удивлялась, с ней произошло столько всего, что она была готова ко всему. Ну почти. Это был парень. С красивыми зелеными глазами и сломанным носом. Все лицо незнакомца было в крови и казалось еще чуть-чуть и он захлебнется ею. Быстро сообразив что к чему, она сняла наложенный на паренька «Петрификус Тоталус» и тот сразу же начал кашлять и сплевывать кровь, судорожно глотая воздух ртом. Гермиона присела на коленки и заботливо усадила бедного намучившегося в вертикальное положение. Тот все никак не мог отдышаться и пытался хоть немного стереть кровь, но делал только хуже, размазывая ее по лицу. — Хей, стоп. Ты делаешь только хуже, — Нотт сдернула со стола первую попавшуюся салфетку и не спрашивая разрешения, прикоснулась к впалой щеке незнакомца. Тот поднял на нее свои большие зеленые глазищи и кажется затаил дыхание. — Я могу помочь, если ты не против… Все нормально? — Да… я не… не против, — спустя долгую минуту отозвался он, все еще словно завороженный глядя на девушку. Гермиона списала его заторможенное состояние на посттравматический синдром и чуть приподнимая заостренный мужской подбородок двумя пальцами, начала стирать кровавое безобразие. Она старалась максимально аккуратно делать свое дело, чтоб не навредить парню и не в коем случае не задень сломанный нос. — Кто ты? Разве ты учишься в Хогвартсе? — послышался тихий шепот парня и Гермиона на пару минут замерла, обдумывая стоит ли все рассказать ему, но вскоре продолжила стирать кровь с левой скулы. — Нет, я не отсюда. Вам разве не говорили о том, что в этом году будут ученики по обмену? Так вот, я и еще трое ребят, мы из Ильверморни, Северная Америка… Знаешь, скорее всего мне влетит за то, что ушла так далеко, еще и перед официальной частью нашего представления перед учениками… А с тобой что приключилось? — Кхм, я можно сказать, нажил себе проблемы, как видишь. Со мной все время случается подобное, я постоянно вляпываюсь в какое-то дерьмо. Мне кажется, это моя личная супер-способность. Но бывало и похуже… — закончив, девушка выбросила запачканную салфетку и слушая рассказ парня, начала с аккуратностью ювелира щупать нос пострадавшего, отчего тот заволновался и неловко потирая свои ладони о штанины брюк проговорил. — Я Ларри, то есть, черт, Гарри! Я — Гарри Поттер. Гермиона хихикнула и отодвинулась от смущенного «Ларри». — Хочешь я тебе нос вправлю? У тебя тут такая смешная горбинка получилась, но мне даже нравится! — смеясь с до жути ошеломленного парня, лихорадочно проводящего рукой по переносице. Гермиона достала палочку из кармана своих широких мальчишеских шорт по колено и решила добить его окончательно. — Правда, раньше я никогда не практиковалась в этом заклинании, но ничего страшного. Как говорится, все бывает в первый раз… «Эпискей» — Ауч…! — шипя от боли и держась рукой за вправленный нос, парень облокотился о сиденье и встал, глухо постанывая и кряхтя. Гермиона последовала его примеру и быстренько поднялась, расправляя складки на широкой и огромной для худенькой девочки гавайской рубашке с пальмами, которую она стащила у своего отца. Вообще-то Нотт обожала носить вещи гораздо больше ее самой, это было вроде ее своеобразного фетиша. В детстве она даже мечтала стать мальчиком, чтобы ее не заставляли наряжаться в дурацкие короткие платья с рюшками. Но повзрослев пришлось смириться с жестокой реальностью и школьной формой. Окружающие всегда говорили, что ей очень идут платьица и дурацкие юбочки, она не верила и считала, что это выглядит просто нелепо. — Пошли, а то меня окончательно убьют за пропажу посреди грандиозного спектакля. Ты же знаешь дорогу обратно…? Потому что я совершенно не запоминала куда шла, — она извиняюще улыбнулась, переступая с ноги на ногу и уставилась на