Deep down in darkness

Впервые за долгое время Джози спала спокойно. Никаких кошмаров или тёмных теней не заглядывало в её сны. По правде, ей вообще ничего не снилось. Лишь кромешная чернота, но девушка искренне верила, что на этот раз из темноты не вылезут монстры. Зальцман убрала тёмно-шоколадные локоны волосы в небрежный пучок, внимательно рассматривая своё отражение. Она больше не ощущала в себе того всепоглощающего мрака. Впервые за долгое время Джози ощущала покой и умиротворение. Но голова гудела от новой опасности. Что за чертовщина пришла к ней вчера ночью? Что-то с этим домом, да и районом было явно не так. Спустившись на первый этаж, Джози заметила Паркера, читающего весьма интригующую книгу. Обложка была настолько дряхлой, что, казалось, она была готова разорваться от любого прикосновения. Когда юноша заметил племянницу, на губах засияла эта обворожительная ухмылка, от чего его щёки осветили обаятельные ямочки. Джоззет кисло приподняла кончики губ в жалком подобии на улыбку. Если быть откровенными, то она чувствовала себя некомфортно после той ночи со своим дядюшкой. Да, это был не секс, но почему то ей простое объятие показалось столь порочным и интимным... — Доброе утро, Малыш. — Видимо, этим прозвищем он хочет её добить. — Утро добрым не бывает. — Буркнула под нос ведьма. — Что ты читаешь? — Да так, нашёл старую книгу папаши. Ничего особенного. Очередные скучные заклинания. — Разумеется, Джози ему не поверила, но расспрашивать сил, да и желания не было. — Классно выглядишь. — Заметил он, жадным взглядом оглядывая девушку, подобно хищнику, готовящегося напасть на беззащитную жертву. Нет, он специально так делает? Заставляет её чувствовать те эмоции, которых не должно быть у пятнадцатилетней девчонки к своему родному, взрослому дядюшке. — Кай, мне нужны мои вещи. — Серьёзно произнесла Джози, подходя к холодильнику и доставая оттуда йогурт. — Это конечно прикольно ходить в твоей майке. Она довольно комфортная... — Джози облокотилась спиной о стену дома, приступая к лёгкому завтраку. — Но я не могу носить её вечно. К тому же мне же надо будет хоть изредка выходить на улицу. — Сделала глоток воды Зальцман. — С чего ты взяла? Я собираюсь отрезать тебе ноги, чтобы ты не могла уходить. Зачем тебе выходить на улицу, если ты нужна лишь у меня в постели? — От этих слов сифон подавилась, поднимая ошарашенный взгляд на Паркера. Его губы растянулись в издевательской усмешке. — Шучу. — Девчонка поджала губы. Её охватило странное желание запустить эту вилку прямо в его глаз. Если бы только эта мразь знала, какой спектр ажитаций та ощутила... ах да, ему было бы всё равно. Абсолютное равнодушие по отношению к другим людям. Психопатия. Как она могла забыть. — Херовые у тебя шутки. — Бросила Джози. — Или у тебя чувство юмора. Но ничего, мы это исправим. — Для Кая племянница была ничем большим, как нетронутым, белоснежным мольбертом, на котором он мог нарисовать абсолютно всё, что ему придёт в больную голову. Он может слепить свою приемницу из ничего. Создать юное подобие себя. — Мы не закончили разговор о одежде. — Серьёзно вымолвила Джози. Паркер встал, медленно подходя к холодильнику, доставая пакет с кровью и устремляя своё драгоценное внимание на Джози. — Ты можешь носить вещи Джо. В чём проблема? — Во-первых, они мне велики. Во-вторых, они из восьмидесятых, а я не хочу выглядеть фриком. В-третьих... — В горле Зальцман застрял ком и та невольно зажмурилась на секунду, стараясь выбросить больную тему из головы. — В-третьих... — Повторила она. — Для меня это будет тяжело... — Почему? — Искренне не понимал еретик, переводя брови к переносице, от чего появилась еле заметная складка. — А! — Осенило его. Парень устремил указательный палец верх. — Потому что она твоя мать! — Паркер произнёс эти слова с таким детским восторгом и изумлением, будто узнал нечто новое. Но в Джози что-то загорелось, подобно огню, медленно начиная сжигать всё на своём пути. — Заткнись! Не говори о моей маме в таком тоне. Ты испоганил мне жизнь до моего появления! Ты испоганил жизнь моему отцу! Ты забрал жизнь у моей матери! — Ядовитые слова так и сочились из недр души девушки. — Ты гадкий выродок. — После этих слов лицо юноши изменилось. Стало серьёзным, даже пугающим. Зальцман не видела его таким. Даже когда он садистки мучал Рика, он получал тронутое удовольствие. Даже тогда он улыбался. Это внушало ужас, но не такой ужас, какой внушала эта холодная серьёзность. В его голове проплывали жуткие флэшбеки прошлого. Ведьма сильно пожалела о сказанном, так как ей казалось, что парень сорвётся и ударит её, изувечит, может даже убьёт. Но ничего такого не произошло, очередная безумная ухмылка заиграла на его вроде бы ангельском лице. — Как драматично. — Саркастично подметил он. И вдруг в голову Зальцман залетела мимолетная, но тревожная мысль. — Кажется, я поняла, почему ты хочешь, чтобы я носила её вещи... — Тихо пролепетала девушка. — Удиви меня. — Усмехнулся Паркер, плюхаясь в кресло, продолжая всё так же лучезарно улыбаться. — Ты был влюблен в неё... — Выдохнула девушка.

