Tu y yo somos angeles caidos

Acepto que, aquí estaré Junto al aire que respiras Tú sabes bien, que eres quien Ha curado mis heridas. В Кампоаморе вновь жарко до одури — пот стекает по шее и щиплет кожу. Ильзат стягивает бутсы и нашаривает под скамейкой кроссовки. Тренировка, если не участвовал в матче, как и всегда, по стандартной программе. Кирилл уже, наверное, в номере смотрит очередной сериал; сил на что-то еще после изматывающих тренировок и наложенных на них матчей элементарно не хватает. — Как всегда, самый последний — мой Ильзат. Не оправдывая ожиданий, Кирилл плюхается рядом, сверкая улыбкой. — Ты здесь откуда? — Решил тебя забрать. — Судя по твоему виду, не только, — ухмыляясь, Ильзат чуть высовывает язык, облизывая край рта. Склонившись к нему будто для поцелуя, тот щекочет под ребрами, заставляя взвизгнуть. — Ай, прекрати. Все-все. — Ладно, поехали. Опустившись на колени, Кирилл завязывает шнурки на красно-черных кроссовках Ильзата и берет его бутсы в руку. Ильзат снова касается языком края губ, смотря на него безумно влюбленно. — Никогда не привыкну. Lo nuestro está sellado La guerra entre el bien y el mal La hemos superado Nuestra victoria es inmortal. Вместо продолжения пути широкой дороги к жилому корпусу они сворачивают в какие-то заросли к небольшому пруду со скамейками, где отчетливо пахнет болотцем и плавают на поверхности кувшинки. — О, а я тут не был, — замечает Ильзат, вертя головой. Соскакивает с гольфкара и садится на край одной из скамеек. — Здесь мало кто был. Только, как вы говорите, деды, — Кирилл опускается с ним рядом, вытягивая длинные ноги и перекрещивая их в лодыжках. — Ага… и кого еще ты сюда водил? — он стреляет на него косым взглядом и прыскает. — Честное слово, никого, — обнимая за плечо, мужчина тянет его к себе и целует в отросшие волосы на макушке. — Ревновать меня наконец надумал? — А тебе этого хочется? — Да ну, бред это. Либо доверяешь, либо нечего вместе делать. — Вот и я также думаю… — Ильзат задумчиво смотрит на бледно-розовые и светло-желтые крупные лепестки кувшинок. — А нас тут никто не увидит? — Тут это мало кого интересует… — Кирилл чешет его за ухом как кота. — Ну и хорошо… Налитые усталостью мышцы ноют, и от ласковых поглаживаний крепких ладоней наползает дрема. Закрыв глаза, Ильзат сползает вниз, устраиваясь головой на коленях Кирилла и засыпает, слушая, как мерно стучит сердце у того в груди. Como separar lo que el universo ha unido Entiende que este amor es a prueba del olvido Обидно? Да не бывает в футболе обидно. Товарняк вообще вещь не особо на победу направленная, хотя, конечно, хочется быть на голову выше, тем более северных «друзей» по чемпионату. Ильзат дергает носом, злясь на некоторые моменты, но потом мысленно машет на них рукой — очередной хороший урок. Разобрать, усвоить и следующий раз быть лучше. Зарывшись в проигрыши никогда не увидишь победы. В автобусе слабый гвалт. Игроки и штаб постепенно заполняют места. Через несколько рядов наискосок переговариваются Макс и Марио, позади на два тона ниже Влад и Илья, который расстроился больше всех остальных. Сильнее него только уткнувшийся в экран смартфона на переднем сидении Ванька. — Глупая вещь — ревность, но иногда морду набить тем, кто лезет к тебе обниматься, все-таки хочется, — Кирилл занимает место рядом с Ильзатом, выхватывая коробочку эйрподсов из его рук. — Во-первых я сам не очень рад, во-вторых хорошо, что не мне хочется набить, — тот приподнимается, пытаясь забрать коробочку, но одерживает неудачу. — Тебе нельзя. Тебя люблю. Кирилл ловит его за запястья и прижимает к подлокотнику. В глазах кружат смешинки, в уголках расходятся морщинки мелкими лучиками. Ильзат улыбается в ответ и говорит на распев: — Боже как мне повезло. — Моей невесте… — подхватывает мужчина. — Завтра мы поедем к Денису в гости вместе! — Шшш!!! — оглядывается на них слышавший все Марио. — Я вас больше не позову, если будете орать. — Все-все, ладно, — Кирилл кивает тому и отпускает Ильзата. — Мы больше так не будем. Смеясь в кулак, юноша откидывается на спинку кресла, и сидящих вокруг ребят отпускает негатив поражения. Жизнь идет дальше. Que no se apague el sol vivamos en color Demos rienda suelta a los sentidos Salvar al corazón es nuestra religión Tú y yo somos ángeles caídos. — Затик… — выйдя утром из душа, Кирилл склоняется над ним, ласково кусая за загривок и роняя холодные капли с волос на кожу плеч. — Вставай. Нам скоро выезжать. Проворчав что-то невнятное, Ильзат натягивает одеяло на голову и отворачивается. — Вставай, — тянет слоги он, хватаясь за край одеяла, чтоб