Раненые в сердце.

Оцука видел, как что-то пролетело мимо его окна и шмякнулось на землю. Далвон тут же подбежал к окну, выглядывая на улицу. Он тут же бросился туда, так как увидел тело девушки, которое расплывалось в луже крови. Выбежав, как и многие другие санитары, Оцука кинулся к девушке и с неким ужасом разглядел в окровавленной пострадавшей Лави. Она неловко подогнула руки, защитив голову от удара. Кости были сломаны в нескольких местах: руки, ноги, пара ребер… Кровь лилась из открытого перелома руки… Остальные переломы были закрытыми, да и девушка упала как-то боком… Оцука кинулся к девушке уже через секунду, действуя в рамках правил. Что творилось в голове у мужчины, никто не знает. Но в этот мгновение его видели чрезмерно собранным. И мало кто заметил, что, переместившись, из другого окна за этим всем наблюдал Францус. В первые минуты он испугался чрезвычайно, ведь никогда раньше не убивал и не планировал. Но мысли, ворвавшиеся в голову, настолько соблазнительно маячили перед глазами, что Францус допустил их возможность. А сделав это, человек может совершить этот поступок. Что за мысли, спросят читатели? А я отвечу: Францус пришел к выводу, что свидетелей убирают.

***

Спустя несколько часов к Уолтеру и Лансу приехали. Это был доктор Далвон. Он был бледным, растрёпанным и рассеянным. Стерлинг хотел бы спросить у него, что случилось, но мужчина сразу же ушел проверять Уолтера. Осмотрев его, доктор пришел к выводу, что подтвердит болезнь Уолтера главврачу. После Оцука попросил Ланса поговорить с ним наедине, тогда агент увел его на кухню. — О чем вы хотели поговорить со мной, доктор? — Стерлинг был напряжен, что-то подсказывало ему, что творится нечто плохое. — Я могу доверять только вам, к сожалению… В данной ситуации только вы заинтересованы в том, чтобы Уолтеру Беккету стало легче. Но есть люди, которые всеми силами пытаются препятствовать его выздоровлению… — Оцука говорил быстро, оглядываясь при этом, словно его должны были поймать за такие слова уже давно. — Люди? — Стерлинг вспомнил, что ему рассказал Беккет, и скрипнул зубами. — Я знаю, кто именно, но не знаю, что они сделали с парнем… — Всё хорошо. Я знаю, что они сделали. Ну или, во всяком случае, я догадываюсь. Вы назовёте мне их имена? — Для начала обещайте мне, что не будете действовать сгоряча, что ради Уолтера не полетите никого убивать. Вы обещаете мне? — Да… — Тогда слушайте. Я случайно подслушал один разговор, из которого ясно следовало, что Главврач клиники для душевнобольных и Францус, наш медбрат, что-то сделали с Беккетом. И… Они думали, что Уолтер не сможет вам рассказать об этом. — Но он рассказал и показал. Ожоги, раны… Это ведь не случайность. Его регулярно избивают. — Ланс усилием воли заставил себя сидеть на месте: он обещал ради Уолтера не лететь убивать их сразу. Далвон осторожно кивнул и снова оглянулся, словно боясь, что их тоже кто-то мог бы подслушать. После Оцука вновь повернулся, оглядел Ланса и заговорил чуть тише, но четко и ясно: — Я склонен предположить, что они вдвоём ухудшили состояние Уолтера такими способами. Причин я не знаю и знать не могу, но уверен, что такие имеются. — Далвон запустил руку в свои светло-русые волосы и слегка разлохматил их. — Уолтер в большой опасности. То, что он заболел сейчас так сильно, возможно, спасает ему жизнь. — Далвон нервно вдохнул и выдохнул. — Но действовать сгоряча нам нельзя, это лишь всё усугубит. Я хотел также сообщить вам о том, что девушка по имени Лави, что в больнице всеми силами пыталась сдружиться с Уолтером и помочь ему, она… Лави, возможно, могла быть свидетелем того, что случилось в один из дней с Уолтером, потому что после этого он впал в то состояние, из которого вы его вытащили… В общем, девушку сегодня утром вытолкнули из окна третьего этажа. Она разбилась, но не насмерть, её доставили в реанимацию… Но главнее здесь то, что, по-моему, её всё же вытолкнули, а не она сама упала. — Оцука нервно потёр шею. — Я переживаю за неё и Уолтера… Она могла бы дать показания, по которым Беккет мог бы остаться с вами, а главврача и Француса арестовали бы… — Но свидетеля, я так понимаю, у нас нет. И эта девушка может вообще не очнуться, да? — Я надеюсь на обратное, но… Да. Она может не очнуться. — В таком случае, мне нужно, чтобы Уолтер остался подольше у меня. Если он сам сможет рассказать о том, что произошло с ним, свидетели могут и не понадобиться. Или же мы можем призвать в свидетели вас. — О, но только вам стоит держать в тайне от всех, что я вам рассказал и что именно я рассказал вам это. — Конечно, мистер Далвон, я понимаю риски, на которые вы пошли. Я благодарен вам за это. — Хорошо… Я надеюсь, что всё будет в порядке. Поговорите с Уолтером, когда он немного придёт в себя. Это дело не требует отлагательств, нужно выяснить, что произошло, как можно скорее. На этом доктор Далвон и агент Стерлинг распрощались.