***

Каю и Джоззет по 14 лет. Но по ним не сказать, что они близнецы. Джо — улыбчивая девчонка, не задумывающаяся о такой пурге, как жизнь и смерть, добро и зло. Для неё мир был чёрно-белым. Есть хорошо и плохо. Философия и литература не являлись её сильными сторонами. Она опрометчивая, невнимательная, поверхностная хохотушка, с ослепительной улыбкой и горящими глазами. Она была идеальной девочкой во всём. В магии, школе, семье. А Кай являлся её противоположностью — задумчивый, угрюмый, молчаливый подросток, не умеющий адаптироваться в обществе. У него всегда были два чёрных мешка под глазами. Казалось, он вовсе не спал. Всё своё свободное время он проводил за чтением, что было весьма ироничным, учитывая, что в школе у него была репутация лоботряса. Никогда ничего не учил, но всегда находил продуманную отговорку. Каждый раз она была смешнее и несуразнее предыдущей, поэтому один из учителей даже начал уделять Каю пять минут от урока, чтобы послушать очередную забавную нелепицу, которая должна была предстать в качестве оправдания его лени. У Джоззет только завершились первые отношения и она рыдала после того, как Кевин, веснушчатый мальчишка из параллельного класса, бросил её. Юная Паркер сидела на чердаке, рыдая так громко и протяжно, как только могла. Родителей дома не было. Они, вместе со всеми младшими, уехали на дачу, оставив старших близнецов на присмотр старой бабушки, которая умрёт через пол года. В последнее время немощная ведьма спала. Мало кто знал, сколько ей лет на самом деле. Это не разглашалось, но ходили слухи, что за двести. Как бы то ни было, Кай любил бабушку. Она всегда рассказывала истории из своей молодости и каждая из историй была красочней другой. Что важнее, Кай был её любимчиком. Когда всем детям, кроме Кая, на Рождество Санта подарил подарки, четырёхлетний Кай получил секретный подарок от бабушки Лили. Что за подарок Паркер не помнил, но навеки ему запомнился тот праздник, на котором он остался победителем. Когда бабушка Лили заснула, Кай поднялся на свой любимый пыльный чердак и какое же раздражение его ожидало, когда его место заняла заплаканная сестричка, сидящая на его подоконнике. Джо поспешно вытерла слезы, когда заметила брата. — Не обращай внимания. — Дрожащим голосом проговорила она, снова устремляя свой томный, страдальческий взгляд в окно. Видимо, девочка ждала, что он пожалеет её, но не тут то было. — Я и не собирался. — Безразлично пожал он плечами. — Я ни на что не намекаю, но это немного моё место, поэтому я буду благодарен, если Ваше Величество Плакса поднимет свою задницу и уйдёт куда-нибудь... — Кай театрально оглядел комнату, будто ища за что зацепиться. — Туда. — Сифон указал на лестницу. Джо нахмурилась. Маленькая принцесса не привыкла к такому отношению к себе. Девочка по-детски надула пухлые губки, что смотрелось довольно мило. — Боже... Только не говори, что ты ожидала, что я буду тебя успокаивать. — Закатил глаза мальчишка, подходя к соседнему окну, распахивая его. Свежий воздух