Правда всегда одна

— Расскажите о себе.       На часах было ровно девять утра — встреча с терапевтом, которая отменила вчерашнюю встречу в последнюю секунду, состоялась вовремя. Терапевта звали миссис Уайт. — Меня зовут Адриана Дэвис. Я детектив третьего ранга, работаю в полиции. Мне двадцать один год, и меня постоянно преследуют воспоминания.       Миссис Уайт чиркнула ручкой в своем блокноте. — Воспоминания какого рода? — О детстве, школе, друзьях. — Они одинаковые? Я именно в виду, один и тот же сюжет всегда? Есть ли какая-то тенденция? — Нет. Они возникают внезапно и иногда даже без связи с происходящим. — Когда это началось?       Адриана запнулась. Это слишком личное, об этом она не рассказывала никому и никогда, кроме тети Эммы и миссис Аккерман, которые были с ней рядом в трудные минуты жизни.       И все же, она — терапевт. Миссис Уайт хочет помочь, и вся информация, согласно медицинскому кодексу, конфиденциальна. Может, миссис Уайт не поймет ее, но этой женщине можно было доверять. — Три года назад один мой близкий человек пропал без вести. И с тех пор меня начали мучить эти воспоминания. Первое время я не могла спать из-за этого, сейчас вроде лучше. — То есть, сейчас Вы хорошо спите? — Ну… насколько работа позволяет. — Когда и при каких обстоятельствах у Вас случился последний приступ?       Адриана на секунду задумалась. — Вчера в четыре утра. Но я думаю, что это было связано, скорее, с усталостью нежели с… самой проблемой.       Она снова что-то черканула. — Вы упомянули о близком друге. Насколько он был Вам близок?       Адриана опешила. — Простите? — То есть, у Вас были дружеские отношения, или романтические, или сексуального характера… — О Боже, не конечно! — воскликнула девушка. — Дружеские. — Мне нужны точные и честные ответы, иначе я не смогу поставить точный диагноз. Это для Вашего же блага. Я ни в коем случае не буду осуждать Вас… — Да-да, я понимаю. Близкие дружеские отношения. Мы с ним с детства знакомы. — И воспоминания у Вас чаще всего связаны с ним? — Чаще всего да. — Когда Вы переживаете воспоминание или понимаете, что Вам сейчас придется пережить его опять, как это внешне проявляется? Я имею в виду, на физическом уровне? — Частично учащенное сердцебиение, боль в голове. Иногда бывает и так, что не хватает кислорода, и я начинаю тяжело дышать. — Ясно. Как при шоковом эффекте. — Примерно.       Миссис Уайт отложила ручку в сторону и в упор посмотрела на девушку. — У Вас посттравматический синдром.       Ну вот, приехали, подумала Адриана. — Однако прежде чем мы с Вами создадим оптимальный курс лечения, мне нужно понимать, какие трагедии произошли в Вашей жизни, которые на Ваш взгляд могли повлиять на это.       Адриана сделала вид, что глубоко задумалась. Тут и думать было нечего, все и так понятно. — В пятнадцать лет у меня погибли родители, через три дня после этого умерла бабушка от горя. В шестнадцать убили моего младшего брата Джила у меня на глазах. А за день до моего дня рождения без вести пропал мой близкий друг. И история за всем этим… не самая лучшая. — И что же произошло? — Мой друг на тренировочном задании убил полицейского. И пропал.       Миссис Уайт замолчала, глубоко задумавшись. — Ваша эжизнь просто крутится вокруг убийств, и я сейчас не о работе говорю.       Девушка слегка заволновалась. — Вы считаете, это тяжелый случай? — Ну… если сравнивать с обычной жизнью, то да. Думаю, Ваш курс лечения будет сравним с курсом лечения солдата, воевавшего во Вьетнаме.       Отлично, докатились. Самое время подумать о смене профессии. — Итак, смотрите. Мои решения и предложения: график у Вас явно не гибкий, а случай довольно-таки тяжелый, по моим расчетам, на полное восстановление уйдет порядка трех месяцев. Если повезет — чуть меньше, но это вряд ли. Нам с Вами следует назначить регулярные встречи — как минимум раз в неделю. Помимо этого, я пропишу Вам специальные препараты. Они помогут понизить тревогу, когда меня не окажется рядом, или просто поддерживать нормальное состояние в принципе. — Хорошо. — Ка Вы относитесь к групповым терапиям?       Адриана вопросительно выгнула бровь. — Если честно, я прежде никогда не была на приеме у психотерапевта. Поэтому у меня нет никаких даже приблизительных представлений о том, как тут все работает.       Миссис Уайт улыбнулась. — Смотрите, сейчас объясню. Групповая терапия — это когда несколько людей со схожими диагнозами и проблемами собираются вместе и обсуждают проблемы, советуют что-то друг другу. Многим помогает.       Адриана смутилась. — Я… у меня просто всегда было тяжело с тем, чтобы завести друзей. У меня их и сейчас, в общем-то, не слишком много. — Понимаю. Я знаю людей, которым это тоже было непросто — поделиться своими проблемами. Но потом они говорили, что, благодаря мне, им удалось начать совершенно новую жизнь. С чистого листа.       