дернуть. Ухмыляется и рывком сбрасывает на пол, а потом наваливается на юношу, всем весом прижимая к простыне. — Как я встану, если ты мне не даешь? — Я знаю, что ты вставал час назад и снова лег. Вставай, — Кирилл прижимает губы к его уху, горячо обжигая дыханием. Тот дрыгает руками и ногами, пытаясь из-под него выбраться, потому что даже дышать тяжело, так сильно он его стиснул, и мужчина откровенно смеется, а потом склонившись и повернув его голову к себе, влажно целует в губы. Вывернув руку, Ильзат переплетает с ним пальцы и отвечает на поцелуй. Сместившись, Кирилл снова кусает его за загривок и, размяв плечи, давит большими пальцами под выступающими лопатками, вызывая первые стоны. — Да, пожалуйста, да… — подставляя спину под поцелуи и прикосновения, елозит тот по постели, истосковавшись по этим ощущениям, ведь за весь второй сбор каждую ночь они просто засыпали вместе, складывая ноющие конечности друг на друга. Царапая поясницу, Кирилл прикусывает кожу у резинки черных боксеров. — Я так соскучился, — оголяя бедра, он стягивает трусы и покрывает поцелуями внутренние поверхности ног, спускаясь вниз. Стоит просто до ноющей боли, и хочется как можно скорее оказаться внутри разморенного со сна и податливого Ильзата, который уже тянется к прикроватной тумбочке. Правда, вместе со смазкой достает кое-что еще, заставляя Кирилла поднять в удивлении брови. — Мне это надеть? Тот прокручивает капитанку на пальце и щелкает языком. — Дай руку, я сам надену. — Ты где ее взял? — он подставляет руку, позволяя натянуть ее на предплечье. Голая кожа покрывается мурашками — на материале джерси эластичная полоска ощущается совсем по другому. — Позавчера стащил с твоего кресла, — Ильзат встает перед ним на колени и кладет руки на плечи. — Мой капитан. С одной стороны, Кириллу хочется закатить глаза, с другой заржать, с третьей вжать этого умника в постель и хорошенько оттрахать, потому что нельзя смотреть такими голодными и чернющими, как два уголька глазами, на живых людей. Ильзат же, снова медленно оглядывая, проводит пальцами по рукам, касаясь этой треклятой капитанки, и привстав, впечатывается губами в его губы. Про первые два желания мужчина забывает почти мгновенно, утопая в третьем. Глухой удар сердца в грудной клетке, и он оказывается на спине. Ильзат кусает его не так ласково, как он его до этого. Оставляет мелкие, похожие на родинки следы от клыков, размашисто лижет языком и, пересчитав поцелуями ребра, останавливается где-то у бедер. — Затик… — только и успевает выдохнуть Кирилл, когда тот накрывает его своим ртом. — Полегче… Зубы задевают край уздечки, и искры сыплются из глаз от удовольствия, смешанного со сладкой болью. — Я знаю, как ты любишь, — парирует юноша, оторвавшись, и вылизывает ствол от основания до головки. — Дайся мне… не мучай, ну — через пару минут просит он на сбившемся дыхании. Чувствуя первую солоноватую каплю на языке, Ильзат замирает и довольно улыбаясь поднимается. — Я разве мучаю? — лукавая ямочка горит на раскрасневшейся кирпичным румянцем щеке. — Я ж отомщу… — Кирилл опрокидывает его на спину и нависает сверху. — Попробуй… Como separar lo que el universo ha unido Entiende que este amor es a prueba del olvido Подготовленное, но отвыкшее тело принимает с трудом, и Кирилл предельно осторожен. Медленные, аккуратные толчки и слабые поцелуи в шею доводят до исступления. Ильзат сам начинает подаваться навстречу, жаждая наконец почувствовать его в себе. Кожа блестит от пота и скользит под ладонями. Ускорившись через время, Кирилл заваливается на бок, приподнимая того для более глубокого угла. Толчки, кажется, уже прошивают тело разрядами насквозь и, когда ладонь сжимает его член, Ильзат выплескивается, забрызгивая живот и подводя к краю мужчину. Que no se apague el sol vivamos en color Demos rienda suelta a los sentidos Salvar al corazón es nuestra religión Tú y yo somos ángeles caídos. Свалившийся из-под подушки на пол телефон звонит уже в пятый раз, пока разнеженные и уставшие Кирилл и Ильзат лениво целуются, обнявшись. — Марио нас точно больше не позовет. — Я думаю, нам все равно лучше позже приехать. Им с Денисом есть чем заняться, — слабо улыбается Ильзат. — Тогда я напишу, что мы приедем завтра… — Послезавтра… — Не наглей. Набрав сообщение, он валится обратно на постель, теснее притягивая юношу к себе. — Лисенок. — Волчик… — Ильзат кусает его за кончик носа и устраивает голову на плече. — Отомстил. Кирилл тихо смеется, зарываясь пальцами в его волосы, и, прежде чем закрыть глаза, спихивает ногой лежащую на углу кровати капитанку. — А кто начал?