охватил душную комнату, от чего стало заметно легче дышать. — Мне насрать, что у тебя там случилось. — Я не знала, что оно твоё. — Недовольно фыркнула девчонка, наблюдая, как Кай достаёт из кармана пачку сигарет, закуривая одну. — Теперь знаешь. — Затянувшись и выдохнув сгусток дыма, тот покосился на сестру. — Ты всё ещё здесь? — Я тоже хочу... — Неуверенно сказала ведьма, осторожно подходя к близнецу и с опаской забившись на другой угол подоконника, протягивая руку в ожидании. Отец не разрешал детям подходить к Каю. Джо всегда слушалась папу, но сегодня было слишком херово, чтобы тратить свои нервы на надуманные правила. — Можно? — Сигарету? — Удивлённо переспросил мальчишка, поднимая брови. Отличница кивнула и Паркер покорно протянул ей пачку. Девочка осторожно вытянула одну, ей не понадобилась зажигалка брата. Любимице родителей хватило своей магии, чтобы с лёгкостью поджечь. — Кто бы мог подумать, хорошая девочка Джоззет Паркер курит рядом с её дефектным близнецом. — Издевательски усмехнулся подросток. Брюнетка затянулась, а затем закашляла. — Не так сразу. — Вторая попытка тоже не увенчалась успехом, зато на третей Джо расслабленно улыбнулась. Слёзы будто застыли на её щеках и та спиной облокатилась о холодное стекло, блаженно прикрывая глаза. — Этот говнюк бросил меня, после того, как я отказалась с ним спать. — Ещё одна затяжка. — А потом распустил слухи, что я переспала с ним и его лучшим другом. — Паркер внимательно слушал изливание души Джо, для так называемого «выродка» проблемы сестрицы казались пустяковыми, но было приятно, что именно ему она открывается. Возможно потому что знает, что он не осудит. Ей вдруг стало так весело от всего происходящего. Непонятная радость наполнила её и она издала смешок. — Это что? — Поинтересовалась она, крутя в руке сигарету. — Травка. — Спокойно и ясно разъяснил брюнет, снова выдыхая дым, и сестра залилась в девичьем, заливистом смехе. Когда та кое-как угомонилась, она продолжила вести свой монолог, но уже без тени меланхолии: — Да если бы я захотела, любой бы парень был бы моим! Как он вообще смеет? Я его превращу в лягушку! Имбицил хренов. — На этот раз разразилась в хохоте не только Джо, но и Кай. Они выглядели как два психа, смеющихся на пустом месте. Но почему-то вся эта сложившиеся обстановка была такой забавной. Хотя, по правде на детей так влияли наркотические средства. Когда близнецы успокоились, они оба переглянулись с улыбками друг на друга. — Я думаю, такой как ты будет легко найти кого-то другого. — Вымолвил сифон. Девочка никогда не видела его таким умиротворённым. Хотя они вообще не контактировали и этот их разговор по душам казался ей единственным. В эту секунду ведьма не понимала, почему отец настолько категоричен к Малакаю. Он же не виноват, что не имеет своей магии. Но ведьма не знала, насколько папа был жесток к сыну. Не знала, какие побои пережил её братец. — Такой, как я? — Усмехнулась Джо. — Ну да. Умной, красивой, весёлой. Одним словом, идеальной. Таким, как ты