Возраст

На улице слышались веселое щебетание птиц и свист ветра, нежно колышущего осенние листья. Солнце светило так ярко, что казалось, будто на улице лето... Но все это было лишь иллюзией. На самом деле каждый, кто решался выйти на улицу без тёплого пальто и шарфа, почти наверняка простужался и дико замерзал. Вокруг поместья Фантомхайв стояла абсолютная тишина. Казалось, что в любой момент её могут нарушить крики непоседливых слуг, но сейчас их не было поблизости. Дворецкий отправил всех за чем-то важным в Лондон. Но, разумеется, молодой граф не был лишён смекалки и знал, что лучший в мире дворецкий просто отправил их куда подальше для того, чтобы они не отвлекали хозяина и не действовали ему на нервы. Возле окна своего личного кабинета стоял уже не болезненного вида мальчишка, а вполне повзрослевший и возмужавший юноша. Сходство Сиэля с его отцом было чуть ли не идеальным. Основными отличиями были более мягкие черты лица, неимоверно голубые, доставшиеся от матери глаза, один из которых был скрыт чёрной повязкой, и вечно сосредоточенный и задумчивый вид. Как Цепной Пёс Её Величества, он уже довольно давно не получал от королевы новых приказов и теперь начинал осознавать, что ему становится скучно. Постоянная возня с бумажками, общение с деловыми партнёрами, балы, рауты, встречи, светские приёмы – всё это так утомляло… Неожиданно мимо окна пролетела необыкновенной красоты бабочка, что было крайне необычно в такое время года и при такой погоде. Её крылья переливались многими оттенками самых разных цветов, и это просто не могло не привлечь внимания графа. Некоторое время он наблюдал за тем, как она порхает перед его взором, словно дразнясь. Это напомнило юноше о его драгоценной невесте — леди Элизабет. Что для него значит Лиззи? Сиэль не знал и не мог дать ответа. Конечно же, они проводили вместе достаточно времени - она часто приезжала к нему и всегда выглядела весёлой и жизнерадостной, - но это лишь раздражало графа. После всего, что ему довелось пережить, он напрочь забыл, что такое радость и счастье. Забыл даже, что значит искренне улыбаться... Из его жизни ушло всё самое светлое, а на замену пришёл он — демон-дворецкий. Сиэль считал довольно забавным то, что ему беспрекословно подчиняется демон. Безусловно, в самом начале из него был просто отвратительный дворецкий, но со временем граф блестяще выдрессировал его, получив идеального слугу, выполняющего всё, чего бы он ни приказал. Стук в дверь вывел главу семьи Фантомхайв из глубоких размышлений. Он знал, что за дверью стоит Себастьян и, не поворачиваясь, чуть слышно сказал: — Войди, — после чего, дождавшись, пока дворецкий дойдёт до стола, развернулся и окинул того оценивающим взглядом. Всё тот же фрак и всё та же причёска. Сиэль не мог отрицать, что Себастьян обладал неимоверно привлекательной внешностью, а его взгляд просто пронзал насквозь. В руках у слуги оказался поднос, на котором лежало письмо. Себастьян протянул его своему господину со словами: — Вам письмо от Её Величества, — его голос был тих и беспристрастен. Сиэль взял письмо, открыл его и стал читать содержимое. А Себастьян опустил руку с подносом в ожидании приказаний господина. Как только граф прочёл письмо, он произнёс: — В Лондоне появился серийный убийца, маньяк, последней жертвой которого стал сын графа Кайро. Королева очень обеспокоена, и я обязан уладить эту проблему. Себастьян, приготовь карету, мы выезжаем. — Слушаюсь, мой господин, — дворецкий отпустил легкий поклон и удалился. *** Всё как всегда. Место преступления — старое здание, множество любопытных сверх меры жителей Лондона и, конечно же, люди из Скотланд-Ярда. Граф Фантомхайв вышел из кареты, и многие обратили на него внимание. Юноша выглядел безупречно. Одежда, дорогая трость, прямая осанка, чуть вздёрнутый подбородок и выражение лица - нахмуренные брови, уголки губ, смотрящие вниз и высокомерный взгляд - всё в нём говорило о титуле и высоком положении в обществе. Один из полицейских нахмурился, взглянув на графа, и проронил: — Мы вполне способны сами разобраться с этим делом, Фантомхайв. Ваша помощь нам не нужна. — Да? — с усмешкой произнёс Сиэль. — За все года, что я служу Её Величеству, вами, - он особенно выделил последнее слово, - Насколько я помню, не было раскрыто ни одного трудного дела. — Попрошу вас не преувеличивать. — Ответил полицейский с нескрываемым раздражением. — В прошлом году, как вы дол… — Мы пришли осмотреть место преступления. Где произошло убийство? – Совершенно не обращая внимания, перебил его юноша. К чему ему выслушивать ненужную