Гарри, поправляюшего сьехавшие очки. — Да, да, конечно, ты же моя спасительница, как я могу оставить тебя здесь… — А ты мне нравишься Гарри, тут в Хогвартсе все такие приветливые и отзывчивые? — они вышли на перрон и зашагали вдоль каменной брусчатки. — Нет, далеко не все… Эм, ну то есть, люди бывают разные, ты сама знаешь. Я совершенно не хочу портить твои первые впечатления о школе, просто советую быть осторожней… — парень вдруг резко стал серьезным и его смущение ушло, будто и не было. — Ой, а я ведь не представилась, я — Гермиона Нотт, — попыталась отвлечь нового знакомого от мрачных мыслей, но тот услышав фамилию нахмурился еще больше. — Ты сказала, Нотт? — Да, что-то не так? Я просто думала, может быть ты будешь моим первым другом в этой школе? Или хотя бы приятелем… — она остановилась и с детской надеждой посмотрела в изумрудные глаза, скрытые за линзами очков. Тот поразмыслив несколько секунд с теплой улыбкой на устах повернулся лицом к собеседнице и ответил. — Конечно, я хочу быть твоим другом. Если вдруг захочешь… — от искрящегося радостью взгляда, парень опять почему-то засмущался и закусил губу, пытаясь побороть странные, доселе неизведанные чувства. — Да! Я очень, хочу! — Гермиона ураганным ветром подхватила парня под руку, словно была знакома с ним всю жизнь и прибавила шаг, весело щебеча что-то тому о факультетах и новых книгах. Но Поттер лишь шел, иногда кивая в ответ, из-под тишка поглядывая на девичью руку лежащую у него на сгибе локтя и слыша свой учещенный пульс где-то в горле. Он не знал, что с ним твориться, но это определенно было интересно… Даже очень. *** — Гермиона, я тебя умоляю, только попади в Гриффиндор! Попроси распределяющую шляпу, она обязательно учтет твой выбор, — развеселившийся Гарри Поттер нравился ей гораздо больше предыдущего. С ним было очень интересно обсуждать факультеты, плутать по замку и смеяться со странных школьных портретов, которые ругались на «несносных оборванцев, нарушающих их покой». Как оказалось, он был гриффиндорцем и был очень популярным среди одноклассников, хотя скорее среди всех волшебников магической Британии ( чему сам, кстати был не особо рад), он не стал разъяснять почему, сказал это будет слишком долго и мрачно. Гермиона поставила себе галочку в голове, сходить в местную библиотеку и узнать что же все таки происходит в этой стране. А еще она заметила то, что парень был невероятно застенчив, но уверен в себе и смел, когда того требуется, очень дружелюбен и мил. Они уже были совсем рядом с Большим залом, по словам Гарри, и к тому же опоздали почти на два часа. Кого-то ждет тотальный разнос от мистера Лоррисона. — Но Тео будет просто в ярости, если я попаду к тебе, он такой ужасно заботливый, иногда ведет себя прям как надзиратель или сиделка, честное слово! Я понимаю, он ведь мой кузен и волнуется за меня, так же как и я за него, но… — Знаешь, я бы на месте твоего кузена больше волновался, если бы ты, попала в этот гадюшник! — резко перебив ее воскликнул Поттер, сразу стушевавшись под упрекающем взглядом девушки. — Просто, понимаешь, ну какая из тебя слизеринка, ты вовсе не надменная, не высокомерная и не заносчивая. Я просто… эм. Я бы хотел, чтобы ты попала на Гриффиндор… — последнее предложение он сказал почти шепотом, упорно смотря в пол и чувствуя, как шею и щеки начинает припекать. — Оу, это так приятно слышать. Я очень рада, что познакомилась с таким прекрасным человеком, как ты, Гарри, — они остановились около величественных массивных дверей и просто пару минут смотрели по сторонам, собираясь с мыслями. — Вместе? — послышался голос парня и кивнув друг другу, они как по команде развернулись и коснулись резных дверных ручек, заходя в Большой Зал, заполненный голдящими подростками.