сопливые идиоты посвящают стихи, а подруги завидуют. Таким, как ты достаётся всё, без остатка. — На щеках у девочки выступил румянец. — Ты прекрасна... — Но мальчик не договорил, как Джо впилась ему в губы, от неожиданности Паркер чуть не упал с подоконника. Его глаза резко распахнулись. — Разве тебе не запрещено касаться меня? — Изумлённо задал вопрос Малакай. — Мне насрать. — Передразнила его темноволосая, снова касаясь губ брата, но на этот раз мальчик ответил. Они оба легли на старый, пыльный пол. Руки брата проскользнули под майку ведьмы, сжимая её ещё маленькую, но упругую грудь в ладони. Джо без особых проблем стянула с Кая рубашку. Именно там у обоих из подростков произошёл первый раз. Именно там они оба и лишились девственности. На запылённом холодном полу чердака. Они так об этом никому и не рассказали. Ведьма долго корила себя за тот прокол долгими ночами, таращась в потолок, но через пару месяцев они повторили их встречу на чердаке. А затем ещё через пару снова. Со временем их встречи перестали являться редкостью и даже стали входить в норму. Кай с лёгкостью мог отыметь Джо в туалете, в то время как отец читал газету в соседней комнате. Самое смешное, что этого никто не замечал, будто бы все подозревали, но боялись говорить. Это не было похоже на любовь, скорее на наркотическую зависимость. Близнецы зависели друг от друга, они испепеляли друг друга взглядом, каждый резко срывая одежду и жадно царапая кожу. — Нет, я не любил её. — Спокойно ответил Кай. — Но ты пытаешься сделать меня её подобием! Давай признаем, что я похожа на неё! — Джози сорвалась на крик. — Как две капли воды. — Кивнул юноша. — И у нас с ней одинаковые имена. Ты пытаешься видеть её во мне! Поэтому и стараешься одевать меня, как её! Но я не кукла-подражатель, Кай. Я живой человек, я не Джо. Я Джози! Я — не она. — Кай задумался на секунду. — Ты права... — Сначала Зальцман подумала, что ей померещилось. Не уж-то сам Малакай Паркер согласен с ней. — Ты не Джо. — Девушка облегчённо выдохнула. По тону юноши было ясно, что он не настроен агрессивно. — Ты намного лучше. — Поджал он губы. Челюсть сифона встретилась с полом, а глаза распахнулись. — И знаешь, если тебя и сравнивать с кем-то, то только со мной. — Усмехнулся Паркер, встречаясь взглядом с племянницей. — Мы с тобой правда похожи. Девушка и сама не понимала, что ею двигало, но она встала со стула, быстро подходя к дяде. Остановившись совсем близко, чувствуя его обжигающее дыхание на своём лице, она перевела взгляд на его соблазнительные губы и прикоснулась к ним своими, сливаясь с ним в нежном, невесомом поцелуе. Его руки легли на её худощавые бёдра, слегка сползая и хватаясь за ягодицы. Но на середине поцелуя Зальцман слегка отстранилась, хмуря брови. Этот поцелуй был восхитителен, но что-то ей мешало продолжить начатое. — Ты не готова. — С долей грусти произнес Паркер. Зальцман удивилась, как он легко это воспринял. Он не стал заставлять её делать того, чего она не хотела. — Ничего, я подожду.

