Дневники для двоих

Как здесь все непривычно. Словно я надел новые туфли без носков и иду по залитой дождем улице. Да, это дискомфортное ощущение. Старый дом. Новые люди. Тишина. Шелест листьев за окном. А в голове еще гул города, к которому я привык. Суета, разговоры, механизмы. Я сменил их пять или семь? Все города были похожи друг на друга, как два глаза одного лица, — разница, может, и есть, но весьма незначительная. Между двумя глазами, которые сейчас смотрят на меня, разницы нет вообще. Поразительная симметрия. И они наполнены… Неприязнью? Настороженностью? Гневом? Яростный взгляд, но прямой и честный. Искренний взгляд. Искреннее раздражение. Мне предстоит жить в этом доме и рядом с этими глазами. Я к этому, определенно, не готов. Но какое имеет значение мое мнение и мои чувства? И что он сейчас видит на моем лице? Смятение? Растерянность? Замкнутость? Если так — то да, правильно видит.

***

— Леди Вэн, я очень рада видеть Вас после столь долгой разлуки в добром здравии. Как Ваш муж? Ваша компания «Нейрис» недавно так нашумела в новостях в связи с очередным расширением… — Взаимно, леди Найри. Кэрт очень устает в последнее время, постоянно пропадает в командировках, мы с сыном какое-то время сопровождали его, но Нейлу нужно спокойное место для учебы, ему стоит уделять больше внимания занятиям и тренировкам. Он наше будущее, единственный наследник. — Что ж, как мы уже обсуждали, мальчик может пожить у нас, пока ситуация не стабилизируется, тем более Вэллу будет компания как для учебы, так и в повседневном общении. Хотите еще кусочек кекса?.. Совершенно бессмысленный разговор, поскольку все уже решено заранее. Меня никто не спрашивал. Мама просто уедет сегодня, а я останусь здесь. Мои вещи уже доставили в не мою комнату. По-настоящему моей комнаты у меня не было с раннего детства. И что я так жалею себя? Наверное, потому что сейчас мне просто очень плохо. Хочется поскорее оказаться в одиночестве, достать из багажа мой этюдник и нарисовать глаза, которые так ярко смотрели на меня. Ярко-синие глаза. Единственное, что мне здесь понравилось. Ну, хоть что-то…

***

— Вэлл, ты просто обязан показать Нейлу дом, сад, а затем проводить его в комнату, которую мы для него приготовили. И не вздумай хамить! Мальчик очень скромный и застенчивый, позаботься о нем… В голосе леди Вэн просто пропасть, наполненная равнодушием и скукой, которую лишь слегка, на поверхности, потревожили события, связанные с моим переездом. Ее рисовать мне точно не хочется. Разве что в виде стеклянной статуи. Да, именно стеклянной, во льду слишком много экспрессии для этой дамы, он слишком живой. А вот ее сын пропитан жизнью насквозь. Этот мальчик, Вэлл, совершенно не хочет делать то, что ему сказали. Желание противоречить видно во всей его фигуре. Им веет от каждой чёрточки его гармоничного, исполненного в красках осени и оттенках молока, лица. Мягкие тона и жесткость характера. Контрастный и выпуклый. Интересно, правильно ли я его оцениваю? Может, это просто порыв настроения? Или я лично ему неприятен? Оставаться в гостиной нет больше никакого смысла. Мы, дети, будем только мешать. Умение чувствовать такие моменты мама называла моим врождённым достоинством. Так себе достоинство, я бы сказал. Упрямство мальчика, живущего здесь, гораздо ценнее моего умения утекать из некомфортных моментов. Я сделал несколько шагов в сторону Вэлла, не глядя прямо на него, — это было бы грубо. Я очень стараюсь его не разглядывать. Просто чуть ближе, чтобы леди не услышали моего шёпота. — Давай просто выйдем отсюда. Теперь улыбнуться дамам и ждать реакции. Я надеюсь, что он поймет, что не стоит лезть на рожон. — Ну вот, вышли. И что дальше? Чего ты хотел этим добиться? — Он сдерживает еще большую неприязнь или просто ведёт себя как есть? — Ты не обязан делать то, что она сказала. Просто скажи, как мне пройти к комнате. Они не узнают. — Ты ошибаешься. Тут много видеокамер, и мама регулярно подглядывает за мной. Это не секрет. Я смотрю, ты тоже не очень рад, да? — Не очень… — Как, а главное, зачем ему объяснять, что это хоть и неприятно, но в целом, не лучше и не хуже всего, что со мной происходило раньше. — Я не люблю, когда меня принуждают к чему-то. Мама это знает. И никогда не упускает возможности сделать что-то подобное. Мы будем соседями. Комнаты рядом. Надеюсь, ты не любишь музыку или что-то вроде? — Я рисую. Это проблема? — Почему-то мне захотелось получше рассмотреть текстуру старого паркета на полу. Я смущаюсь? Ну да, наверное, так называется это чувство. — Нет, рисование не громыхает через стену, не так ли? — Что это? Он пошутил со мной? — В любом случае, нам придется проводить много времени вместе. Школьная комната одна на двоих, мама велела просто добавить еще один интерактивный терминал. Тренировки общие. Завтрак в 9:00, обед в час, ужин в шесть. И правда, давай пройдемся, только не по дому, здесь все равно нам ходить вместе, расписание одно на двоих. — Как скажешь. Интересно, почему он нахмурился? Что с ним не так? От него так и повеяло стылым осенним ветром, наполненным промозглой сыростью, особенно, когда он резко развернулся на каблуках и пошел вперёд не оглядываясь. Стоять и рассматривать его спину, наверное, глупо? — Эй, ты там! Шевелись. Очень хотелось, чтобы этот бесконечный день поскорее закончился.

***

В итоге я сижу в комнате с планшетом на коленях, слушаю шорох листьев за окном и рисую его упрямые глаза. От накопившегося напряжения и спокойствия вокруг меня начинает неудержимо клонить в сон…