***

Когда жар немного начал спадать, Уолтер очнулся и попросил поесть. Ланс был готов к этому, поэтому тут же накормил парня. Но тот был ещё слишком слаб для выматывающих нервы разговоров, поэтому Стерлинг снова должен был терпеливо ждать. А потом жар снова нахлынул на Беккета и не спадал уже сутки, так что больше парень ничего не ел, только пил.

***

Оцука пришел к Лави после того, как его рабочий день в клинике закончился. Да, теперь девушка будет лежать в другой больнице. Далвон сел недалеко от неё, наблюдая за тем, как с помощью кислородной трубки девушка дышит. Её кожа была бледной. Казалось, будто волосы потеряли весь свой рыжий оттенок и теперь были неестественными темными. Сломанные конечности были облачены в гипс. Оцука опустил взгляд, не мог он и дальше разглядывать её сломленное тело. — Если бы я только мог помочь тебе… — Оцука сжал кулаки и скрипнул зубами. — Мне нужно было задержать тебя, поговорить о чем-нибудь… Тогда бы вы не встретились с Францусом, и ты бы не пострадала…

***

Ланс стоял под душем, он не мог не думать о том, что произошло с ним, о том, что случилось с Уолтером, и о том, кто во всём виноват. Мог ли Стерлинг изменить что-то в происходящем или уже произошедшем? Никто не знает. «Однако эта … поплатится за то, что сделал с Уолтером. В том, что это тот медбрат Францус, а не главврач, я уверен на 100%» — Ланс хмурился, позволяя струям воды обтекать его натренированное тело. Мужчина резко ударил в стену кулаком. — «Я убью эту заразу». Долго ещё с такими мыслями наедине был Стерлинг в душе. После он быстро помылся и вылез. Глянув на себя в зеркало, Ланс отметил, что выглядит он весьма неважно. Но так как его в таком виде практически никто не мог увидеть, на это можно было не обращать особого внимания. Ланс снова ушел в себя, думая над тем, что происходит. И он не заметил звуков тяжёлого передвижения в сторону ванны. Дверь открылась. Ланс всё ещё был весь в себе, когда его обнаженной спины коснулись горячие руки, а потом и лоб. — Ты такой теплый… Голос Уолтера заставил Стерлинга вздрогнуть и спуститься с небес на землю. — Зачем ты встал? Боги, у тебя же только немного спал жар! — Ланс повернулся к нему и подхватил его на руки. Парень положил голову ему на плечо, невнятно бормоча что-то вроде: — Прости… Мне стало так одиноко в пустой кровати… Без тебя в ней холодно… — О, Уолт, боже… Я отнесу тебя в постель. Мужчина постарался игнорировать то, что он был без единой вещи, то есть совершенно в чем мать родила. Он принес Уолтера в комнату и положил в постель. — Не уходи… Полежи со мной. — Беккет поймал его за руку и требовательно потянул на себя. Ланс не смог отказать этим мутным голубым глазам напротив… Он лег рядом с ним под одеяло. И плевать, что он голый. Мужчина лишь надеялся, что сможет объяснить всё правильно, если Уолтер потом спросит «какого, собственно, происходит?».