информацию? — Второй этаж, третья дверь справа, — чуть слышно пробурчал себе под нос полицейский и, шепнув что-то одному из своих подчинённых, удалился. Граф вошёл в здание, за ним проследовал его верный дворецкий, не проронивший до этого ни слова. Каждый шаг Сиэля сопровождался мерным стуком каблуков и трости об пол. Они поднялись наверх. Около указанной двери стоял другой полицейский. Он дал им пройти, хмуро оглядев новоприбывших с ног до головы. Когда они вошли в комнату, их взору открылась довольно неприятная картина. Убийца, насколько было видно, всласть поиздевался над мальчиком четырнадцати-шестнадцати лет. Полностью обнажённый труп лежал посреди комнаты на спине, в огромной луже собственной крови. Его руки были связаны над головой, запястья страшно посинели - скорее всего, насильник изо всех сил прижимал их к полу. Становилось невыносимо, когда воображение начинало вырисовывать эту жуткую картину. Всё лицо несчастного оказалось залитым кровью вперемешку со слезами, в глазах застыл ужас, губы были разбиты, прокушены. Сразу становилось ясно, что его насиловали довольно долгое время. По всему телу расходились следы сильных побоев, нос и несколько рёбер, по всей видимости, были сломаны, а что стало с его анусом... Страшно представить. Между ног крови было намного больше, и именно оттуда вытекла её основная масса. Единственное, что придавало этой картине понятную только определённому типу людей красоту - то, что тело с живота и до бёдер было усыпано алыми лепестками роз. Их цвет, светлее самой крови, сильно выделялся на фоне всего остального. В воздухе стоял отвратительный запах мёртвой плоти и смерти. Однако, наблюдая такую картину, Сиэль даже не скривился. Подобные вещи больше не вызывали у него каких-либо эмоций, поскольку за четыре года он увидел достаточно, чтобы привыкнуть. Но нос ему всё же пришлось прикрыть вынутым из кармана платком, поскольку его острое обоняние не могло долгое время подвергаться такому смрадному запаху. — Себастьян, осмотри комнату и найди улики, — приказал Сиэль и, подойдя к трупу несчастного парнишки, присел на корточки. Он внимательно изучал каждую рану, каждый синяк, стараясь найти что-нибудь, что рассказало бы об убийце. Странно было рассматривать тело человека, которого не так давно граф видел на балу - веселящимся и распивающим вино. Тогда он был центром внимания молоденьких девушек, тогда в нём горела жизнь, он был полон идей и возможностей, а сейчас... это просто бездыханный труп, жизнь которого оборвал какой-то извращенец, вдоволь надругавшийся над телом. После нескольких минут тщательного осмотра Сиэль, сам не зная зачем, напоследок решил взглянуть за ухо парнишке. За правым не было ничего, а за левым была выжжена какая-то печать или даже пентаграмма, ограниченная окружностью диаметром в дюйм. Основную форму составлял квадрат со сторонами, вогнутыми внутрь. А из его середины к окружности вели две разветвляющиеся волнистые линии, напоминавшие побеги вьющегося растения. И последнее — на верхней стороне между побегов был расположен глаз со зрачком-щелочкой, на остальных же аналогичных местах были обычные чёрные круги. На секунду Сиэлю вспомнился запах палёной человеческой плоти из кошмара, преследующего его с детства… — Подойди. — Велел Сиэль, доставая из внутреннего кармана пальто лупу. В это время Себастьян подошёл и присел рядом. — Ты когда-нибудь встречал подобное? — спросил юноша, наведя лупу и стараясь не думать о близости Себастьяна. Она почему-то стала вызывать у него дискомфорт в последнее время. — Нет, мой господин, — ответил дворецкий, внимательно рассмотрев печать, — но я могу предположить, что это связано со сверхъестественными силами. Похоже на пентаграмму. — Чёрт!.. — ругнулся граф, поднявшись, и тут же чуть покачнулся. Пока он сидел, его ноги порядочно затекли, и сейчас он старательно делал вид, будто с ним всё в порядке. — Что-нибудь нашёл? — осведомился он у только что принявшего вертикальное положение слуги. — Да, — ответил Себастьян, подойдя к хозяину и протянув ему руку, на ладони которой лежала маленькая позолоченная пуговица с кроваво-красным шариком в серединке. — Прекрасно. Идём отсюда, — приказал Фантомхайв, и они покинули комнату. *** — Твоя задача - разузнать всё о наших жертвах, — произнес Сиэль, как только они вышли из здания. — Слушаюсь, мой господин, — ответил Себастьян, открывая дверь кареты. — А пока что я навещу нашего старого знакомого... — после этих слов граф, сказав кучеру, куда ехать, сел в карету. Себастьян плотно закрыл за ним дверцу и через секунду испарился.