***

Вечер. Кай и Джози смотрят новости. Паркер иногда усмехается, а иногда смеётся, подобно маленькому ребёнку, особенно когда рот открывает очередной политик. Всё это время юноша болтал о своих политических взглядах, которые юную Зальцман не особо волновали. Весь день его не было рядом и вернулся он под вечер, так же неожиданно, как и ушёл. Её интересовало, где он был, но больше её интересовала другая деталь, которая совершенно не подходила под пазл внутреннего мира социапата. — Любуешься моей обаятельной мордашкой? — Наконец взглянул на неё дядюшка, от чего Джози смущённо забилась в угол дивана, сильнее укутываясь пледом. — Что тебя интересует? — Казалось, он знал её насквозь. Знал то, что хранилось где-то глубоко в её душе, под пеленами фальши и лицемерия. Знал то, чего сама Джози о себе не могла знать, но хотела. — Почему ты не взял меня тогда на кухне? Если для тебя не составило труда убить маленьких братьев и сестёр, я не думаю, что тебе составляет труда изнасиловать племянницу. — Кай поджал губы, невольно соглашаясь с ведьмочкой. — У меня нет моральных устоев, но это не значит, что нет принципов. — Джози истерично усмехнулась. — Принципов? Ты хотя бы сам понимаешь, как это комично звучит? — И они оба засмеялись, словно вернувшись в детство. — Ладно, ты умная девочка и тебя так просто не обдурить. Когда я говорил, что мы похожи, я не шутил. Это сложно объяснить, но я чувствую между нами связь. — В эту секунду Джози почувствовала себя особенной, от чего губы невольно растянулись в еле заметной улыбке. — Я уверен, что ты тоже её чувствуешь. И так как всю мою жизнь я был лжецом, то мне бы хотелось быть честным хотя бы с тобой. — Типа второго шанса? — Типа того. Ты мне веришь? Джози неуверенно наклонила голову набок. Она прекрасно знала, что Кай настолько искусный лжец, что его ложь может свести с толку любого, но неужели возможно врать, имея такие ангельские глаза? — Да... — Кивнула Джози, ещё не зная, что сама подписала себе смертельный договор.

***

— Потому что ты лжец! И ты самый худший вид лжецов! — Хотя лицо и оставляло каменное безразличие, но слёзы, застывшие в глазах, выдавали настоящие чувства Джоззет. — Потому что твоя ложь так похожа на правду... — Прошептала женщина. — Прекрасно, я лжец! Наверное, тебе легко стоять тут и винить меня. Так как пока ты жила своей жизнью, я провёл 18 чёртовых лет в изоляции от всего мира. Ты не представляешь, как каждая клеточка меня мечтает тебя убить за это. — Чёткие скулы юноши дрогнули от переизбытка чувств, пропитывавших его гнилую душу, если она конечно была. — Каждая часть! — Его голос сорвался на крик, но вскоре вернулся в норму. — Но я не могу... потому что мой единственный шанс выжить, это объединится с тобой. И я люблю жить. — Спустя мгновение он добавил: — Честно.

***

Перед сном, глядя в потолок, Зальцман думала о сегодняшнем дне. Всё было чересчур спокойно. Её поцелуй с Каем был таким... жадным, страстным. Она почувствовала возбуждение от пары мимолётных воспоминаний. Закусив нижнюю губу, этим пытаясь сдержать потоки несвойственных ей желаний. Её рука невольно, подобно шустрой змейки проскользнула себе под трусики, касаясь своих половых губ. Медленные движения её пальчиков сменились на более резкие, глубокие. От наслаждения Зальцман прикрыла веки, обрамлённые пушистыми ресницами и послышался сдавленный, сладкий стон. Это наслаждение. Это ожидание кульминации. Перед глазами Джо представлялось лицо своего дядюшки. Ведьма вспоминала вкус его губы, вспоминала его прикосновения к её телу. И наконец его прикованный к ней восхищенный взгляд. И вот та волна, та буря нахлынула на неё, захлестывая с головой. — О да... — Простонала девушка, перед тем как захлебнуться в удовольствии.