Жизнь с чистого листа… это как раз именно то, что ей было нужно. Начать новую жизнь. — Когда Вы проводите групповые терапии? — Я пока на Ваши темы еще не провожу, народу слишком мало. Как только наберется, обязательно Вам позвоню. — Большое спасибо. — Занятия спортом тоже помогают. Вы занимаетесь спортом? — Танцы считаются? — Еще бы. А какое направление? — Брейк. — Здорово! — в глазах миссис Уайт отразилось детское восхищение. — Это так здорово! Всегда мечтала этим заняться. Вот только мама не разрешала. — На самом деле, в чем-то она все же была права, — заметила Адриана. — Некоторые трюки очень сложны и опасны. Нужно быть достаточно гибким и опытным, чтобы уметь провернуть их все. — Как давно Вы этим занимаетесь? — Еще с семи лет. — Тогда это многое объясняет. Так, сейчас я Вам выпишу препарат, — она взяла с полки листочек и начала быстро писать. — Без медицинской рекомендации Вам его не выдадут.       Девушка машинально кивнула, глядя на то, с какой быстротой она исписывает маленькую квадратную бумажку. — Вот, держите. Я выписала Вам пропранолол. Одна таблетка, если у Вас снова будет приступ. — Спасибо большое, — Адриана положила бумажку в сумку и пожала ей руку. — Вы можете звонить мне в любое время, если что-то пойдет не так. Насчет групповой терапии я Вам сообщу. И по поводу встречи на следующей неделе тоже напишу. — Спасибо Вам еще раз. До свидания! — Хорошего дня! ///       Остаток дня Адриана моталась из одного конца города в другой, опрашивая очевидцев и возможных свидетелей. Но поиски не дали никаких результатов и примерно в восемь вечера она вернулась обратно в департамент. — Я уже боялся, что ты не заглянешь, — произнес Эрвин, когда она вошла в кабинет. — Как себя чувствуешь? — Как солдат, прошедший Вьетнам. — Что она тебе сказала? — он насторожился. — Посттравматический синдром, — мрачно объявила Адриана.       Эрвин задумчиво кивнул. — Это… серьезный диагноз. — Именно. Она еще сказала, что реабилитация будет такая же, как и у солдата, прошедшего Вьетнам. — Тогда поезжай и лечись. Твоя работа на сегодня закончена.       Тем не менее, Адриана осталась стоять на месте. Шериф насторожился. — Мне нужно Вам кое-что сказать. У меня есть подозрения. — Какие же? Я весь во внимании. — У меня такое ощущение, что человек, стоящий за всем этим, хорошо меня знает. И эта мысль преследует меня уже не в первый раз. — Тебе кажется. Просто преступник знает свое дело. — Вы так думаете? — с сомнением спросила Адриана. — У детективов практически одни и те же методы. Он или она, кем бы ни были, хорошо их обходит. Так что поезжай домой и покупай себе лекарства. Завтра продолжим.       Девушка кивнула, стараясь не выдавать своего разочарования, и отправилась домой.       Сегодня Адриана решила обойтись без машины, воспользовавшись общественным транспортом. Она не знала, где сумеет отыскать аптеку и будет ли там место для парковки, так что решила на всякий случай перестраховаться.       Адриана взглянула на экран телефона. Девять ровно. Можно еще немного прогуляться до дома, сделав большой друг. Сегодня было не так морозно, поэтому девушка неспешно шла вдоль пустой дороги по тротуара.       В этот момент неподалеку послышались крики.       Адриана на секунду застыла и прислушалась. Затем резко рванула на середину дороги.       Перемахнув через пару оград, девушка разглядела невдалеке две темные фигуры. Рядом стояла машина. Судя по силуэту, оба мужчины. Один из них ползал по земле, отчаянно пытаясь увернуться от второго с ножом в руке.       Она вмиг достала пистолет и навела на них. — Эй ты! Бросай оружие, руки вверх!       Лица незнакомца она не сумела разглядеть, однако заметила улыбку — оскал, хищный, как у зверя. Преступник, едва увидав ее, тут же пустился бежать. Девушка хотела погнаться за ним следом, но, оценив состояния пострадавшего, убрала пистолет, достала телефон и набрала 911. — Алло! На человека напали, срочно пришлите скорую!.. Где нахожусь? На углу между двадцать девятой улицей и семнадцатым авеню. — Мы будем через пятнадцать минут.       Послышались стоны. — Тут человек умирает! Постарайтесь уложиться в десять!       Она выключила телефон и убрала его в карман.       Скорая подъехала через восемь минут — даже раньше. Все приготовления к перевозке были сделаны за пять минут. Похоже, ее настойчивый тон дал свои плоды.       Пока они ехали до больницы, а врачи возились с пострадавшим, Адриана разглядывала ранения. Колотые ножевые раны были в основном ближе к спине. Значит, возможно, преступник напал сзади, а он не успел вовремя отреагировать.       По приезде в больницу она не успела оглянуться, как доктора уже увезли его куда-то внутрь здания, куда входить было позволено только с разрешения. — С ним все будет хорошо? — взволнованно спросила девушка у одного из докторов. — Мы Вам позвоним завтра утром. Раны серьезные, но ему ничто не угрожает. — Хорошо. Спасибо большое. Буду ждать вашего звонка.       Однако Адриана пошла домой не сразу. Она вернулась на место преступления и посмотрела на черную машину. Дверца водительского сидения была распахнута настежь.       Взглянув вниз, она увидела валявшийся на земле предмет. Пластиковая карта 0 пропуск. На одной стороне были написаны имя и фамилия: «Фарлан Черч», и прикрепленная к этому фотография. На другой стороне были изображены десятка червей и надпись: «El Royale».       Адриана тут же набрала Эрвина. — Мистер Смит, простите, если отвлекаю. Кажется, я кое-что нашла.