Sleep.

Стерлинг очнулся от каких-то приятных ощущений внизу живота. Мужчина огляделся, Уолтера видно не было. Однако не понять, что случилось, мог только особо тупой персонаж. Стерлинг откинул одеяло и нашел-таки Беккета. Парень осторожно облизывал член агента с раскрасневшимся развратным лицом. Ланс растерялся, подумал, что это стоит остановить, но в этот же момент Уолтер особо приятно языком огладил головку. Стерлинг хрипло рыкнул, чуть не застонав, настолько это было приятно, словно у Беккета божественный дар к отсосу членов. Немного взяв в рот, пряча зубы, чтобы не повредить никому ничего, Уолтер медленно сосал половой орган, словно сладкий леденец. Ланс сжал одной рукой простыню, а второй закрыл глаза. Ну нет, когда Беккет начал одной рукой играться с яичками Стерлинга, это был предел. Ланс несколько забылся, сорвался… Да можно придумать кучу оправданий его действиям, но я больше не буду.) Стерлинг резко схватил Уолтера за волосы и начал глубоко входить в его узкое горло. Испытывая нереальное удовольствие от того, что его ублажают ртом, и не абы кто, а Уолтер, Ланс кончил ему в рот. Выйдя из Беккета, он тяжело дышал, его мозг постепенно снова начал включаться. Однако ненадолго, потому что преступник внезапно прополз вверх и, усмехаясь, осмотрел лицо Стерлинга. — Ланс, ты такой извращенец. Ты мне чуть горло не повредил. Мужчина от этих слов отчаянно покраснел и хотел бы извиниться за всё, что сделал, но… Наткнулся взглядом на острый кончик языка, которым Уолтер слизал с губ оставшуюся сперму агента. Беккет медленно приподнял край своей длинной футболки, давая мужчине увидеть свою эрекцию. — Стерлинг, я хочу тебя… Ну же… Трахни меня… Трахни меня, любовь моя…

End Sleep.

Ланс подорвался на кровати, оглядел всё ошалелым взглядом. Уолтер спал у него под боком, не думая просыпаться, он кутался в одеяло, его по-прежнему мучила температура. Агент посмотрел на себя и тихо выругался, заметив свой стояк. Посмотрите, сколько время? Самое время подрочить. Ланс отправился в душ, размышляя над тем, какого, собственно, хрена… Струи воды вновь омывали сильное тело, пока мужчина касался себя. Он невольно представил, как Уолтер снова делает ему минет, и почти сразу же кончил. Не понимая, почему он только что дрочил на Уолтера, мужчина снова помылся. Странные мысли наполняли его голову. «Как бы было хорошо, если бы Уолт сейчас был в сознании… Мне так много нужно сказать ему, много спросить, так много хочется сделать с ним…». В голову беспощадно вторглись и другие мысли. Вот Уолтер лежит на кровати связанный бандажем, его глаза завязаны, а стоящий половой орган перевязан бантиком, словно он дарит свою честь Лансу… — Вот это я попал, конечно… — Пробормотал Стерлинг. — И как теперь жить? «Может быть, я что-то чувствую к Уолтеру, раз он так сильно стал меня возбуждать? Да нееет, бред какой-то. Мы же оба парни, а я считал себя долгое время натуралом… Неужели я успел сменить ориентацию за эти месяцы??? Черт… Что делать, что делать… Не нужно сейчас зацикливаться на этом. Нужно придумать, что делать для спасения Беккета, а не для того, в какой позе его трахнуть... Ну вот опять, блин!». Этим же вечером Ланс долгое время провёл на кухне, он готовил любимые блюда Уолтера, добиваясь от себя идеальной готовки. Наконец, он решился пойти к Беккету, чтобы покормить его. Это удалось ему довольно быстро. Но парень поел совсем немного, потом снова уснул. Ланс сидел рядом и, словно последний извращенец, пялился на его губы. Не выдержав, Стерлинг зарылся рукой в его волосы, потом медленно приблизился и невесомо поцеловал в мягкие губы. Оторвавшись через пару минут, Ланс взял поднос с оставшейся едой и стремительно вышел на кухню. «Да. Я конченый извращенец»